 (8, '2017-11-09 20:57:59', 2, 'doctor', 'Доктор об экспедиции', 1, '<blockquote>\r\n<p>Fiat Artezian, pereat mundus<br>Пусть рухнет мир, но свершится Артезиан</p>\r\n</blockquote>\r\n<p>Когда мои Артезианские братья предложили мне написать «здоровенную, крутую, медицинскую статью про экспедицию», я легко согласился, а потом тяжело задумался. Ну, в самом деле, как писать-то? Загрузить людей тоскливой тягомотиной в духе программы «Здоровье»? Описать случаи оперативных вмешательств в полевых условиях? Мероприятия по профилактике и лечению острой диареи с использованием матерных частушек, последствия дурной беготни с гружёной тачкой по отвалу? Ну, напугаю, а что дальше?</p>', '<p>Лучше я сначала объясню тому, кто не в курсе, что такое Артезиан (ААЭ, раскоп, лагерь, помойка, ежи, Чистополье, Мапупа, «экспедиция – это круто!», Крокодил, Начальник, Пионэры, Бригадир, тётя Ира, Волонтёры, «…весь день в могиле провалялась, а теперь на море собралась?!», «Ё…! Ну почему мне опять мыть сортиры?!» и т.д.). Объясню в простых и понятных терминах. Что бы ясно стало: о чем пишу, да и зачем всё это.</p>\r\n<p>Артезиан – это машина времени! Не в том смысле, что тебя рожают обратно, а в том, что время здесь сильно ускоряется (особенно ночью) и превращается в отдельную цельную, пусть очень короткую, но Жизнь. С младенчеством и детством (2-3 дня), половым созреванием (от 1 секунды и дольше, у кого как), зрелостью (2-3 недели), старостью (с мудростью или без) и, наконец, с торжественным прощанием и возможностью реинкарнации при желании. А Жизнь – это пребывание на этом свете в следующих ипостасях наших уникальных, трепетно-любимых организмов: во здравии или в болезни, в радости или скорби, в движении от любви к любви или от беды к беде.</p>\r\n<p>В экспедиции множество жизней: детские и взрослые, они роятся общей кучей, сами себе работают, развлекают, ругают, хвалят, наказывают, награждают, «сами себе кушают» (самоеды мы, шутка), и всегда что-нибудь случается, причём сразу у всех и в один день. Получается, что Артезиан (содержание скобок смотри выше) – это ещё и целый Мир. Так вот и выходит, что один я, Доктор, на весь этот мир и есть. Ура, товарищи!</p>\r\n<p>Теперь, я считаю, читатель вполне подготовлен к изложению фундаментальной медицинской задачи экспедиции – обеспечить свершение полного цикла всех коротких, но бесценных и ярких артезианских жизней в нашем маленьком артезианском мире и незаметное приготовление их к жизни остальной, в другом, большом мире до следующей реинкарнации. Неочевидны пока способы выполнения этой задачи, но только пока, немного терпения, дружище!</p>\r\n<p>И, наконец, последнее в этой затянутой преамбуле. Следует мужественно понимать, что состояния: здоровье-болезнь, отдых-усталость, радость-печаль – суть и содержание любой жизни, твоей в том числе, естественные и нераздельные её стороны, её вечные ипостаси. Всё!</p>\r\n<h2>Начинаем разбираться с пары радость – печаль</h2>\r\n<p>Не буду выставлять себя на посмешище, описывая радость. Бывает она общая, бывает у каждого своя. Искренняя радость идиота может быть непонятна задумчивому интеллектуалу. Злобная радость нехорошего человека вызывает желание быстрого и несимметричного ответа, особенно если не далеко от него стоишь. Короче: кому война, а кому мать родна. И только печаль одинакова в своих проявлениях:</p>\r\n<blockquote>\r\n<p>Где-то в пустыне, в диком краю,<br>Сердце своё от людей утаю,<br>Там я узнаю мою безотрадную,<br>Злую, печальную участь мою.</p>\r\n</blockquote>\r\n<p>Грустно, когда у тебя душа поэта, а никто вокруг этого не замечает, согласен. Если совсем уж одиноко, следует обратиться к Доктору, тем более что хирургического лечения в данном случае не требуется. Он постарается, обязательно что-нибудь придумает так, что само пройдёт, причём достаточно быстро. К тому же поводов для радости в человеческом смысле этого слова в артезианском мире много больше, чем для печали. В попугаях-то мы все гораааздо длинней.</p>\r\n<p>Главное, не заниматься самолечением, в смысле протезированием радости: завивать горе верёвочкой, пускаться во все тяжкие, «топить своё горе в тяжелом вине» и пр. и пр. Состояние не улучшится, мало того, плохое самочувствие по утрам, дурной запах, головная боль, тревога, тоска, обязательно начнутся проблемы с администрацией, и пойдет, пойдёт движение от беды к беде и, вот уже тут она во всей красе — тяжкая медицинская проблема.</p>\r\n<p>Совет: найди второго печального, вдруг начнётся движение от любви к любви. Помни, Крым – это территория любви, Артезиан – большое сердце Крыма, здесь сбываются самые невероятные мечты. Так, что-то я разволновался, минуту — вздохнул, смахнул слезу, высморкался, собрался, ну что, ползуны, ползём дальше?</p>\r\n<h2>Разбираем пару отдых – усталость</h2>\r\n<p>Если я сейчас огорчу кого-нибудь до невозможности, извините. Но шила в кишке не утаишь. Экспедиция – это работа. Она разнообразна и она здесь повсюду. Она начинается до рассвета, бъёт в било и орёт дурным голосом: «На раскоооп!!!», тихо подкрадывается и шепчет: «Есть блатная работёнка…», провозглашается в виде тоста за общим столом: «В 16 часов хоз-час!», она сталкивает лбами обречённых: «Прямо сейчас разберитесь: кто сортиры моет, кто убирает территорию». Она безжалостна и сварлива: «Как это уже всё убрали!? А скважина, помойка, нижний лагерь, безобразие вокруг палаток, так, быстрее, я всё проверю». Она застаёт врасплох: «Вы втроём — за водой», «Девочки, — в распоряжение тёти Иры, прямо сейчас», и напоследок душераздирающее: «Дежурные, блин, где дрова…!!!».</p>\r\n<blockquote>\r\n<p>Что счастье есть — короткий миг чудесный,<br>Забвенье, сон и отдых от забот,</p>\r\n<p>(продолжение стиха в конце главы)</p>\r\n</blockquote>\r\n<p>Почти все артезианцы представляют себе, если не всё счастье, то его начало именно так. Получается, что усталость – есть непременная составляющая счастья. Устают все, устают сильно, очень сильно. Так работать в большом мире не многим, а некоторым даже иногда, никогда не приходится. А теперь вспомни, артезианская жизнь коротка и стремительна, и в экспедиции всем и сразу (глаз намётан) отчётливо видно как человек относится к работе и что для него усталость – счастье и достоинство или повод для халтуры, нытья и словоблудия (я не могу и не буду это делать потому, что…). Есть несколько простых правил обретения подлинного счастья, настоящего уважения и здорового аппетита без дурацких фокусов и нелепых ошибок:</p>\r\n<p>Терпи и пыхти, пока Бригадир не скомандовал шабаш.</p>\r\n<p>Не трепись попусту и не скули, помни — тому, кто пыхтит рядом тяжелее, чем тебе.</p>\r\n<blockquote>\r\n<p>Работать хорошо и работать плохо – одинаково трудно!</p>\r\n</blockquote>\r\n<p>Даже из последних сил помоги ближнему, причём опять же, не болтай, просто возьми и сделай.</p>\r\n<p>Если помогают тебе, — прими с благодарностью и помни, что помощь сейчас нужнее дающему её.</p>\r\n<p>Похвали при всех скромного и молчаливого, поддержи уставшего, у тебя от этого кусок плоти не отвалится.</p>\r\n<p>Если терпеть нет больше никаких сил, не хитри, не становись посмешищем, просто обратись к Доктору. Это очень серьёзный повод. Он обязательно поможет, сохранив при этом и твоё лицо, и врачебную тайну.</p>\r\n<p>И опять, терпи и помни главное — любая твоя работа заканчивается СЕГОДНЯ!</p>\r\n<p>Итак, первая половина счастья честно заработана, и ситуация начинает развиваться стремительно. Отдых – это он, злодей, отнимает всё твоё свободное время! Море смывает всё лишнее, песком заносит все страхи. Вот уже и юноши стремительны и опасны, а девушки забавны и симпатичны. Впору колоть татуировку: «Хватит думать, пора жить». Далее вечер, звёзды, всё такое… и продолжение стиха:</p>\r\n<blockquote>\r\n<p>Проснёшься – вновь безумный, неизвестный,<br>И за сердце хватающий полёт.</p>\r\n</blockquote>\r\n<h2>Последняя пара: здоровье – болезнь</h2>\r\n<p>Самая простая для изложения глава. Все артезианские (и не только) болезни делятся на четыре группы:</p>\r\n<ul>\r\n<li>Атака на ротозея</li>\r\n<li>Я больше не могу</li>\r\n<li>Всё своё ношу с собой</li>\r\n<li>Несчастный случай</li>\r\n</ul>\r\n<h2>Атака на ротозея</h2>\r\n<blockquote>\r\n<p>«Уж сколько раз твердили миру…»</p>\r\n</blockquote>\r\n<p>Группа страдающих самая многочисленная. Почти все Артезианцы упорны, самоотверженны, последовательны и неутомимы. Камень, который напарник должен расколоть кувалдой, они положат себе на голову, что бы, повысив таким образом ответственность у бьющего, выполнить упражнение с первой попытки. Они без устали рыщут по всем харчевням Чистополья и Керчи в поисках того единственного пирожка (чебурека, обрезка колбасы, эксгумированной мидии, глотка липкой газировки, мутного пива, татарского (!!!) вина и т.п.), который свернёт их в бараний рог, усадит в позу орла и докажет, наконец, где энергетический центр тела у китайца. Это они фаталистически наливаются водой из грязного пластика на раскопе, а вечерами выменивают активированный уголь на модные духи, а минералку на последние российские сигареты. Они выпрыгивают из чрева Крокодила (машина такая), забывая надеть парашют как люди в чёрном!. Это они ночами баюкают свои руки, пострадавшие в кровопролитных сражениях без перчаток с камнями, лопатами и тачками. А ещё здесь в изобилии водятся хрупкие девушки, отчаянно дерущиеся в полной темноте с акациями, избивая ногами ни в чём не повинные растения. Всех Вас я совершенно искренне сильно люблю, и только поэтому я для Вас ПЕЧАТНЫМ словом повторяю сейчас эти примитивные, в сущности, заклинания:</p>\r\n<p>Никогда не бегать на раскопе, работать медленно, монотонно и не останавливаться. Panta rhei – всё течёт, всегда в движении. Только это предохранит от позиционного перегрева, который к вечеру реализуется либо тепловым ударом, либо простудным состоянием. Головной убор и прикрытые от излучения торс и плечи сохранят здоровье, особенно в первые дни – самые опасные!</p>\r\n<p>Вода в экспедиции – скоропортящийся продукт. Чистая, проверенная артезианская вода из нашей скважины, разлитая в мелкую тару, через 2-3 часа на солнце и… — смотри начало главы.</p>\r\n<p>На раскопе лучше не пить совсем, если с непривычки не получается, прополощи рот ОДНИМ глотком ЧИСТОЙ (кипяченой) воды или фито-хрени, простите фито-чая, и проглоти. Этого всегда достаточно. Помни: центр жажды в мозге, а не в желудке!</p>\r\n<p>Доверять еде полностью можно только с экспедиционной кухни. Повара — наши ангели-хранители, дежурные девочки — их помощницы. Пока они с нами, ничего с тобой не случится.</p>\r\n<p>В Керчи питаться и напиваться только в проверенных местах (поимённо все известны испокон веков), не покупать с лотков, с рук, не зариться на экзотику и на дармовщинку, — отравят, обязательно отравят из политических или иных убеждений.</p>\r\n<p>Не бегать по полям вне территории лагеря, только ходить. В траве живут все твои приключения. Ночью без фонаря не ходить даже на свет, на голос и на призыв, особенно ласковый, ползи, ползи.</p>\r\n<p>После животных обязательно мыть руки. Помни: лагерь охраняется крымскими ядовитыми спецсобаками!</p>\r\n<p>Не ждать, что пройдёт само, не лопать все таблетки, положенные в пакетик мамой, бежать срочно к Доктору, он умеет лечить быстро и эффективно (касается в том числе инфекций, передающихся половым путём) и ругается совсем не страшно. Помни, артезианская жизнь коротка, а у тебя впереди ещё вся оставшаяся жизнь, в другом мире, хочется сказать с другими Докторами, но постесняюсь, не скажу.</p>\r\n<h2>Я больше не могу</h2>\r\n<blockquote>\r\n<p>«Увы, мой стих не блещет новизной,<br>Разнообразьем перемен нежданных…»</p>\r\n</blockquote>\r\n<p>Эта группа в основном состоит из людей, угодивших в ловушку, выстроенную своими дрогнувшими руками и душами. Однако опытные, профессиональные страдальцы, также почему-то всякий раз залетают к нам на огонёк в каждом сезоне. «Невозможно вылечить того, кто хочет быть больным» — я бы так формулировал и диагноз, и прогноз в особо запущенных случаях. К счастью, группа всегда не многочисленна, но в любой смене такие люди есть и лично у меня всегда вызывают искреннее сочувствие, но только сочувствие, без любви, уж простите. Долг есть долг, согласен, всегда готов, клятва Гиппократа, но при этом — ничего личного.</p>\r\n<p>Это песня всегда в три куплета и вот начало первого: «Я не могу идти на раскоп, у меня (длинный перечень перенесенных страшных болезней), мне кажется, я и сейчас сильно болен». Второй куплет: «Я и здесь (на керамичке, на кухне, на подхвате) не могу, измерьте мне температуру». Третий куплет, через пару часов, обязательно перед аудиторией, то есть при свидетелях: «Ну вот! (торжественно и гневно) — я же говорил, смотрите – 37,1!». Самое печальное в том, что температура действительно может иметь место. Классика клинической психологии, развивающаяся последовательность психосоматических взаимодействий: дискомфорт (любой) – стресс – гипернозогнозия (эмоциональное преувеличение) — паническое состояние — дезадаптация – интеллектуальное конструирование (легендирование состояния) – крушение волевого компонента — клинические проявления — уход в соматику – болезнь. Простите за нагромождение терминологии, надеюсь – в предпоследний раз.</p>\r\n<p>Уважаемые, перед тем как погрузиться в угрюмую гипернозогнозию (горькие сиротские слёзы и хоровые заупокойные песнопения) перечитайте ещё раз п. 7 из главы «Отдых-усталость», напомню на всякий случай: «Если терпеть нет больше никаких сил, не хитри, не становись посмешищем, просто обратись к Доктору. Это очень серьёзный повод. Он обязательно поможет, сохранив при этом и твоё лицо, и врачебную тайну». Добавлю к процитированному: «Не уходите в болезнь, жизнь очень велика и порой враждебна. Опыт преодоления действительно серьёзных трудностей может понадобиться в любой момент. Экспедиция – это единственное место, где ситуация «чужая сила против моего бессилия» направлена не на сокрушение человека, а в помощь ему. Кураж победителя достаётся тяжело, но зато один раз, — и навсегда!»</p>\r\n<h2>Всё своё ношу с собой</h2>\r\n<p>Когда ты решишь поехать в Артезиан, отдай себе отчёт в том, что ты меняешь географическую широту – это раз. Ты будешь жить в непривычных для тебя и достаточно суровых климатических условиях – это два. Ты будешь жить в поле, много работать, мало спать, есть малокалорийную, но тяжелую пищу – это три. Поэтому, если ты обременён хроническими болезнями, готовься к их неизбежному обострению. Однако, если твои хворобы не из списка, приведенного ниже, всегда рассчитывай на грамотную профессиональную помощь Доктора и всё будет хорошо. Вот только скрывать от него ничего не следует, бывает скорым на расправу, когда всерьёз рассердится.</p>\r\n<h2>С чем категорически не следует ехать в экспедицию или кто отправляется назад сразу, после осмотра и обследования независимо от пола и возраста</h2>\r\n<ul>\r\n<li>Врождённые пороки развития органов – сердца, опорно-двигательного аппарата, почек, сахарный диабет.</li>\r\n<li>Артриты, артрозы.</li>\r\n<li>Бронхиальная астма.</li>\r\n<li>Эпилепсия, эпилептиформные состояния.</li>\r\n<li>Имеющиеся по факту клинические последствия перенесенных черепно-мозговых травм, менингитов.</li>\r\n<li>Хронические заболевания печени, вирусные гепатиты.</li>\r\n<li>Тяжелые формы аллергозов, дерматитов, псориаз.</li>\r\n<li>Гинекологические болезни с угрозой кровотечений.</li>\r\n<li>Беременность, первый триместр (до 12-14 недель).</li>\r\n<li>Декомпенсированная сердечно-сосудистая недостаточность, стойкая артериальная гипертензия.</li>\r\n</ul>\r\n<h2>Несчастный случай</h2>\r\n<blockquote>\r\n<p>«Никто не может знать, что его ждёт в следующую минуту.</p>\r\n</blockquote>\r\n<blockquote>\r\n<p>Ваш сосед, выворачивая из-за угла дома,<br>попадает вам в глаз наконечником зонта»</p>\r\n</blockquote>\r\n<p>Беда. Сокрушительная слепая сила. Непреодолимая, внезапно возникшая сила обстоятельств. Игра случая. Вот имена несчастий, бродящих по свету и сметающих всё на своём пути. Из всего списка игра случая наиболее затруднена в реализации, благодаря огромному многолетнему личному опыту, знаниям и отношением к делу начальника экспедиции и администрации в целом.</p>\r\n<p>Устройство и планировка лагеря, его функциональных подразделений строго регламентированы и имеют соответствующие положительные заключения санитарных и других административных служб на территории пребывания.</p>\r\n<p>Планировка, организация раскопа и его рабочих зон осуществляется только начальником экспедиции, профессиональным археологом, имеющим общий стаж полевых работ более 20 лет.</p>\r\n<p>В команде бригадиров не бывает случайных, неопытных, малограмотных, безответственных людей, не прошедших практический, чрезвычайно строгий инструктаж, не умеющих обеспечивать работы в рамках тщательно продуманной техники безопасности и взаимной страховки.</p>\r\n<p>Каждая детская и студенческая группа обязательно имеет своего руководителя, обязанности, полномочия и ответственность которого согласованы и утверждены до момента отъезда.</p>\r\n<p>За организацией питания, обеспечения транспортом, содержанием в технической исправности всех инструментов, агрегатов и рабочих приспособлений отвечает постоянный, профессионально подготовленный персонал экспедиции, с составом которого можно познакомиться на соответствующих страницах нашего официального сайта.</p>\r\n<p>Медицинское обеспечение экспедиции осуществляется мною — Ложкиным Сергеем Германовичем, врачом общей практики с общим стажем более 30 лет, и опытом работы в неотложной хирургии, анестезиологии и реанимации. В экспедиции фактически организована амбулатория, в которой оказывается любая неотложная помощь на месте. Лабораторное обследование, сложная инструментальная диагностика оперативно проводится на базе городской больницы города Керчи в любое время.</p>\r\n<p>Несчастных случаев, повлекших длительную утрату трудоспособности, не говоря уже о более тяжких последствиях, слава Богу, не было ни одного за всю историю Артезианской Археологической Экспедиции.</p>\r\n<h2>Заключение</h2>\r\n<p>У меня, многогрешного, уже давно нет никаких сомнений, где, как и с кем проводить свои летние каникулы. Обращаюсь к тем, кто первый раз читает этот текст. ААЭ – не только то, о чем я уже успел написать в предыдущих главах статьи. Экспедиция даёт возможность всем её участникам каждый день помогать друг другу, двигаться от беды к любви. В этом мире дружеская, своевременная, скромная, незаметная и всеобщая взаимопомощь – самое ценное, то, что запоминается с благодарностью и навсегда. Всё остальное то же прекрасно: море, камни, ямы и отвалы, пардон, раскопы, романтические ночи, звёзды, но всё это есть и в других местах. И только здесь, так уж сложилось, любой может научиться по-настоящему помогать людям.</p>\r\n<p>Потому, что умение помогать жизни – это искусство, а умение врачевать болезни – это ремесло.</p>\r\n<h2>Об авторе</h2>\r\n<p>Ложкин Сергей Германович — доктор медицины, по специальности — торакальный хирург, имеющий за плечами более 30 лет врачебной практики и множество успешных операций. По совокупному количеству цветов, сладостей и благородного алкоголя, полученного от счастливых спасенных, мой папа, я подозреваю, и вовсе рекордсмен. Выпускник ММА им. Сеченова, лечебный факультет.</p>\r\n<p>В экспедицию впервые попал впервые в 2003 году, в ААЭ. С тех пор семейство Ложкиных — желанные гости экспедиции, без лишней скромности.</p>\r\n<p>За время жизни в поле Доктор Сергей Германович Ложкин успел помочь очень многим и очень от многого — его полевая практика достойна отдельного трактата, который, впрочем, лучше него самого никто не напишет. Среди жителей лагеря и членов администрации его знают как человека, к которому всегда можно придти с надеждой на понимание и помощь и не остаться разочарованным.</p>\r\n<p>Алек­санд­р Лож­ки­н</p>'),
 (9, '2017-11-09 20:58:59', 5, 'documents', 'Список документов для участников', 1, NULL, '<ul>\r\n<li>Справка о состоянии здоровья (с печатью для больничных листов), в которой должна быть следующая формулировка: «Ф. И. О. разрешена работа в летний период в составе археологической экспедиции в Крыму»;</li>\r\n<li>Заявление о зачислении в состав ААЭ;</li>\r\n<li>Ксерокопия документов (загранпаспорта или российского паспорта) 2 экз.;</li>\r\n<li>Фотография, подписанная на обороте (Ф. И. О., год рождения);</li>\r\n<li>Договор с отправляющей стороной.</li>\r\n<li>Денежный взнос за пребывание в ААЭ или квитанцию о его уплате отправляющей стороне.</li>\r\n</ul>'),
 (10, '2017-11-09 20:59:59', 5, 'things', 'Примерный список вещей для экспедиции', 1, NULL, '<h2>Документы и пр.</h2>\r\n<ul>\r\n<li>паспорт</li>\r\n<li>командировка, приказ и бланки (для руководителей)</li>\r\n<li>медицинская справка</li>\r\n</ul>\r\n<h2>Аппаратура и пр.</h2>\r\n<ul>\r\n<li>фотоаппарат</li>\r\n<li>фонарик</li>\r\n<li>батарейки</li>\r\n<li>мобильный телефон</li>\r\n</ul>\r\n<h2>Прочие вещи и оборудование</h2>\r\n<ul>\r\n<li>палатка и деревянные колышки для нее (длиной более 0,40 м)</li>\r\n<li>туристический коврик, спальный мешок, вкладыш в спальный мешок или простыня</li>\r\n<li>тюль или сетка от насекомых, жидкость от комаров и мошки</li>\r\n<li>набор металлической посуды, две столовые ложки*, консервный нож, нож, топорик</li>\r\n<li>тапки спорт, кроссовки, вьетнамки</li>\r\n<li>куртка (штормовка), дождевик, 3 смены белья, перчатки для работы, шапка и очки от солнца, свитер, спортивный костюм, плавательный костюм</li>\r\n<li>сухой паек на три дня + консервы, супы, печенье, сухари, чай, кофе и пр. (для личного пользования).</li>\r\n<li>Аптечка и средства личной гигиены.</li>\r\n</ul>'),
