<https://snob.ru/profile/29614/blog/107780>
<http://schema.org/text>
"<p>Продолжаю публиковать повесть-погружение о работе в российских медиа за последние 6 лет.</p>\n<p><a href=\"https://snob.ru/profile/29614/blog/107744\" target=\"_blank\">Глава 1: РБК, или о пользе отчаяния</a></p>\n<p><a href=\"https://snob.ru/profile/29614/blog/107751\" target=\"_blank\">Глава 2: Forbes, журнал Forbes</a></p>\n<p><a href=\"https://snob.ru/profile/29614/blog/107752\" target=\"_blank\">Глава 3. Плачущая госпожа, или ночной дозор РБК</a></p>\n<p><a href=\"https://snob.ru/profile/29614/blog/107779\" target=\"_blank\">Глава 4.  Московский флирт, или маленькие гиганты “Большого города\" </a></p>\n<p> </p>\n<p><strong> Глава 5.  Трудные ночи, или татарская пустыня </strong></p>\n<p><strong>Все мы сидим на очереди к врачу в ожидании выписки микстуры чуда. </strong>Через три месяца работы в БГ врач понадобился и мне.</p>\n<p>Круглосуточная вахта в двух редакциях выжала всю лимфу. Начались галлюцинации и жуткие головные боли, вырубался в метро и просыпался в депо, клевал носом за клавиатурой и бился в судорогах в кровати.</p>\n<p>Это сказалось и на работе: однажды в субботнюю смену в РБК умудрился выпустить новость под заголовком «Сергей Лавров встретился с Сергеем Лавровым в кулуарах саммита АТЭС», и она висела на главной странице сайта добрых полчаса, разойдясь по сетям и сайтам демотиваторов.</p>\n<p>Возвращаясь домой, обронил телефон в вагоне метро, а спохватился дома. На следующей день на моей странице «ВКонтакте» красовалась запись, отправленная незнакомым доброжелателем: «Привет. Пишет тебе твой смартфон. Я очень опечален тем фактом, что ты меня не ищешь. Видимо, именно таким способом ты захотел со мной расстаться, бросив меня в метро. Хочу сообщить, я в добрых руках. Если ты еще скучаешь по мне, просто позвони!» - и номер. Парень, нашедший смартфон, подключился к Wi-Fi и выбрался в Сеть. Проставил ему пару хорошего пива. Но происшествие было симптоматичным: шизофрения прогрессировала, пришлось выбирать – РБК или БГ, иначе больница. Габала весов, конечно, склонялась в пользу проверенного места работы, тем более, что и здесь открылись новые горизонты.</p>\n<p><img alt=\"\" src=\"/i/indoc/user_29614/dc71d6b7f72d4b49684b7d02e4f1b9c3.jpg\" title=\"\"/></p>\n<p><em>(Фото: <a href=\"https://www.facebook.com/JuliaMichailovna1?fref=ts\" target=\"_blank\">Юлия Солодовникова</a>)</em></p>\n<p>В начале сентября меня вызвал к себе Гоголев и спросил:</p>\n<p>- Я слышал, ты про Лукашенко статью хотел написать?</p>\n<p>- Хотел, пишу.</p>\n<p>- Давай тогда ее нам, как закончишь, только поскорей. И историю с Баумгертнером припомни, распесочь Лукашенко, как Полонского. Только учти: новости – товар скоропортящийся, того и гляди, зачерствеют.</p>\n<p>- Договорились, за два дня, думаю, управлюсь.</p>\n<p>Слукавил: статья уже была готова, оставалось поправить лид и вычитать текст. Через два дня материал под претенциозным заголовком «Последний заказник социализма, или Утопия «лукономики» опубликовали, он не оставил камня на камне от колхозного New deal, который местные власти ставят в пример своим восточным и западным соседям последние 15 лет. Статью подписал псевдонимом «Ильяс Зиннуров», чтобы не подставить мать. Знающие люди поняли, кто автор (Зиннурова – ее девичья фамилия).</p>\n<p>Расквитавшись с президентом, пускай и заочно, почувствовал цинковый привкус состоявшейся мести. Текст заметили, если судить по обилию желчи и проклятий, которые услышал в своей адрес от пользователей пролукашистских форумов и читателей государственных СМИ. В кои-то веки увидел прямую связь между буквами, которые вылетают из-под пальцев, и тем, что происходит за окном. <strong>Журналист – безобидный оружейник. Кажется, звучит, как оксюморон, но это правда: его задача – разрисовывать знамена, расписывать хоругви и раскрашивать гербы, под которыми будут сражаться люди.