Фонд «Петербургская политика» презентует доклад о политической судьбе губернаторов после их отставки. После увольнения руководителей стараются удалить из региона, чтобы те «не нервировали» новых губернаторов. Многие экс-чиновники отправляются в «почетную ссылку» в Совфед, лишь единицы получают федеральные назначения. Часть экс-губернаторов вообще исчезает из публичного пространства.
Исчезающие фигуры
В новом докладе фонда «Петербургская политика» речь идет о региональных руководителях, покинувших свои посты в период с 2005 по 2011 год – в это время должностей лишались уже назначенные главы регионов. Как объяснил «Газете.Ru» глава фонда Михаил Виноградов , одним из «внешних поводов» к созданию доклада стало возвращение губернаторских выборов. Пока главы регионов назначались, люди не испытывали интереса к политике и зачастую даже не знали имен новых руководителей. В этой ситуации старые губернаторы, особенно такие старожилы, как Эдуард Россель или Минтимер Шаймиев, оказывались более влиятельными, чем действующие, а значит, могли использовать свой вес на возобновившихся выборах. Так, например, во время кампании в Брянской области экс-губернатор Юрий Лодкин публично поддержал коммуниста Вадима Потомского и даже участвовал в агитации за соперника действующего главы региона Николая Денина. Впрочем, в докладе «Петербургской политики» отмечается, что традиции участия старых губернаторов в предвыборных кампаниях пока не сложилось. «Часто люди смотрят на реальность через призму старого губернатора. Самый яркий пример был в Ханты-Мансийском округе, когда от «эсеров» в региональный парламент избрался полный тезка бывшего губернатора Александра Филипенко. Потому что все подумали, что это тот Филипенко. То есть люди не следят за новостями каждый день, а бренд старого губернатора что-то вéсит», — делает вывод Виноградов в разговоре с «Газетой.Ru». Проследить за судьбой экс-губернаторов экспертов побудило и назначение экс-руководителя Костромской области Игоря Слюняева на пост министра регионального развития, рассказывает глава фонда «Петербургская политика». Чиновник, уходивший со своего поста «практически в опалу», неожиданно сумел получить повышение. В свете истории со Слюняевым Виноградов вспоминает расхожий, но не подтвержденный слух о том, что на столе у президента помимо списка «кадрового резерва» есть еще и список уволенных чиновников, не назначенных на новые должности. Впрочем, как следует из доклада, уход с руководящего поста «обычно означает аппаратную неудачу и потерю прежнего административного статуса и веса». Исключениями из этого правила не стали даже такие гранды, как Юрий Лужков , Муртаза Рахимов , Сергей Дарькин , Егор Строев и Георгий Боос. Лишь немногие экс-руководители после отставок получают новые федеральные назначения. Часть переходит на работу в Совет федерации (из 87 бывших губернаторов в эту «почетную ссылку» отправились 19 человек) или на руководящие должности в бизнес-структуры (16). Всего трое бывших руководителей получили министерские портфели, четверо заняли кресла заместителей федеральных министров, двое стали чиновниками Счетной палаты. Абсолютное большинство экс-губернаторов (48 из 87) покидают регионы, где им приходилось работать, и после отставки переезжают в Москву. Как объясняет Виноградов, миграция чиновников обусловлена коллизией: «Куда девать губернатора после того, как он перестал быть губернатором?» Проблема эта в каждом случае решается по-разному, но в большинстве случаев экс-руководителя стараются удалить от его региона, причем желательно с семьей, члены которой могут иметь связи с местным бизнесом, а значит, сопротивляться переделу сфер влияния, говорит политолог. «Если губернатор остается в регионе, то, естественно, это вызывает нервную реакцию у нового руководителя. Так или иначе, это дезориентирует местные элиты», — говорит эксперт. По его словам, исключение составляют лишь непопулярные экс-руководители, присутствие которых в регионе после отставки «никого не нервирует». «Бывают ситуации, когда губернатора удается постепенно выдавить, как Рахимова в Башкирии, а бывает, как с Ишаевым в Хабаровской области или у Толоконского в Новосибирске», они остаются в своих регионах. «Случаи, когда губернаторы уходят, как Коротков в Амурской области, преподавателем в школу, — они, конечно, единичны и уникальны», — продолжает глава фонда «Петербургская политика». Часть губернаторов после отставок совсем исчезла из публичного поля, следует из текста доклада. Экс-глава Смоленской области Сергей Антуфьев исчез после того, как сообщил в Twitter об уходе в отпуск до 23 апреля (при этом губернатор выразил надежду на то, что у него «будет больше времени для общения в социальных сетях»). Появившуюся на тот момент информацию об отставке Антуфьев опроверг, заявив, что «звон в ушах — это признак плохого самочувствия». В докладе «Петербургской политики» отмечается, что в мае в Смоленске начали распространяться слухи о самоубийстве Антуфьева, однако они были опровергнуты самим экс-руководителем, который сообщил, что он «жив, здоров, заинтересованно следит за всем, что происходит в области, и готовится к продолжению политической карьеры». До сих пор, например, неизвестна судьба бывшего руководителя Карелии Андрея Нелидова , в последнем сообщении о котором говорилось, что он отправляется «путешествовать в плавучем доме по рекам и озерам» республики. «Для губернатора отставка – это моральный стресс, и очень часто, потому что все равно все до последнего надеются, что их не уволят. И они действительно пропадают», — констатирует Виноградов. Ситуацию с увольнениями региональных руководителей эксперт сравнивает с сюжетом советского фильма «Частная жизнь», где отставной чиновник сначала две недели мучается, а потом получает новую должность. «В последнее время губернаторы сами не могут понять: его карьера кончилась или надо ждать, пока позвонят и предложат новое назначение? А до этого времени можно и на лодке поплавать», — говорит глава фонда «Петербургская политика». Кроме того, некоторым губернаторам после ухода с госслужбы приходится решать еще и личные проблемы, поскольку иногда во время работы в регионе они заводят новые семьи (старые по каким-либо причинам остаются жить на прежнем месте работы). Перед такими руководителями после отставки особенно остро встает вопрос о вероятном возвращении на прежнее место жительства. По словам Виноградова, именно такие «губернаторы-потеряшки» стали наибольшей проблемой для авторов доклада, поскольку из-за отсутствия информации предположить их политическое будущее невозможно. Другую трудность для экспертов представляла оценка влияния, которое экс-руководителям удалось сохранить в своих регионах. «Есть много слухов вокруг бывших губернаторов. Самые известные – Зеленин в Твери. Игрок или не игрок он в Твери? Есть противоречивая информация, — говорит Виноградов. — Про Неелова на Ямале был слух, что он чуть ли не предвыборный штаб создает, когда выборы вернули. Есть версия, что активизировалась Матвиенко в Петербурге. Но это на уровне слухов, и трудно посчитать, насколько это все достоверно».