фиаско оптимизаторов : залить деньгами образование и медицину не вышло системные проблемы в здравоохранении и образовании , которые , наконец , были удостоены внимания президента россии , сигнализируют о глубоком кризисе в управлении страной . усилиями сменяющих друг друга реформаторов эти две принципиальные для любого общества сферы были прочно встроены в общую сложившуюся в россии модель управления , основанную на абстрактных показателях , а не на живых и сложных процессах . адепты подобного подхода убеждены , что любую проблему можно решить с помощью денег , и деньги в данных сферах , в отличие от девяностых годов , сегодня в самом деле есть . но для первичного уровня образования и здравоохранения сведение всего содержания педагогической и врачебной деятельности к освоению финансовых потоков и бесконечной оптимизации имело без преувеличения катастрофический характер . суть недавних скандалов в сфере здравоохранения , когда целые коллективы врачей заявляли об увольнении из-за невыносимых условий работы , предельно проста . медики ( а вместе с ними и вся страна ) регулярно слышат с высоких трибун заявления о том , что на здравоохранение из бюджета выделены очередные десятки миллиардов рублей , в том числе на повышение зарплаты работникам этой сферы , но на практике видят совершенно другую картину . работы на « земле » становится все больше , поток пациентов постоянно растет , в том числе из-за сокращения количества медучреждений , а зарплаты остаются почти на том же уровне , что и прежде . при этом все прекрасно осведомлены о доходах тех , кто осуществляет управление здравоохранением , оперируя финансовыми потоками . на ум незамедлительно приходит расхожая фраза еще советских времен : если у вас не получается стать хорошим врачом , идите в главврачи — у вас непременно все получится . примерно та же ситуация и в образовании : разрыв в доходах между педагогами и управленцами давно стал совершенно неприличным . реальную модель , сложившуюся в российском здравоохранении и образовании ( а равно и во многих других сферах жизни ) , можно представить в виде большой воронки с одним входом , множеством узких выходных отверстий и пористыми стенами — последний элемент особенно важен . в верхнюю часть воронки поступают бюджетные средства , которые затем , распределяясь по выходным отверстиям , добираются до того уровня , где с образованием и здравоохранением обычно встречается среднестатистический гражданин — до конкретных школ и поликлиник или больниц . но поскольку стенки воронки пористые , а расстояние от входа до выходов велико , значительная часть средств попросту рассасывается , проходя через управленческую вертикаль , которая имеет возможность сама формировать уровень своих доходов . в результате непосредственные процессы лечения и обучения оказываются неким низовым придатком административного аппарата , причем полностью подчиненным его собственной логике . бессмысленная и ненужная отчетность , которой завалены врачи и педагоги , безошибочно сигнализирует о том , что представители этих профессий в россии окончательно превратились в некое подобие мелких клерков , предоставляющих образовательные и медицинские услуги . корни этой ситуации , несомненно , уходят в девяностые годы , когда было принято считать , что главная беда российских образования и здравоохранения — это отсутствие должного финансирования . например , в сфере здравоохранения к концу 1990-х годов расходы бюджета опустились до чуть более 40 % от уровня 1991 года , однако затем начали быстро расти и к 2011 году превысили показатели последних советских лет ( данные из статьи « российская система здравоохранения : трудный путь реформ » сергея шишкина из ниу вшэ ) . в ближайшие три года должен состояться существенный рост расходов на здравоохранение : в июле минфин рф заложил в проектировки бюджета их увеличение с 479,7 млрд рублей в 2018 году до 572,5 млрд рублей в 2021 году , то есть на 19,3 % . аналогичные процессы шли в образовании . всего за семь лет , с 2000 по 2006 год , консолидированный бюджет на образование вырос почти в пять раз с 214,8 млрд до 1,033 трлн рублей , а доля расходов бюджета на образование в ввп увеличилась с 2,9 % до 3,9 % . в 2018 году расходы бюджета на образование составили уже 3,541 трлн рублей , а к 2024 году должны вырасти на целых 