К тому времени состояние Гауди уже ухудшилось настолько, что даже лучшее лечение не могло ему помочь.
kˈɑ tˈomu vrʲˈemʲinʲɪ sʌstʌˈjanʲijɪ ɡaˈudʲɪ ˈuʒy uxˈudʃyɭʌsʲ nastˈoɭkʌ, ʃto dˈɑʒy ɭˈutʃyjɪ ɭʲitʃʲˈenʲijɪ nʲe mʌɡɭˌo jɪmˈu pʌmˈotʃʲ.