Если все вокруг слепые, включая Генриха, и не видят, кто такой Морден, то мы должны открыть им глаза, раз больше некому.
If everyone around us is blind, including Heinrich, and does not see who Morden is, we must open their eyes, because there is no one else.
Если все люди вокруг нас слепы, в том числе и Мбаппе, а Морден не видит, кто он такой, нам надо открыть глаза, потому что больше никого нет.