-(11, '2017-11-09 21:00:59', 5, 'conduct', 'Правила поведения в экспедиции', 1, NULL, '<p>Необходимо соблюдать технику безопасности во время пребывания в ААЭ, включая санитарно-гигиенические нормы проживания и работы в полевых условиях.</p>\r\n<p>В случае любого недомогания и плохого самочувствия вы обязаны уведомить медперсонал и руководство ААЭ.</p>\r\n<h2>Запрещается</h2>\r\n<ul>\r\n<li>самовольно (без разрешения руководителей ААЭ) покидать территорию лагеря и место работы;</li>\r\n<li>нарушать режим дня и работы;</li>\r\n<li>приглашать без разрешения в лагерь или на раскоп посторонних лиц;</li>\r\n<li>привозить в лагерь взрывоопасные предметы и ядовитые вещества, употреблять наркотики и алкогольные напитки, пищевые продукты с просроченным сроком годности;</li>\r\n<li>пить не кипяченую воду, есть не мытые овощи и фрукты, покупать продукты питания у местного населения без разрешения руководства;</li>\r\n<li>купаться в море и лазать по скалам и деревьям без разрешения руководителей;</li>\r\n<li>бегать и ходить по бровкам, бортам раскопа, кидать и высыпать сторону в людей отработанный грунт камни, инструмент и т. п.</li>\r\n<li>курить в пределах раскопа и на территории ААЭ (за исключением особого места для курения);</li>\r\n<li>ловить и трогать ядовитых животных и насекомых, приносить в лагерь любых домашних и диких животных;</li>\r\n<li>мешать окружающим во время отдыха или работы;</li>\r\n<li>выносить без разрешения с раскопа, разборной площадки и камеральных палаток находки и оборудование ААЭ;</li>\r\n<li>входить без разрешения в палатки научных сотрудников и администрации ААЭ, а также в продуктовую и хозяйственные палатки, чертежный домик и кухню;</li>\r\n<li>находится или покидать без разрешения водителей и ответственных за перевозки машины ААЭ;</li>\r\n<li>отдыхать около машин;</li>\r\n<li>работать и находится на солнце без головных уборов и защитной одежды;</li>\r\n<li>не выполнять распоряжения руководства ААЭ;</li>\r\n<li>выбрасывать мусор и пищевые отходы на территории лагеря и за его пределами, за исключением специально отведенных для этого мест;</li>\r\n<li>приближаться к щитовым, трансформаторной будке, прикасаться к эл/проводам, самовольно включать эл/приборы и эл/печь.</li>\r\n</ul>');
+(11, '2017-11-09 21:00:59', 5, 'conduct', 'Правила поведения в экспедиции', 1, NULL, '<p>Необходимо соблюдать технику безопасности во время пребывания в ААЭ, включая санитарно-гигиенические нормы проживания и работы в полевых условиях.</p>\r\n<p>В случае любого недомогания и плохого самочувствия вы обязаны уведомить медперсонал и руководство ААЭ.</p>\r\n<h2>Запрещается</h2>\r\n<ul>\r\n<li>самовольно (без разрешения руководителей ААЭ) покидать территорию лагеря и место работы;</li>\r\n<li>нарушать режим дня и работы;</li>\r\n<li>приглашать без разрешения в лагерь или на раскоп посторонних лиц;</li>\r\n<li>привозить в лагерь взрывоопасные предметы и ядовитые вещества, употреблять наркотики и алкогольные напитки, пищевые продукты с просроченным сроком годности;</li>\r\n<li>пить не кипяченую воду, есть не мытые овощи и фрукты, покупать продукты питания у местного населения без разрешения руководства;</li>\r\n<li>купаться в море и лазать по скалам и деревьям без разрешения руководителей;</li>\r\n<li>бегать и ходить по бровкам, бортам раскопа, кидать и высыпать сторону в людей отработанный грунт камни, инструмент и т. п.</li>\r\n<li>курить в пределах раскопа и на территории ААЭ (за исключением особого места для курения);</li>\r\n<li>ловить и трогать ядовитых животных и насекомых, приносить в лагерь любых домашних и диких животных;</li>\r\n<li>мешать окружающим во время отдыха или работы;</li>\r\n<li>выносить без разрешения с раскопа, разборной площадки и камеральных палаток находки и оборудование ААЭ;</li>\r\n<li>входить без разрешения в палатки научных сотрудников и администрации ААЭ, а также в продуктовую и хозяйственные палатки, чертежный домик и кухню;</li>\r\n<li>находится или покидать без разрешения водителей и ответственных за перевозки машины ААЭ;</li>\r\n<li>отдыхать около машин;</li>\r\n<li>работать и находится на солнце без головных уборов и защитной одежды;</li>\r\n<li>не выполнять распоряжения руководства ААЭ;</li>\r\n<li>выбрасывать мусор и пищевые отходы на территории лагеря и за его пределами, за исключением специально отведенных для этого мест;</li>\r\n<li>приближаться к щитовым, трансформаторной будке, прикасаться к эл/проводам, самовольно включать эл/приборы и эл/печь.</li>\r\n</ul>'),
+(12, '2001-11-09 20:50:59', 3, 'nadgrobnye-pamjatniki-nekropolja-i-gorodishha-artezian-v-krymskom-priazovje', 'Надгробные памятники некрополя и городища Артезиан в Крымском Приазовье', 2, '<p>В 2000 г. во время охранных раскопок грунтового некрополя городища Артезиан, который на протяжение трех лет подвергается систематическому опустошительному разграблению1., были обнаружены разновременные античные стелы, находившиеся во вторичном использовании в перекрытии могил I-II вв. н. э.</p>', '<p>Наиболее интересные надгробные памятники открыты при исследовании пробитого грабительским лазом перекрытия погребения 21 на глубине 1,65 м от современной поверхности (рис. 1). Перекрытие состояло из трех фрагментированных надгробных памятников вторичного использования, снятых с более ранних погребений (рис. 1-2). Могильная яма, в плане имевшая подпрямоугольную форму, ориентирована по оси ЮЗЗ-СВВ Ее размеры: длина – 2,36 м, ширина – 0,68/0,96 м, глубина – 0,94/1,10 м. Заплечики широкие – 0,18-0,23 м (северный борт), 0,49-0,55 м (южный борт). Дно находилось на глубине 2,80 м от поверхности. На дне имелись выемки (глубиной 0,12-0,14 м) под ножки саркофага или погребального ложа. Его длина была не менее 2,10 м, ширина – 0,90 м.</p>\r\n<p>В рыхлом глинистом заполнении могилы желто-коричневого цвета с прослойками гумуса найдены маловыразительные обломки керамики первых веков н. э. – стенки, несколько ручек амфор и простой гончарной керамики, часть дна кувшина коричневой глины, венчики лепных горшков серой глины, стенки и края красно-и коричневолаковых открытых сосудов I-II вв. н. э. (рис. 1). От захоронения ничего не осталось, за исключением разрозненных костей взрослого человека, встреченных в толще могильного заполнения.</p>\r\n<p>Особый интерес вызывает перекрытие могилы. Восточная и центральная плиты перекрытия (1,02х0,71х0,26 м; 1,05х0,84х0,46 м) представляли собой распиленные основания стел без рельефов и надписей. Они были изготовлены из массивных плит плотного серого известняка, поверхность которых обработана довольно небрежно (особенно в нижней части плит, которые были, вероятно, заглублены в грунт), причем были видны следы инструментов в виде узких длинных полос, шириной 2-3 см. В средней плите имелась по центру выборка (0,61х0,35 м, глубиной 0,15 м).</p>\r\n<p>Западная плита (длиной 1,14/1,365 м, шириной внизу – 0,624 м, вверху-0,6003 м, толщиной 0,176 м) являлась оббитой с торцов надгробной стелой (к. о. 88) (рис. 1). На ее лицевой стороне высечен двухъярусный рельеф, а под ним - четырехстрочная надпись древнегреческом языке, включавшая три имени:</p>\r\n<p>ΣΩΣΤΙΒΙΔΙΩΝΥΣΙΟΥ</p>\r\n<p>ΚΑΙΥΟΙΔΙΣΑΚΟΣ</p>\r\n<p>ΚΑΙΠΑΔΑΦ(ΟΥ?..)</p>\r\n<p>ΧΑΙΡΕΤΕ</p>\r\n<p>Шрифт довольно четкий, характерный для надписей I-II вв. н. э. Высота букв – 3-4 см. Три верхних строчки выдержаны по линейки (хорошо заметны очерченные тонким резцом линии – границы полос), буквы нижней четвертой строчки немного уходят вверх. По-видимому, стела стояла на могиле некого Состибия, сына Диониса, и двух его сыновей – Дисака и Падафа(?). Обращают на себя внимание ошибки в правописании имен, по-видимому, негреческого происхождения, за исключением отчества Состибия.</p>\r\n<p>Если следовать сюжету рельефа буквально, то можно предполагать, что указанные лица были воинами-кавалеристами. Однако, здесь может быть типичный случай героизации умерших в облике всадников, что вполне соответствовало сакральным представлениям греков и варваров, связанных с хтоническими культами и созданными на их основе мифологическими образами коней и всадников (Крыкин С. М., 1993, с. 218 и сл.).</p>\r\n<p>Рельеф стелы довольно глубокий – до 40 мм. Размеры рамки нижнего изображения – 380х520 мм. От верхнего его отделял бортик шириной 35 мм. Верхнее изображение сбито, поэтому известна только ширина его рамки –370-380 мм. Рельеф поврежден, отдельные детали изображений не сохранились, так как стела носила следы намеренных или случайных повреждений. На верхнем ярусе оказались частично сбитыми фигурки всадников, на нижнем - голова богини и лица всадников. Несмотря на это, изображение выразительно и выполнено с большим мастерством, хотя и некоторым схематизмом, типичным для надгробий первых веков н. э. Всадники изваяны в развороте ¾, на спокойно стоящих, взнузданных лошадях, хорошо заметны элементы узды, складки одеяния, оружие (колчаны, луки, мечи, пика)2.</p>\r\n<p>На верхнем ярусе стелы изваяны два всадника, обращенные лицом друг к другу, вооруженные и одетые «по-боспорски». Они сидят на лошадях с прямым корпусом. Доспехи не заметны, четко переданы только короткие плащи(?), переброшенные через правое плечо воинов. Ноги их согнуты в коленях, плотно охватывают круп лошади. Левой рукой всадники удерживают на холке лошадей поводья. Правые руки были согнуты в локте, очевидно, подняты вверх, но в целом положение их не ясно, так как стела повреждена. Седла, если они были, скрыты складками одежды. С левой стороны всадников, к седлу(?), приторочены колчаны, в которых находились луки. Под ними заметны ножны прямых мечей средней длины.</p>\r\n<p>Кони под всадниками стоят в спокойных позах, поводья немного ослаблены, поэтому головы лошадей слегка опущены. Грива, видимо, короткая, хвосты, напротив, - очень длинные. Кони стройные, высокие, с небольшими головами. Судя по всему, они относились к элитным высокорослым лошадям, напоминающих современных ахалтекинцев и выведенных от последних английских и арабских скакунов (Кузьмина Е. Е., 1977, с. 89). Они, отличались выносливостью, крупным ростом и быстротой, и использовались, прежде всего, катафрактариями (ср.: Десятчиков Ю. М., 1972, с. 73-77; Шургая И. Г. 1983, с. 98-99, рис. 4; Яйленко В. П., 1987, с. 152, рис. 6; Пугаченкова Г. А., 1966, рис. 3а, б, 4-7, 12; Ростовцев М. И., 1913, табл. LXIV, LXXVIII, LXXIX, LXXXIV, LXXXVIII, Дворниченко В. В., Федоров-Давыдов Г. А., 1989, рис. 5; Дашевская О. Д., 1962, pис. 7.7, 11, 12, 14; Горончаровский В. А, 1993, с. 79). Аналогичной породы были лошади, изображенные на известной стеле Стратоника из Керчи (Максимова М. И., Наливкина М. А., 1955, с. 312, рис. 23). Правда, в нашем случае, фигурки животных изваяны с большим умением и меньшим схематизмом.</p>\r\n<p>В нижней части стелы, с левой стороны, вырезан всадник, аналогичный первым двум. В правой руке он держит длинную пику с массивным треугольным наконечником, которая под углом упирается в землю. Возможно, всадники верхнего изображения также держали пики.</p>\r\n<p>Напротив всадника высечена женская фигура - «богиня», одетая в богатое одеяние, красивыми складками, ниспадающими по ее фигуре. Она восседает на парадном кресле с высокой прямой профилированной спинкой и резными ножками. Ноги «богини», по-видимому, находились на небольшой скамеечке. Ее правая рука была под одеянием, а левая поднята к подбородку.</p>\r\n<p>Боковые стороны кресла, завершенные каким-то изображением (головы животного?), оформлены прямыми поручнями, поддержанными двумя стойками. На кресле имелась мягкая подушка, без прогибов, выровненное положение которой показывает, что сиденье кресла было жестким, из досок, сплошной сетки или решетки. Изображения таких кресел встречались на боспорских надгробиях с середины I в. н. э.- по начало II в. н. э. (Сокольский Н. И., 1971, с. 104, табл. VII.2-3; тип 3а)3.</p>\r\n<p>Немного впереди кресла, закрывая его заднюю ножку, изображена непропорционально маленькая фигурка служанки, одетая в длинное облачение. Перед собой она держала шкатулку с дарами(?).</p>\r\n<p>В нижнем ярусе стелы изображение всадника и тем более служанки заметно меньше, чем «богини». Таким несложным иконографическим приемом мастер подчеркивал доминирующее значение «богини» над фигурами всадника и служанки, что должно было говорить зрителю о ее главной роли в сюжете (и в потустороннем мире?).</p>\r\n<p>В сколе стелы, в верхней ее части, обнаружена палеонтологическая окаменелость – полный скелет какого-то небольшого животного.</p>\r\n<p>В перекрытии могилы стела лежала лицевой частью вверх. Она снизу поддерживалась другой антропоморфной стелой, установленной в качестве подпорки  на боковую грань поперек могилы, вплотную с ее западным бортом (рис. 1). Материалом для последней стелы послужила плита рыхлого желтовато-белого ракушечника длиной 0,88 м, шириной 0,40 м, толщиной 0,23 м (к. о. 89) (рис. 3). Изображений и надписей на поверхности стелы не зафиксировано. Верхняя ее часть высечена в форме головы, плавно переходящей в прямые «плечи».</p>\r\n<p>Наконец, еще одна антропоморфная стела была открыта в перекрытии детском погребения 27, открытого на глубине 1,60 м от поверхности (рис. 3). Погребальное сооружение - грунтовая могила с заплечиками, шириной до 0,20 м. На заплечиках располагались три известняковые плиты, две из них неправильной полигональной формы (0,90х,0,45х0,21 м; 1,02х0,51х0,19 м), третья – каплевидной формы (0,74х0,42/0,14х0,12-0,14 м) являлась антропоморфным изображением и использовалась, очевидно, вторично (к. о. 90) (рис. 3).</p>\r\n<p>Над плитами найдено бронзовое массивное кольцо (лучника?) с небольшим отверстием и небольшой овальной выемкой на внешней стороне диаметром 28 мм (к. о. 83) (рис. 3.4).</p>\r\n<p>После снятия перекрытия открылась подпрямоугольная в плане и сечении камера, с округленными углами, вытянутая по линии юго-запад-северо-восток. Ее размеры: длина 1,12 м, ширина – 0,32 м, глубина – 0,24 м. Внутри она была заполнена рыхлым желто-коричневым грунтом, без находок.</p>\r\n<p>На дне могилы, обнаруженном на глубине 1,40 м от поверхности, расчищен скелет ребенка плохой сохранности, лежащий на спине, головой на северо-восток, лицом на юго-запад, руки вдоль корпуса, ноги прямо. В верхней части груди умершего найдена бронзовая лучковая фибула длиной 41 мм (к. о. 93) I в. н. э. (Амброз А. К., 1966, с. 48, табл.9.2), бронзовые колокольчики диаметром 16 и 20 мм (к. о. 94-95), ожерелье из трех подвесок из египетского фаянса бирюзового цвета (две - с изображением Беса, длиной 25 и 33 мм, одна – с фигуркой льва, лежащего на прямоугольной плакетке, длиной 23 мм), и трех сточенных зубов животных, длиной 21, 23, 25 мм (к. о. 114). На запястье левой руки обнаружен проволочный браслет, диаметром 40 мм, из тонкой проволоки прямоугольного сечения (к. о. 96) (рис. 3.1-3). Датировка погребения – I-II вв. н. э., так как пронизи в виде львов датируются этим временем (Алексеева Е. М., 1975, с. 44 и сл., тип 68б).</p>\r\n<p>Следует отметить, что антропоморфные надгробные памятники на городище Артезиан ранее открывались в ходе исследования культурных отложений античного времени (Винокуров Н. И., 1998, рис. 17.2-4). Правда, и эти артефакты обнаруживались не in situ. Внешне они напоминали антропоморфные стелы из могил некрополя. Их отличали сравнительно небольшие размеры, схематизм формы, относительно небрежная обработка поверхности. Вряд ли такие памятники стоили дорого и вероятней всего изготавливались прямо на месте. Иное дело – надгробная стела Состибия, сына Диониса, и двух его сыновей – Дисака и Падафа. Такие надгробия, тщательные по исполнению и, по всей видимости, довольно дорогие, позволяют предполагать не только высокий ранг погребенных, но и их значительный достаток. К сожалению, неизвестно откуда была взята эта стела и какие события привели к разорению кладбища, где она некогда находилась. Возможно, будущие исследования помогут ответить и на этот вопрос.</p>\r\n<h2>Архивные материалы и литература</h2>\r\n<ul>\r\n<li>Алексеева Е М., 1975. Античные бусы Северного Причерноморья // САИ. Вып. Г1-12.</li>\r\n<li>Амброз А. К., 1966. Фибулы юга европейской части СССР II в. до н. э. – IV в. н. э. // САИ. Вып. Д1-30. М.</li>\r\n<li>Винокуров Н. И., 1998. Археологические памятники урочища Артезиан в Крымском Приазовье. М.</li>\r\n<li>Горончаровский В. А, 1993. Катафрактарии в истории военного дела Боспора // Петербургский археологический вестник. Спб.</li>\r\n<li>Дашевская О. Д., 1962. Граффити на стенах здания В Неаполе скифском // СА. № II.</li>\r\n<li>Дворниченко В. В., Федоров-Давыдов Г. А., 1989. Памятники сарматской аристократии в Нижнем Поволжье // Сокровища сарматских вождей и древние города Поволжья. М.</li>\r\n<li>Десятчиков Ю. М., 1972. Катафрактарий на надгробии Афения // СА, № 4.</li>\r\n<li>Крыкин С. М., 1993. Фракийцы в античном Северном Причерноморье. М.</li>\r\n<li>Кузьмина Е. Е., 1977. Экология степей Евразии и проблема происхождения номадизма // ВДИ. № 2.</li>\r\n<li>Максимова М. И., Наливкина М. А., 1955. Скульптура // Античные города Северного Причерноморья. М.-Л.</li>\r\n<li>Пугаченкова Г. А., 1966. О панцирном вооружении парфянского и бактрийского воинства // СА, № 2.</li>\r\n<li>Ростовцев М. И., 1913. Античная декоративная живопись на юге России. Спб.</li>\r\n<li>Сокольский Н. И., 1971. Деревообрабатывающее ремесло в античных государствах Северного Причерноморья. М.</li>\r\n<li>Шургая И. Г. 1983. Изображение всадника и коня из Илурата // КСИА. Вып. 174.</li>\r\n<li>Яйленко В. П., 1987. Несколько греческих граффити и "сарматская" надпись с Березани // Античная Балканистика. М.</li>\r\n</ul>'),
+(13, '2002-11-09 20:50:59', 3, 'intervju-2003-g', 'Интервью. 2003 г.', 2, '<h2>Почему Вы пошли в историческую науку?</h2>\r\n<p>С детских лет у меня проявилась склонность к гуманитарным наукам, очень любил читать, ходить в музеи. Сначала интерес к истории (особенно славянской и русской) существовал наравне со стремлением познать жизнь животных и растений. Однако затем жизнь людей, хотя уже и давно прошедшая, стала меня увлекать сильнее. В результате флора и фауна остались предметами изучения других исследователей, а мне посчастливилось заниматься не менее интересным и важным делом - добывать с помощью лопаты артефакты для исторической науки.</p>', '<h2>Чем Вас  заинтересовала археология?</h2>\r\n<p>Видимо, копать мне было написано на роду. Я рос в летных военных гарнизонах и воспитывался в семье потомственных военных, в которой старшее поколение прошло всю войну и много рассказывала о боях, оружии... Под впечатлением услышанного, я вместе с другими пятилетними мальчишками проводил какие-то «раскопки» в окрестных жилых дворах г. Полтавы. Ищущий да обрящет… Я притаскивал домой горы каких-то чугунных и железных обломков и свято верил, что это были осколки бомб, которыми фашисты уничтожали беззащитное мирное население. Взрослые, надо отдать им должное, меня не разубеждали. Но сейчас у меня возникло глубокое подозрение, что это были попросту обломки труб отопления. Может быть я и не прав.</p>\r\n<p>Из других детских воспоминаний: помню себя в великолепном зале Полтавского краеведческого музея перед стеклянными большими стеллажами с бесчисленным множеством древностей, посудой, оружием, украшениями. Поразил меня скелет – «скорченное» захоронение, - вынутый монолитом вместе с грунтом и сопровождающим инвентарем… Уже в первом классе школы, когда моего папу перевели из Полтавы служить в военный гарнизон Мигалово (на окраине Твери), я вместе с ребятами исследовал бульдозерные отвалы строек и собирал патроны, остатки оружия и военной амуниции. Там везде шли очень жестокие бои и следы войны остались повсюду. Все находки несли военруку - в школу, где был очень богатый военный музей. Музей все очень любили, как и занятия военной подготовкой, парады, учения, «зарницы» - военные детские игры…</p>\r\n<p>Уже в Москве преподаватель истории и по совместительству пионервожатая – Наталья (к моему стыду, отчество не помню) (я ей очень благодарен) объявила всем в классе, что есть возможность записаться в археологические кружки при Государственном Историческом музее. Я как раз прочитал какую-то популярную западную книжку о подводной археологии и поэтому был первым желающим из класса. Начал с кружка по изучению неолита Волго-Окского междуречья (с тех пор очень люблю этот период и кремневую индустрию), а завершил свою ГИМовскую «карьеру» кружком славянской археологии.</p>\r\n<p>Там нас учили прекрасные специалисты, настоящие педагоги и высококлассные ученые. Это была «кузница» археологических кадров (Как, впрочем, и сейчас). Мы не только изучали археологический материал, делали доклады и оппонировали, учились рисовать, читать научные работы, проводили экскурсии, но и копали! Ездили ежегодно на археологические разведки и раскопки, писали дневники и отчеты. Причем из кружков в «поле» брали не всех, а только лучших. Нас замечательно учили учиться. Невозможно забыть детские конференции и наши ожесточенные споры не только во время занятий, но после них. Доходило до драк! А как еще доказать оппоненту, если он слов не понимает! С тех пор я четко понял, истина доказывается в активном противостоянии. Вот почему 25 лет после этого пришлось заниматься прикладным спортом (шутка).</p>\r\n<h2>Когда впервые съездили в археологическую экспедицию?