Чиновничеством, в азбуке стиха чужом, швырнули звонко чин поэта Дорожкиной, в элиту влезла что ужом, верша беззубости без цвета.
The rank of poet Dorozhkina was bellowed at by bureaucrats, in the alphabet of someone else's verse, and something went wrong with the elite, perpetrating toothlessness without color.
Звание поэтессы Дорожкина было присвоено бюрократией, в духе чужого стиха, и что-то пошло не так с элитой, без цвета.