</strong></p>\n<p>В посольстве Беларуси в Москве статья вызвала переполох, и боты КГБ (а есть и такие) назвали меня наймитом Сулеймана Керимова, поставив в вину «дагестанскую фамилию». Я обиделся: российский сенатор мне ничего не заплатил.  Много позже  познакомился с интересным персонажем, который по заказу Керимова вел кампанию Баумгертнера против Минска. Мимоходом собеседник обронил, что за время «калийной войны» его контора заплатила по 50 тыс. долларов четырем крупнейшим бизнес-изданиям России за антилукашистские материалы. Доказать это невозможно (за что купил, за то и продаю), знаю только, что за статью начальство выписало премию.</p>\n<p>Ее я пропил в тот же день, случайно оказавшись в баре на Новинском бульваре. Спешил на лекцию Александра Митты (того самого, что снял «Гори, гори, моя звезда», «Экипаж», «Сказ про то, как царь Петр арапа женил») и по традиции заплутал во дворах, когда начался ливень. Я вымок до худой нитки и забежал в первый попавшийся бар, уселся за стойку в дальнем зале.</p>\n<p>- Эко вас окатило. Чаю или что покрепче? – спросил высокий брюнет с подвязанными в хвост волосами. Бармена звали Богдан.</p>\n<p>- Что покрепче.</p>\n<p>Так я стал завсегдатаем заведения: мне очень приглянулась здешняя официанта. Безуспешно пытался флиртовать, а через месяц выяснил, что она лесбиянка.</p>\n<p>Аккурат в это время у меня полностью закончились деньги, а сбережения я пропил. До зарплаты в РБК была еще неделя, до БГ – две недели, а кошка чувствовала себя все хуже. Пришлось выставить на продажу половину книг по анархизму,  купленных в «Гилее», и десяток классических фильмов в подарочном оформлении. Выручил чуть больше 10 тыс., которые и пошли на врачей.  </p>\n<p>Сема, это несчастное существо с наследственной аллергией, не выбирало, родиться или нет, не голосовало за хозяйку и приемного отца. Болезнь прогрессировала: она расчесывала себя уже до мяса. Диета не спасала, лекарства не работали, а ежедневные банные процедуры только озлобили и без того своенравную кошку. Давал таблетки – не ела, посыпал мясо порошком – вылизывала или терлась о диван, колол инъекции – вырывалась и выла.</p>\n<p>В конце концов, я усыпил ее, закопав тело в Терлецком парке неподалеку от лавки, где обычно пил пиво после работы. С тех пор алкоголь здесь никогда не распивал. Помню, как в детстве подрался с парнями с соседского двора, которые решили поджечь кота. Меня отделали под орех, я вернулся в свой двор, собрал друзей – и мы надавали живодерам. Но кошку они уже спалили. С того дня, как усыпил Сему, не вижу никакой разницы между мной и той шпаной.</p>\n<p>После импровизированных похорон возвращался домой с натугой. <em>В квартире чего-то не хватало, она превратилась в пепелище и будто начала разваливаться</em>: побелка в ванной осыпалась лоскутами, кровать сломалась без причины, заела дверь шкафа и провалилось дно кухонного кресла. <em>Татарская пустыня ширится сама собой, и она вглядывается в тебя, пока ты вглядываешься в пустыню.</em></p>\n<p>Я регулярно приводил женщин и замечал, как температура в спальне падала на пару градусов: квартира не принимала любовниц. Я понял, что дом потерял жизнь и лишился полноправной хозяйки. После этого твердо решил никогда не заводить ни домашних животных, ни хранительниц домашнего очага. Но не человек выбирает.