Верховный суд РФ постановил, что за механические повреждения автомобилей, полученные на выбоинах должны отвечать не водители, а организации, которые обслуживают трассу. Исключение может быть в случае, если дорожники сами докажут, что в действиях водителя был умысел или неосторожность. Поводом для разъяснений ВС стало дело жителя Сочи. Он угодил в огромную яму на дороге, повредил автомобиль и столкнулся с отказом дорожников, а затем и местных судов, компенсировать ущерб.
Водитель все получил: как Верховный суд ударил по бездорожью
Верховный суд опубликовал обзор судебной практики по гражданским делам за второй квартал этого года. Одним из прецедентных дел стала история жителя Сочи Николая Агеева , который еще в апреле 2016 года повредил свой Mercedes C 180 в огромной выбоине. По итогам разбирательства ВС пришел к важным для всех водителей выводам, а именно: «ответственность за повреждение транспортного средства в результате его наезда на выбоину в дорожном покрытии лежит на организации, ответственной за содержание автомобильной дороги. При определении размера вреда наличие умысла или грубой неосторожности в действиях потерпевшего доказывает лицо, причинившее вред». Яма, в которую угодил Агеев, оказалась значительно больше, чем это предусмотрено нормативами. По данным ГИБДД, ее длина составила 15,3 метра, ширина – 1,8 м, глубина — 26 см. Тогда как по ГОСТу Р 50597-93 «предельные размеры отдельных просадок, выбоин не должны превышать: по длине — 15 см, по ширине — 60 см, по глубине — 5 см». Госавтоинспекция , которая документально зафиксировала данное нарушение, оштрафовала дорожников на 300 тысяч рублей, признав их вину в соответствующем административном правонарушении. Это взыскание они не оспаривали. Автомобилист будучи уверенным в своей правоте обратился за компенсацией в Центральный райсуд Сочи. Несмотря на позицию ГИБДД суд во внимание ее не так и принял и в октябре 2016 года отказал Агееву в возмещении ущерба — он требовал более 800 тысяч рублей. В декабре того же года краевой суд оставил это решение в силе. После этого автомобилист пожаловался в Верховный суд. «Указанные факты были установлены судом и свидетельствуют о ненадлежащем содержании дороги ответчиком. Таким образом, суд второй инстанции установил наличие всех обстоятельств, совокупность которых предполагает возложение на ответчика обязанности возместить причиненный вред истцу», — говорится в постановлении ВС по делу Агеева, которое было вынесено еще в октябре 2017 года. Как следует из решения ВС, нижестоящие суды отказали Агееву по ряду причин. Во-первых, они ссылались на непроведение судебной оценочной экспертизы по определению размера ущерба, причиненного имуществу истца. «При этом, суд апелляционной инстанции не указал, почему в основу судебного акта не может быть положено представленное Агеевым Н.Г. такое доказательство размера причиненного ущерба как экспертное заключение независимой технической экспертизы транспортного средства от 26 июля 2016 г., — отметили в Верховном суде. — Данный документ надлежало оценивать как письменное доказательство, к которому не предъявляется требование о необходимости предупреждения лица, составившего экспертное заключение независимой технической экспертизы, об ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации». Но главным камнем преткновения для Агеева стал именно вопрос доказывания умысла или неосторожности в его действиях. Согласно ст. 1083 Гражданского кодекса вред, возникший вследствие умысла водителя, возмещению не подлежит. Если речь идет о грубой неосторожности со стороны потерпевшего, то, в зависимости от степени его вины, сума возмещения должна быть уменьшена. По смыслу данной нормы, доказывать умысел или неосторожность в действиях водителя должен ответчик – в данном случае сочинские дорожники. Однако местный и краевой суд, вопреки ст. 56 ГПК РФ, почему-то возложили эту обязанность на самого автомобилиста, что является существенным нарушением процессуальных норм и существенно повлияло на исход дела. На эту ошибку и обратил внимание Верховный суд и теперь озвученная им в обзоре судебной практики позиция будет фактически обязательна для всех подобных разбирательств в судах. Кроме того, суд первой инстанции посчитал, что сам Агеев не доказал свою невиновность в нарушении п. 10.1 ПДД РФ. Этот пункт правил фактически позволяет в любой ситуации привлечь к ответственности именно водителя. «Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил», — гласит данный пункт ПДД. Суд первой инстанции, отказывая Агееву, отмечал, что в материалах дела нет данных о его скорости движения, а значит и нет достоверных данных, что он ее не превышал. Что касается непосредственно Агеева, то для него все закончилось успешно. Верховный суд не пересмотрел приговор нижестоящих судов, а лишь отменил его, направив на новое рассмотрение в Краснодарский краевой суд. В декабре прошлого года он заново рассмотрел дело автомобилиста. На этот раз судьи, согласившись с позицией ВС, полностью удовлетворили иск автомобилиста. «Взыскать с Муниципального казенного учреждения города Сочи «Управление автомобильных дорог» в пользу Агеева Николая Геннадьевича материальный ущерб, причиненный дорожно — транспортным происшествием, в размере 827 037,14 руб.; расходы по оплате услуг независимого эксперта в размере 8 000 руб.; расходы по оплате стоимости услуг по диагностике ходовой части автомобиля в размере 4 000 руб.; расходы по оплате госпошлины в размере 11 470 руб», — говорится в решении краевого суда.