Материалы по историческому краеведению.История национальных школ в Симбирской губернии до 1917 года
История национальных школ в Симбирской губернии. Материалы по  историческому краеведению.Образовательная политика , проводимая руководством и общественными организациями Симбирской губернии в отношении национальных школ, не была «колонизаторской» и, тем более, «реакционной». В губернии свободно функционировали и христианские национальные, и мусульманские школы. Для этого руководством губернии были созданы не только все условия, но и оказывалась всяческая посильная помощь, включая организационную и финансовую.В 1913 году  в Симбирской   губернии   существовало 217  магометанских конфессиональных школ,  именно -200 мектебе и 17 медресе. Об этом узнаем из документа «Обзор Симбирской губернии за 1913 год» ( стр.29)Огромный вклад в развитие науки и национального образования Симбирской губернии внёс И.Я. Яковлев, который стал организатором Симбирской чувашской школы, одного из уникальных учебных заведений не только Симбирска, но и всего Казанского учебного округа. Чувашская национальная школа явилась крупным культурно-просветительским центром, объединявшим мужскую учительскую школу и женские педагогические курсы, начальные мужские и женские училища. « Существующая в городе  Симбирске  с 1868 года  чувашская учительская школа  имела целью приготовление учителей  для сельских народных училищ  в местностях, населённых  инородцами – чувашами. Предметы обучения и объём преподавания  в школах те же, что и в учительских семинариях , причём здесь, кроме   общеобразовательных предметов,  преподаются ремёсла- столярное и токарное по дереву , а также скрипичная игра.» «Обзор Симбирской губернии за 1913 год» (стр.29)На 1 января 1911 года в Симбирской чувашской учительской школе состояло  282 человека. Из них 186 мальчиков и 96 девочек.  Сведения об этом получаем в  « Отчете о состоянии и деятельности  Святодуховского братства  при Симбирской  Чувашской  Учительской  школе   за 1910 год».Анализируя данный документ, можно сделать вывод о возрастающем желании  получить образование  приволжских чуваш :  « То необыкновенно сильное стремление к просвещению, которое в последнее время замечается среди приволжских чуваш, и которое так очевидно для наставников Чувашской школы по огромному наплыву желающих учиться в школе, заставляет многих родителей чуваш детей давать иногда совершенно неосуществимые обязательства об уплате 50 рублей в год за содержание детей в  школе, а затем   этих  обязательств не исполнять.»  ( стр. 8)Исходя из « Ведомости прихода и расхода  сумм  Братства за 1910 год» в  « Отчете о состоянии и деятельности  Святодуховского братства  при Симбирской  Чувашской  Учительской  школе   за 1910 год»  , узнаём о помощи нуждающимся: Выдано бедным учащимся на проезд домой и на место службы – 7 рублей,  беднейшим ученикам и ученицам  на бельё и обувь – 27 рублей  52 копейки,  больному  ученику на лекарство – 2 рубля. « При Симбирской  Чувашской  школе   с 1870 года  сосредоточивается деятельность  по переводу священных книг на чувашский язык. Во главе этого дела всегда стоял и теперь стоит  Ив. Я. Яковлев , который является собственником и распорядителем этих  переводов, а сотрудниками – его же бывшие ученики.» ( стр. 21- «Отчет о состоянии и деятельности  Святодуховского братства  при Симбирской  Чувашской  Учительской  школе   за 1910 год».Школа, основанная И. Я. Яковлевым в 1868 году, возникла и развивалась в центре одной из многонациональных губерний России - Симбирске. Яковлевская школа в Симбирске явилась первой национальной школой в истории чувашского народа, которая призвана была сохранить его самобытную культуру и родной язык. И. Я Яковлев сыграл   важную роль в истории женского профессионального образования в чувашском Поволжье. «Я знал о тяжелом положении чувашской женщины в деревне, которое мало чем разнится от такого же положения русской крестьянской женщины, – читаем в воспоминаниях И. Я. Яковлева. – …Мне казалось несправедливым, чтобы в то время, когда для мужчины-чуваша открывалась