</p>\n<p><img alt=\"\" src=\"/i/indoc/user_29614/afd0895c1559e12afbdd66401801652e.jpg\" title=\"\"/> </p>\n<p><em>(Фото: <a href=\"https://www.facebook.com/JuliaMichailovna1?fref=ts\" target=\"_blank\">Юлия Солодовникова</a>)</em></p>\n<p>Новый «Большой город» успехами не впечатлял, но Юла продолжала гнуть выбранную линию доходчивого оповещения о самых важных событиях. Она ненавидела длинные игривые заголовки и требовала писать проще: «Как устроена скорая помощь», «Братство Болотной», «Что останется после Сочи», «Спорные дебаты», «Как устроены российские тюрьмы», «Пшик и блеск. Зачем России высотки», «Стрельба в метро», «Хорошие, плохие, многодетные».</p>\n<p>В отличие от новостных агентств, в журналах не требуют употреблять глагол в заголовках. Также в журналах можно и нужно использовать запятые, двоеточия и тире в названии материалов. Наконец, Юла не раз подчеркивала, что вопросительный знак печатать неприемлемо. «Если ты ставишь вопрос, значит, сам не уверен в ответе. Мы информируем читателей, рассказываем то, чего они не знают, и пользователь не должен в нас сомневаться», - обронила она однажды.</p>\n<p>На каждое знаковое событие мы собирали 4-10 комментариев экспертов, сопровождая статью небольшим ясным лидом: «На смерть Сегаловича: умер русский да Винчи», «Юрий Сапрыкин: «Зрители ждут диалога Навального и Собянина»».</p>\n<p>Если спикер был покрупнее или полностью самодостаточным – публиковали интервью: «Антонио Бандерас: «Я простой парень, без капризов»», «Беженец из Конго: «Я думал, что убежал от смерти, но никакой защиты в России я не нашел»», «Борис Акунин: «Я мечтаю заразить несколько сотен тысяч человек страстью к истории»», «Петр Павленский: «Я не думаю, что люди сконцентрированы только на мошонке»».</p>\n<p>Павленский немного ошибся. В БГ с завидной регулярностью выходили статьи постельных цветов «Олимпийский секс: как, где и с кем», «Государство не имеет права накладывать лапу на мою вагину», «8 фактов о проституции в России».</p>\n<p>На фоне очередного медицинского скандала в Москве (поползли слухи, что финансирование скорой сокращают, медбратьев увольняют, а «лишние» больницы закрывают) – в РБК состоялась пресс-конференция министра здравоохранения Москвы Леонида Печатникова. Я прошел на встречу по РБК-шному удостоверению, модератор меня знала и дала микрофон.</p>\n<p>Она удивилась и вздрогнула, стоило представиться корреспондентом БГ и задать несколько крайне резких вопросов. Печатников, в отличие от Мединского, пальцы не гнет, никому ничего не доказывает, не теряет чувства собственного достоинства и, главное, юмора. Он довольно подробно ответил на вопросы, а после пресс-конференции подошел и завуалировано намекнул, что не стоит быть таким борзым. В тот же день мы опубликовали хорошую расшифровку с конференции, а в следующий номер – статью о ситуации в столичном здравоохранении.</p>\n<p> </p>\n<p>В середине сентября 2013 года в Москве выбирали мэра. В пятницу мы подготовили материалы в БГ. В РБК Казанский назначил смену в воскресенье днем, когда шел весь массив новостей. Сам начальник тоже сел за клавиатуру и помогал статьями, как мог.  В 22:00 пришла сменщица Пианистка. Сдал пост и решил не уходить, чтобы немного помочь. Сел за соседний компьютер и принялся за большие статьи: сравнение этих выборов с предыдущими, комментарии экспертов-политологов-депутатов и прочая муть. В шестом часу утра, когда метро открылось, поехал домой, чтобы переодеться и поспать хотя бы час перед сменой в БГ. На выходе у станции «Новогиреево» купил пачку «Вирджинии красной», не торопясь подошел к автобусной остановке, где не первый час пили трое мужиков за 40 – в стельку пьяные, громкие и грязные. Завидев меня, один из алкоголиков откололся от компании и вплотную подошел ко мне:</p>\n<p>- Закурить не найдется?