</h2>\r\n<p>В первую свою экспедицию – в заповедную Мещеру - я попал после пятого или шестого класса. Копали неолит, несколько известных стоянок. Первый полевой опыт достался трудно. Самое страшное испытание, когда я оказался дежурным. Мне пришлось в одиночку в огромной и тяжелой лодке перевозить полдник (молоко и хлеб) через озерное расширение на р. Пре. Грести я не умел, течение сносило лодку в камыши, в протоки. Я отчаянно боролся, как мне казалось, за жизнь, страшно трусил, а в это время голодные коллеги на раскопе меня, мягко говоря, поливали всякими грозными словами. Как выжил и довез молоко, - не знаю! Авторитета мне эта эпопея не прибавила, поэтому чаще других приходилось трудиться на самой ответственной работе: откидывать в сторону от раскопа отвал – гору грунта, выброшенную из раскопа. Интереса мало. Но мне там везло. В многократно перелопаченной земле попадались замечательные находки – поделки из камня и кости. Я бурно радовался и бежал демонстрировать свои успехи начальнице. Рабочие моего восторга совсем не разделяли, хмуро на меня поглядывали. Людская неприязнь в маленьком коллективе – вещь неприятная. Опыта у меня не было и силы особой – тоже, поэтому пришлось, конечно, не сладко. Но это была отменная психологическая школа, которая заставила хорошо работать над собой.</p>\r\n<h2>Как стать археологом?</h2>\r\n<p>Археологом стать, вероятно, невозможно, нужно им родиться. Можно, конечно, научиться ее научным методам и приемам, стать неплохим раскопщиком, но если археологию не любить всей душей, не чувствовать ее романтики, настоящим профессионалам стать, как мне кажется, вряд ли возможно.</p>\r\n<p>Археология это не профессия – это образ жизни. Археолог возвращается вымученный из многомесячной экспедиции, уставший физически и морально, но через месяц-другой уже от цивилизации тянет в поле – к проверенным друзьям, лопате, костру, живой природе.</p>\r\n<h2>Что такое история?</h2>\r\n<p>Такие вопросы - из серии «Что такое жизнь?». Полного ответа дать никогда не удастся. Не буду претендовать на истину и я.</p>\r\n<p>История – это познание настоящего через минувшее и попытка моделирования на этой основе будущего. История это сама жизнь, каждое ее мгновение подчинено величайшему смыслу, заложенному нашим Творцом. Внешний хаос различных проявлений общественной жизни являет нам некие закономерности, которые пытается исследовать эта удивительная наука.</p>\r\n<h2>В чем прелесть археологической экспедиции?</h2>\r\n<p>Абсолютно во всем – от ее подготовки до завершения. Чем она трудней, тем лучше. Останется больше впечатлений и воспоминаний. В экспедиции любой человек моментально раскрывается. Там сбрасываются все маски. Можно знать товарища долгие годы, но каков он на деле проверяет только поле. В экспедиции возникает масса ситуаций, которые требуют адекватного действия. Требуется максимальная концентрация и воля. Ошибок допускать нельзя.</p>\r\n<p>Экспедиция закаляет тело и укрепляет душу. Этому способствуют здоровое, хотя и простое, но без консервантов питание (хлеб да каша – пища наша), хорошая физическая работа, развивающая, но не отупляющая ум, свежий воздух, много солнца, степной ветерок с незабываемым запахом степной полыни, бесконечное, завораживающее синее Азовское море, обрамленное живописными скалами ...</p>\r\n<p>Кроме того, экспедиция затягивает… Даже те, кому археология, неустроенная палаточная жизнь, тяжелая работа сначала совсем не пришлись по сердцу, через некоторое время (по возвращению) с ностальгией начинают вспоминать о пережитых трудностях и лишениях.</p>\r\n<p>Единство с природой, единство с историей… Все вокруг тебя дышит настоящей жизнью, нет бетонных джунглей, телевизора, суеты и других городских проблем.</p>\r\n<p>Ожидание неизвестного, поиск и осмысление найденного, опровержение собственных и чужих гипотез и представлений, успех и неудача, ожидание и разочарование. Одним словом, весь спектр чувств и ощущений. Встреча рассветов и закатов на раскопе, среди античных руин и склепов, вид которых поневоле заставляют по-философски относиться ко всему проходящему. История древняя и современная смыкаются в одной точке. Это – просто замечательно!</p>\r\n<p>Когда же экспедиция заканчивается, становится бесконечно грустно. Еще одним сезоном в жизни стало меньше, все стали на год старше… Полевой сезон закончился, но экспедиция продолжается. Масса новых друзей и  незабываемых впечатлений, прикосновение к тайнам седой древности, великой античной культуре, крепость мускулов, стройность станов, великолепный загар (правда, почему- то резко бледнеющий после первой ванны), мастерское умение владеть всеми видами копающего и метущего инструмента, в том числе ложкой и вилкой, особое выражение лица, постоянно ищущий взор, неестественная тяга к сгущенке, раскопу и морю - все это археология. Мы в Москве, но душой - в Таврике, на Боспоре.</p>');
+INSERT INTO `article` (`id`, `date`, `menu_id`, `alias`, `title`, `author_id`, `intro`, `content`) VALUES
+(14, '2007-11-09 20:50:59', 3, 'predvariteljnye-itogi-nauchno-izyskateljskih-rabot-rossijsko-krymskoj-arheologicheskoj-jekspedicii', 'Предварительные итоги научно-изыскательских работ российско-крымской археологической экспедиции', 2, '<p>Данная публикация посвящена предварительным итогам 15-го полевого сезона, проведенного российско-крымской археологической экспедицией истфака МПГУ и Крымского филиала Института археологии НАН Украины на территории уникального природного района Крымского Приазовья - в Артезианской и Багеровской балках (на основании Открытого листа №60/310 от 05 мая 2003 г. и Разрешений Министерства культуры и искусств Украины №117/03 и №118/03 от 20.06. 2003 г.)1</p>', '<p>Раскопочные работы производились на городище и некрополе Артезиан2. Все обнаруженные в процессе работы ААЭ находки сданы в Керченский историко-культурный заповедник.</p>\r\n<p>На городище Артезиан археологические раскопки на юго-западном участке городища -  на раскопе III площадью более 400 кв. м. В отчетном году работы проходили на северном участке раскопа, площадью около 175 кв. м., в ходе которых удалось вскрыть жилой горизонт, связанный с периодом бытования и разрушения хозяйственно-жилых построек середины-второй половины  III в. н. э., перекрывших строительные остатки «Цитадели» второго строительного периода. Как показывают археологические материалы, «Цитадель» была частично разобрана в середине-конце II в. н. э., а оставшаяся возвышенная часть использовалась в качестве платформы для сооружения террас, на которую вели каменные лестницы, пристроенные вплотную к западному и южному фасу башни.</p>\r\n<p>В пределы раскопа попали сильно разрушенные остатки каменных оснований стен (высотой около 0,30-0,50 м) нескольких хозяйственно-жилых строений, расположенных на двух террасах. С ними были сопряжены вымостка из больших и средних по размерам известняковых плит, очажные конструкции, сложенные из вертикально установленных известняковых плит и квадров, обмазанных глиной. В специальной нише у подножья каменно-сырцовой стены одной из построек выявлен небольшой алтарик хтоническим богам, - квадратный камень со сквозным трапециевидным отверстием по центру, предназначенный для совершения жертвенных возлияний. Все постройки погибли в результате сильного землетрясения во второй половине III в. н. э. В каменно-сырцовом слое разрушения обнаружено большое количество разбитой посуды, преимущественно крупногабаритной хранилищной тары – амфор и пифосов различных типов. После катастрофы жизнь на данном участке городища не прекратилась. Здесь были выявлены остатки построек конца III – начала IV вв. Мощность исследованного культурного слоя достигала 1,15-1,20 м, раскоп до материка не вскрыт.</p>\r\n<p>Строительные остатки сильно повреждены перекопами средневекового и нового времени, камень выбран, а культурный слой значительно переотложен.</p>\r\n<p>Грунтовый некрополь городища Артезиан, расположенный к северо-востоку от поселения, на протяжении пяти лет подвергается систематическому и опустошительному разграблению. Некрополь к настоящему времени практически полностью уничтожен на площади более 9 га. Выбросы из грабительских шурфов образовали поверх современной почвы насыпь мощностью до 1,40-1,80 м и совершенно скрыли реальный рельеф местности. В насыпи встречались обломки человеческих костей и костей животных, целые и фрагментированные находки из разрушенных погребений и тризн.</p>\r\n<p>В связи с проведением охранных работ на этой территории были размечены три новых раскопа 7-9 и северная и южная прирезки к раскопу 1-2, общей площадью 850 кв. м. Все вскрытые площади были полностью доследованы. Во время проведения раскопочных работ было установлено, что некрополь занял территорию эллинистического селища IV-III вв. до н. э. Культурный слой селища в ходе устроения могильника был срезан и переотложен. Сохранились только впущенных в материковый грунт нижние части хозяйственных котлованов и ям, заполненные гумусом с фрагментами эллинистической керамики и костями животных, а также отдельные участки культурного слоя незначительной мощности (0,05-0,25 м), в котором встречались фрагменты глиняной облицовки жилищ с отпечатками стеблей камыша. Следует отметить, что при исследовании заполнения котлованов землянок было найдено более десятка амфорных клейм, наиболее ранние из относятся к концу V в. до н. э.</p>\r\n<p>Благодаря исследованию некрополя широкими площадями удалось впервые археологически зафиксировать древнюю планировку различных участков некрополя, разделенных грунтовыми дорогами и дренажными канавами. Весьма показательно, что расположение погребальных сооружений, их ориентировка зависели от ограничивающих их дорог и дренажей. Некрополь, исследованный на площади около 1200 кв. м, имел четко выраженную линейную планировку с ориентацией могил по осям ЮЮЗ-ССВ, ССЗ-ЮЮВ, изредка встречались детские могилы, ориентированные четко по осям З-В или С-Ю.</p>\r\n<p>На некрополе в 2003 г. обнаружено и полностью раскопано 49 погребальных сооружений I-II вв. н. э., большей частью ограбленных. Плотность расположения погребений не велика, редко могильные ямы прорезали друг друга.</p>\r\n<p>Среди погребальных сооружений преобладали прямоугольные грунтовые могилы (иногда с округленными углами), с заплечиками для установки каменного перекрытия из одной-четырех каменных плит. Уникальным явлением следует признать наличие в перекрытие одной из могил плиты с круглым отверстием (для совершения возлияний?) и следами глубоко прорезанного тамгообразного знака.</p>\r\n<p>В этом году открыты три могилы с подбоем, не характерные для некрополя. Могилы с захоронениями взрослых были довольно глубокие до 2-3,5 м от современной поверхности, они выкопаны в основном в материковом грунте. Детские могилы менее заглублены, их заклад нередко фиксировался под древним почвенным горизонтом. Могилы содержали от одного до пяти костяков, сохранность которых очень плохая. Преобладали трупоположения на спине с вытянутыми вдоль корпуса руками и прямыми ногами.</p>\r\n<p>Особенно хотелось выделить обнаруженные на южном участке раскопа 1-2 каменный склеп 5 и на раскопе 7 - каменный склеп 6, аналогичные открытым ранее четырем склепам, бывшими, судя по останкам людей и фрагментам погребального инвентаря, родовыми усыпальницами богатой элиты поселения. Они имели дромос и большую по площади прямоугольную в плане погребальную камеру. В склепе 5 имелась обширная «костница» - прямоугольная камера, пристроенная к склепу с противоположной от дромоса стороне. В древности ее закрывала деревянная дверь с длинным металлическим засовом, паз от которого сохранился в одном из торцевых камней входа. В склепе 6 «костница» была сооружена из плит прямо в полу погребальной камеры, что не совсем обычно для некрополя, но находит аналогии на Боспоре.</p>\r\n<p>Конструкция стен склепов и находки клиновидных камней в заполнении предполагают наличие купольного перекрытия, высотой от пола камеры не менее 2,20-2,60 м. Вероятно, склепы были перекрыты курганными насыпями и были хорошо заметны на поверхности, что обусловило ограблении склепов еще в античное время и частичную выборку их стен. Подкурганные купольные перекрытия каменных склепов (высотой до 5,5 м) известны на Боспоре. к примеру, один из них открыт в 1821 г. матросами Н. Ю. Патиниоти при добыче камня, неподалеку от Керчи в районе кургана Алтын-Оба.</p>\r\n<p>Стены погребальных камер покрывала белая известковая штукатурка с добавлением морского песка. Поверхность штукатурки была хорошо заглажена и имела следы росписи, особенности декора склепов установить не представлялось возможным.</p>\r\n<p>Захоронения совершались в гробах, погребальных ложах, саркофагах, так и без них. Саркофаги раскрашивались и украшались гипсовыми налепами. В одном из погребений открыто несколько десятков гипсовых налепов, раскрашенных черной, синий, бурой и розовой красками. Среди них выделялись изображение головы Медузы-Горгоны, дионисийские символы - фалловидные навершия и букрании (скульптурные изделия в виде головы быка). Ножки саркофагов закрывали раскрашенные ступенчатые облицовочные налепы, также из гипса.</p>\r\n<p>В инвентаре неграбленных погребений встречались наборы местной и дорогой и импортной краснолаковой посуды, включавшие в себя краснолаковые блюда, миски на круговом поддоне с клеймами planta pedis на внутренней поверхности, иногда в обрамлении одно-трех кругов косых насечек, краснолаковых и стеклянных кувшинчиков, стеклянных унгвентариев. В женских и детских погребениях встречались разнообразные наборы бус из египетского фаянса, сирийского стекла, полудрагоценных камней, стекла с вставками из золотой и серебряной фольги, золотые пронизи и нашивные бляшки, бронзовые и серебряные браслеты, серьги и колечки, а в мужских – кинжалы, мечи, разнообразные ножи, наконечники стрел, металлические детали одежды и экипировки. Уникальными находками следует признать металлические перстни, украшенные геммами, изготовленными из сердолика. На одной гемме овальной формы вырезана в очень уверенной реалистичной манере, показывающей руку большого мастера, богиня Афины, в шлеме. Афина представлена в полный рост, она стоит, опираясь на копье, с масличной ветвью в левой руке. На другой гемме изображена голова мужчины, в египетском(?) головном уборе. Не менее интересна другая вставка в перстень – небольшой стеклянный литик овальной формы с пентаграммой по центру.</p>\r\n<p>Среди прочих объектов исследованы погребения собак и лошадей с деталями упряжи, совершенные в овальных ямах неправильной формы, несколько хозяйственных ям и два полуземляночных котлована эллинистического времени, а также следы тризн I-II вв. н. э.</p>\r\n<p>Все исследованные до материка участки раскопов на некрополе и городище Артезиан в ходе исследовательских работ этого сезона засыпались, полностью изученные объекты консервировались, забутовывались камнем и засыпались отвальным грунтом, включая хозяйственные ямы, котлованы, могильные сооружения.</p>\r\n<p>Таким образом, проведенные исследования в очередной раз подтвердили большую научную значимость и перспективность раскопок на городище и некрополе Артезиан, существенно пополняющих наши данные о материальной и духовной культуре сельского населения Европейского Боспора.</p>'),
+(15, '2007-11-09 20:50:59', 3, 'issledovanie-jugo-zapadnoj-chasti-gorodishha-artezian', 'Исследование юго-западной части городища Артезиан', 2, '<p>В период 2002-2003 гг. проводились раскопочные работы в юго-восточной возвышенной части городища. Здесь предполагалось открыть юго-восточную угловую башню и примыкающие к ней куртины крепостных стен «Цитадели». Для этой цели был размечен к северо-западу раскоп III площадью 400 м2. Культурный слой1 античного горизонта в целом очень сильно поврежден перекопами, правильность чередования напластований нарушена2.</p>', '<p>исследование насыпи террасы рубежа н. э. Культурные отложения, предшествовавшие сооружению стен «Цитадели», выявлены незначительными по площади участками у северного и южного бортов раскопа на глубине 1,56-1,80 м на площади около 20 м2. Они представляли собой насыпь террасы, сформированную срезанными культурными и материковыми слоями. Насыпь сильно повреждена фундаментами позднейших стен, перекопами и ямами. Она состояла из золистых и сырцово-золистых прослоек общей мощностью 0,25-0,55 м, которые располагались с небольшим наклоном к югу и востоку, а в ряде мест - практически горизонтально. Подошва насыпи не выявлена.</p>\r\n<p>Верхние горизонтальные прослойки насыпи, толщиной 0,03-0,15 м, довольно плотные и утоптанные, видимо, являлись «жилыми горизонтами», предшествовавшими возведению стен «Цитадели» второго строительного периода. По крайней мере, несколько плит вымостки, сложенной из плит и блоков известняка средних размеров (толщиной 0,12-0,16 м), зафиксированы в северном борту раскопа на глубине 1,16-1,20 от поверхности. Место стыковки вымостки и башни не сохранилось, так как прорезано котлованом выборки камня. Поверхность вымостки довольно ровная, поверх нее прослежена тонкая прослойка золистого утоптанного грунта, перекрытого слоем желтого сырцового развала 0,23-0,37 м, без находок. В насыпи террасы найдены немногочисленные находки костей животных, раковины мидий, обломки керамики рубежа - первого века нашей эры3.</p>\r\n<p>Под мощным слоем переотложенного перекопами культурного слоя удалось выявить строительные остатки «Цитадели» второго строительного периода: фрагменты каменного фундамента юго-западной башни 2. Кроме того, были прослежены по траншеям выборок направления западной и южной крепостных стен, а также исследованы на отдельных участках слой разрушения ранней «Цитадели».</p>\r\n<p>Исследование «Цитадели» рубежа нашей эры - первой половины I в. н. э. Крепость, получившая условное название «Цитадель», занимает центр городища и доминирует над местностью. Она возникла в I в. до н. э. – начале I в. н. э.</p>\r\n<p>Исследование слоя разрушения ранней «Цитадели». Слой разрушения ранней «Цитадели» выявлен в восточной части раскопа - в квадратах 12 и 16 на глубине 1,54-1,73 м. Его образовывали слои горелого грунта мощностью 0,20-0,60 м с прослойками сажи, обгоревшей до красноты глины, саманной облицовки стен, растрескавшихся известняковых квадров и плит, бутового камня, обугленных кусков дерева и костей животных, скоплений углей и фрагментов закопченной до черноты керамики конца первого века до н. э. – начала первого века н. э. Слой пожара, отчетливо заметный на профиле восточного борта раскопа, сильно поврежден позднейшими перекопами4.</p>\r\n<p>В горелом слое разрушения обнаружены в восточной части раскопа разновременные фрагменты стенок и профильных частей керамики первых веков нашей эры, наиболее поздние из них датируются первой половиной-серединой III в. н. э.5 Некоторые обломки настолько сильно прокалились в огне, что их поверхность запеклась в виде тонкого слоя глазури и отшлаковалась.</p>\r\n<p>В юго-восточном углу раскопа под насыпью террасы и вымосткой 1 III в. н. э., где сохранились менее потревоженные перекопами участки слоя разрушения, найдены: обломок солена, венчик массивной амфоры коричневой глины с серым ангобом на поверхности, донце амфоры или пифоса коричневой глины, стенки и профильные части амфор разных типов (ручки, венчики, донца), среди которых хорошо датировались обломки светлоглиняных узкогорлых амфор, типов А1-2 конца первого века до н. э. - середины первого века н. э. (Абрамов А. П., 1993, с. 46, 118). Также были открыты обломки простых гончарных кувшинов красной и коричневой глины, профиль простой гончарной миски, борт сковородки мелкозернистой красно-коричневой глины, фрагменты стенок и профилей лепных горшков и открытых сосудов, части краев и донцев краснолаковых открытых сосудов местного и импортного производства, несколько терочников из галек.</p>\r\n<p>Исследование юго-западной башни 2 «Цитадели» второго строительного периода рубежа нашей эры - первой половины I в. н. э. От крепостных сооружений второго строительного периода остались фундамент юго-западной башни 2 и траншеи выборок западной и южной куртин оборонительных стен. От башни квадратной формы размером 8 х 8 м6 после выборки камня в VIII-IX вв. уцелела северная часть западного фаса и юго-западный угол каменного фундамента, сложенного на глине по двухрядной однолицевой постелистой тычково-ложковой системе из больших, грубо отесаных квадров желтого ракушечника и белого известняка (1,00х0,48/0,50х0,48/0,67; 0,90х0,48/0,52х0,50/0,64 м). Лицевая часть камней выровнена, притеска швов плотная. Пространство внутри башни заполнено квадрами и их обломками, установленных на постель без видимого порядка. Щели между камнями залиты желтой глиной с известковой крошкой и щебнем. Размеры каменных останцев фундамента следующие: длина западного фаса – 4,60 м, ширина – 0,80-1,0 м, высота – 0,57-0,62 м; длина южного фрагмента – 2,54 м, ширина – 1,50-2,10 м, высота -0,58-0,62 м.</p>\r\n<p>Вдоль сохранившегося восточного фаса башни (в районе юго-восточного угла) сохранился небольшой фрагмент вымостки (длиной 3,00 м, шириной 0,90-1,10 м) из нескольких известняковых плит неправильной полигональной формы. Они были уложены на постелистых сторонах в один ряд. Толщина плит - 0,36-0,40 м. Заглаженная поверхность вымостки маркировала древний дневной горизонт, синхронный времени сооружения башни второго строительного периода рубежа нашей эры - первой половины I в. н. э.</p>\r\n<p>Следует отметить, что все квадры и их фрагменты, использованные при строительстве башни, имеют вторичное происхождение. Некоторые из камней сохранили следы использования в других кладках – пазы, русты, следы подтески. Интересно отметить, что в южный фрагмент кладки вмурована сильно оббитая монолитная гиря винодельческого пресса (0,80/0,86х0,54/0,52х0,39 м) с продольным пазом (шириной 0,15/16 м, глубиной 0,14 м) для закрепления деревянного короба облицовки. Подошва кладки башни полностью не расчищена. Судя по уцелевшим участкам кладки, кладка башни 2 напоминала цокольный ряд северо-восточной башни 1 – платформу из крупных известняковых квадров (1,17/1,18х0,52/0,62х0,69), сооруженную по двухрядной постелистой тычково-ложковой системе. В этой связи не исключено, что выявленная на раскопе III кладка башни является ее цоколем, а фундамент будет открыт при последующих работах.