дорога к просвещению, женщины-чувашки оставались бы в невежестве» [Яковлев, И. Я. Моя жизнь. Воспоминания / И. Я. Яковлев. – М. : Республика, 1997, стр. 285]Заняв должность инспектора чувашских школ Казанского учебного округа, с присущей ему энергией и настойчивостью он стал ходатайствовать перед Министерством народного просвещения о разрешении открыть при Симбирской чувашской учительской школе особое женское училище. Такое разрешение было дано, но без финансирования, с условием содержания его на частные средства. И. Я. Яковлев добивается через К. П. Победоносцева привлечения Православного миссионерского общества к содержанию женского училища как двухклассного. Женское двухклассное приходское училище при Симбирской чувашской учительской школе, хотя и без статуса учреждения Министерства народного просвещения, обеспечивало школы указанного и других ведомств учительницами, давало образо-вание многим чувашским женщинам губерний Поволжья и Приуралья [. Плечов, Г. Н. Концепция чувашского женского образования в социально-педагогической системе И. Я. Яковлева / Г. Н. Плечов // Вестник Чувашского государственного педагогического института им. И. Я.Яковлева. – 1998. – № 2 (3).,  стр.31].В подготовке женских педагогических кадров для чувашских школ просветителю И. Я. Яковлеву оказал активную поддержку И. Н. Ульянов. И. Я. Яковлев 29 сентября 1878 г. доложил попечителю Казанского учебного округа: «В текущем сентябре в Симбирскую центральную чувашскую школу из Казанской и Симбирской губернии поступило 11 девочек из чуваш в возрасте от 7 до 14 лет, большейчастью неграмотных, и должно иметься в виду поступление еще нескольких девочек»[Симбирская чувашская учительская школа и женское при ней училище // Церковные ведомости,издаваемые при Святейшем Правительственном Синоде: № 22 (еженедельное издание с прибавлениями). –1902. – 2 июня,  стр.754]. Из Министерства народного просвещения было получено письмо: «Благодарность И. Я. Яковлеву за рвение к распространению образования среди женского населения. Для этого желательно было бы открытие женского отделения для девочек при начальных училищах, а также такого же отделения при Симбирской чувашской школе дляприготовления учительниц» [Национальный архив Республики Татарстан. – Ф. 92. – Оп. 1. – Д. 1269.стр., 34]. Эта благодарность послужила толчком к дальнейшим  более смелым действиям И. Я. Яковлева. 20 мая 1878 г. он представил на имя министра народного просвещения записку относительно открытия чувашского двухклассного женского училища. Документ был составлен 6 ноября 1876 г. в соответствии с предложениемминистра народного просвещения о мерах поддержки развития женского образования чувашского населения.В 1877–1878 гг. среди чувашского населения стало известно об открытии женской школы в г. Симбирске. За короткоевремя женское отделение приобрело большую известность со стороны чувашских крестьян, которые стали уже охотно отдавать своих дочерей в Симбирскую школу. Не только родители, но и сами девочки неоднократно обращались к инспектору чувашских школ И. Я. Яковлеву письменно и лично с просьбой о принятии в школу. Первые два с лишним года женское отделение содержалось на частные средства. Только в марте 1881 г. на его содержание Министерство народного просвещения стало отпускать по1975 руб. в год [Материалы к истории Симбирской чувашской школы, мужского и женского при ней приходскихдвухклассных училищ с трехлетними педагогическими курсами. – Симбирск : Типо-литография губернскогоправления, 1915,стр. 5]. В 1890 г. в связи с преобразованием центральной школы в учительскуюМинистерство прекратило отпуск средств на женское отделение, и вновь до 1892 г. возникли  проблемы в его развитии. С 1892 г. оно стало получать субсидию миссионерского общества – по 2700 руб. в год. В дальнейшем женское отделение было переименовано в женское училище и снова перешло в ведение Министерства народного просвещения. В 1900 г. при училищеоткрылись женские педагогические курсы [Харитонов, В. Т. Симбирская учительская школа – центр просвещения чувашского народа /В. Т. Харитонов. – Чебоксары : Чуваш. кн. изд-во, 1968.,стр. 26].