42 % до 5,03 трлн рублей . но все эти жизнерадостные количественные показатели разбиваются о качественные оценки реальной ситуации в здравоохранении и образовании . свыше 60 % граждан « невысоко » оценивают качество здравоохранения , причем в основном это относится к его первичному звену , сообщил владимир путин на недавнем совещании госсовета . уровень недовольных качеством здравоохранения устойчиво высок : проведенный ровно два года назад опрос вциом показал , что 52 % респондентов были недовольны состоянием российской системы здравоохранения и лишь 9 % оценили ее положительно . схожая картина — в образовании . опрос , проведенный фондом « общественное мнение » в мае 2011 года в 43 регионах россии , показал , что 53 % негативно оценивают ситуацию в этой сфере . спустя шесть лет , в 2017 году , 70,4 % принявших участие в онлайн-опросе счетной палаты рф признали , что знаний , которые дают в школе , недостаточно для поступления в вуз , а полностью качеством преподавания в школах были удовлетворены лишь 17,1 % респондентов . очевидные дисфункции систем образования и здравоохранения рождают предсказуемые реакции их « клиентов » . в сфере первичной медицины условный российский средний класс давно переориентировался на частные поликлиники , где как минимум не надо стоять в очередях к специалисту . в сфере же образования последний тренд — увеличение количества детей , которые переходят на дистанционное обучение . по данным опубликованного в начале сентября исследования международной образовательной конференции edcrunch , в этом году 100 тысяч российских детей не пошли в школы , поскольку их родители предпочли альтернативные формы образования , в том числе семейное обучение . количество таких семей , утверждают авторы исследования , растет на 100 % и более в год — верный признак того , что все больше родители воспринимают школу как место отбытия некой образовательной повинности , имеющей мало общего с подлинным смыслом образования . впрочем , ничего иного там , где педагог низведен до уровня мелкого и бесправного чиновника , быть попросту не могло . стоит ли удивляться , что многие учителя сегодня с ностальгией вспоминают девяностые годы , когда в самом деле не было денег , но при этом им не приходилось заполнять бесконечные отчеты , а уровень мелочного административного контроля над педагогами был принципиально меньше . не стоит думать , что россия здесь в чем-то уникальна . переход образования и здравоохранения под контроль оптимизаторов и « эффективных менеджеров » имел место и в других странах , например , в великобритании при тони блэре , который стал премьер-министром на волне обещаний исправить перегибы своей предшественницы маргарет тэтчер . однако очень скоро оказалось , что технократия в стиле блэра еще хуже чем , неолиберальная догматика тэтчеризма . вот как описывает последствия оптимизации британского здравоохранения норвежский социолог стейн ринген в своей книге « народ дьяволов » — на российский взгляд , картина узнаваема до степени неразличимости : « расходы на лечебные цели были увеличены слишком резко и слишком скоро . после чего системе здравоохранения пришлось существовать в условиях строгой бюджетной дисциплины . дополнительные средства были , без сомнений , необходимы , однако их вливание в систему произошло столь быстро и с такой политической помпой , что самой системой здравоохранения бюджетная дисциплина была встречена в штыки . как результат , значительная часть дополнительных средств оказалась неосвоенными , включая расходы на существенное повышение зарплаты сотрудников , а эффективность системы снизилась » . закономерный результат маниакальной оптимизации здравоохранения , о котором упоминает ринген — рост смертности в британских больницах : врачи , тратя все больше времени на заполнение бумажек , просто недосматривали за пациентами . такие же результаты реформы блэра имели и в образовании . « системе образования , — пишет стейн ринген , — были выделены дополнительные деньги при одновременном усилении централизованного управления и тщательности контроля , при этом мер по повышению эффективности образования принято не было » . руководить образованием при этом было в конечном итоге доверено экономистам и финансистам : в 2004 — 2006 годах британским министром по вопросам образования и профессиональной