Россия является лидером как в первичной энергетике, так и в чистой. При этом дефицит первичной энергии в мире растет и будет расти в долгосрочной перспективе. Доля России в международной торговле энергоносителями является самой большой и составляет 25 процентов, по мере роста спроса на энергоносители доля России будет увеличиваться. К таким выводам пришли эксперты компании «ИнфоТЭК», которые подготовили аналитическое исследование потребления первичной энергии человечеством «Мировая энергетика». Одним из главных выводов исследования стал тезис о том, что за прошедшие 20 лет Китай создал международную базу для своей энергетики, чем обеспечил свое развитие на ближайшие 30 лет. Тогда как база энергетики США не обеспечивает возможности развития страны в среднесрочной перспективе. А некомпетентное управление экономикой, в том числе и энергетикой, вызвало в Европейском союзе энергетический кризис, который привел к кризису экономическому. Пока руководство стран ЕС перенаправило недовольство населения на Россию. В исследовании отмечается, что в начале 21 столетия из-за обостряющихся экономических и социальных проблем, усугубляющихся военными операциями и санкционной политикой США и их сателлитов, международное экономическое сотрудничество начало разрушаться, что привело к снижению темпов роста потребления энергии человечеством. Кроме того, стало очевидно, что США перестали быть единственным мировым лидером. По сумме показателей, таких как наличие первичных источников энергии и месторождений полезных ископаемых, производство продуктов питания и промышленной продукции, научный потенциал, современные виды вооружения и пилотируемые космические программы, мировыми лидерами стали Китай, США и Россия. За 15 лет потребление энергии в мире выросло на 24,3 процента, причем большую часть прироста обеспечил Китай, на долю которого пришлось 58,24 процента всего прироста мирового потребления энергии. Благодаря Китаю и России доля мировых лидеров в потреблении энергии растет и скоро достигнет 50 процентов. В течение 20 века страны ОЭСР переживали экстенсивный этап развития технологий, поэтому потребление энергии в этих странах росло. В 21 веке ситуация изменилась, и страны ОЭСР, в основном, перешли к интенсивному этапу развития. На этом этапе преобладает совершенствование технологий, что вызывает снижение энергоемкости производства продукции и снижение потребления энергии на душу населения. В то же время, развивающиеся страны, к которым относятся мировые лидеры Китай и Россия, пока переживают экстенсивный этап развития технологий. Потребление энергии на душу населения в этих странах растет, и следует ожидать того, что оно достигнет плато, а затем начнет падать. В зависимости от климатических условий и направления развития экономики потребление энергии в этих странах выйдет на плато при достижении удельного уровня потребления 150–200 гигаджоулей/человек/год, то есть Россия близка к плато. Распределение потребления первичной энергии по видам топлива сильно влияет на глобальные изменения климата Земли и на локальное состояние окружающей среды в отдельных странах. Возникает необходимость заключения соглашений по сохранению экологического баланса, как двусторонних, так и коллективных. Поэтому мониторинг энергетического баланса стран востребован мировым сообществом. С конца 2000-х годов ускорилось развитие возобновляемой энергетики (в первую очередь солнечных и ветровых электростанций). Это привело к обострению конкуренции между источниками первичной энергии, целью которой было перераспределение финансовых потоков. В течение 2010-х годов в обиход вошло разделение источников энергии на углеродные и безуглеродные. Эти термины стали использоваться наравне, а зачастую и вместо «экологически вредный» и «экологически безвредный» («чистый»). Притом разделение долгое время носило, казалось бы, парадоксальный характер. В зависимости от текущей необходимости атомная энергетика либо включалась, либо не включалась в перечень безуглеродных, хотя с физической точки зрения при производстве электроэнергии на АЭС диоксид углерода не выделяется. Наиболее активно безуглеродные источники энергии осваивались Китаем и Евросоюзом. При этом сформировались принципиально отличающиеся подходы. ЕС делает ставку на одностороннее развитие ВИЭ за счет надежности и объема других источников энергии. А КНР стремится гармонично развивать все источники энергии, не отдавая явного предпочтения ни одному из них. Ярким примером, характеризующим разницу подходов, стала ситуация с угольной генерацией: Евросоюз закрывает угольные электростанции (сделав небольшую паузу в период энергетического кризиса 2022 года), а Китай их модернизирует, повышая эффективность и снижая выбросы. Давление на «углеродные» источники энергии в Евросоюзе усиливается с принятием углеродных налогов. В то же время специфика местного подхода к развитию безуглеродной генерации вступила в противоречие с необходимостью обеспечивать стабильность энергопоставок. В частности, на фоне отказа от угольной генерации сократилась привлекательность вложений в газовые электростанции, а доходность действующих заметно пострадала из-за роста доли ветровых и солнечных электростанций. Кроме того, под угрозой оказалась экономика Франции, в которой порядка 70 процентов электроэнергии вырабатывается на АЭС. Ответом на возникшие противоречия стало включение АЭС и газовых электростанций в начале февраля 2022 года в «Зеленую таксономию ЕС». Таким образом, атом и газ попали в перечень экологически устойчивых видов деятельности для инвесторов (в контексте «Зеленой сделки» в качестве переходных технологий), но с рядом условий. Газовые электростанции должны быть построены до 31 декабря 2030 года, а к 31 декабря 2035 года они должны на 100 процентов работать на возобновляемых или низкоуглеродистых видах топлива. «Зеленый» статус АЭС получат в том случае, если разрешение на строительство поступит до 2045 года, а также если будет предоставлен подробный план по созданию к 2050 году установки для захоронения радиоактивных отходов. Соответствующие изменения европейского законодательства вступят в силу с 1 января 2023 года. «Зеленая таксономия» не носит обязующего характера и служит лишь для обоснования и привлечения частных инвестиций. Но она впервые дала юридически обоснованный, непротиворечивый ориентир как государствам — членам ЕС, так и сторонним игрокам, какие источники энергии можно считать безуглеродными или «чистыми». Исходя из заданных Евросоюзом параметров, доля «чистой» электроэнергетики в России составляет 33,86 процента без учета газовых электростанций, а при учете газовой генерации — около 81 процент. Если же перенести данный подход на совокупное потребление энергоносителей, то Россия окажется лидером по доле «чистой» энергетики среди промышленно развитых стран. В энергетическом балансе России доля безуглеродных источников энергии составляет 13,07 процента, а с учетом природного газа — 67,67 процента. Для сравнения: в США — 50,63 процента, в Китае — 25,93 процента, в Евросоюзе — 53,1 процента. Лидирующее положение России в чистой энергетике объясняется тем, что России как мировой энергетической сверхдержаве одинаково доступны все источники первичной энергии. А развитие российской энергетики проходит по «китайскому» (гармоничному) сценарию.