Өс йыл үткәс, Лохвицкая, дауамы була алмауын тойоп, платоник романын аңлы рәүештә тамамлай башлай. Уның яғынан «В саркофаге» («Аннабель-Ли» рухында: «Мне снилось — мы с тобой дремали в саркофаге, / Внимая, как прибой о камни бьёт волну. / И наши имена горели в чудной саге / Двумя звездами, слитыми в одну») шиғыры өҙөлөшөү билдәһе кеүек ҡабул ителә. Бальмонт был шиғырға бер нисә яуап яҙған, иң билдәлеләренең береһе «Неразлучимые» («…Застывшие трупы, мы жили сознаньем проклятья, / Что вот и в могиле — в могиле! — мы в мерзостной позе объятья…»).