</p>\n<p>Молча выдал сигарету.  </p>\n<p>- А чего сигарета длинная? Пидор, что ли? – осклабился работяга. Бывают моменты, когда неприятный привкус вяжет язык, и ты понимаешь: это горькая пилюля неотвратимости и фатальности. Тут же пропадают все эмоции – сопливая надежда, несмелое ожидание – и остается только злость.</p>\n<p>- А если и пидор, то что? - сломал протянутую сигарету, потому что драка была неизбежна, и ударил мужика в челюсть. Его коллеги по разливочному цеху, увлеченные дегустированием хлебного вина, тут же откликнулись на сиплый крик и накинулись на меня. Пару-тройку ударов с горем пополам нанес, сбил одного с ног, упал сам, и тут зачинатель драки вытащил нож из кармана затасканных джинсов.</p>\n<p>Он пытался пырнуть меня, но увернулся, затем отчаянно разрезал воздух влево-вправо, вверх-вниз и достал дважды: задел левую руку, распотрошив рубашку, и лицо – от лба до левой щеки. Брызнула кровь, я даже испугаться не успел, чего нельзя сказать о собутыльниках поножовщика. Видимо, понимая, что драка тянет на уголовку, мужики схватили идиота под руки и уволокли к лавке, пока он матюгался и рычал. Я прикрыл лицо ладонью, глаз не задело. Веко заволокло кровью, щедрая струя побежала по щеке, испачкав ворот и рукав рубашки. Алкоголики привели товарища в чувства, тот сидел понурый и испуганный, не зная – то ли бежать, то ли подойти извиниться.</p>\n<p>- Мужик, ты как? Ты прости нас, мы это, случайно, - начал парламентарий, протягивая початую бутылку водки. Я оторвал рукав от рубашки, смочил спиртом и протер лицо. Боль была острой, но терпимой. Дважды опрокинул бутылку и сказал:</p>\n<p>- Вы, блядь, кто такие? Я три года здесь живу, и меня ни одна сука с района ни разу не трогала. Тут появляетесь вы – и пизда! – говорил нарочито медленно, чтобы придать словам больше веса. - Вы кто такие, мать твою?</p>\n<p>- Мы, это, водители из троллейбусного парка. Нас вчера на выборы согнали, надо было за Собянина голосовать, заплатили по 800 рублей – вот и обмываем!</p>\n<p>- Ну ты и блядь, во всех смыслах - исподлобья уставился на водителя. Было видно, что он протрезвел,- Передай этому пидору, что заяву в ментуру писать не стану. Но если еще раз на районе такой дебош устроите – убью. Бутылку забираю, в качестве компенсации морального и физического вреда. А теперь пиздуй нахуй.</p>\n<p><em>Все мы крутые и смелые только на словах, а когда доходит до дела – сразу таем. Коллега, на словах развратная – в постели бревно; суперкрутой специалист по компьютерам, неспособный установить «Линукс»; я, в конце концов. Когда нужно подойти и сказать, что увольняюсь - пропадаю. Когда нужно ответить на неприятный звонок - выключаю телефон. Наконец, я ярился изобразить из себя бонвивана и казанову, клеил девочек, хотя воротило. <strong>Будь собой – остальные роли давно заняты.</strong></em></p>\n<p>Мне нужна была не любовница, а жена. Зачем все эти 24-часовые рабочие марафоны? Такие жертвы могут быть только ради семьи – невесты и детей. Их не было, а потому все впустую.</p>\n<p>Водитель вернулся  к корешам, взял под плечо поножовщика, и троица поплыла к метро от греха подальше. Я потопал домой: в таком виде соваться в троллейбус не стоило. Пол-лица в красной корке, порванный рукав с порезанной рукой и бутылка в ладони. Придя домой, аккуратно промыл лицо перекисью, врачей вызывать не стал – шрам оказался неглубоким. Затем уселся на кухне за стол, выкурил сигарету, допил водку и улегся в кровать.