Сафиев, Надир Алишевич
Надир Алишевич (Александрович) Сафиев (18 февраля 1930, Кировабад — 22 июля 2015, Москва) — русский советский прозаик-очеркист, журналист, мемуарист.

Биография 
Надир Сафиев родился в Азербайджане. Его мать умерла при родах, отец, учитель русского языка Алиш Надир-оглы Сафиев, также рано ушёл из жизни.

Юношеские годы Надир провёл в Эстонии: окончил Таллинское мореходное училище, отделение судостроения, прошёл морскую школу. По собственным словам, ещё в Эстонии занимался вокалом у знаменитого оперного певца Тийта Куузика.

В 1956 году Надир приехал в Москву поступать в Консерваторию. Первая попытка оказалась неудачной, но Надир познакомился с пианисткой Евгенией Наумовной Брук, аккомпанировавшей ему на прослушивании. Евгения Наумовна взяла над ним опеку и через несколько дней, после повторного прослушивания перед деканом, Надир был зачислен на оперное отделение. Евгения Наумовна помогла и с проживанием: Надир снял «угол» в одном из старинных домов на Композиторской улице в районе Арбата, у её соседки по Собачьей Площадке, Домны Филипповны, перебравшейся в город крестьянки. 

Отчётливо виден срез эпохи — Домны оторвались от своих деревенских домов и волею стального монстра индустриализации уплотнили и освоили арбатские особнячки…

Надир Сафиев, обладатель оперного голоса и арбатский дэнди 1950-х, зарабатывавший перепиской нот, знал на Арбате сотни приличных людей, из которых десяток-другой принадлежал к мировой художественной элите. Все друг друга знали, Рихтер раскланивался с Домной Филипповной, все встречались на концертах Рихтера в Большом зале.

Удалось решить проблему и с регистрацией: хороший знакомый отца, поэт и журналист Владимир Луговской, прописал Надира в своей квартире на Тверской улице. 

Надир крепко сдружился со всей семьёй Евгении Наумовны, в особенности с её сыном, начинающим актёром и будущим знаменитым артистом театра и кино Валентом Никулиным. Однако с педагогами отношения не заладились, и через год Надир покинул Консерваторию. Надир перевёлся на театроведческий факультет ГИТИСа и успешно его закончил.

После окончания института работал в литературном отделе театра «Современник». На всю жизнь сохранил приятельские отношения с Галиной Волчек и её сыном Денисом Евстигнеевым, Игорем Квашой, Валентином Гафтом. Писал о театре, затем решил попробовать силы в хорошо знакомой морской тематике. Первые сюжеты своих морских рассказов Надир взял из эстонского периода жизни. Вскоре писательство привело его в редакцию журнала «Вокруг света».

Журнал «Вокруг света» 
В журнале «Вокруг света» Надир Сафиев проработал почти 35 лет, с 1970 по 1999 годы в качестве постоянного сотрудника. Долгое время работал в отделе «Наша Родина» под началом Лидии Чешковой.

Множество собственных очерков и отредактированных материалов вышло из-под его пера — не в переносном смысле, а в прямом: он работал в редакции перьевой авторучкой, и только собственные сочинения печатал дома на портативной машинке. Если Сафиев чувствовал в авторе искру божью, он вживался в его текст и доводил его до совершенства, как свой собственный. Так было, например, с очерками учёного-гляциолога Игоря Зотикова, генерала-танкиста Николая Орлова, океанолога Владимира Грищенко, врача Владимира Шинкаренко… Полярный исследователь и путешественник Виктор Боярский, которого именно Сафиев «раскачал» на большой очерк «Семь месяцев бесконечности», издал впоследствии под таким названием книгу, не забыв указать, что удачный заголовок придумал его друг, писатель Надир Сафиев.

Каждый год Надир Сафиев отправлялся в командировку за очередным очерком. Он посещал стройки Дальнего Востока и Сибири, некоторые по несколько раз. По словам Александра Полещука, очерки Сафиева этого периода наполнены живыми персонажами, убедительными конфликтами, достоверными жизненными подробностями. Эти тексты нисколько не напоминают «производственные статьи» или «бодрые комсомольские репортажи».

Больше всего Сафиев любил выезды на моря: Балтийское — в Ленинград или в Эстонию, и Японское — во Владивосток. Его морские очерки — это «густая» литература, насыщенная деталями, изысканно художественная, но при этом не содержащая вымысла. Герои очерков Сафиева — труженики моря: лоцманы и капитаны, курсанты и рыбаки, полярники и учёные. Сафиев тщательно прорисовывает исторический и природный контекст, мастерски выстраивает мизансцены, проводит своих героев через различные испытания, проявляющие их характеры.