</p>\r\n<p>Камни южной и западной оборонительных стен не выявлены. Но по траншеям выборок их ширина вполне достоверно реконструируется – 3,35-3,50 м. Башня 2 выступала за линию крепостной стены на 4,60 м, а за линию южной стены – 2,70-2,80 м. Важно отметить, что выявленная ранее западная крепостная стена после стыковки продолжалась по прямой в южном направлении, в сторону балки, к выявленному на раскопе II комплексу IV с помещениями «казарм», расположенными на террасах (Винокуров Н. И., 1998)7. Отходившие на юг стены обеспечивали в случае осады крепости безопасный доступ к балке, хорошо обеспеченной питьевой водой. Кроме того, они создавали дополнительную защиту с юга южной линии крепостных стен и башен, перекрывая свободный доступ к центральной части «Цитадели».</p>\r\n<p>Рекомендации античных фортификаторов, позволяют реконструировать высоту куртин – линий крепостных стен между башнями. Она должна была быть в два раза больше их толщины (Phil. Biz., 3.2, 8.6). Следовательно, высота стен «Цитадели» городища Артезиан могла достигать 9-10 м, а башен - 12-15 м. Эти параметры вполне согласовываются с размерами крепостных стен других населенных пунктов античных государств Северного Причерноморья (Крыжицкий С. Д., 1993, с. 66).</p>\r\n<p>В период бытования «Цитадели» западнее крепостных стен отложился слой желтого плотного глинистого грунта мощностью 0,28-0,38 м с небольшим содержанием известковой крошки, костей животных, угольков и фрагментов керамики I-II вв. н. э.8 Этот слой образовался в процессе реконструкции оборонительных сооружений «Цитадели» из сырцовых кирпичей и глиняной обмазки стен. Присутствие в слое отдельных фрагментов керамики II-III указывает на возможность позднейшего повреждения слоя перекопами.</p>\r\n<p>Во II-III вв. н. э., когда «Цитадель» перестала использоваться по прямому назначению, ее стены и башни были частично разобраны, а каменные останцы были использованы в качестве основания подпорных стен террас. Под стены террас подсыпался для выравнивания горизонтов срезанный с других участков культурный слой, содержавший распавшиеся сырцовые кирпичи, золистые и щебенистые прослойки, бутовый камень, линзы известковой крошки, куски обожженной глиняной облицовки крыш или турлучных стен с отпечатками стеблей камыша, обломки печины, посуды первых веков н. э. Там, где было необходимо, возводили новые подпорные стены с узкими лестницами, имевшими каменные ступени.</p>\r\n<p>Исследование террас II-III вв. н. э. На раскопе частично вскрыты четыре террасы, располагавшиеся уступами по южному и западному склону возвышенности: северо-восточная, юго-восточная, северо-западная и юго-западная террасы. Друг от друга они отделялись каменными останцами кладок крепостных сооружений, выполнявшими теперь функцию подпорных стен.</p>\r\n<p>Самая возвышенная из террас – северо-восточная. В пределы раскопа попала ее юго-западная часть, между башней и южной стеной «Цитадели». Эта терраса соединялась небольшой лестницей из трех ступеней шириной 0,64-0,87 м – каменных плит с расположенной ниже на 1,20 м юго-восточной террасой, древняя дневная поверхность которой отмечена вымосткой 1.</p>\r\n<p>Друг от друга террасы отделялись сначала наполовину разобранной южной крепостной стеной «Цитадели», а после ее выборки - пристроенной к ней с севера подпорной стеной 1 – однолицевой двухслойной однорядной кладкой (близкой к иррегулярной) из крупных плит и блоков, положенных на постелистые стороны без видимого порядка. В качестве раствора использовалась пластичная желтая глина. Подошва стены 1 открыта на глубине 1,08-1,15 м от современной поверхности. Стена вытянута с запада на восток, ее восточная часть уходит в борт раскопа. Длина стены 1 – 4,42 м, ширина – 0,98-1,02 м. В высоту она сохранилась на 0,35-1,10 м (1-4 вертикальных ряда кладки). Северный фас стены просел и частично обрушился в раннюю яму, расположенную ниже ее подошвы. Каменная забутовка ямы находилась на глубине 1,65-1,72 м. Она не раскапывалась. Яму оконтуривали вертикально вкопанные плиты, установленные по кругу диаметром 1,20 м. Поверхность отдельных плит обгорела докрасна.</p>\r\n<p>Расположенная ниже северо-восточной террасы - юго-восточная терраса - исследована в кв. 16. Вскрыта ее северо-западная часть, ограниченная с запада башней и западной куртиной крепостной стены, а с севера – траншеей выборки южной крепостной стены. Основная площадь террасы уходит за пределы раскопа.</p>\r\n<p>Насыпь террасы, образованная переотложенным культурным слоем, содержала большое количество бутового камня, прослоек глины, золы и щебня9. При сооружении террасы были срезаны верхние части ям первых веков нашей эры. Нижние части ям, выявленные в восточной части раскопа - в квадратах 12, 16 на глубине 1,50-1,87 м от поверхности, имели неправильную в плане форму и были заполнены золисто-сырцовым грунтом с большим количеством бутового камня, щебня, фрагментов керамики с заметным преобладанием стенок амфор первых веков н. э. (рис. 42). В отчетном сезоне ямы не раскапывались.</p>\r\n<p>Вероятно, на террасе был устроен хозяйственный дворик, вымощенный на площади около 9,7 м2 полигональными известняковыми плитами и блоками средних размеров (рис. 20). С северо-запада к вымостке примыкал небольшой ларь прямоугольной формы (0,38х0,26 м), сложенный из трех известняковых плиток, полностью вкопанных в насыпь террасы, ниже поверхности вымостки. Плитки шириной 0,10-0,12 м были установлены вертикально, на торцы. Вероятней всего, ларь служил для установки ножки амфоры или опорного столбы навеса. Внутри он был заполнен желтой глиной, без находок. Отсутствие в заполнении костей животных, золы, углей исключает возможность использования его в качестве жертвенника.</p>\r\n<p>Северо-западная и юго-западная террасы относительно северо-восточной и юго-восточной располагались ниже по склону. С востока они примыкали к останцам башни и западной крепостной стены. Западная часть террас обрушилась в древности по склону возвышенности и поэтому не сохранилась. Поверхность террас, открытая на глубине 0,25-1,98 м, представляла собой выровненный желтой глиной развал каменно-сырцовых стен, упавших в западном-юго-западном направлении. Вполне возможно, что развал является слоем разрушения ранней «Цитадели», спланированным во II-III вв. при устройстве террас. Но это только предположение, так как мощность, стратиграфию и датировку каменно-сырцового развала еще предстоит установить.</p>\r\n<p>Северо-западная терраса отделяется от юго-восточной террасы отрезком плохо сохранившегося фундамента подпорной стены 2, выявленным на границе квадратов 5 и 9 на глубине 1,24-1,48 м. Стена была ориентирована с запада на восток. Западная ее часть не сохранилась, так как была разрушена оползнем склона или выборкой. На востоке стена примыкала к башне, подобно контрофорсу. Длина стены – 3, 40 м, ширина – 1,40 м, в высоту сохранилась на 0,34-0,37 м (на один ряд камней). Фактически, от стены осталась траншея выборки, часть южного фаса из трех больших камней (0,82х0,43х0,34 м; 0,90х0,49х0,37 м; 0,95х0,51х0,35 м), а также отдельные камни северного фаса. Открытая стена являлась, по-видимому, однолицевой, однорядной трехслойной кладкой, сложенной по постелистой тычково-ложковой схеме, на глине, из средних и крупных плит и блоков. Поверхность камней хорошо обработана, притеска швов в кладке плотная. Камни в кладке использованы вторично, сильно околоты по краям. Подошва их имела небольшой подъем к западу, повторяя древнюю дневную поверхность юго-западной террасы.</p>\r\n<p>Разрушение террас и расположенных на них построек произошло в результате действия сильного землетрясения в середине-второй половине III в. н. э. (Винокуров Н. И., 2002). Слой разрушения – каменно-сырцовый развал мощностью 0,20-0,45 м серо-коричневого, местами желто-серого цвета, зафиксирован на неповрежденных перекопами участках раскопа на глубине 0,25-0,78 м от поверхности.</p>\r\n<p>Слой пострадал от перекопов. Лучше всего он сохранился севернее подпорной стены 1 и над вымосткой 1. Он содержал большое количество бутового камня, иногда обработанного, поверхность отдельных камней обгорела. Среди включений встречались угли, зола, раковины мидий, куски стекловидного пористого шлака, кости животных, фрагменты печины, значительное количество разновременных находок обломков античной керамики, редкие осколки стенок стеклянной посуды. Среди находок преобладали фрагменты амфор II-III вв. н. э., обломков простой гончарной, лепной и краснолаковой керамики найдено существенно меньше10.</p>\r\n<p>Поверх слоя разрушения отложился в III-начале IV вв. золистый слой запустения – серо-коричневый или серый грунт средней плотности, толщиной - 0,12-0,30 м, содержавший большое количество бытового мусора, кости животных, раковины мидий, обломки разновременной античной керамики11. Формирование слоя запустения, выявленный как на западных, так и на восточных террасах, следует связывать с постепенным прекращением жизни на данном участке городища и превращение его в мусорную свалку. Золистый слой запустения перекрывал дерновый горизонт толщиной до 0,05-0,15 м, - гумусированный темно-коричневым суглинок с включениями костей животных, раковин мидий и виноградных улиток, бутового камня и щебня, обломков античной и средневековой керамики VIII-IX вв.12 Подобным грунтом с большим содержанием гумуса темно-коричневого, почти черного цвета, бутового камня были заполнены котлован выборки башни 2 и траншеи выборок крепостных и подпорных стен античного времени.</p>'),
+(16, '2007-11-09 20:50:59', 3, 'antropogennye-landshafty-pribrezhnoj-zony-krymskogo-priazovja-i-prilegajushhih-territorij', 'Антропогенные ландшафты прибрежной зоны Крымского Приазовья и прилегающих территорий', 2, '<p>Сплошное размежевание, связанное с массированным антропогенным преобразованием природных ландшафтов, выявлено по данным аэрофотосъемки, обмерам, пешим разведкам ВКАЭ и ААЭ вдоль всего побережья Казантипского залива: от Верхне-Заморского до Зенонова Херсонеса, а также примыкавших к ним глубинных территорий Керченского полуострова [Винокуров, 1998, 2000, с.15 и сл.]. Все они осваивались не в одно время и не единообразно. Особенности рельефа и местные экологические условия определяли не только границы земледельческих территорий, но и особенности планировки и ориентировки размеченных здесь наделов, а также их специализацию.</p>', '<p>Здесь в настоящий момент прослеживаются зоны сплошной размежевки и аграрного террасирования, приспособленные для ведения активной сельскохозяйственной деятельности полиотраслевой направленности. Они отделены друг от друга скалистыми кряжами, предопределявших во многом планировку и размеры размежеванных областей, направление коммуникаций, размещения поселений, локальных и глобальных оборонительных систем Европейского Боспора. Как предполагается, многие из наделов, расположенных на равнинных участках, были приспособлены для производства зерновых культур [Масленников, Безрученко, 1991], а на пересеченной – под виноградники и, вероятно, садоводство. На равнинных участках наделы были правильной квадратной или прямоугольной формы. Система размежевания в таких районах с уплощенным рельефом ориентирована по сторонам света с небольшим разворотом к ССЗ-ЮЮВ или ЮВВ-СЗЗ. Причины разворота сетки – стремление максимально использовать земельные массивы с учетом топографических условий местности, розы ветров, уклона поверхности и интенсивности водотоков в дождливый период.</p>\r\n<p>В условиях пересеченной местности также прослеживается желание древних планировщиков аграрных участков межевать как можно более правильными геометрическими фигурами. Но далеко не везде это удавалось из-за сложного рельефа, выступов скал, обрывов и крутых откосов склонов. Но здесь древние межи лучше всего заметны при визуальном осмотре по остаткам каменных стен, выступающих на поверхности почвы, террас и валов по склонам возвышенностей, пологих холмов и долин. Виноградники на этих наделах располагались по преимуществу на южных склонах, защищенных рельефом от постоянных северо-восточных ветров и максимально открытых солнцу. Но были и исключения, к примеру, - в районе горы Плоской.</p>\r\n<p>В целом ряде случае в прибрежных районах Крымского Приазовья (к примеру, вблизи городищ Золотое, Сиреневая Бухта и др.) выявлены последствия хозяйственной перепрофилировки земельных наделов. «Длинные» поля, имевшие большие размеры, вытянутые пропорции, отделенные друг от друга валами и предназначенные для выращивания зерновых культур, были перепланированы под виноградники. Плантажные стены и ограды виноградников нередко пересекали (перекрывали) большие валы – границы старых полей. Виноградарские плантажи, менее выраженные в рельефе, не совпадали со старой аграрной разметкой. По сравнению с ней интервалы между рядами виноградников были максимально заужены, что показывает стремление древних виноградарей за счет высокой плотности посадок добиться максимальной урожайности высокодоходной виноградной культуры, и косвенно свидетельствует о дефиците площадей и рациональном их использовании. Данное событие – переориентацию хозяйственного назначения земельных угодий – следует связывать, вероятней всего, с IV-III вв. до н. э. Именно в это время на многих сельских поселениях этого района появляются композитные винодельни, ориентированные на товарное винодельческое производство, особенно интересно, наличие специализированных винодельческих усадеб, имевших ярко выраженный товарный характер производства, инкорпорированных в блоки размежеванных под виноградники территорий, связанных, скорее всего, с царской хорой.</p>\r\n<p>Необходимо отметить, что подобные наделы зафиксированы в глубине Караларского плато, между побережьем Азовского моря и Артезианской балкой в Восточном Крыму. На нескольких наделах IV-III вв. до н. э. на северном склоне г. Плоской произведены разрезы валообразных насыпей – предполагаемых границ наделов.</p>\r\n<p>Гора Плоская образована несколькими скалистыми вершинами, на которых разведками ААЭ выявлены остатки ограбленных курганных могильников бронзового века и каменных ящиков античного времени. Зафиксированы также отдельные камни, выходившие на поверхность, возможно, от строительных остатков с подъемным материалом эллинистического времени. Все склоны горы и седловины между вершинами размежеваны. На отдельных участках сохранилось поперечное террасирование.</p>\r\n<p>В районе горы Плоской древние землемеры размежевывали участки как можно более правильными формами, хотя это не везде им удавалось по причине сложного рельефа. Один из нескольких участков, размещенных на северном склоне, имел форму почти правильной трапеции, ориентированной узкой стороной на северо-восток - вниз по склону. Его площадь была около 9,9 га (340х330х320х270 м). Ширина террас, расположенных выше него, достигала 15, 30, 35 метров, при высоте от двух до пяти метров. Длина массивных в основе продольных валообразных насыпей – несколько сотен метров (на сохранившихся участках они прослежены до 330-346 м и более). Продольные валы были повреждены современными грунтовыми дорогами, воронками, оползнями и сейсмическими подвижками грунта, а на отдельных участках – прорезаны неглубокими оврагами и руслом серной речки. Они следовали параллельно на расстоянии 15-20-30 м друг от друга.</p>\r\n<p>Эта система размежевания, вероятней всего, относится к расположенному в прямой видимости от наделов большому городищу Сююрташ, видимо, царской крепости на Азовском побережье. Поселенцы, военный статус которых остается предполагать, были заинтересованы в длительной и максимально продуктивной эксплуатации плодородных земель.</p>\r\n<p>Значительное расстояние между продольными валами на горе Плоской на первый взгляд заставляет задуматься о том, что это были ограды так называемых «длинных» полей, предназначенных для выращивания зерновых культур. Местные черноземные почвы плодородны, но на суглинистой плотной основе их можно было обработать только тяжелым плугом, запряженным парой быков. Вытянутая форма размеченных полос и их ширина вполне допускала использование такого пахотного устройства. Однако, крутизна склонов горы Плоской все же достаточна велика. Продольная распашка склонов при интенсивных и обильных летних и осенних осадках исключена, так как неминуемо и очень быстро следовала эрозия. В результате слой гумуса был бы смыт в балки, а плодородие почвы необратимо уничтожено. Рачительный и умеющий считать доходы хозяин, затративший большие финансовые и временные ресурсы на террасирование и размежевку, ни при каких условиях не допустил такой губительной эксплуатации земли. Кстати, особо следует отметить, что на таких узких участках поперечная распашка под посевы зерновых невозможна, так как для разворота упряжки с плугом не хватало места. В силу указанных выше обстоятельств на размежеванных территориях по склонам горы Плоской заниматься выращиванием зерновых здесь было нецелесообразно. Иное дело – на рядом расположенных равнинных пространствах, которые отделяют этот район от прибрежной скалистой зоны с сильно пересеченным рельефом. На этом равнинном пространстве по данным аэрофотосъемки размещались блоки земельных наделов правильных очертаний, приспособленных самой природой для выращивания зерновых культур.</p>\r\n<p>Что касается размежеванных склонов горы Плоской, то все недоумения снимаются, если вспомнить, как устроены современные виноградники в условиях сложнопересеченной местности. Все они спланированы на крутых склонах террасами, ширина которых зависит от крутизны склона и способа обработки лоз. Террасы с внешней стороны укреплены невысокими, однорядными подпорными стенками, сооруженными из плетня, штакетника, деревянной обрешетки или камня. Они поперечно опоясывали склоны. С торцевых частей террасы примыкали к расположенным вдоль склона стенкам, разделительным валам или дорогам, которые служили границами наделов или блоков посадок разносортного винограда.</p>\r\n<p>В нашем случае - в районе г. Широкой - поперечные террасы не были укреплены прочными каменными крепидами и разрушились в результате эрозии склонов. Уцелели только продольные валы, правда, сильно оплывшие. Они могли разделять соседские наделы или блоки посадок разносортных лоз, имевших неравномерную скорость созревания. Такие валообразные насыпи хорошо укрывали виноград от неблагоприятных ветров и помогали аккумулировать тепло и влагу, в жаркое время – препятствовали перегреву лоз и «свариванию» гроздей, а в холодное время – защищали виноградники от заморозков и помогали задерживать снег и землю, если виноградники укрывались зимой грунтом. Это было важно еще и потому, что значительный массив размежевания в районе здесь открыт действию неблагоприятных и самых холодных ветров, так как развернут к северу и северо-востоку. На разделительных валах могли дополнительно высаживать для ветрозащиты колючий кустарник (к примеру, терн или шиповник), создавая тем самым непреодолимую преграду и домашним животным, способных потравить виноградники.</p>\r\n<p>Если предположение о наличии здесь виноградников будет подтверждено дальнейшими исследованиями, то такое нестандартное расположение террасированных наделов с размежевкой – на севере и северо-востоке возвышенности - может свидетельствовать о дефиците площади и стремлении использовать любые возможности для продуктивного освоения природного ландшафта, экологические недостатки которого компенсировались соответствующими агротехническими мероприятиями. Основная масса примыкающих у горе равнинных пространств размежевана, включая неудобья и косороги. Остались вне системы древнего землеустройства только выходы скальных массивов и вершины горных кряжей, занятые под некрополи и хозяйственно-жилую застройку.</p>\r\n<p>Судя по объему проделанной работы по террасировании и количеству возведенных агротехнических сооружений, здесь в античное время для создания межей и плантажей использовались не столько камни, собранные с поверхности, но, прежде всего, грунт из различных почвенных горизонтов.</p>\r\n<p>В Восточном Крыму на склонах скалистых кряжей и долин доминировали сложные по устройству террасированные участки с внутренними плантажными стенами, а на равнинных участках с хорошими черноземными почвами преобладали бόльшие по площади наделы, удобные для хлебопроизводства. Но без масштабных раскопок невозможно установить, для чего они предназначались. Отсутствие плантажных стен и валов, видимых на поверхности какого-либо участка (даже равнинного), еще не является доказательством его использования исключительно для пахоты и посева зерновых культур. Известно, что пологий и плавно холмистый рельеф местности в сочетании с насыщенным и мощным плодородным слоем позволяли обходиться без тех агротехнических мероприятий (плантажа, создания искусственного слоя почвы и пр.), которые сопутствовали обустройству виноградников в скалистой местности с бедными малоплодородными почвами.</p>\r\n<p>Реальные масштабы развития виноградарства на Боспоре в последнее время начинают приоткрываться [Винокуров, 2007]. Этому способствуют в значительной степени работы археологических экспедиций, исследующие древние боспорские наделы и примыкавшие к ним специализированные винодельческие усадьбы, а также ученые, работающие в смежных с археологией научных дисциплинах, связанных с ГИС-технологиями и почвоведением [Смекалов, 2005; Бахманова, 2006, с. 62 и сл.]. Для ускорения работ и придания им планомерного характера требуется координация усилий всех заинтересованных научных структур, а также широкое использование передовых научных технологий, базирующихся на дистанционных методах исследований с применением аэрофо-и космосъемки, цифровых технологий на базе лазерных сканирующих устройств, новейших геофизических и геоизмерительных методов. Это позволит на основе новых научных подходов установить наиболее характерные и значимые районы, входившие в зоны активного хозяйственного освоения данной территории Крыма, направления основных коммуникаций в рамках природного и антропогенного микрорельефа; выделить исторические границы поселенческих и аграрных структур в пространстве и во времени с целью последующего определения пространственно-временных связей между ними.</p>\r\n<h2>Список использованной литературы:</h2>\r\n<ul>\r\n<li>Бахманова А. Н., 2006. К вопросу о датированных погребенных почвах, эволюции почв и древних сельскохозяйственных земляных сооружениях Керченского полуострова // Древности Боспора. Т. 10. М.</li>\r\n<li>Винокуров Н. И., 1998. Археологические памятники урочища Артезиан в Крымском Приазовье. М.</li>\r\n<li>Винокуров Н. И., 2000. Виноградарство Боспорского государства // Пантикапей. Боспор. Керчь. 26 веков древней столице // Материалы международной конференции. Керчь.</li>\r\n<li>Винокуров Н. И., 2007. Виноградарство и виноделие античных государств Северного Причерноморья (в печати).</li>\r\n<li>Масленников А. А., Безрученко И. М., 1991. Земельные наделы античного времени в Крымском Приазовье //КСИА. Вып. 204.</li>\r\n<li>Смекалов С. Л., 2005. Древние антропогенные структуры Восточного Крыма (геоинформационный и историко-картографический аспект) // Дис. на соискание уч. ст. к. и. н. М.</li>\r\n</ul>');