Таким образом, женское училище начало функционировать под названием «женского отделения при мужской центральной чувашской школе» и сохранилось до 1 июля 1890 г., затем оно было переименовано в «женское чувашское училище при школе».Ближайший надзор и наблюдение за ним, а также обучение русскому языку и рукоделию приняла на себя жена И. Я. Яковлева – Е. А. Яковлева, выросшая и воспитанная в семье Н. И. Ильминского.В 1892/93 учебном году женское училище состояло из двух отделений, в которых обучалось 50 человек: 41 девочка и 9 мальчиков; в 1-м отделении – 25 девочек и 2 мальчика: во 2-м – 16 девочек и 7 мальчиков; девочек из чувашей – 37, из русских – 4, мальчиков из чувашей – 8, из русских – 1. 9 малолетних мальчиков приняты в женское училище по особо уважительным причинам из местностей, подверженных влиянию магометанства. Всеучащиеся бесплатно пользовались готовым помещением, столом, учебными принадлежностями, баней. Учебный план женского училища был составлен в объеме курса двухклассных училищ Министерства народного просвещения. Преподавались такие предметы, как Закон Божий, церковное пение, русский и церковно-славянский языки, арифметика, краткая русская история, география, рукоделие, чистописание, рисование и черчение.И. Я. Яковлев осенью 1900 г. открыл при Симбирской чувашской учительской школе на базе функционировавшего с 1891 г. женского училища женские педагогические курсы на 20 человек. Эти курсы были узаконены в начале 1902 г. Их бюджет был утвержден в сумме 2240 руб. [Харитонов, В. Т. Симбирская учительская школа – центр просвещения чувашского народа /В. Т. Харитонов. – Чебоксары : Чуваш. кн. изд-во, 1968.,  стр.24]. В дальнейшем число воспитанниц колебалось в пределах25–28 человек [. Государственный исторический архив Чувашской Республики. – Ф. 501. – Оп. 1. – Д. 207, стр. 50].Женские педагогические курсы в Симбирске с 1 июля 1912 г. были преобразованы в трехгодичные с годовым бюджетом 6 тыс. руб. [Государственный исторический архив Чувашской Республики. – Ф. 501. – Оп. 1. – Д. 207.стр., 26]. К 1 января 1914 г. на них обучались 83 слушательницы, из них 52 – чувашки, 31 – русская [ Государственный исторический архив Чувашской Республики. – Ф. 501. – Оп. 1. – Д. 207.стр.79]. Первоначально на педагогических курсах обучались лишь год, но с 1905 г. обучение уже длилось два года. По этой причине на курсы принимали раз в два года. 1 октября 1907 г. женское училище претерпело очередное преобразование и получило статус женского двухклассного при-ходского училища. К 1908 г. оно имело собственный дом и усадьбу рядом со школой.Выпускницы курсов получали специальность «учительница начального училища». Самое последнее преобразование произошло 7 января 1916 г., когда попечителю Казанского учебного округа был представлен проект № 10 о преобразовании Симбирской чувашской учительской школы в Симбирскую учительскую семинарию [Государственный исторический архив Чувашской Республики. – Ф. 501. – Оп. 1. – Д. 207,стр. 80]. В 1918 г. курсы прекратили существование. Все эти изменения в статусе учебного заведения могли быть достигнуты благодаря огромной воле просветителя, а также четко выработанным учебно-воспитательным программам для обучения девочек.В 1916 г. в женском училище окончили курс еще 28 девочек. Количество выпускниц со времени его открытия к 1916 г. достигло 471 человека. К концу 1916 г. в 1-м классе было 30 воспитанниц, во 2-м классе –34, а всего – 64 человека. Из них русских – 14, чувашек – 50 [Государственный исторический архив Чувашской Республики. – Ф. 501. – Оп. 1. – Д. 207,стр. 56]. Рост числа учительниц и контингента учащихся-девочек в школах чувашского края явился следствием успешной деятельности Симбирской чувашской учительской школы.Если к 1869 г. на территории современной Чувашии функционировали 58 чувашских школ с 2080 чувашскими детьми, в их числе девочек было только 13,0 %, то в результате плодотворной и результативной деятельности в области женского образования просветителей И. Н. Ульянова, И. Я. Яковлева к 1911 г. в 718 городских и сельских школах обучалось 945 девочек, что составляло 24,6 % от общего числа учащихся [Плечов, Г. Н. Концепция чувашского женского образования в социально-педагогической системеИ. Я. Яковлева / Г. Н. Плечов // Вестник Чувашского государственного педагогического института им. И. Я.