На канале «Би-Би-Си 2» с большим успехом идет сериал «Крах» («The Fall») с Джиллиан Андерсон – пример небанального телевизионного триллера: вместо истории о победе над маньяком зрителю предлагают историю о непобедимости зла.
Убитые девушки и огуречная маска
В и без того неспокойном Белфасте за три месяца находят тела двух девушек одного типа, убитых схожим образом. Местная полиция упрямо отказывается связывать преступления и признавать существование маньяка. Но когда из Лондона прилетает следователь-важняк Стелла Гибсон ( Джиллиан Андерсон ), в городе начинается легкая паника. Единственный, кто остается невозмутимым, – семейный психолог Пол Спектор, отец двоих детей, потомок еврейских иммигрантов из России, совершенно заурядный человек, он же убийца. Спектор продолжает охоту на девушек, полицейские продолжают охоту на него, а журналисты продолжают охоту на сенсации. Зрителю, впрочем, кажется, что все стоят на месте. Завязка позволяет «Краху» заявить себя как гипердинамичное шоу, ведь зритель знает Белфаст как место с напряженной обстановкой, военизированной городской жизнью и острыми разногласиями между католиками и оранжистами. Охота на сексуального маньяка в таких декорациях вполне может стать искрой, из которой возгорится остросюжетное пламя. Но вместо этого криминальный триллер оказывается социальной драмой. Здесь нет ни яркого маньяка, ни детектива с острым умом; яркость в «Крахе» вообще выкручена на минимум. Это вязкая неторопливая история о дюжине погруженных в депрессию ничем не примечательных людей, незаметно пытающаяся затянуть в свой омут еще и зрителя. На экране не происходит никакого экшна: героиня Андерсон, например, большую часть времени занята тем, что делает себе огуречные маски, ест гамбургеры, убирает квартиру и принимает ванну. Ее антагонист обреченно слоняется по дому, оккупированному ненавистными детьми и женой. Более или менее весело живут только жертвы, и, видимо, в этом и заключается их вина. Ведь «Крах» — сериал не об убийце-рецидивисте, а об эпидемии апатии. Унылая стилистика тщательно выверена: в интерьерах здешних квартир нет ярких цветов, на улице светит очень бледное солнце, а британская неброскость подчеркивается умелой операторской работой. И на этом месте телевизор вполне можно было бы выключить, если бы не несколько интересных моментов. Во-первых, сериал очень успешен: последний раз такую аудиторию «Би-би-си 2» собирал восемь лет назад, когда крутил бодрую кровавую драму «Рим». Во-вторых, «Крах» продолжает любопытный тренд, заявленный двумя месяцами раньше криминальным триллером «Горное озеро» («Top of the Lake») – совместным проектом американского канала Sundance, привечающего все независимое и нестандартное, и все того же «Би-би-си 2». Таинственное преступление тоже выступает лишь предлогом для в меру занятной и не в меру отвратительной социологии. Как и в знаменитом «Твин Пиксе» и хороших американских провинциальных триллерах, например «Обещании» с Джеком Николсоном , в «Крахе» и «Горном озере» драматургия строится вовсе не вокруг действий и предшествующего им саспенса. Очарование этих тяжелых историй заключается в их умении внушать зрителям ощущение повсеместности, иррациональности и непобедимости зла. Когда маньяка поймают, положительным героям «Краха» легче не станет. И они призовут себе новое зло. А зрители — новый сериал.