</p>\n<p>Когда-то Один пожертвовал глазом, чтобы обрести вселенскую мудрость. <em>Мой зрачок уцелел, и мудрости не прибавилось</em>: я расценил нападение, как оправдание, как право на вседозволенность, как весомую причину не выполнять обещания и обязательства, и потому решил больше не появляться в БГ. У меня попросту не хватило яиц, чтобы вежливо положить этому конец. Я посчитал, что судьба  сама все решила за меня. Написал Юле, что приключился форс-мажор, и выключил телефон. Мне нужно было отоспаться после 15-часовой смены.</p>\n<p>Через пару дней поутру заехал в офис БГ, забрал документы и зарплату. Юлы в редакции не оказалось, коллеги-журналистки встретили меня прохладно, как предателя, и только Уля по-человечески, добродушно и с искренней тревогой спросила, что стряслось. Поленился рассказывать, пожал плечами - лицо говорило красноречивей. А Юла разочаровалась окончательно, понимая, что полагаться на меня нельзя. Но она отдавала должное опыту: через несколько лет мы снова стали сотрудничать, когда завел блог на Snob.ru. Но об этом ниже.</p>\n<p>БГ откинулся практически сразу, как уволился: через несколько месяцев печатную версию журнала закрыли. Корреспонденты издание покинули, осев в других «модных» ресурсах, например. Colta.ru или Afisha. В большую политическую или экономическую журналистику никто не подался.</p>\n<p>Но, как бы ни брюзжал и ни шерстился, нужно признать: «городские издания» - это тоже отдельный жанр журналистики, у которого есть поклонники.</p>\n<p>Сайт БГ продолжает работать в анабиотическом режиме, но читателей не цепляет. Великая эпоха Филиппа Дзядко ушла безвозвратно, а создать новую мы оказались неспособны.</p>\n<p> </p>\n<p><strong>Татарская пустыня</strong></p>\n<p><em>Сапогами сбиты о мостовую ветра стены твердыни.</em></p>\n<p><em>Карты колоды отряда гарнизона раскиданы по столу игральному.</em></p>\n<p><em>Зной прошагал караваном с казной по золотому камзолу пустыни.</em></p>\n<p><em>Горло колодца песчаной веревкой вздернули и залакировали.  </em></p>\n<p><strong><em>Крепкие стены кошкой свернулись на сюртуке Палестины.</em></strong></p>\n<p><strong><em>Крепость тебя никогда не отпустит, как не отпустит пустыня.</em></strong></p>\n<p><em>Республика моего сердца сдалась под натиском войск тоски.</em></p>\n<p><em>Строчки рассыпались, как спички, выпавшие из коробка мозга.</em></p>\n<p><em>Старцем с котомкой за плечами я ищу размеренности скит.</em></p>\n<p><em>Я выстеган батогами сомнений и неуверенности розгами.</em></p>\n<p><em>Я сижу за столом, я сижу и стригу ногти.</em></p>\n<p><em>Пластинка затасканная играет польский ноктюрн.</em></p>\n<p><em>Я съел на ужин не прожаренные мысли</em></p>\n<p><em>В казенной кухне, где петля и тюль.</em></p>\n<p><strong><em>Крепкие стены кошкой свернулись на сюртуке Палестины.</em></strong></p>\n<p><strong><em>Крепость тебя никогда не отпустит, как не отпустит пустыня.  </em></strong></p>\n<p><em>Из мешка посыпались вещи на щебень, и я понял тогда:</em></p>\n<p><em>Жизнь – всего лишь усмешка солдата в шинели,</em></p>\n<p><em>В траншее на штыке повышенного.</em></p>\n<p><em>В четвертом часу однополчанин пришел и ударил меня по плечу,</em></p>\n<p><em>И я понял тогда: все мы сидим на очереди к врачу</em></p>\n<p><em>В ожидании выписки микстуры чуда</em></p>\n<p><strong><em>Крепкие стены кошкой свернулись на сюртуке Палестины.</em></strong></p>\n<p><strong><em>Крепость тебя никогда не отпустит, как не отпустит пустыня</em></strong></p>\n<p> </p>\n<p><em>Главу 6 \"<strong>Медленная душа, или в ожидании варваров</strong>\" (о порочных связях рекламодателей и журналистов, малодушии, прикрытом трудоголизмом, и главном достижении российской журналистики последних 15 лет) читайте здесь же сегодня, 30 апреля, в 19:00 мск.  </em></p>"
<https://snob.ru/profile/29614/blog/107780>