Яковлева. – 1998. – № 2 (3), стр.29].В 1875 году Симбирская чувашская школа передана в ведение вновь назначенного Инспектора чувашских школ, а татарские школы: Сенгилеевского уезда в старом Тимошкине и Калде; Карсунского в деревнях: Нагаеве, Шлемассе, Горенках, Дракине и Уразовке; Ардатовского уезда: в деревне Ломатах и Курмышского уезда в деревне Новых Мочалеях – переданы в ведение Инспектора татарских, башкирских и киргизских школ. (стр. 9 «Отчет о состоянии народных училищ Симбирской губернии за 1875 гражданский год»)«За передачею одной чувашской и девяти татарских школ в ведение инспекторов, состоящих при Управлении Казанского Учебного Округа число учащихся, в сравнении с прошлым годом, уменьшилось на сорок пять, а именно: число учащихся мальчиков увеличилось на сто сорок один, число же девочек уменьшилось на сто восемьдесят шесть.» стр. 19 «Отчет о состоянии народных училищ Симбирской губернии за 1875 гражданский год» Инспектором  Стржалковским проверено в 1875 году  Шлемасское татарское училище в деревне Шлемасс,  которое существует с  1863 года. На момент проверки в училище обучались 7 мальчиков,  не умеющих говорить по-русски. Инспектор отметил, что  «  успехи учеников посредственные; учитель  Емельян  Пономарёв,  из крестьян, сорока четырёх лет , обучался в начальном училище,  свидетельства на звание учителя не имеет, татарского языка не знает, служит учителем с 10 октября  1865 года, а в Шлемассе  с 20 февраля 1872 года, живёт в училище, был на одном съезде учителей, не принёсшим ему пользы, малограмотен и неопытен в преподавании.» ( стр.187  «Отчет о состоянии народных училищ Симбирской губернии за 1875 гражданский год» ). Училище находилось в тесном и холодном общественном доме. Из мебели  только неудобный стол.В этом же году  инспектор Стржалковский  посетил  Дракинское татарское училище в селе Дракино. Училище  существует с 1863 года. На момент проверки в училище  обучались десять учеников, из которых только двое могли немного говорить по- русски.   Изучая « Отчет  по обозрению  начальных народных училищ Симбирской губернии , осмотренных Инспектором Стржалковским  в 1875 году», входящий в «Отчет о состоянии народных училищ Симбирской губернии за 1875 гражданский год» , видим, что  учитель  Василий Андреев  имеет свидетельство  на звание учителя сельского училища, работает добросовестно, но  не знает татарского языка,  поэтому «… училище приносит  небольшую пользу для образования татар…» ( стр. 187). В отчёте  инспектора Стржалковского  находим информацию о посещении инспектором  в 1875 году  Нагаевского  татарского  училища в  деревне Нагаеве, которое существует с 1840 года.  На момент проверки в училище обучались двадцать три мальчика, из которых только восемь учеников немного говорили по – русски.  Инспектор Стржалковский   отметил ,что «нагаевское училище, по успехам учащихся, лучшее из татарских  училищ Карсунскаго уезда» ( стр. 203).Учителем состоял магометанин  Хабибулла   Бикмурзин  , крестьянин, сорока пяти лет, «служит  учителем  с 1849 года, а в  Нагаеве  с 1862 года, достигает лучших результатов  в  обучении, в  сравнении  с другими татарскими училищами  потому, что довольно правильно говорит  по - русски, много лет  состоит  в  должности учителя и занимается усердно» ( стр. 204). Училище помещается в квартире. Отмечено , что помещение тесное и содержится нечисто.Уразовское  татарское училище  в деревне Уразовке существует с 1864 года. Информацию об этом учебном заведении находим также в « Отчете  по обозрению  начальных народных училищ Симбирской губернии , осмотренных Инспектором Стржалковским  в 1875 году», входящем  в «Отчет о состоянии народных училищ  Симбирской губернии за 1875 гражданский год». На момент посещения училища инспектором  Стржалковским, в нём обучались  семь мальчиков, не умеющих говорить по – русски. Стржалковский отметил, что «успехи  учеников  мало удовлетворительны» ( стр. 206).