+INSERT INTO `article` (`id`, `date`, `menu_id`, `alias`, `title`, `author_id`, `intro`, `content`) VALUES
+(17, '2007-11-09 20:50:59', 3, 'ajerofotosemka-i-gis-tehnologii-v-arheologii', 'Аэрофотосъемка и ГИС-технологии в археологии', 2, '<p>Антропогенным объектам всегда присуща большая пространственная упорядоченность, часто правильные  геометрические формы, прямые углы, регулярная планировка и т.п., то есть черты, не встречающиеся в "дикой" природе.</p>', '<p>Полевые археологические исследования - важнейший раздел деятельности археолога-профессионала, источник расширения источниковой базы археологической науки. Правильно выбранная методика исследования памятника в зависимости от его вида, состояния, хронологии - залог того, что этот памятник после исследования займет свое место в историческом контексте прошлого. Неразрывность полевого и кабинетного этапов исследования очевидна</p>\r\n<p>Полевым исследованиям – разведкам и раскопкам - должно предшествовать ознакомление с литературными, архивными и музейными материалами, касающимися памятников и территорий, на которых предполагается проведение исследований. Этот период бывает весьма продолжителен по времени, так как перед выездом в поле археологу приходится затрачивать много усилий по сбору большого массива разноплановой информации, собирать разноплановые и отрывочные сведения по научным библиотекам, архивам, музеям и лабораториям. Также необходимо изучить топографические карты предполагаемого района поисков, наметить маршрут разведки. Наиболее удобные для работы масштабы карт 1:10000; 1:25000; 1:50000. Важную информацию можно получить при изучении материалов аэрофото - и космосъемки.</p>\r\n<p>Большое значение во время разведок имеет фото - и видеофиксация. Фотографические и видеоматериалы должны передавать внешние характерные особенности памятника и окружающего ландшафта. Если снимаемый объект е является панорамным наличие масштабной линейки или метра в кадре обязательно. Желательно, чтобы в поле зрения объектива попадали постоянные ориентиры, а также объекты, которые могут служить масштабом (например, телеграфные столбы, машина, люди и т. д.). Все пленки (снимки, кассеты) должны быть пронумерованы, описаны и внесены в опись полевых материалов.</p>\r\n<p>Антропогенный ландшафт не имеет точной даты возникновения и даты гибели, а лишь претерпевает характерные изменения, фиксируемые в микрорельефе поверхности. Он сохраняет информацию обо всех антропогенных воздействиях в определенные исторические периоды. Его детальное комплексное изучение позволит с новых методологических позиций подойти к проблемам преемственности развития данного региона в различные исторические периоды, определит наиболее характерные и значимые территории, входившие в зоны активного хозяйственного освоения, очертит границы поселенческих структур в пространстве и во времени.</p>\r\n<p>Подобная исследовательская задача для данного региона ставится в отечественной науке впервые. Для восстановления названных связей необходимо метрологически высокоточное изучение ландшафта с последующим всесторонним анализом пространственных соотношений между антропогенными и природными ландшафтными структурами. При выполнении работ предполагается использовать методы дифференциальной GPS съемки с сантиметровой точностью и аналитические возможности аппарата геоинформационных систем (ГИС), в сочетании с традиционными археологическими разведками, в том числе с использованием передовых технологий, основанных на применении магниторазведки и георадаров.</p>\r\n<p>Между, тем для правильного воссоздания картины развития территории в далеком прошлом, необходимо реконструировать изменения среды, связанные с деятельностью человека на протяжении всего четвертичного периода, включая и самые последние столетия и даже десятилетия. Изменения, связанные с антропогенной  деятельностью находят свое отражение в состоянии естественного природного ландшафта.</p>\r\n<p>Фиксация тонкой структуры ландшафтов, изучение микрорельефа поверхности локальных природных зон до недавнего времени была весьма трудоемкой процедурой, а методы анализа изменений базировались главным образом на экспертных оценках.</p>\r\n<p>В настоящее время благодаря приборам спутниковой навигации стало возможным детальное изучение ландшафтов за короткий период, а использование геоинформационных систем позволяет проводить анализ пространственно расположения ландшафтных структур и делать выводы об их исторической принадлежности и реконструировать динамику их развития, как в пространстве, так и во времени.</p>\r\n<p>Задачей проекта является проведение комплексной историко-археологической реконструкции характера и степени интенсивности антропогенного воздействия на Керченском полуострове, Тамани  и прилегающие к ним территорий, от античной эпохи до середины XX века на основе сведений о микроструктуре ландшафта, результатах археологических исследований и данных дистанционного зондирования (аэро и космическая съемка).</p>\r\n<p>Впервые в отечественной науке ставится задача на основе использования передовых геоинформационных технологий проследить разнородные антропогенные структуры на примере конкретной микрозоны Боспора; определить динамику и основные этапы их развития в различные исторические периоды - от античного времени до средины прошлого столетия, установить наиболее значимые и масштабные изменения природного ландшафта в связи с деятельностью человека. Это позволит на основе новых методологических подходов установить наиболее характерные и значимые районы, входившие в зоны активного хозяйственного освоения данной территории Восточного Крыма, направления основных коммуникаций в рамках природного и антропогенного микрорельефа; выделить исторические границы поселенческих и аграрных структур в пространстве и во времени с целью последующего определения пространственно-временных связей между ними.</p>\r\n<p>Наиболее трудоемкой частью проекта является выполнение микротопографической съемки квазиантропогенных структур. Имея в виду значительную площадь охватываемой территории, а также тот факт, что наиболее благоприятным для проведения работ является лишь весеннее время, до вырастания степной растительности, авторы считают, что работа по микротопографической съемки требует применения аэрофотосъемки и методов местного дистанционного исследования.</p>\r\n<p>Основными вопросами при изучении антропогенного воздействия на природный ландшафт в рамках проекта являются: динамика введения в хозяйственный оборот новых земельных площадей, изучение их размеров и площади, определение карьеров и мест добычи сырьевых ресурсов, систем землепользования и межевания, линий фортификаций, систем ирригации, коммуникаций, изучение инфраструктуры и планировки раскопанных и еще не исследованных поселенческих структур</p>\r\n<p>На основании анализа динамики антропогенного воздействия на природный ландшафт урочища Артезиан и прилегающих территорий вполне возможно вплотную подойти к определению хозяйственной специализации отдельных локальных природных микрозон в различные исторические периоды, зависевшей, прежде всего от внутренних экологических условий.</p>\r\n<p>Работа по проекту предполагает сочетание сравнительно-типологического метода исследования разновременных и разнотипных антропогенных структур с использованием аналитических данных аэрофотосъемки и космической съемки; отработку и проверку на практике действия новых естественнонаучных методов исследования.</p>\r\n<p>Исследование будет сопровождаться детальной графической, фото - и видеофиксацией. Предполагается создание графических реконструкций и планиметрических моделей с использованием передовых компьютерных технологий.</p>\r\n<p>Для решения поставленных задач предлагается применить комплексный подход, который будет включать как, камеральное изучение имеющихся материалов, так и полевые исследования с измерением точных географических координат всех пространственных антропогенных структур и компактных объектов. При выполнении работ планируется использовать дифференциальную GPS съемку с сантиметровой точностью и аналитические возможности аппарата геоинформационных систем, в сочетании с традиционными археологическими разведками, в том числе с использованием передовых технологий, основанных на применении магниторазведки и георадаров</p>\r\n<p>Камеральные работы включают:</p>\r\n<ul>\r\n<li>- анализ литературных источников, научных отчетов и архивных материалов, для составления перечня археологических объектов, выявленных ранее, их примерной локализации;</li>\r\n<li>- изучение крупномасштабных карт местности XIX – XX веков и межевых планов XIX века;</li>\r\n<li>- изучение аэро и космических снимков района исследований.</li>\r\n</ul>\r\n<p>На основании данных материалов должны быть составлены предварительные компьютерные карты антропогенных структур, следы которых зафиксированы на картографических материалах и фотографиях и проведена их типология. К таким структурам относятся – линии дорог, границы полей, линии межевания, валы, рвы, ограды, развалины, курганы и др.</p>\r\n<p>Полевые исследования включают в себя следующие виды работ.</p>\r\n<ul>\r\n<li>- проверка наличия на местности структур, отмеченных на предварительных картах, их точная координатная привязка с использованием GPS геодезической точности и микротопографическая съемка.</li>\r\n<li>- выделение структур, явно связанных только с современной антропогенной деятельностью (строительная деятельность, сельскохозяйственное использование, прокладка коммуникаций, ирригационных сооружений)</li>\r\n<li>- микротопографическая съемка квазиантропогенных структур, выявленных непосредственно на местности.</li>\r\n</ul>\r\n<p>Для проведения микротопографических исследований предполагается использовать дифференциальный GPS метод, обеспечивающий точность измерения координат в плане и по высоте до одного сантиметра. Применение GPS аппаратуры в сочетании с зеркальными и лазерными геодезическими инструментами позволяет многократно ускорить скорость съемки и, кроме того, дает возможность автоматической фиксацию малых форм рельефа, которые не видны непосредственно и, поэтому не могут быть отсняты при использовании обычных инструментов.</p>\r\n<p>Полученные топографические данные вводятся в геоинформационную систему для построения двухмерных и трехмерных моделей местности, уточненных планов антропогенных структур и проведения их классификации. Для каждого из выделяемых классов структур выбирается несколько мест для проведения археологических разрезов, почвенного анализа и других возможных анализов.</p>\r\n<p>Современное состояние исследований по данной проблеме, основные направления исследований в мировой науке</p>\r\n<p>Проблема все еще недостаточно разработана в отечественной и зарубежной науке. Она требует специального рассмотрения. Касаясь связанных вопросов, следует указать, что использование геоинформационных технологий для построения археологических карт, проведения пространственно-временного анализа закономерностей расположения археологических объектов, решения административных задач связанных с организацией исследовательской и охранной работы, находит все большее применение и распространение в мировой археологической практике.</p>\r\n<p>Говоря об опыте зарубежных археологических экспедиций, можно отметить, что для каждой местности и при выполнении почти каждого проекта создается своя ГИС на базе стандартных программ оболочек (ArcView, MapInfo и др.).</p>\r\n<p>В полной мере возможности геоинформационных систем могут быть использованы лишь при наличии точной координатной информации об исследованной территории и расположенных на ней археологических объектах. Получение такой информации стало реальным в последнее десятилетие благодаря спутниковой системе навигации GPS (Global Positioning System). Недорогие портативные GPS приемники позволяют определять абсолютные координаты объектов на земном шаре с точностью 3-5 метров, а более сложные и с сантиметровой точностью. Наличие этих приборов также стало обязательным в большинстве зарубежных экспедиций, а высокоточная GPS съемка во многих случаях уже заменяет традиционные нивелиры и теодолиты при составлении планов отдельных памятников.</p>\r\n<p>Известны и отдельные примеры обнаружения археологических структур по детальным планам рельефа, отснятого с использования GPS сантиметровой точности, например на городище Горное Эхо в районе Кисловодска [Кац, Модин, Пелевин, Соколов, 2002]. или в районе древнего Мемфиса в Египте [Белова, Гидаспов, Кац и др., 2002; Pomogaev, 2002]. Впрочем, такого вида изыскания еще не получили широкого распространения и методика проведения высокоточной съемки больших площадей еще не отработана. Ранее исследовательские работы базировались на материалах, накопленных в 60-90 е гг. прошлого столетия, новые данные все еще медленно входят в научный оборот.</p>\r\n<p>Если применение GPS является относительно новым, то дистанционные методы исследования, аэросъемка, а в последние десятилетия и космическая съемка уже давно и широко вошли в практику мировой археологии.</p>\r\n<p>В Крыму аэрофотосъемка использовалась, начиная с середины 60-х годов XX века для выявления остатков античной межевой системы и дорожной сети на Маячном и Гераклейском полуостровах, а также в окрестностях Евпатории и на полуострове Тарханкут [Щеглов, 1978, 1993; Николаенко, 1985]. Аэрофотоснимки и карты Таманского полуострова (азиатская территория Боспорского Царства) подробно изучались в работах Я. М. Паромова [Паромов, 1994, 1998, 2000].</p>\r\n<p>Однако лишь использование геоинформационных систем и других компьютерных технологий делает эффективной работу с большим количеством фотоматериала, позволяет перейти к широкомасштабному использованию аэрофотосъемки и это тоже активно развивающееся направление в мировой археологии</p>\r\n<p>Таким образом, настоящий проект находится в русле мировых тенденций с точки зрения технологий, а в методической части, возможно, и немного впереди.</p>\r\n<p>Дистанционные (специальные) методы археологического обследования. Дистанционным обследованием называют любые приемы научного поиска, которые позволяют выявить отличительные признаки археологического объекта на расстоянии.</p>\r\n<p>При выявлении археологических памятников таким приемом в первую очередь являются фотографический и иные подобные способы выявления отличительных признаков и характерных особенностей, которые позволяют идентифицировать определенный тип памятников или объектов. Дистанционное обследование наиболее эффективно при изучении больших территорий, которые нельзя охватить традиционными способами полевой разведки, для изучения сельских поселений и особенно следов ирригационных, аграрных, оборонительных систем, располагавшихся на большой площади. По этим причинам дистанционное обследование является удобным способом выявления памятников (или аномалий, которые могут указывать на его местонахождение), но абсолютизировать этот метод не следует, так  как практически во всех случаях требуется подтверждение полевыми работами: маршрутными разведками или раскопками. Понятно, что данные такого обследования зачастую неоднозначны и недостаточны для определения культурной и хронологической принадлежности обнаруженного памятника.</p>\r\n<p>Наиболее распространенной и перспективной в археологии формой дистанционного обследования является применение  аэрофото-и космосъемки. Воздушная разведка помогает выявлять в кабинетных условиях с помощью специальных компьютерных программ, расшифровывающих снимки, новые объекты и разрабатывать маршруты разведок для проверки полученных сведений. Обработка и дешифрирование снимков может проводиться и в поле. В любом случае результаты дешифрирования обязательно должны быть проверены и уточнены на месте другими методами разведки. По мнению специалистов, аэрофото-и космосъемка - наиболее надежный и информативный вид разведки. Возможности ее очень велики, так как с воздуха можно выявлять и распознавать объекты, совершенно невидимые на поверхности степи, а также на распаханных и засеянных территориях. Кроме того, воздушная разведка экономична по времени.</p>\r\n<p>Для археологии пригодны как плановая, так и перспективная съемка, причем для маршрутных разведок и обследования крупных территорий по площадям предпочтительнее первая. Обычно используют вертикальную съемку (строго вниз, перпендикулярно к поверхности земли), но в некоторых случаях применяется ракурсная съемка (под углом к земной поверхности). Визуальную разведку и фотографирование следует проводить рано утром или вечером при высоте солнца над горизонтом 10-20°. При таком освещении косые солнечные лучи выделяют мельчайшие детали рельефа. На задернованной поверхности выделяются контуры поселений, а иногда и очертания отдельных построек; на распаханных землях могут быть хорошо заметны и детали внутренней планировки зданий, следы древнего аграрного размежевания, дренажных и ирригационных каналов. Рельеф древних сооружений хорошо заметен на молодых всходах озимых и кормовых культур.</p>\r\n<p>Степень детальности снимков зависит прежде всего от высоты положения камеры и от свойств используемой пленки. Так, съемки с небольшой высоты обычно позволяют показать больше деталей, чем снимок, сделанный с искусственного спутника. Для проведения визуальной разведки и фотографирования предпочтительнее вертолет, так как он может зависать в одной точке и легко менять высоту, что бывает нужно для более внимательного рассмотрения заинтересовавшего археолога объекта. В последнее время применяют дельтопланы и управляемые с земли автоматические летательные аппараты, снабженные специальным цифровым видео- и фотооборудованием.</p>\r\n<p>При применении аэрофотосъемки в археологии важную роль играет спектральная чувствительность используемой пленки. Съемка ведется как на черно-белую, так и на цветную (обратимую или негативную) пленку. Она может фиксировать либо видимый, либо невидимый свет и передавать его в черно-белом или цветном варианте (обычно, когда воспроизводится невидимый свет, говорят о «ложном цвете»). Видимый свет – это тот, который воспринимает невооруженный глаз человека; невидимый свет характеризуется более короткими (ультрафиолетовыми) или более длинными (инфракрасными) волнами, чем те, которые доступны человеческому глазу. Многие объекты видимы на пленке, чувствительной к одному участку спектра и нечувствительной к другим его участкам. Поэтому при обследовании с больших дистанций применяются мультиспектральные сканеры (МСС) – цифровые камеры, фиксирующие изображения, относящиеся к разным участкам спектра.</p>\r\n<p>Существует и целый ряд других приемов дистанционного обследования, использующих авиацию или искусственные спутники и иногда применяемых в археологии. При использовании спутниковой или самолетной РЛС сигнал направлен на землю сверху и, отражаясь, воспроизводит изображение земной поверхности, скрытой любым растительным покровом. Этот способ доказал свою результативность в условиях поверхности, закрытой густой растительностью. Инфракрасная термография фиксирует мельчайшие тепловые неоднородности, позволяя отличать более теплые участки почвы (к примеру, в заполнении сооружений) от более холодных (например, от окружающего эти сооружения плотного непотревоженного материкового грунта). Эти методы дистанционного обследования применяются в археологии лишь в редких случаях ввиду их дороговизны и ограниченной пригодности.</p>\r\n<p>Для получения наиболее полной предварительной информации о планировочной структуре и некоторых физических свойствах культурного слоя отдельных поселений целесообразно применять комплекс специальных методов разведки, в который входит изучение микрорельефа, характера травяного покрова и съемка геофизическими методами разведки - электроразведочными и магнитометрическими. Они используются уже несколько десятков лет в археологии с помощью оборудования, размещаемого на поверхности земли. Съемку разными методами необходимо выполнять по единой сетке, а полученные данные сопоставлять с материалами визуальных исследований поверхности. Необходимо помнить, что перед выполнением магниторазведочных работ поверхность памятника должна быть тщательно очищена от лежащего на поверхности древнего и современного магнитного материала (кусков железа, шлака, перекаленной керамики, печины и т. д.), так как даже небольшое количество его может значительно исказить информацию о погребенных археологических объектах. Искажения могут быть вызваны также остатками современных кострищ, обломками пережженной породы, саманных плит, черепицы, скоплений керамики, металлического мусора.