Следователь Павел Ясман вел дело о поджоге покрышек на Мало-Конюшенном мосту. К акционисту Петру Павленскому он приходил с обыском, трижды пытался отправить его к психиатрам, оба долго разговаривали об искусстве. 8 августа Ясман уволился из Следственного комитета. 10 декабря он получил статус адвоката, а 15 июля 2015-го пришел на первое заседание по делу Павленского в полной готовности предоставить ему защиту. Метаморфоза обвинителя впечатлила публику. Говорили о "Стокгольмском синдроме наоборот", выдвигали Ясмана на премию "Поступок года", называли случай абсолютной победой искусства над карательной системой.

- Павел Александрович, после прихода в суд в качестве адвоката общественность уверена, что Павленский вас переубедил, и именно из-за него, готового на радикализм, вы перешли на другую сторону.

– Павленский в моем уходе из СК сыграл далеко не первую роль. Он, наверное, каким-то образом повлиял, но не генерально. Мне надоела работа. Я в органах прокуратуры и следствия с 2006-го, восемь лет провел. Надо было менять род деятельности.

– Адвокат Павленского Дмитрий Динзе – тоже бывший следователь.

– И это далеко не единственный пример.

- В чем ваша причина?

– Защищать правильнее, что ли, чем обвинять.

- Вы ушли сами или, может, вас попросили после публикации вольнодумных диалогов в интернете?

– Я написал заявление по собственному желанию. О мотивах меня не спрашивали. Подписали, и все. Может, руководство наши разговоры об искусстве и не видело.

- Вы не включали их в протоколы допроса?

– Конечно. Павленский фактически не давал показаний, мы просто беседовали.

Из разговора в мае 2014 года, стенограмма выложена в Сеть Павленским: