Но при всей внешней бесхитростности его романы очень удобно интерпретировать с психоаналитической, культурологической, философской позиций — они отлично вписываются в этот непростой контекст. Обреченный туристический поход, из которого суждено вернуться только одному герою, сумевшему вовремя раскроить несколько юношеских (и несколько очень-очень старых) черепов, — что это, метафора запоздалой инициации? Зубастый и рогатый лесной бог — манифестация подсознательного? А заповедный лес посреди густонаселенной страны с высочайшим уровнем жизни — он что символизирует? В своих книгах Адам Нэвилл не раскрывает подтекст — ни словом, ни намеком, оставляя простор для грядущих исследователей. Поневоле задумаешься: может, тут как в известном анекдоте про девичий сон и доктора Фрейда: банан — это просто банан?

Нил Стивенсон, Николь Галланд. Взлет и падение ДОДО. М.: Эксмо, Fanzon, 2018. Перевод с английского Екатерины Доброхотовой-Майковой

Мелисандра Стоукс — блестящий полиглот: безупречно владеет десятками языков и постоянно изучает новые. Проблема в том, что по большей части это языки мертвые или редкие, от шумерской клинописи до венгерского диалекта девятнадцатого века, и толку от них вне университетских стен кот наплакал. Мелисандра томится и хандрит: у нее нудная однообразная работа, завкафедрой — старый козел, нищенская зарплата, карьерные перспективы не просматриваются. В общем, точка неустойчивого равновесия, когда стоит поманить человека пальцем, посулить перемену участи — и тот пробкой выскочит из пресловутой «зоны комфорта», пустится во все тяжкие. Искушать Стоукс является молодой красавец, обаятельный секретный физик с офицерской выправкой — на то, чтобы завербовать девушку в «теневую правительственную структуру», у него уходит примерно полчаса, включая дорогу от университетского кампуса до ближайшей хипстерской кофейни.

На этом заканчиваются унылые будни младшего преподавателя и начинается веселая кутерьма с магическими превращениями, путешествиями во времени, шпионскими играми, а также квантовой физикой и высшей математикой — для антуража.