подготовки была рут келли , бывший финансовый секретарь казначейства , а затем ее сменил лейборист алан джонсон — специалист широкого профиля , в разные годы возглавлявший министерства труда и пенсий , торговли и промышленности , здравоохранения и внутренних дел . учитывая то , что великобритания для российской элиты давно является безусловным образцом для подражания , не приходится удивляться , что российским высшим образованием ныне руководит выходец из минфина михаил котюков . « когда заходишь в наши институты , очень часто хочется сказать вау ! » , — эта фраза из одного его интервью в бытность котюкова главой федерального агентства научных организаций исчерпывающе характеризует представление оптимизаторов от образования и науки о вверенной им сфере . неудивительно и то , что среди обычных сотрудников образования и здравоохранения давно зреет глухое недовольство начальством , которое периодически прорывается наружу в виде тех же массовых увольнений врачей . все это тоже проходила британия . « выбранный правительством стиль управления привел к тому , что специалисты оказались в чрезвычайно зависимом положении . вместо того , чтобы мобилизовать их на реформы , правительство отвратило их своим деспотизмом . ответом со стороны специалистов стал молчаливый бунт против агрессивного стиля управления авторитарного правительства … правительство делало ; все остальные — соглашались » , — эти цитаты из книги стейна рингена тоже как будто написаны о нашей стране . правительство в россии еще пушкин называл « первым европейцем » , однако применительно к нынешнему кабинету министров такое определение , несмотря на все признаки успешной мимикрии , было бы весьма лестным . скорее более уместны аналогии с позднесоветскими реалиями государственного администрирования , когда бюрократический аппарат в условиях резкого снижения темпов роста экономики перешел к управлению не реальными целями развития страны , а по статистическим показателям . непосредственным результатом этого стало формирование такого феномена , как административный рынок , в рамках которого шел непрекращающийся торг между центром и регионами об объемах плановых заданий — в идеале они должны были превышать показатели предыдущего года , но не намного , чтобы в дальнейшем можно было победно отчитаться о перевыполнении плана . рудименты такого подхода до сих пор существуют в правоохранительной сфере в виде пресловутой « палочной системы » , в основе которой лежит сравнение показателей по принципу аппг ( аналогичный период прошлого года ) , а в гражданской службе явным признаком возвращения административного рынка стало повальное внедрение « ключевых показателей эффективности » ( kpi ) . с тем , что государство должно быть эффективным , не приходится спорить , однако в нынешних российских реалиях эта борьба за эффективность неизменно превращается в самоцель , имеющую мало общего с жизнью за пределами административной картины мира . один из наиболее характерных примеров — взлет россии в рейтинге всемирного банка doing business , происходивший на фоне безвыходной стагнации российской экономики и резкого ухудшения делового климата . из этой серии и пресловутая государственная поддержка малого бизнеса , которая сама давно стала бизнесом , и отнюдь не малым . непрекращающиеся оптимизаторские экзерсисы в образовании и здравоохранении , по большому счету , оказываются звеньями той же цепи , и выход из тупика , в который завели эти сферы непрекращающиеся третье десятилетие реформы , становится все менее понятным . было бы слишком наивно делать высокопарные заявления о том , что в сложившейся ситуации должны быть услышаны голоса с « земли » — в умении бюрократической машины организовывать реплики с мест никто не сомневается . не приходится рассчитывать и на то , что в образование и здравоохранение придет какое-то новое поколение управленцев и все сделает , как надо . скорее нынешнюю ситуацию следует рассматривать в общем контексте возвращения россии на периферийную траекторию развития — мы сегодня имеем ровно то образование и здравоохранение , которое соответствует реальному уровню нашей экономики и нашему месту в глобальном хозяйстве . эти важнейшие для общества сферы едва ли могут принципиально отличаться от самого общества , в котором они существуют . николай проценко