</p>\r\n<p>Для дистанционных исследований большое значение имеют геоинформационные компьютерные системы (ГИС-технологии), предназначенные для сбора, проверки, интеграции и анализа информации, относящейся к земной поверхности со следами жизнедеятельности человека.</p>\r\n<p>Наиболее активно это направление развивается на протяжении последних десятилетий. Применению ГИС-технологий в археологии предшествовали десятилетия адаптации теорий и методов пространственного анализа, заимствованных из экономической географии, биологии, геометрии. Основные достижения в этой области осуществлены зарубежными учеными. Правда, в последнее время ГИС-технологии нашли применение в отечественной археологии, особенно для извлечения исторической информации из характера распределения археологических объектов на местности путем их моделирования1.</p>\r\n<p>Перед началом полевых работ проводится съемка микрорельефа, которая осуществляется методом сплошной нивелировки площади поселения по квадратной сетке 0,5х0,5 или 1х1 м. Съемку можно выполнять с помощью нивелира, теодолита и мерной ленты параллельными или перекрестными кроками - нивелирными или теодолитными ходами. На основе съемки составляется план с сечением рельефа 0,1 м, что позволяет отразить на нем мелкие, но важные детали рельефа и зачастую определить конфигурацию отдельных построек. На этот план наносят все выходы кладок на поверхность. На него же наносят данные о распределении растительного покрова по высоте и густоте травы. Над стенами, находящимися неглубоко от поверхности, травяной покров ниже и реже, поэтому по нему можно проследить направление некоторых погребенных стен и в отдельных случаях довольно подробно выявить планировку скрытых в земле строительных остатков. Интересно, использование в настоящий момент для этой цели последних инновационных технологий, связанных с внедрением передовых лазерных технологий, например, лазерных сканеров, позволяющих получать трехмерную оцифрованную модель любого объекта даже с очень сложным рельефом поверхности. В сочетании с новейшими GPS-технологиями, благодаря которым можно получать привязку объектов и осуществлять съемку планов (в том числе и топографических) с сантиметровой точностью, этот метод имеет очень большие перспективы для фиксации открываемых и раскапываемых памятников археологии. Однако, эти технологии имеют двойное назначение (гражданское и военное) и большую стоимость, что существенно затрудняет их практическое применение. Только после проведения указанных работ рекомендуется выполнение съемки комплексом геофизических методов, основной задачей которых является более детальное выявление планировки погребенных объектов до раскопок.</p>\r\n<p>Археолого-геофизическая съемка памятников должна осуществляться квалифицированными специалистами-геофизиками с использованием надежных приборов под руководством археолога. От археолога зависит постановка задачи исследования, выбор объекта: памятника или участка на памятнике, определение размеров необходимой для съемки площади, установление направления съемочной сети или отдельных профилей, а также и их частоты, и величины шага съемки в зависимости от характера памятника и решаемых задач. Геофизик проводит съемку, выбирая и по необходимости меняя методику съемки, ведет обработку результатов наблюдений и представляет полученную информацию в виде графиков и карт изолиний или символов. Интерпретация полученных карт должна вестись совместно геофизиком и археологом. Из сказанного следует, что археолог обязан хорошо знать памятник, предназначенный для съемок геофизическими методами, и четко представлять границы возможностей последних, т. е. уметь выбрать памятник, на котором разведка геофизическими методами может быть достаточно эффективной для археологических целей, отбраковывая те памятники, на которых такая съемка не будет давать нужной информации.</p>\r\n<p>Для дистанционного исследования может быть применен портативный зондирующий локатор, который перемещают над землей, посылая радиосигнал в грунт и получая его отражение, возникающее при каждом переходе из одного грунтового слоя в другой; при этом компьютер составляет приблизительную стратиграфическую схему. По тому же принципу работает протонный магнитометр, который перемещают по поверхности земли, посылая в почву поток протонов; отраженные протоны формируют звуковой сигнал, раздающийся в момент фиксации грунтовой аномалии (какого-либо отличия данного участка грунта от окружающих). При исследовании электрического сопротивления применяется источник тока с парой электродов, втыкаемых в землю; таким образом можно зарегистрировать и нанести на план все аномалии грунта. Благодаря возможности фиксации малых аномалий эти методы чаще применяют для выбора места раскопок на памятнике, чем для обнаружения самого памятника.</p>\r\n<p>Для археолого-геофизической съемки пригодны преимущественно однослойные поселения с достаточно четкой планировочной структурой, однородным культурным слоем, хорошей сохранностью строительных остатков, залегающих близко к современной поверхности. Важным условием является состояние современной поверхности памятника. Ямы, траншеи, окопы, выбросы грунта и кучи мусора и даже грунтовые дороги, пересекающие памятник, резко снижают эффективность и применимость геофизических методов разведки, а на памятниках, поверхность которых распахана, съемку геофизическими методами проводить не следует.</p>\r\n<p>Насыпь кургана обычно состоит из чернозема, собранного с окружающей погребение местности. Поэтому внешнюю ее границу необходимо искать там, где в результате выборки грунта для круга насыпи образовалось понижение. Важно знать, что иногда для сооружения грунт для насыпи мог браться и с других мест. Погребение, под которым сооружена первичная насыпь следует считать основным для этой насыпи и центральным для кургана, даже если сооружение  кургана в целом на этом не закончилось. Если таких погребений было несколько, то все они являлись первичными и центральными (см. подробнее: Методические рекомендации, 1986).</p>\r\n<p>При раскопках необходимо проследить и последовательность сооружения кургана. Нередко созданию погребального сооружения предшествовало освобождение поверхности от травяного покрова, нивелировкой, выжиганием, совершение тризны, после чего на уровне древнего горизонта оставались пепел, угли, золистые линзы, остатки разбитой посуды, кости животных. Вслед за этим копалась могильная яма, что подтверждает нахождение поверх следов сожжения травы и тризны выбранного из ямы грунта – «выкида» (выброса). Иногда место погребения дополнительно окружали кольцом из мелких или крупных камней (последние обычно были вкопаны) - кромлехом.</p>\r\n<p>Когда поверх погребального сооружения воздвигалась насыпь, образовывался курган. В некоторых случаях земляная насыпь кургана окапывалась ровиком, укреплялась каменной наброской или крепидой, дерном, глиной, грязевой обмазкой. Степные курганы сооружались как коллективные могильники, возведенные в несколько этапов. По истечении некоторого времени в курган могло быть совершено еще одно или несколько одновременных захоронений, которые прорезали ухе существующую насыпь (являясь при этом по отношению к ней впускным погребением) или были сооружены за пределами этой насыпи. Если для нового захоронения (или захоронений) возводили новую насыпь полностью или частично перекрывавшую предшествующую, оно становилось основным для новой насыпи. Подобным образом курган мог достраиваться несколько раз.</p>\r\n<p>Одна из новых насыпей, когда объединять даже несколько стоящих рядом курганов, образовывая на них новый, иногда соединенный перемычкой, так называемый вытянутый или длинный курган. К завершению строительства курган мог представлять собой сложное культовое сооружение, основу которого составляло, как правило, несколько насыпей с находящимися под ними и в них от нескольких до нескольких десятков погребений.</p>\r\n<p>Особенности современных приемов исследования курганных памятников предполагают проведение детальных предварительных разведок, топосъемку местности в районе предполагаемых раскопок, обмеры курганов, фотографирования и описания курганных насыпей. При этом необходимо иметь в виду, что даже в геодезии инструментальная съемка не монет дать сема по себе объективной картины рельефа и тем более отразить направление его развития, и что съемку плана предваряет осмысление видимого. Гипсометрические планы курганов и прочих объектов с фигурными рельефами должны быть сопоставлены с аэрофотоснимками этих объектов.</p>\r\n<p>При выборе объектов предстоящих раскопок надо обратить внимание и на их ландшафтно-геологическое окружение, следует учесть также, что памятники, находящиеся вблизи переправ, исконных путей, удобных пастбищ, залежей полезных ископаемых исторически более информативны. При полевых исследованиях таких памятников настоятельно необходимы творческие контакты со специалистами (почвоведами, палеоботаниками, зоологами, геологами).</p>\r\n<p>Исследование зон хозяйственного освоения (производственных комплексов, остатки древних дорог и волоков, оборонительные валы со рвами, караванных дорог, рудников и мест добычи ископаемых, свалок, водоводов, ирригационных и аграрных систем, пастбищ, загонов и загородок для животных) следует проводить обычными приемами, применяемыми при раскопках поселений. Обязательным условием является точное установление стратиграфии: наличие одного или нескольких напластований, каждое из которых подлежит особому изучению, выделение особых объектов, связанных с непосредственным функционированием каждой из зон. Остатки этих сооружений, связанных с хозяйственной деятельности человека в древности, обычно занимают большую площадь - от нескольких соток до нескольких тысяч гектар. Однако эти памятники поддаются выявлению с трудом, так как интенсивно разрушались в результате культивации земель, особенно современными техническими средствами. Поэтому поиски и изучение этого ценнейшего источника информации о древней социально-экономической структуре - одна из важнейших задач современной археологии. Большая роль отводится при этом дистанционным методам исследования, особенно аэрофото-и космосъемке.</p>\r\n<p>При обследовании территорий хозяйственного освоения особое внимание необходимо уделить определению их природы, выяснению времени и процессу функционирования, интенсивности использования.</p>\r\n<p>Все упомянутые выше рукотворные объекты существенно изменили первоначальный природный ландшафт. Этапы их проведения, последовательность сооружения и принципы действия древних сооружений были в деталях реконструированы археологами, так как благодаря своей монументальности они хорошо сохранились до нашего времени.</p>\r\n<p>Древние коммуникации (включая мосты, дамбы, террасы) в отдельных случаях сохраняются довольно неплохо (особенно это касается римских дорог, представляющих собой шедевры древнего инженерного искусства, и дорог, высеченных в скальных массивах) между земельными наделами. Нередко (на античных земельных наделах) дороги ограждались с обеих сторон каменными оградами или обваловывались. В рельефе такие дороги выделяются в виде прямых, едва заметных, заплывших ложбин с невысокими, параллельными валиками или россыпями камня по краям. По внешнему виду напоминают заплывшие каналы. Ширина колеблется в пределах 4,50-12 м, чаще всего - около 4,50-6,50 м. На скалистых участках полотна античных дорог, образованные поверхностью невыбранной скалы, нередко возвышались над уровнем почвы, что находит параллели в современном виноградарстве (Стржелецкий С. Ф., 1961, с. 68 и сл.). Дороги, построенные выше уровня почвы, облегчали в условиях распутицы движение транспорта, способствовали задержанию влаги и препятствовали смыву плодородного слоя почвы. В некоторых случаях дороги, разделяющие кварталы виноградников, замещались оградами и крепидами террас. Например, в условиях пересеченной местности при строительстве плантажей подпочвенный камень и щебень, который не вмещался в плантажные стены и наружные ограды, вывозился за пределы надела. Из этого материала складывались параллельные заборы, которые как и дороги, располагались под прямым углом к междурядьям виноградников. Причем параллельные дороги на плантажах равнинных участков позволяли разворачиваться упряжкам и пропахивать междурядья.</p>\r\n<p>Более значительные древние коммуникации следовали наиболее удобными и доступными маршрутами, нередко маркировались могильниками, курганными группами и одиночными курганами, поселениями, крепостями, бытовым мусором и различными отходами человеческой жизнедеятельности. Дороги в пересеченной местности могли с течением времени размываться, но их направление угадывается по балкам, оврагам, характерным пологим понижениям рельефа.</p>\r\n<p>Особенно ценными для изучения производственно-хозяйственной деятельности представляются районы выплавки и переработки металлов, связанные с ними свалки производственного и бытового мусора. Нередко там можно встретить образцы производственного брака, позволяющие с наибольшей степенью уверенности установить место производства той или иной группы предметов и нередко к тому же их точно датировать.</p>\r\n<p>Для изучения аграрного строя древних народов и государственных образований, а также различных вопросов истории земледелия первостепенное значение имеют остатки систем землепользования. К ним относятся следы дорог, межевых оград, земельных наделов, виноградного и садового плантажей, террас, оросительных систем.</p>\r\n<p>Греческие земледельцы владели особыми агротехническими методиками, которые позволяли существенно повысить плодородие почвы и снивелировать неблагоприятные климатические условия местности, обеспечивая тем самым благоприятные условия для успешного выращивания виноградной лозы. Они для этой цели устраивали различные по конструктивным особенностям плантажные стены и валы, на пересеченных участках применяли террасирование; формировали при необходимости искусственные почвенные горизонты, дренажи, налаживали коммуникации. Лучше всего эти агротехнические сооружения изучены в Херсонесе, хуже – на Боспоре, и совершенно не исследованы в Ольвии.</p>\r\n<p>Каждый античный клер имел четкие границы в виде дорог, окружавших его со всех четырех сторон. Его следует рассматривать как комплексный памятник, состоящий из нескольких взаимосвязанных объектов, замкнутых в пределах каменного забора. Существенным элементом этого комплекса являлась усадьба. Ее расположение определялось внутренней иерархией клера, близостью морского побережья и транспортных коммуникаций.</p>\r\n<p>В основе разбивки внутреннего пространства клера на площади, отведенные под определенные сельскохозяйственные культуры, находились соображения экологического порядка и экономической рациональности. Каждой культуре отводилось наиболее благоприятное для ее выращивание место с учетом всех конкретных условий данного клера, обусловленных его расположением на местности, рельефом, экспозицией отдельных участков, микроклиматическими и микропочвенными данными.</p>\r\n<p>В процессе раскопок нужно определять планировку древних дорог, выявлять террасированные косогоры, крутые склоны балок и участков со сложным рельефом, снивелированные в древности неровности почвы (срезанные бугры, засыпанные котлованы).</p>\r\n<p>На землях с маломощными каменистыми почвами можно выявить ограды земельных наделов, загоны для скота, которые обычно складывались из камня. Их можно проследить на нераспаханной поверхности в виде остатков длинных стен различной ширины или каменистых невысоких валиков. На мощных почвах (например, южных черноземах или каштановых) ограды прослеживаются в виде невысоких расплывшихся валиков или траншей.</p>\r\n<p>Склоны холмов и балок, попавшие в зоны хозяйственно освоения, обычно террасировались. Следы оплывших террас хорошо выявляются в рельефе при косом солнечном освещении. Ширина террас и мощность поддерживающих их подпорных стен зависели от крутизны склонов. Обычная толщина подпорных стен, сложенных из камня, - 1,00-2,00 м. Поверхности террас придавался определенный наклон. На более крутых он направлялся поперек основного склона балок.</p>\r\n<p>На землях аграрного освоения вблизи античных населенных пунктов хорошо заметен виноградный и садово-виноградный плантаж, что позволяет с той или иной степенью достоверности оценивать площади, занятые виноградниками и определять количество кустов винограда, высаженных на участках, установить каким способом происходила обработка почвы под виноградник (сплошной плантаж, канавы (ленточный способ) и ямки (лунки).</p>\r\n<p>На каменистых маломощных почвах, лежащих на скальном основании, плантаж представляет собой ряды низких (в один - три камня) параллельных каменных стен, сплошь покрывающих участок. На пологих участках дороги прокладывались поперек склонов, а на пересеченной местности - вдоль подпорных стен. По направлению они обычно соответствовали линиям террас. Ширина дорог могла достигать 3-4 м, а расстояние между ними - 50-52 м. Они сообщались с более широкими дорогами между клерами (Стржелецкий С. Ф., 1961, с. 68 и сл.). По наблюдениям Е. Н. Жеребцова (1981, с. 24), плантаж на больших по площади виноградниках обычно пересекался дорогами, проложенными под прямым углом к плантажным стенам (т. е. к рядам лоз).</p>\r\n<p>Лучше всего плантажи уцелели на неподверженных эрозии склонах балок, ограниченных скалистыми выступами седловинах. Обычно они имеют правильную планировку и только в сильно пересеченной местности следовали особенностям рельефа. На нераспаханных участках плантажные стены либо выходят на поверхность, и тогда хорошо видны, либо их верхние кромки лежат неглубоко от поверхности. В последнем случае травяной покров над стенами низкий и редкий (поверхность степи кажется полосатой) Если плантаж располагался на склонах, он может быть перекрыт наносным почвенным слоем и не выделяется на поверхности, его следует искать в размывах. На землях с глубоким почвенным слоем с подстилающими его суглинками плантажные стены не делались. Найти такой плантаж можно только раскопками, выявив траншеи или лунки под виноградные кусты, ямы для посадки деревьев, выкопанные в материке.</p>\r\n<p>Системы античных земельных наделов могли занимать различную территорию - от нескольких сотен гектар до нескольких тысяч. Известные в Причерноморье в Средиземноморье системы наделов образованы сетью пересекающихся дорог, которые делят размежеванную территорию на примерно равные по величине прямоугольные земельные участки. Нередко размежевание наделов производилось неодновременно. В этом случае плантажи разного времени могли перекрывать друг друга. Причем в прибрежных густонаселенных районах заметно стремление использовать все удобные для земледелия участки, хотя мощность и плодородие почв здесь гораздо меньше, чем в отдаленных от побережья территориях. Сложный рельеф часто вынуждал древних земледельцев, противодействуя эрозии склонов, проводить террасирование, строить подпорные стены, планировать поверхность участков. Судя по объему проделанной работы и количеству возведенных агротехнических сооружений, здесь для создания межей и плантажей использовались не только камни, собранные с поверхности, но и возможно полученные во время формирования искусственных почвенных горизонтов.</p>\r\n<p>Форма участка обычно прямоугольная, размеры могут быть различными - от нескольких гектар до нескольких десятков. Участок включает в себя одни или несколько наделов. Участки часто вписывались в естественные границы, образованные скальными выходами, откосами и обрывами. Они очень хорошо читаются как на аэрофотосъемке, так и на местности. Внутри наделов заметны межи и перегородки, плантажные стены. Несмотря на сложность рельефа они обычно сооружались параллельно друг другу, что может свидетельствовать не только о стремлении облегчить сельскохозяйственную работу, но и обеспечить учет обрабатываемых площадей и объем производимой продукции. На наделах могут сохраняться остатки усадеб и других построек. Концентрация отдельных усадеб на определенной территории служит верным признаком существования системы наделов, даже если следы последней уничтожены в позднейшее время. Точное нанесение мест усадеб на план может послужить основанием для реконструкции системы наделов (Щеглов А. Н., 1983).</p>\r\n<p>К числу типовых объектов, представляющих интерес для археологии могут быть отнесены:</p>\r\n<ol>\r\n<li>Курганы и их остатки – всхолмления округлой формы высотой от 0-полностью разрушенные курганы, выделюящиеся только цветом почвы до 10-12 метров, диаметром от 3-5 до 60-80 метров.</li>\r\n<li>Валы, линии земельного межевания, – линейные структуры, протяженностью от десятков метров до десятков километров, высотой от 10-15 см до 5-8 метров и шириной от 1-2 до 40-50 метров. Лини земельно межевания могут отражать как технологию обработки земли, так и характер земельно-собственнических отношений. Эти структуры често носят периодический характер и одном или двух перпендикулярных направления, пространственный шаг структур может быть различным - от 10 м до 300-400 м. Границы могут также отмечаться ровиками, либо кладкамикамней.</li>\r\n<li>Следы террасировани по склонам, как специально выполненного, так и возникшего непроизвольно при длительной обработке склонов.</li>\r\n<li>Остатки строений – структуры, выделяюшиеся элементами регулярной планировки. Могут быть полностью задернованы и обнаруживаться только по цвету почвы или растительности. Характерные размеры – от 10 до 100 метров.</li>\r\n<li>Грунтовые могильники. – могут выделяться неоднородностями цвета почвы или растительности, либо следами грабительских раскопов, характерные размеры – от десятков до нескольких сотен метров и даже единиц километров.</li>\r\n<li>Древние дороги – протяженные линейные объекты, выделяющиеся, главным образом не в рельефе, а по цвету почвы или растительности.</li>\r\n<li>Заброшенные и разрушенные колодцы и источники – могут выделяться более зеленой травой.</li>\r\n</ol>');
+INSERT INTO `article` (`id`, `date`, `menu_id`, `alias`, `title`, `author_id`, `intro`, `content`) VALUES
+(18, '2007-11-09 20:50:59', 3, 'perspektivy-ispoljzovanija-georadarnoj-apparatury-v-arheologii', 'Перспективы использования георадарной аппаратуры в археологии', 2, '<p>Использование георадаров в археологии относится к специальным дистанционным методам археологического обследования. Дистанционным обследованием называют любые приемы научного поиска, которые позволяют выявить отличительные признаки археологического объекта на расстоянии.</p>', '<p>При выявлении археологических памятников таким приемом в первую очередь являются способы выявления отличительных признаков и характерных особенностей, которые позволяют идентифицировать определенный тип памятников или объектов. Дистанционное обследование наиболее эффективно при изучении больших территорий, которые нельзя охватить традиционными способами полевой разведки, для изучения сельских поселений и особенно следов ирригационных, аграрных, оборонительных систем, располагавшихся на большой площади. По этим причинам дистанционное обследование является удобным способом выявления памятников (или аномалий, которые могут указывать на его местонахождение), но абсолютизировать этот метод не следует, так как практически во всех случаях требуется подтверждение полевыми работами: маршрутными разведками или раскопками. Понятно, что данные такого обследования зачастую неоднозначны и недостаточны для определения культурной и хронологической принадлежности обнаруженного памятника.</p>\r\n<p>Одной из перспективой и передовой формой дистанционного обследования в археологии является применение георадарных исследований на суше и под поверхностью воды (исследование затопленных объектов). Ранее данные методы дистанционного обследования применяются в археологии лишь в редких случаях ввиду их дороговизны и ограниченной пригодности. В настоящий момент благодаря появлению новых методик дешифровки, мощных компьютеров и надежного их программного обеспечения, разработке мощных и более компактных приборов георадарная съемка становиться необходимым и привычным методом щадящего исследования археологических объектов. Благодаря чему, по мнению специалистов, георадарная съемка становиться в ряд с другими перспективными и информативными видами археологической разведки. Возможности ее очень велики, так как с поверхности земли можно выявлять и распознавать объекты, совершенно невидимые до проведения раскопок, определить их структуру, глубину залегания и мощность.</p>\r\n<p>Георадарная съемка помогает выявлять с помощью специальных компьютерных программ древние и современные антропогенные и природные структуры, расшифровывающих полученные в полевых условиях результаты, новые объекты и разрабатывать маршруты разведок для проверки полученных сведений и новые площади для раскопок. Кроме того георадарная разведка довольно экономична по времени. Она позволяет получить объемную компьютерную модель выявленных структур и послойные их срезу в зависимости от глубины действия георадара, что позволяет фиксировать кроме того переходы из одного грунтового слоя в другой; при этом компьютер отражает приблизительную стратиграфическую схему.</p>\r\n<p>Первичный результат может быть получен немедленно и он будет отражен на экране прибора. Основная обработка и дешифрирование данных может и должно проводиться в кабинетных и(ли) полевых условиях. В любом случае результаты дешифрирования обязательно должны быть проверены и уточнены на месте другими методами разведки, а лучше - раскопками.</p>\r\n<p>При этом можно выделить не только контуры поселенческих структур, но и границы некрополей, очертания отдельных построек, ям, могил, колодцев, перекопов, установить разницу и глубину залегания культурного слоя или материкового грунта, следы древнего аграрного размежевания, дренажных и ирригационных каналов, близость грунтовых вод.</p>\r\n<p>Для получения наиболее полной предварительной информации о планировочной структуре и некоторых физических свойствах культурного слоя отдельных поселений целесообразно применять комплекс специальных методов разведки, в который входит изучение микрорельефа, характера травяного покрова и съемка геофизическими методами разведки - электроразведочными и магнитометрическими. Они используются уже несколько десятков лет в археологии с помощью оборудования, размещаемого на поверхности земли. Съемку разными методами необходимо выполнять по единой сетке, а полученные данные сопоставлять с материалами визуальных исследований поверхности. Необходимо помнить, что перед выполнением георадарных работ поверхность памятника должна быть по возможности освобождена от растительности или она должна быть однородна примята, чтобы антенные прибора как можно ближе прилегали к поверхности грунта.</p>\r\n<p>Фактически, георадарная съемка является составной частью геоинформационных компьютерных систем (ГИС-технологии), предназначенных для сбора, проверки, интеграции и анализа информации, относящейся к земной поверхности со следами жизнедеятельности человека.</p>\r\n<p>Наиболее активно это направление развивается на протяжении последних десятилетий. Применению ГИС-технологий в археологии предшествовали десятилетия адаптации теорий и методов пространственного анализа. Основные достижения в этой области осуществлены зарубежными учеными. Правда, в последнее время ГИС-технологии нашли применение в отечественной археологии, особенно для извлечения исторической информации из характера распределения археологических объектов на местности путем их моделирования1.</p>\r\n<p>Перед началом полевых георадарных работ проводится съемка микрорельефа, которая осуществляется методом сплошной нивелировки площади поселения по квадратной сетке 0,5х0,5 или 1х1 м. Съемку можно выполнять с помощью нивелира, теодолита и мерной ленты параллельными или перекрестными кроками - нивелирными или теодолитными ходами, GPS-приборами с сантиметровой точностью или лазерным сканером (с возвышенного места или летательного аппарата). На основе съемки составляется план с сечением рельефа 0,1 м, что позволяет отразить на нем мелкие, но важные детали рельефа и зачастую определить конфигурацию отдельных построек. На этот план наносят все выходы кладок на поверхность. На него же наносят данные о распределении растительного покрова по высоте и густоте травы. Над стенами, находящимися неглубоко от поверхности, травяной покров ниже и реже, поэтому по нему можно проследить направление некоторых погребенных стен и в отдельных случаях довольно подробно выявить планировку скрытых в земле строительных остатков. Интересно, использование в настоящий момент для этой цели последних инновационных технологий, связанных с внедрением передовых лазерных технологий, например, лазерных сканеров, позволяющих получать трехмерную оцифрованную модель любого объекта даже с очень сложным рельефом поверхности. В сочетании с новейшими GPS-технологиями, благодаря которым можно получать привязку объектов и осуществлять съемку планов (в том числе и топографических) с сантиметровой точностью, этот метод имеет очень большие перспективы для фиксации открываемых и раскапываемых памятников археологии. Однако, эти технологии имеют двойное назначение (гражданское и военное) и большую стоимость, что существенно затрудняет их практическое применение. Только после проведения указанных работ рекомендуется выполнение съемки комплексом геофизических методов, в том числе с помощью георадарных приборов, основной задачей которых является более детальное выявление планировки погребенных объектов до раскопок.</p>\r\n<p>Археолого-геофизическая съемка памятников должна осуществляться квалифицированными специалистами-геофизиками с использованием надежных приборов под руководством археолога. От археолога зависит постановка задачи исследования, выбор объекта: памятника или участка на памятнике, определение размеров необходимой для съемки площади, установление направления съемочной сети или отдельных профилей, а также и их частоты, и величины шага съемки в зависимости от характера памятника и решаемых задач. Геофизик проводит съемку, выбирая и по необходимости меняя методику съемки, ведет обработку результатов наблюдений и представляет полученную информацию в виде графиков и карт изолиний или символов. Интерпретация полученных карт должна вестись совместно геофизиком и археологом. Из сказанного следует, что археолог обязан хорошо знать памятник, предназначенный для съемок геофизическими методами, и четко представлять границы возможностей последних, т. е. уметь выбрать памятник, на котором разведка геофизическими методами может быть достаточно эффективной для археологических целей, отбраковывая те памятники, на которых такая съемка не будет давать нужной информации.</p>\r\n<p>Для археолого-геофизической съемки пригодны преимущественно однослойные поселения с достаточно четкой планировочной структурой, однородным культурным слоем, хорошей сохранностью строительных остатков, залегающих близко к современной поверхности. Важным условием является состояние современной поверхности памятника. Ямы, траншеи, окопы, каменные развалы, выбросы грунта и кучи мусора и даже грунтовые дороги, пересекающие памятник, резко снижают эффективность и применимость геофизических методов разведки, а на памятниках, поверхность которых распахана, съемку геофизическими методами проводить не следует.</p>'),
+(19, '2007-11-09 20:50:59', 3, 'sozdanie-gosudarstvennogo-istoriko-arheologicheskogo-zapovednika-v-urochishhe-artezian', 'Создание государственного историко-археологического заповедника в урочище Артезиан.', 2, '<p>Обширное по площади урочище Артезиан (Салын), вытянутое с востока на запад от современного поселка Багерово до Ново-Отрадного и Золотого, известно не только заповедными живописными ландшафтами с широкими, заросшими ковылем и другими степными травами пространствами, прекрасными пляжами Казантипского залива, но, и, конечно, уникальными археологическими памятниками – настоящими жемчужинами прибрежной зоны Крымского Приазовья. Здесь расположен единый комплекс разновременных недвижимых памятников истории и культуры от эпохи неолита до средневекового периода, объединенных общностью территории и большой культурно-исторической значимостью каждого отдельного памятника, а также движимые культурные ценности (археологические предметы), происходящие из объектов археологического наследия.</p>', '<p>Памятники археологии, расположенные в урочище Артезиан (поселения бронзового века, античные городища и поселения, остатки древних средневековых селищ, укреплений, производственных комплексов и сельскохозяйственных наделов, террас, дорог, святилищ и древних мест захоронений – грунтовых могильников и курганов, участки исторического культурного слоя у древних населенных пунктов, артефакты в культурном слое) в настоящий момент находятся на грани полного уничтожения по причине тотального и широкомасштабного разграбления и массированного антропогенного воздействия, темпы которого с каждым годом все более возрастают. К примеру, городища и некрополи Артезиан и Багерово-Северное, которые раскапываются ААЭ на протяжении двух десятков лет, в межсезонье с невиданной ранее скоростью буквально сносятся мародерами. Только на городище Артезиан в 2005 г. площадь уничтоженного культурного слоя составляла около 100 кв. м, в 2006 г. – уже более 200 кв. м, а в 2007 – свыше 500 кв. м! При этом более 2500 кубометров уникального культурного слоя, богатого находками, совершенно погибли, артефакты из слоя расхищены или уничтожены. На некрополе городища, уничтоженном за последние семь лет на площади более 9 га, разграблены сотни могил и десятки склепов античного времени. Нанесенный современными вандалами ущерб только городищу Артезиан по самым скромным подсчетам составил несколько миллионов евро1. А ведь античные поселения Артезиан и Багерово-Северное являются эталонными памятниками археологии, наиболее изученными среди царских крепостей Европейского Боспора. Они имеют выдающуюся историческую, научную, культурную значимость и, конечно, требуют охраны.</p>\r\n<p>В ходе исследования памятников урочища Артезиан обнаружены уникальные артефакты, надписи, сотни граффити и дипинти, терракотовых фигурок, тысячи монет, многочисленные жилые, хозяйственные и производственные комплексы, а также -  реперные для боспорской истории слои пожара периода боспоро-римской войны. Однако, охранно-спасательные работы, которые ведутся силами Международной российско-крымской Артезианской археологической экспедицией на ряде памятников урочища, не успевают за невероятно быстрыми и целенаправленными действиями хорошо информированных грабителей. К сожалению, паралич государственной власти на местах и малое внимание к охране археологического наследия2, сохранению памятников истории и культуры, с одной стороны, и образование мафиозных теневых структур по добыче, сбыту, коллекционированию археологических находок, с другой стороны, делают совершенно невозможным контроль за сохранностью памятников археологии, расположенными даже в пределах прямой видимости от больших населенных пунктов, не говоря уже о более отдаленных объектах.</p>\r\n<p>Основные памятники урочища Артезиан и тяготеющих к нему территорий достаточно давно поставлены на государственный учет (городища и некрополи Артезиан, Багерово-Северное, Ново-Отрадное, Золотое-плато, Золотое-берег), но некоторые (Чегене I-II, Золотое в бухте, клеры на западе урочища Артезиан, античные наделы в районе г. Широкой, ряд курганных групп) еще ждут своего времени. Правда, следует заметить, что для мародеров нет никакой разницы в том, какие памятники грабить - состоящие на государственном учете или все еще ждущие постановки на учет, уже найденные или еще не открытые наукой. В любом случае, можно с прискорбием констатировать: катастрофическими темпами уничтожается все, имеющее отношение к археологии. Активно грабятся даже памятники, о которых совершенно ничего не известно в научных кругах. Это уже не тенденция развития, а угрожающая реальность. Если такие темпы разграбления сохранятся, а должного противодействия антропогенному разрушению памятников материальной культуры не будет, то через десятилетие самые важные археологические объекты Крыма будут полностью потеряны для науки. Попросту говоря, нечего будет восстанавливать и реставрировать. В полной мере это касается и археологических памятников урочища Артезиан: городищ, селищ, грунтовых некрополей и курганных могильников.</p>\r\n<p>С каждым годом все более совершенствуется техническая оснащенность мародеров и их хищническая изощренность в ведении незаконных раскопок. Специфические умения «черных копателей» - как побыстрее и побольше разграбить, - транслируются с помощью «устной почты» и особых разделов на кладоискательских сайтах и электронных журналах в Интернете. Муссируемые, не без поддержки средств массовой информации, слухи (ложные или достоверные) о великолепных и сенсационных находках и спросе на них в среде коллекционеров только разжигают алчность среди местного населения и призывают в ряды грабителей памятников археологии новые отряды «счастливчиков». Именно они, позиционирующие себя как «любители старины и древности», являются настоящими врагами археологии, истории, народа и государства, а также дела, которому мы посвятили всю свою жизнь.</p>\r\n<p>Свободная продажа и нелицензировнное использование частными лицами металлодетекторов и георадаров, конечно, только подхлестывает незаконное изъятие ценных артефактов из культурных напластований, что приводит к тотальному уничтожению стратиграфии и культурных слоев поселений и святилищ, а также могил, курганов и инфраструктуры некрополей и прилегающих к ним территорий.</p>\r\n<p>Безнаказанность грабителей памятников археологии и собирателей краденых артефактов негласно поощряется. Не только тем, что никто из пойманных с поличным мародеров не подвергся судебному преследованию и не понес уголовного наказания. Известные трудности для экспедиций в визировании Открытых листов только играют на руку «антикварной» мафии. Этому способствуют также утечки «закрытой» информации из научных Отчетов экспедиций, из мест, где она должна свято храниться и не разглашаться. Позором для государственной правоохранительной системы является то, что ценные в историческом плане артефакты продолжают незаконно выкапываться из культурных напластований древних поселений и могил. Они находятся в теневом «сером» обороте, продаются в частные коллекции, легализуются через аукционы, частные музеи или свободные продажи. Кстати, скупка археологических находок у частных лиц, явно происходящих из грабительских раскопок, как и создание экспозиций на основе частных коллекций вполне способно усугубить ситуацию с несанкционированными раскопками и подстегивает активное разграбление археологических памятников.</p>\r\n<p>Для меня, практикующего археолога, разграбление археологических объектов является не просто уголовно наказуемым деянием, это не просто вынужденная и ставшая, увы, обычным делом корректировка планов экспедиции на текущий сезон, но прежде всего - уничтожение значимой материальной культуры ушедших с исторической сцены народов и личная сердечная боль. Когда видишь перекопанные мародерами культурные напластования памятников, изуродованные, изрытые грабительскими шурфами и траншеями античные святилища и некрополи, оскверненные гробницы, то с ностальгией вспоминаешь период так называемого советского «тоталитаризма», когда ничего этого не было и в помине. Ныне пространства большинства некрополей античных поселений Восточного Крыма больше похожи на лунный пейзаж, где попросту опасно передвигаться: вся их поверхность изъявлена кратерами глубоких грабительских ям и завалена терриконами выброшенного «отработанного» грунта и битых плит перекрытий, смешанных с измолоченными человеческими костями. Мириться с этим хищничеством и вандализмом нельзя. Здесь от эмоций воздержаться невозможно! Пока еще окончательно не поздно: для спасения памятников необходимы действенные и срочные меры.</p>\r\n<p>Законодательство Украины позволяет исследователю начать гласную процедуру по повышению охранного статуса как отдельных памятников, так и целых территорий, значимых с историко-культурной точки зрения. Анализ соответствующих законодательных актов, инструкций и положений показывает, что в создавшихся условиях единственным, на мой взгляд, способом сохранения памятников истории и культуры от уничтожения является включение уникальных и наиболее важных из них в пределы государственных заповедников. Конечно, я вполне отдаю себе отчет в том, что создание заповедника (к примеру, в урочище Артезиан) – дело не простое и долгое по процедуре, которое вдобавок не означает автоматической охраны памятников. Понятно, что даже в уже созданных заповедниках имеются проблемы с охраной памятников и незаконными раскопками на вверенных им территориях. Однако, это уже вопрос технической организации охранного дела в заповедниках, где законом предусмотрены и штат охраны, и четко определенные охраняемые зоны (созданием ограждений или пропускных пунктов). Здесь запрещается производство любых земляных, строительных и других работ, а также хозяйственная деятельность без разрешения соответствующих государственных органов охраны памятников. Все это серьезно ограничивает пребывание посторонних или случайных лиц на территории заповедников. Тем самым проведение несанкционированных раскопок организованными группами мародеров серьезно затрудняется, если вовсе не пресекается, как и безнаказанное повреждение или уничтожение отдельных археологических объектов и целых памятников во время проведения сельскохозяйственных или строительных работ.</p>\r\n<p>На памятниках археологии, расположенных вне охранных зон заповедников, картина совершенно удручающая. Их поверхность сплошь перерыта грабительскими шурфами, покрыта «оспинами», оставленными лопатами мародеров с металлоискателями. Даже пресловутые таблички «Охраняется государством» почти все стали добычей охотников за металлами, которые не брезгуют извлечением геодезических сердечников и скрытых бетонированных топографических реперов. Последнее вредоносное деяние самым существенным образом тормозит работы экспедиций и заставляет проводить вновь и вновь дорогостоящие геодезические съемки, связанные с восстановлением опорных точек3. Большое количество археологических памятников оказалось на территориях, переданных в долгосрочную аренду частным лицам и компаниям. Это обстоятельство далеко не способствует их охране, так как памятники археологии, фактически ставшие частной собственностью, вскоре могут оказаться недоступными для исследователей и контролирующих государственных органов.</p>\r\n<p>В 2007 г. была разработана в связи с варварским разграблением археологического наследия урочища Артезиан, с целью спасения уникальных памятников археологии программа создания государственного национального историко-археологического заповедника «Заповедное урочище Артезиан в Крымском Приазовье»4. Программа предусматривает музеефикацию, реставрацию и реконструкцию уникальных и неповторимых памятников археологии. Среди них - первоклассные античные крепости царской хоры Европейского Боспора, общей площадью в десятки гектаров, с мощным и насыщенным находками многометровым культурным слоем. Данные древние объекты по своему характеру и степени сохранности должны быть использованы в научных, культурно-просветительных, учебно-воспитательных и музейных целях, обеспечивающих их оптимальную сохранность и доступность для экскурсионного и туристического осмотра. Успешная реализация программы возможна на основе расширения взаимодействия в гуманитарной сфере государственных структур, общественных организаций Украины и международного научного сообщества.