Учителем служит  Хусенеддин  Булатов,  отставной унтер-офицер сорока трёх лет , «неопытен  в  преподавании  и мало говорит  с учениками по –русски »( стр.206). Отмечено, что помещение небольшое, но тёплое и чистое.Сабаевское училище в селе Сабаеве существует с 1865 года. Изучая «Отчет  по обозрению  начальных народных училищ Симбирской губернии , осмотренных Инспектором Стржалковским  в 1875 году» видим, что 1875 году в училище занималось 30 учеников, мордва, из которых только старшие мальчики, могли немного говорить по-русски. Инспектор отметил, что успехи учеников удовлетворительны.  «законоучитель, священник Павел Сатурнов, занимается с открытия училища и исполняет принятыя им на себя обязанности вполне добросовестно, знает мордовский язык настолько, что может пользоваться им при преподавании.Учителем состоит с 10 сентября 1872 года Николай Грацианский, сын дьякона….Мордовского языка не знает; усердный, но малоопытный преподаватель»  (стр. 214)Инспектор отметил, что помещение малоудобное, нет стола и стула для учителя.Инспектор Зимницкий, как видим из «Отчета о состоянии начальных народных училищ Симбирской губернии за 1874 гражданский год», утверждает, что «учителя чувашских и мордовских школ, не знающие чувашского и мордовского языков приносят чрезвычайно мало пользы своим преподаванием, особенно в той местности, где живут одни инородцы. Такого рода инородческих школ довольно много в Буинском уезде. Учителя этих школ учат детей почти так же, как фокусники учат попугаев, скворцов и т.п. искусству говорить только в тех инородческих школах делопреподавание идет довольно успешно, где преподаватель из инородцев же, каковы, например в Кошках и Отяшкине Буинского уезда». (стр. 184)          В «Отчете  о состоянии народных училищ Симбирской губернии за 1896 год», составленном  директором училищ И.В. Ишерским, читаем, что «курс обучения в чувашских школах Буинского, Симбинского, Курмышского и Сенгилеевского уездов, продолжается четыре года…мордва всюду обучаются только три года. Татары в Карсунском уезде остаются в школах три года…Обучение в чувашских школах…первые два года ведется на чувашском языке…Мордва, татары обучаются прямо на русском языке, но так как на первых порах своего пребывания в школе иные из них совсем ничего не понимают по-русски, другие очень мало, то по необходимости приходится преподавателям говорить с ними на их родном наречье…» (стр. 62)«Отчет о состоянии начальных народных училищ и частных учебных заведений Симбирской губернии за 1900 год» составленный директором училищ И. Ишерским,  дает основания полагать, что в 1900 году начальных училищ чувашских было 62, мордовских – 52, татарских – 9 и эстонских – 3, в том числе в Алаторском уезде – 8 мордовских начальных училищ, в Ардатовском – 19 начальных мордовских училищ, в Буинском – 39 чувашских и 4 мордовских начальных училищ; в Карсунском 2 чувашских, 8 мордовских, 6 татарских и одно эстонское училище; в Курмышском – 6 чувашских, 1 мордовское и 1 татарское. В Сенгилеевском – 4 чувашских. 6 мордовских, 2 татарских, 1 эстонское; в Симбирском – 8 чувашских, 4 мордовских и 1 эстонское училище; в Сызранском уезде три чувашских, 2 мордовских училища (стр. 44-45)Илья Николаевич Ульянов (1831-1886), в течение 16 лет (1869-1886) работавший инспектором и директором народных училищ многонациональной Симбирской губернии, вел очень активную и плодотворную работу по открытию министерских и земских школ, подготовке учителей для них, повышению качества преподавания школьных предметов. Ульянов способствовал появлению 38 чувашских, 42 мордовских, 7 татарских светских школ [Сергеев Т.С. Научно-педагогическое наследие И.Н. Ульянова и современность. - М.: Изд-во МГТУ им. М. А. Шолохова, 2009, с. 211, 293].К числу удачных примеров относится открытие начального училища в селе Ходары Буинского уезда, затерявшемся в дремучих лесах Симбирской губернии.В феврале 1870 г. И.