Может, кровь давно и стёрлась, но знаки, нанесённые самой Тьмой - не колдуном, не шаманом, не жалким проводником её воли - на груди были видны каждому, обладающему знанием.
The blood may have been long gone, but the marks drawn by the Darkness herself - not a sorcerer, not a shaman, not a pitiful conduit of her will - were visible to anyone with knowledge.
Кровь, возможно, уже давно ушла в прошлое, но следы, нарисованные самой Темнотой - ни колдуньей, ни шаманкой, ни свиньей ее воли - были заметны любому знающему.