В 1980-е годы и в постсоветской России, когда постепенно открылись границы, Сафиев получил возможность выезжать и в западные страны: побывал во Франции, в Италии, на Кипре, в Сан-Франциско, на Гавайях, сходил на паруснике «Крузенштерн» в Северную Европу. В 1999 году вышел на пенсию, чтобы вплотную заняться главной книгой своей жизни.

«Повести арбатского жильца» 

Книга «Повести арбатского жильца» вышла в конце 2012 года в московском издательстве «Ключ-С». Книга состоит из трёх частей: «Собачья Площадка», «Винтовая лестница» и «Верноподданный неведомой страны». Первая редакция «Собачьей Площадки», посвящённая приезду автора в Москву и его жизни в арбатских переулках до их сноса бульдозерами, была опубликована ещё в начале 1990-х годов в литературном альманахе «Дядя Ваня». Она же вызвала наиболее оживлённый отклик критиков и читателей. В последующих двух частях своего повествования автор следует за бывшими соседями, эмигрировавшими — один в Америку, другой в Германию — и вместе с этими героями мысленно возвращается к утраченному миру Старого Арбата.

Книга «Повести арбатского жильца» снискала значительный читательский успех, заняв второе место в рейтинге книжного магазина «Москва» на рождественской неделе.

«Повести арбатского жильца» Надира Сафиева, бытописание московской жизни, где наряду с панибратскими топонимами, заканчивающимися на «ка», так же по-столичному уменьшительно все называют друг друга, и если Андрюша, то Тарковский, а если Булатик, то тоже понятно какой.

Критик Константин Мильчин охарактеризовал книгу, как воспоминания «о мире, который был уничтожен Калининским проспектом»:

Это крайне редкий в современной литературе пример восторженно-волшебного мемуара о Москве, когда молодой автор попадает в сказочный мир великого города с великими людьми. У нас такие книги все больше про Нью-Йорк выходят.

Громадное внимание Сафиев-мемуарист уделяет деталям, в особенности вещам. 

Приятнейший момент повествования – судьбы английского пиджака, эстонских ботинок, шведского пальто автора, кои предметы надо бы назвать с большой буквы, настолько большое влияние имели подобные вещи в судьбе героя. Ну, или ему так казалось. 

Тепло отозвались на книгу Надира Сафиева его друзья-артисты. По мнению Галины Волчек, в прошлом жительницы арбатских переулков, Сафиев «вобрал в себя весь Арбат», а его проза «полна нелобовых ассоциаций». Валентин Гафт выделяет в книге «эффект присутствия автора» и ставит Сафиеву в заслугу то, что авторскому вымыслу он предпочитает «художественное преодоление реальности, которое так и просится быть инсценированным».

«Повести арбатского жильца» вошли в «длинный список» литературной премии «Большая книга» за 2012—2013 год.

Произведения 
 Произведения на Лаборатория Фантастики

Книги

Журнальные публикации

Смена

Вокруг света 

Очерки
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Репортажи
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Интервью
 
 
 

Прочее

Личные качества и частная жизнь 
Покинув Азербайджан в ранней юности, Надир Сафиев «оторвался от корней», сформировавшись как личность под влиянием сначала таллинской, а затем — и самым решительным образом — московской культурной среды.

Надиру Александровичу (вероятно, выбор им русского отчества для обиходного общения не был случаен: впоследствии, когда он крестился, взял имя Александр) была свойственна некоторая театральность: красивый голос баритонально-басового тембра с модуляциями, неожиданные реплики, сопровождаемые раскатистым смехом, негромкое гудение итальянских оперных арий.

Его подруга Людмила Корина отзывалась о нём так:

Личность — гордыня, отстранённость, эгоизм, но и трудолюбие, ответственность, самодисциплина. Театральность в поведении, потребность выражать свои мысли устно и письменно. Любовь к путешествиям. Щедрость к друзьям.

Прожил жизнь беспартийным холостяком. После разрушения Собачьей Площадки жил у свежепроложенного проспекта Калинина (ныне Новый Арбат) в переулке Сивцев Вражек недалеко от «Московского дома книги», затем в районе Сокол на Песчаной улице. В середине 1970-х при содействии писателя и литературного функционера Сергея Смирнова получил от журнала «Вокруг света» квартиру на улице Павла Корчагина, возле ВДНХ.

В середине 1980-х годов вступил в Союз писателей СССР, когда членство в нём уже не давало никаких привилегий.

Надир Сафиев умер 22 июля 2015 года в Москве. Похоронен на Ново-Люберецком кладбище, сектор 11.

Примечания

Литература

Видео

Ссылки 
 

Журналисты «Вокруг света»
Мемуаристы России
Похороненные на Ново-Люберецком кладбище