Н. Ульянов обратился к попечителю Казанского учебного округа с просьбой ходатайствовать перед Министерством народного просвещения об открытии в селах Ходары и Пандиково «инородческих начальных училищ» [Государственный исторический архив Чувашской Республики (ГИА ЧР). - Ф. 501. - Оп. 1. - Д. 2., л. 22]. В первом из них крещеных чувашей было 160, во втором - 136 душ. 4 марта 1870 г. Пандиковское училище удалось открыть, но губернское начальство не спешило с открытием Ходарского училища. 11 октября 1870 г. инспектор обратился в Казанский учебный округ, одновременно и в Курмышский училищный совет. Последний надменно ответил, что в Курмышском уезде нет надобности открывать сельские народные училища для чувашей. Это было в то время, когда на 107 тыс. населения уезда приходилось всего 500 грамотных!После длительной переписки и настойчивых просьб И.Н. Ульянову удалось все же получить разрешение на открытие училища. Но «щедрое» министерство выделило всего 300 рублей, упомянув при этом, что деньги должны быть израсходованы только на содержание учителя. Инспектор уже подыскал учителя-чуваша из местных уроженцев - воспитанника Симбирской духовной семинарии А.Л. Рождественского, о чем сообщил властям 10 ноября 1870 г.  [Национальный архив Республики Татарстан (НАРТ). - Ф. 92. - Оп. 1. - Д. 9940., л. 182]. 29 ноября учитель уже прибыл в село и готовил сельских детей к школе. Занятия начались 6 (18) декабря 1870 г. в курной избе пожилого крестьянина по имени Хритушка. Через десять дней после открытия школы И.Н. Ульянов побывал в Ходарах. За партами сидели 12 учеников. И.Н. Ульянов ходатайствовал уже о выделении 200 рублей на «первоначальное обзаведение училища» [Национальный архив Республики Татарстан (НАРТ). - Ф. 92. - Оп. 1. - Д. 9940., л. 21, 25]. В следующем письме подробно написал, как предполагается израсходовать эти деньги. Попечитель Казанского учебного округа отказал школе в помощи, предлагая обратиться в Курмышскую уездную земскую управу. 26 января 1871 г., когда число учащихся достигло 28, Ульянов действительно обратился в управу с просьбой о принятии Ходарского училища на содержание земства. Это означало, что школа должна была содержаться за счет собранных с крестьян земских денег. Ходарское сельское общество пошло навстречу, обязавшись передать школе здание сборной избы и обеспечить ее отоплением и освещением [Государственный исторический архив Чувашской Республики (ГИА ЧР). - Ф. 501. - Оп. 1. - Д. 2., л. 42, 42 об.]. В дальнейшем инспектор добивался обеспечения Ходарского училища учебными пособиями и школьно-письменными принадлежностями. 5 мая 1873 г. он ходатайствовал об отпуске 60 рублей на обучение ремеслам в данном училище. Началось обучение детей гончарному делу, поскольку в этих краях это ремесло было распространенным. Велись работы на пришкольной десятине. Таким образом, школа была близка к крестьянскому быту.При своих посещениях (он бывал в этой школе пять раз) И.Н. Ульянов интересовался работой учителя А.Л. Рождественского, беседовал с крестьянами. Он добился построения собственного здания школы, которое было сдано в эксплуатацию осенью 1873 г. и по его инициативе застраховано сначала на 500, позднее на 750 рублей [Сергеев Т.С. Горизонты сельской школы (К 130-летию Ходарской школы имени И.Н. Ульянова). - Чебоксары: ЧГИГН, 2000., с. 88] Исходя из данных, можно сделать вывод, что  опыт, накопленный народной школой по работе с детьми разных вероисповеданий и национальностей, достоин глубокого изучения, обобщения и последующего практического применения.Вся система светского образования России выросла, в общем-то, из системы духовных школ. Основные элементы религиозной грамоты внедряются на современном этапе и в светских школах, так как воспитание осуществляется на  русской культуре, которая  пронизана религиозным пониманием. А также  полное незнание религий (христианства, ислама, буддизма), течений в них, ставит нас перед проблемой религиозного экстремизма, когда достижение определённых политических и экономических целей узкой группой лиц камуфлируется под различные религиозные лозунги.
Юлия Николаевна Маськова