Общественные слушания законопроекта о митингах закончились демаршем представительниц «белого движения». Колонный зал Дома союзов при Госдуме покинули телеведущая Ксения Собчак, экоактивист Евгения Чирикова и общественный деятель Алена Попова. Девушки заявили, что им намеренно не предоставили слова, и назвали происходящее «лицемерием». В итоге в зале остались только единороссы, они объяснили, что оппозиционерки ушли, просто не дождавшись своей очереди.
Штрафы и ненависть в Госдуме
В четверг единороссы организовали общественные слушания законопроекта, увеличивающего штрафы за митинги, который уже был одобрен в первом чтении на этой неделе. Эти слушания «Единой России» поручил провести президент Владимир Путин накануне. По его мнению, закон следовало бы обсудить со всеми заинтересованными сторонами, чтобы текст получился сбалансированным. В четверг заинтересованные стороны сели за круглый стол Колонного зала Дома союзов при Госдуме. Началось все с просмотра видеозаписи, призванной продемонстрировать разницу между культурой массовых мероприятий в России и западных странах. В начале видео кадры с разрешенных акций думских партий: митингуют коммунисты , с трибуны скучно выступает лидер «эсеров» Николай Левичев , стройными рядами в одинаковых голубых фартуках идут по улице сторонники ЛДПР. Следом показали кадры со стотысячного митинга 24 декабря на проспекте Сахарова. Единоросс Александр Коган решил прокомментировать: «Сейчас на экранах мы видим Болотную площадь». Собравшиеся тактично промолчали. Встык авторы видеозаписи смонтировали подборку кадров с «зарубежным опытом»: в городе революция, война, беспорядки, обезумевшая толпа в угаре раскачивает микроавтобус, за кадром раздается громкая немецкая речь, куда-то бегут люди и полицейские, гудят сирены, дело к вечеру, хаос всё нарастает… «Это так называемый культурный протест в Англии, — комментировал Коган видеоролик. — Первомай в Германии… Тот самый Occupy в США… этнические протесты во Франции…» Первым говорить начал автор законопроекта о митингах, единоросс Александр Сидякин. «Я сегодня с утра почитал заявление Удальцова, который вышел из спецприемника и заявил, что он позитивно оценивает итоги прошедших 6 мая, ммм… мероприятий, — помедлив перед последним словом, заметил Сидякин. — Значит, они хотели именно такую картинку, которую мы все с вами наблюдали и по результатам которой появился законопроект». «Провокация — это этот законопроект!.. Задержал митинг на 20 минут — заплати полтора миллиона!» — возмутился в ответ лидер КПРФ Геннадий Зюганов. Он нашел нетривиальное объяснение столь высокого размера штрафов: мировую экономику ждет кризис, цены на нефть рухнут, а вместе с ними рухнет и российская экономика, страну будет нечем кормить, а посему дополнительные выплаты в пользу государства, конечно, пригодятся… Было непонятно шутит Зюганов или он это всерьез. В зале никто не смеялся. Депутат Илья Пономарев в своем выступлении пришел к выводу, что новый законопроект противоречит международному законодательству: «Отношение количества полицейских к количеству протестующих в России в 10 раз больше, чем на Западе… Потому там бывает оправданно применение спецсредств». Наконец Пономарев дошел до размера штрафов: повышение штрафов с 1000 рублей до 5000 уже нанесет удар по бюджету среднестатистической московской семьи, а в регионах эта сумма уже почти неподъемна. Сидякин, пока шло обсуждение законопроекта, перекладывал на столе iPhone и iPad, на руке депутата блестели дорогие часы (депутат носит швейцарские Ulysse Nardin почти за $10 тысяч). Интереса к происходящему Сидякин старался не демонстрировать. «Мы на совете думы это обсуждали, и все согласны, что без усиления ответственности дальше нельзя, — говорил тем временем, лидер думской фракции ЕР Андрей Воробьев. — От этого могут пострадать люди». О том, что три думские фракции собирались покидать зал заседаний в знак протеста против закона, он умолчал. О пробелах в законодательстве сказал и начальник департамента охраны общественного порядка МВД Юрий Демидов. Его не устраивало, что «некоторые депутаты» злоупотребляют правом на проведение встреч с избирателями. То, что такие встречи проводятся без согласования, неправильно, ведь что будет, если такому депутату захочется провести встречу с избирателями в семь часов вечера у выхода из метро, привел пример Демидов. «Вы самое незащищенное здание. У Кремля есть стена, у Белого дома забор! Штурмовать будут вас!» — заявил, в свою очередь, депутатам лидер «Яблока» Сергей Митрохин. Собравшиеся засмеялись. «Не успеете! Уедем раньше!» — заорал в ответ Жириновский. «Самое важное, что есть в законе, — презумпция виновности уличной оппозиции», — заметила Ирина Хакамада. Телеведущий Максим Шевченко задался вопросом, нужно ли согласовывать народные гуляния на Манежной площади в случае победы российской сборной на чемпионате мира по футболу. В этот момент депутат Сидякин вышел из зала. За полтора часа слушаний выступить успели депутаты, чиновники, кремлевские политологи и журналисты федеральных каналов. Люди, которые выходят на улицы в течение последних шести месяцев, выступить не могли. Тогда в знак протеста зал покинули телеведущая Ксения Собчак , экоактивист Евгения Чирикова и предприниматель Алена Попова. Помедлив, следом вышли еще несколько участников слушаний. Оставшийся на своем месте Олег Митволь мотал головой и, улыбаясь, наблюдал, как из разных концов Колонного зала к выходу торопливо проходят люди. «Мы сидели там и нас не слышали. Мы вышли сюда и нас сразу все слушают. Так же и с улицей: нас услышали, когда мы вышли на улицу», — говорила в холле Попова. «Ведущий по ходу выступления меняет правила: то одни, то другие. Каким образом можно получить слово — абсолютно непонятно. Но все дико радуются! Смотрите! Оппозиция пришла! Тут Ксения! Тут Чирикова! Диалог!» — иронизировала, в свою очередь, Чирикова. Собчак, воспользовавшись суматохой, отошла от журналистов и пошла снимать на мобильный телефон зал заседаний, где осталось меньше половины участников — все сторонники власти. Те без особого энтузиазма продолжали обсуждать проблему массовых собраний в России. «Вот так они и обсуждают тут… Какой-то трэш!» — резюмировала Собчак, выключив видеозапись на мобильном телефоне.