Алмаз стал призмой для преломления, а энергия начала рикошетить и по своим, и по чужим, пока вертолет терпит эффектно и зрелищное крушение.
The diamond became a prism for refraction, and the energy began to ricochet both in its own direction and that of others as the helicopter crashed spectacularly and spectacularly.
Алмаз превратился в призму для восстановления, и энергия стала метаться как в свою сторону, так и в сторону других по мере того, как вертолет падал зрелищно и эффектно.