Властной вертикали все труднее увязывать свои тесно переплетенные политические и бизнес-интересы. В случае с прокладкой трассы через Химкинский лес политические издержки оказались неожиданно велики, а потому приходится срочно искать обходные маневры.
Вырубка власти
«Единая Россия» спустя несколько месяцев после начала протестов экологов, правозащитников и музыкантов, подавлявшихся регулярно и с разной степенью жестокости, обратилась к президенту Дмитрию Медведеву с просьбой о приостановке строительства трассы Москва — Санкт-Петербург через Химкинский лес. «Единую Россию», как известно, возглавляет премьер-министр Владимир Путин. С подписанного им в ноябре 2009 года распоряжения о строительстве трассы и начался нынешней виток истории, неожиданно для власти ставшей едва ли не главной темой текущей политической жизни страны. Таким образом, партия Путина фактически просит приостановить распоряжение своего начальника. Причем очевидно, что делает она это после отмашки сверху, поскольку даже сам факт того, что партия власти выступает, по сути, с мягкой поддержкой требований несистемной оппозиции и делает это, как какая-нибудь общественная организация, выглядит нелепо. К «Единой России» , скорее всего, пришлось прибегать как к инструменту разруливания бизнес-интересов власти, вошедших в противоречие с политическими последствиями реализации проекта под «высочайшей крышей» — по сведениям газеты «Ведомости» , в совете директоров компании, которая строит трассу, неким образом представлены интересы одного из друзей Владимира Путина Аркадия Ротенберга. «У нас в партии «Единая Россия» мнения по этому вопросу разные», — цитирует официальный сайт партии главу высшего совета единороссов, спикера Госдумы Бориса Грызлова. По мнению Грызлова, «ситуация представляется непростой», в связи с чем единороссы считают необходимым «более тщательно разобраться в этом вопросе и уже по итогам принятого решения либо изменить маршрут прокладки трассы, либо продолжить работы с учетом более глубокой проработки этой темы». «Более глубоко прорабатывать тему», видимо, понадобилось потому, что история борьбы против строительства автотрассы Москва — Петербург через Химкинский лес на глазах стала превращаться из частного протеста небольшой группы экологов в противостояние общества и власти. Сначала против начавшейся в середине июля вырубки леса (Верховный суд признал законным строительство трассы еще в апреле) протестовало лишь малочисленное движение в защиту Химкинского леса во главе с Евгенией Чириковой. Но после налета на лагерь экологов движение протеста стало набирать силу и резко расширять круг участников – от «несогласных» до рок-музыкантов. Шоком для власти стал быстрый погром, устроенный антифашистами у здания администрации Химок. Рок-концерт на Пушкинской площади в центре Москвы в защиту Химкинского леса был уникальной в своем роде акцией протеста последнего десятилетия. Более того, скандал начал приобретать международный характер. Делегация ЕБРР , одного из основных соинвесторов строительства трассы, приезжала в Москву вскоре после разгрома лагеря экологов и обещала тщательно изучить целесообразность прокладки трассы именно через лес, прежде чем выделять финансирование. Не стоит недооценивать и угрозу «выноса сора из избы» лидером U2 — Боно передали письмо защитников леса, а его связи в мировом политическом истеблишменте весьма серьезны. Иными словами, вокруг проекта явно стал возникать слишком большой шум. Прямо отменить строительство по неписаным законам управления Россией как корпоративистским государством власть не может — это значит лишить «друзей» обещанного куша и, кроме того, прямо пойти на поводу у общественного мнения. Тут-то и можно использовать «Единую Россию» в качестве политического громоотвода, партии «при власти». Она и к общественному мнению как бы прислушивается, показывая свою заботу о людях, но при этом и против власти не идет. Одобренный премьер-министром проект не отвергает — просто просит разобраться (требовать от президента и премьера партия власти ничего не может). Хотя два месяца, пока шли активные протесты, пока участников движения в защиту леса задерживали и допрашивали, никак на это не реагировала. Чем бы ни закончилась эта история, уже сейчас можно уверенно говорить, что главная задача власти — обратить любое решение по трассе себе на пользу. Быстро соглашаться с защитниками леса опасно — люди могут начать протестовать и по другим поводам, восприняв эту историю как прецедент. Зато теперь можно будет тянуть время и искать способы компенсировать издержки участникам бизнес-проекта — просьба «Единой России» выглядит как банальный обходной маневр.