</p>\r\n<p>Конечной целью проекта является создание государственного национального историко-археологического заповедника на территории урочища. Заповедник в своей деятельности должен руководствоваться Конституцией (254к/96-ВР) и законами Украины5, актами Президента Украины, Кабинета Министров Украины, другими нормативно-правовыми актами, а также типовым Положением о государственном историко-культурном заповеднике, утвержденном постановлением Кабинета Министров Украины от 24 июля 2003 г. № 1149. Согласно статье 6 Положения, основными задачами заповедника являются осуществление мероприятий по охране и сохранению объектов культурного наследия, связанных с ними территорий и движимых предметов, произведений монументального, изобразительного, декоративно-прикладного искусства, а также проведение научно-исследовательской, научно-методической, информационной и культурно-образовательной работы с целью популяризации культурного наследия, духовного обогащения граждан. Понятно, что создаваемый заповедник, помимо здания, администрации, охраны, собственного автотранспорта, места для размещения экспедиционной базы, должен иметь соответствующие государственные акты, подтверждающие права собственности на землю, четко очерченные в соответствии с действующим законодательством границы, обнесенные оградой охраняемые территории, устойчивое бюджетное и внебюджетное финансирования, штат научных специалистов и реставраторов.</p>\r\n<p>В настоящий момент проводится уточнение границ охраняемой территории археологических памятников урочища, которые в перспективе должны стать главными охраняемыми объектами заповедника: городища и некрополи Артезиан и Багерово-Северное, Ново-Отрадное, Золотое-берег. Для этой цели привлечены лицензированные специалисты-геодезисты из Киева и Москвы, которые с помощью профессионального оборудования фирмы Trimble на основе передовых GPS-технологий определяют точные границы памятников и пределы территории, связанной с ним исторически и функционально. Это послужит базисом для привязки проектируемых охранных зон памятников к современной топографической основе и ускорит выделение границ историко-культурного Заповедника на местности. В последующем территория памятников будет передана в пользование заповедника в порядке, установленном действующим законодательством.</p>\r\n<p>В рамках проекта предполагается:</p>\r\n<p>Создание на базе раскопанных широкими площадями памятников античной археологии (крепостей боспорских царей - Артезиан, Ново-Отрадное, Золотое-берег, Багерово-Северное и др.) нескольких музеев под открытым небом, объединенных в рамках единого национального государственного историко-археологического заповедника «Заповедное урочище Артезиан» и обеспеченных соответствующей охраной и административным управлением;</p>\r\n<p>Разработка и выделение новых охранных зон памятников урочища, продолжение проведения комплексных геодезических, картографических, геофизических и археологических работ с целью уточнения границ памятников и охраняемых археологических территорий;</p>\r\n<p>Разработка и принятие соответствующей государственной программы спасения и сохранения археологического наследия урочища Артезиан, рассчитанной на 10 лет и прописанной отдельной строкой в бюджете Украины;</p>\r\n<p>Привлечение государственных ресурсов, туристических компаний, бизнес-структур, международных и частных инвесторов к реализации Программы спасения и сохранения археологического наследия урочища Артезиан;</p>\r\n<p>Организация государственной объездной егерской службы, целью которой является охрана памятников истории и материальной культуры, природных и антропогенных ландшафтов.</p>\r\n<p>Данный проект предполагает среди прочих следующие мероприятия:</p>\r\n<p>Организация международной круглогодичной археологической экспедиции для исследования археологических памятников Крымского Приазовья, которым грозит полное или частичное уничтожение, или попадающих в зоны строительства;</p>\r\n<p>Постройка стационарной научной базы экспедиции, имеющей международный статус, где будет работать Боспорская международная археологическая школа, с небольшим отелем, дайвинг-центром;</p>\r\n<p>Создание специализированной реставрационной организации и экспертного совета по реконструкции, консервации и мониторингу археологических памятников;</p>\r\n<p>Организация международного археологического и туристического дайвинг-центра по обследованию прибрежной акватории Азовского моря;</p>\r\n<p>Подготовка по спецпрограмме и по именным стипендиям на базе Национальных Государственных университетов в Симферополе, Киеве и в Москве научных сотрудников для новых музеев (археологов, историков, реставраторов и др.), специалистов по развитию туристической индустрии, дайвингу из наиболее способных выпускников школ Ленинского района АР Крым;</p>\r\n<p>Аэрофотосъмка и космическая съемка территории урочища, установление профессиональных GPS координат, геодезические обмеры и создание трехмерной компьютерной модели изучаемых объектов, лазерное геодезическое моделирование археологических объектов и археологических памятников;</p>\r\n<p>Привлечение ведущих специалистов по палеоэкологии и палеогеоморфологии, геофизическому и геомагнитному исследованию памятников материальной культуры, реконструкция и исследование древних антропогенных структур, ландшафтов и технологий.</p>\r\n<p>Привлечение молодежи АР Крым, Украины, России к археологическим, реставрационным и реконструктивным работам на памятниках истории и археологии.</p>\r\n<p>Необходимо опираться на государственных деятелей, радеющих за создание и развитие заповедных территорий, которые вполне способны оказать неформальное, но действенное содействие в реализации предлагаемой Программы, в том числе по развитию курортно-рекреационного комплекса Ленинского района. Уникальная природа Крыма и археологические памятники, представляющие собой первоклассные экспозиционные объекты, настоящие музеи под открытым небом, достойные охраны ЮНЕСКО, являются несомненной основой для превращения этого заповедного уголка в одну из важнейших туристических зон, привлекательных как для рекреационного, так и познавательного (в том числе археологического волонтерского) туризма.</p>\r\n<p>Следует также отметить, что активное строительство в Восточном Крыму вызывает озабоченность научной общественности за сохранение археологического наследия, древних природных и антропогенных ландшафтов. Наша экспедиция (при сотрудничестве с другими российскими археологическими экспедициями и украинскими коллегами, работающими в Крыму), имеет необходимый научный потенциал и опыт для проведения широкомасштабных археологических разведок и раскопок на местах предполагаемых строительных работ. В настоящий момент созданы (с научной стороны) все условия и предпосылки для начала работ по организации заповедника. В работе над проектом готовы принять действенное участие различные государственные и общественные структуры: МПГУ, МГУКИ, Православный Свято-Тихоновский Гуманитарный университет, группа физической антропологии ИА РАН и Кафедра антропологии биофака МГУ, некоммерческий фонд «Археология», геологический факультет Одесского университета, Институт прикладных геофизических исследований, компания «Открытое небо+», российские и украинские геодезические организации с богатым опытом проведения GPS-работ, лазерного сканирования археологических и архитектурных памятников.</p>\r\n<p>Цели проекта по созданию историко-культурного заповедника в урочище Артезиан – не только развитие гуманитарной науки, но прежде всего - охрана и реставрация памятников материальной культуры, содействие сохранению положительного имиджа АР Крым и Украины как государства, проявляющего заботу о своем культурно-историческом наследии.</p>\r\n<p>Наш проект позволяет привлекать для практических работ по созданию заповедника перспективную молодежь из Украины, Крыма и России. Накопленный нами опыт работы с подрастающим поколением показывает, что работа в археологических экспедициях уникальна, так как позволяет в неформальной обстановке формировать у молодежи активную жизненную позицию и позитивные установки, содействует интеллектуальному, нравственному, эстетическому воспитанию молодежи, развитию представлений о нравственных ценностях человечества, профилактике правонарушений в молодежной среде, пресечению участия молодежи в несанкционированных противозаконных раскопках.</p>\r\n<p>В проекте принимают участие представители молодежных объединений и Православная церковь, общественные и научные организации, средние учебные заведения и ВУЗы, молодежь, в том числе из социально незащищенных слоев населения (беженцев, воспитанников детских домов и интернатов), что, несомненно, повышает его социальную значимость для нашего постсоветского общества, имеющего проблемы с трудовой занятостью, профориентацией и беспризорностью.</p>\r\n<p>К экспедиционным работам по проекту ежегодно привлекаются как студенты - историки и археологи, так и будущие журналисты, педагоги и юристы, специалисты по связям с общественностью, политологи, социальные антропологи. Эти молодые люди уже через несколько лет начнут активно влиять на формирование политики и общественного мнения в Крыму, Украине и России.</p>\r\n<p>Материальные и технические ресурсы Артезианской археологической экспедиции ограничены, для поддержки и системного развития проекта требуется помощь государства. Реальная отдача от вложений в этот проект вполне предсказуема и очевидна, так как действительно поможет воспитанию молодежи, прекращению разграбления археологических памятников, сохранению и преумножению единого и великого культурного и исторического наследия исторически близких народов Украины и России.</p>'),
+(20, '2007-11-09 20:50:59', 3, 'predvariteljnye-rezuljtaty-nauchno-izyskateljskih-rabot-mezhdunarodnoj-artezianskoj-rossijsko-krymskoj-jekspedicii-istfaka-mpgu-v-krymskom-priazovje-v-2008-g', 'Предварительные результаты научно-изыскательских работ Международной Артезианской Российско-Крымской Экспедиции истфака МПГУ в Крымском Приазовье в 2008 г.', 2, '<p>В 2008 г. Артезианская археологическая экспедиция (далее - ААЭ) продолжала планомерные научно-изыскательские работы на территории Ленинского района АР Крым на основании Открытого листа по форме 1 №276/0323 от 19 апреля 2008 г. и Разрешений Министерства культуры и туризма Украины №22-246/08-22-249/08 от 30 мая 2008 г. На базе экспедиции успешно проведены археологические практики исторических факультетов МПГУ, МГУ и МГУКИ (РФ).</p>', '<p>Раскопочные работы ААЭ были вынужденно в отчетном году сконцентрированы на территории городища Артезиан, где в межсезонье произошло очередное масштабное ограбление культурного слоя античного времени. Так как неожиданно большие усилия потребовались для расчистки раскопов, программу запланированных охранно-спасательных работ вне городища Артезиан пришлось существенно сократить. В результате на некрополе Артезиан и городище Тасуново, где темпы грабительских работ заметно снизились, было принято решение раскопочные работы в отчетном полевом сезоне не проводить.</p>\r\n<p>На городище и некрополе Багерово-Северное были продолжены топографические GPS-работы И. Н. Пархалиным (Москва), связанные с восстановлением бетонированных реперов, уничтоженных грабителями на городище и некрополе поселения в межсезонье, определением новых охраняемых зон памятника, привязке раскопов прошлых лет к современной топографической основе и фиксации точных координат как раскопов, так и найденных там в разные годы строительных остатков.</p>\r\n<p>В прибрежной акватории городищ Ново-Отрадное и Золотое были проведены тестовые разведочные подводные исследования Д. В. Поспеловым с целью поиска затопленных подводных сооружений и установления границы берегового клифа античного времени. В ходе краткосрочных работ не удалось выявить затопленные, предположительно антропогенные, структуры в районе городища Золотое-берег. Данные об их возможном наличии были получены ранее (в 2007 г.) группой геофизиков из Москвы во главе с П. А. Морозовым с помощью морского варианта прибора «Лоза-2М». В водном пространстве, в районе городищ Ново-Отрадное и Золотое, определены организатором подводных работ Д. В. Поспеловым на будущие сезоны перспективные зоны для проведения подводных исследований и уточнения геофизической методики подводного поиска древних антропогенных структур.</p>\r\n<p>На городище Артезиан продолжались охранно-спасательные археологические раскопки на раскопе III. Они затрагивали центральный участок городища на площади около 950 кв. м, существенно поврежденный в ходе варварского разграбления 2007-2008 гг. Здесь мародерами были уничтожены культурные напластования на площади более 500 кв. м, подкопаны и частично обрушены борта. Особенно пострадал при этом уникальный слой пожара боспоро-римской войны 44/45 г., мощностью до 1,20-2,40 м, насыщенный большим количеством различных включений, среди которых преобладали целые и фрагментированные артефакты (терракотовые фигурки, керамика, монеты, изделия из металлов и кости) и кальцинированные кости животных и людей. Высота бортов раскопа достигала двух-пяти метров, поэтому удаление переотложенного культурного слоя, сброшенного мародерами на дно раскопа, потребовал незапланированных затрат времени и ресурсов экспедиции, что в целом заметно осложнило проведение раскопок на других памятниках. Более 40 дней пришлось затратить на удаление грабительского отвала, объем которого превышал 160 тонн. Отвал вывозился самосвалом за пределы раскопа, где просеивался с помощью механического грохота с целью поиска уцелевших и пропущенных грабителями находок. Больших усилий потребовала также расконсервация остального пространства раскопа III, где были исследованы культурные напластования первых веков нашей эры.</p>\r\n<p>В ходе работ на раскопах городища Артезиан были вскрыты слои античного времени и спряженные с ними строительные остатки, преимущественно первого-четвертого веков нашей эры. Мощность исследованного культурного слоя достигала 0,25-5,20 м, раскопы до материка доведены на большинстве участков, за исключением южного и восточного, общей площадью около 160 кв. м.</p>\r\n<p>В процессе раскопок выявлены культурные напластования и строительные остатки трех хронологических горизонтов античного периода существования городища – конца первого века до нашей эры - начала первого века нашей эры, первого-второго веков и третьего-начала четвертого веков. Все античные строительные остатки сильно повреждены перекопами средневекового и нового времени, хорошо обработанный камень в основном выбран, а культурный слой значительно переотложен.</p>\r\n<p>К первым двум периодам относятся на раскопе III несколько террас, укрепленных подпорными стенами, хранилища с ямами из-под вкопанных пифосов и амфор, фундаменты крепостных сооружений «Цитадели».</p>\r\n<p>В насыпи террас обнаружены многочисленные ямные пятна, связанные с бытованием на террасах хозяйственно-жилых построек рубежа-начала первого века нашей эры. Установлено, что при сооружении террас нивелировка поверхности происходила за счет последовательной подсыпки под подпорные стены переотложенного культурного слоя - золистого и глинистого грунта с большим содержанием бытового мусора или более ранних культурных напластований и подстилающего его материкового грунта.</p>\r\n<p>Наиболее ранним объектом оказалась восточная часть комплекса 10 – часть вымостки двора или наземного помещения рубежа нашей эры. Подвалы этого хозяйственно-жилого комплекса были исследованы в прошлом году. Полностью объект вскрыть не удалось, так как он уходит в северный борт раскопа. Его строительные остатки прорезаны траншеями фундаментов крепостных стен ранней и поздней Цитадели, а также позднеантичными ямами и колодцем.</p>\r\n<p>В ходе работ доследовалась вымостка небольшой улицы – проезда через башню или ворота ранней Цитадели. Она была открыта еще в 2006 г. Вымостка вытянута с запада на восток с небольшим смещением. От нее уцелел небольшой участок в пространстве между траншеями выборок крепостных стен 78.1, 81 и 175. Данный объект выявлен в длину около трех метров. Ширина вымостки составляла 1,20-1,40 м. Она была сложена из больших полигональных плит и блоков в два слоя, положенных на постелистые стороны, торцами друг к другу. Внешняя поверхность камней вымостки заглажена ногами пешеходов и прокалена огнем пожара. Вымостка покоилась на слое погребенной почвы, также пострадавшей от действия огня. Вымостка на востоке примыкала к остаткам алтарного сооружения, от которого уцелела лишь заглубленная часть с овальными ямками-фависсами. Они заполнены горелым грунтом и не содержали находок, за исключением части основания ножки светлоглиняной амфоры типа C-Ia и железной мотыжки хорошей сохранности. Возможно ли видеть в этих находках символы хтонического культа Деметры, покажет дальнейшее изучение. С южной стороны к вымостке и торцом к алтарной части примыкало несколько бутовых камней, выложенных в виде невысокой кладки. Возможно, это был своего рода бордюр, больше похожий на лежанку, выступавший над вымосткой на 0,12-0,34 м. Этот участок был перекрыт слоем пожара с монетами не позднее 44/45 гг. н. э. К сожалению, стратиграфия участка была нарушена грабителями и его понимание затруднено.</p>\r\n<p>В ходе работ удалось полностью вскрыть юго-западный угол «Цитадели», образованный пересечением ТВ-78.1 и ТВ-75. Все они были забиты сброшенным при строительстве поздней «Цитадели» слоем пожара времени боспоро-римской войны, весьма насыщенных разнообразными находками. Весь слой пожара был просеян на механическом грохоте.</p>\r\n<p>Фундаменты крепостных стен ранней Цитадели почти полностью выбраны в древности, на месте остались лишь отдельные камни и незначительные обрывки бутовой каменной кладки основания. Ширина внешних стен достигала трех метров, внутренних -2,10-2,70 м, при глубине фундамента 1,60-2,10 м. Трасса стен четко читалась в культурном слое и материковом грунту по хорошо заметным траншеям выборок. Угловых башен не выявлено. Вполне возможно, что ранняя «Цитадель» не имела выступающих за пределы линии крепостных стен башен, хотя отдельные предварительные наблюдения могут заставить пересмотреть эту версию.</p>\r\n<p>На юго-восточном участке раскопа исследовался поврежденный грабителями балластный грунт античного и средневекового времени, выброшенный при разборке стен «Цитадели». Он насыщен битым камнем, известковой крошкой, щебнем и отличался чрезвычайно малой концентрацией находок.</p>\r\n<p>При его изучении выявлен хозяйственно-жилой комплекс 9 позднеантичного времени, представлявший собой сблокированные помещения, выстроенные в линию с запада на восток вдоль одной подпорной стены на самой возвышенной части городища. В пределы раскопа попала северная часть пяти прямоугольных помещений, ориентированных с юга на север. Каждое из них имело большую прямоугольную двухъярусную печь, сложенную из вертикально установленных каменных плит и саманных кирпичей, загородки, приспособления для растирания зерна, ямы из-под вкопанных сосудов. Пол помещений вымощен, маркирован на выбранных участках слоем утоптанной золы. Вероятно, каждое помещение было приспособлено для приготовления пищи на одну семью. В слое их разрушения найдены остатки бытовой утвари, среди них выделялись светильники-лодочки, массивные пирамидальные грузила, терочники. Со временем бытования комплекса связана целая серия ям от вкопанных сосудов и многочисленные забутованные камнем ямы грушевидной или колоколовидной в разрезе формы, имевших сложенные из камня горловины. Они имели большие размеры. Их хозяйственное назначение – для хранения зерна – несомненно. Промывки грунта из ям дали большое количество палеокарпологического материала – карбонизированные зерна пшеницы, ячменя, проса. Ямы были засыпаны мусорным золистым грунтом с большим количеством бытовых отходов и бутового камня. Их глубина достигал 3-6 метров.</p>\r\n<p>Позднеантичный  слой содержал большое количество золы и бытового мусора. Он возник в результате разрушения и постепенного запустения, когда жизнь на исследуемых участках античного городища полностью прекратилась. Данный слой содержал среди включений хронологически неоднородный материал, среди которого преобладали находки амфор рубежа н. э. и I-III веков н. э., изредка встречались фрагменты амфор IV в. н. э. Датировать его следует по позднейшему материалу концом III - IV в. вв. н. э.</p>\r\n<p>Исследованные до материка участки раскопов на городище Артезиан в ходе исследовательских работ этого сезона засыпались, полностью изученные объекты консервировались, забутовывались камнем и засыпались отвальным грунтом, включая хозяйственные ямы, котлованы, могильные сооружения. Работы текущего полевого сезона показали перспективность ведения раскопок широкими площадями.</p>\r\n<p>В перспективных планах экспедиции – раскопки некрополя и городища Багерово-Северное, Тасуново и исследование прибрежной полосы городища Золотое-берег, размываемой прибоем.</p>\r\n<p>Все обнаруженные в процессе работы ААЭ находки сданы в Керченский историко-культурный заповедник.</p>');
 
 -- --------------------------------------------------------
 

  `description` text
) ENGINE=InnoDB DEFAULT CHARSET=utf8;

-- --------------------------------------------------------

--

-- AUTO_INCREMENT for table `article`
--
ALTER TABLE `article`
  MODIFY `id` int(10) UNSIGNED NOT NULL AUTO_INCREMENT, AUTO_INCREMENT=21;
--
-- AUTO_INCREMENT for table `author`
--
