40 лет назад назад на 83-м году жизни скончался Анастас Микоян – виднейший государственный деятель Советского Союза, человек-компромисс и «отец мороженого». Он проработал на высших постах более 40 лет. Его карьеру завершил Леонид Брежнев, не простивший Микояну поддержку Никиты Хрущева в октябре 1964 года.
Любил мороженое больше, чем коммунизм: как Сталин укорял Микояна
40 лет назад ушел из жизни один из руководителей советского государства, знаменитый революционер и убежденный коммунист Анастас Микоян. О нем сложили немало анекдотов и пословиц. Самая известная – «от Ильича до Ильича без инфаркта и паралича» — намекала на богатейшую карьеру политического долгожителя. Войдя во власть еще при Владимире Ленине, он занимал высокие посты в партии и правительстве до середины 1960-х, когда был заменен на члена брежневской команды Николая Подгорного на должности председателя президиума Верховного Совета. В то время этот пост был высшим в иерархии государственной власти СССР. Фактически в 1964-1965 годах Микояна можно было называть президентом страны. При этом он никогда не претендовал на реальное лидерство, давая понять это сменявшим друг друга вождям – Иосифу Сталину, Никите Хрущеву и Леониду Брежневу. Потому, наверное, и уцелел в чистках конца 1930-х и после войны. Руководители ценили в Микояне умение договариваться и политическую гибкость, о которой сложены легенды. Популярная шутка, лучше всего раскрывающая образ этого человека. Сильный дождь. Микояну нужно пробежать десяток метров от цековского подъезда до машины. — Возьмите зонтик, Анастас Иванович! — Да ничего, я между струйками. «Анастас лиса», — приговаривал шеф КГБ Владимир Семичастный в фильме «Серые волки». «Служил и нашим, и вашим», — это тоже про Микояна. И все-таки одну стратегическую ошибку, в конечном счете стоившую ему положения, мастер компромисса на свою беду допустил. В октябре 1964-го слишком явно поддерживал Хрущева, когда остальные критиковали первосека за «фатальные просчеты в руководстве страной» и по заветам Брежнева и Семичастного готовили его бесславную отставку. Разумеется, Брежнев не забыл о позиции Микояна – и расправился с ним сразу же, как сам набрал вес и представился удобный случай. В декабре 1965 года председателя президиума ВС отправили (вернее, прогнали) на пенсию как достигшего 70-летнего возраста – на фоне позднебрежневского правительства ветхих старцев официальная причина выглядела особенно смешной. Очень скоро Микоян был выведен и из политбюро, оставшись простым членом ЦК КПСС и президиума Верховного Совета. В последние годы жизни Микоян энергично работал над мемуарами. В том числе и по ним сегодня можно изучать политическую историю СССР. Свою политическую деятельность он начинал в Баку, где после Февральской революции активно вел партийно-пропагандистскую работу и избрался в местный Совет. Микоян – тот самый 27-й комиссар, уцелевший при расстреле под Красноводском. О его негативном влиянии на судьбу товарищей судачили недруги. Якобы Микоян, устроивший бегство комиссаров из города, самолично сдал их Закаспийскому временному правительству в обмен на гарантии собственной неприкосновенности. На самом же деле он избежал казни «по ошибке» — не был включен в расстрельный список, поскольку не сидел с остальными в Баиловской тюрьме, где экс-наркомвоенмор Григорий Корганов составил перечень имен для распределения продуктов. Тем не менее, байки о событиях бурной молодости Микояна ходили самые разные. Над «темной» вехой в биографии образцового партийного работника периодически подтрунивал Иосиф Сталин, демонстрировавший так свое влияние на большевика. «История о том, как были расстреляны 26 бакинских комиссаров и только один из них Микоян остался в живых, темна и запутана. И ты, Анастас, не заставляй нас распутывать эту историю», — сказал Сталин своему подчиненному вскоре после самоубийства Серго Орджоникидзе в начале 1937 года (цитата приведена по справочнику «Цитаты из русской истории» Константина Дорошенко). Сам Микоян считал подобные заявления приемами шантажа и в глубине души ненавидел «отца народов». Это подтверждает активное участие Анастаса Ивановича в мероприятиях по развенчанию культа Сталина. На протяжении долгих лет Микоян заведовал торговлей и пищевой промышленностью страны. Его вклад в развитие отрасли не подвергается сомнению – сегодня он увековечен в названии известного московского мясокомбината. В 1930-е годы Микоян ездил перенимать опыт в США, там он лично знакомился с передовыми технологиями, дегустировал колбасы, консервы и полуфабрикаты. По возвращении американские методики были воссозданы в СССР. В столице развернул работу проектный институт «Гипромясо». Особенно важными оказались заимствованные технологии заморозки продуктов. Именно тогда наладили выпуск мороженого. А вот предложение Микояна по внедрению производства домашних холодильников глава государства поначалу завернул – мол, зима в России и так длинная. «Для многих СССР — это мороженое. Единственный продукт, который не был дефицитом (по крайней мере, в городах) и который не уступал зарубежному. Возможно, потому, что на мороженое обратил особое внимание Микоян, Сталин даже укорял его, что для него изготовление хорошего мороженого важнее коммунизма», — писал Александр Уланов. Зато Сталин поощрял микояновскую инициативу по строительству современных мясокомбинатов. Без них усилия по мясозаготовке, осуществляемой с большим напряжением, зачастую были напрасными. Вождь собственноручно устроил Микояну «зеленую улицу» для возведения объектов такого рода по всей стране. В итоге интенсивное строительство развернулось уже в годы первой пятилетки. Массовое появление пищевых предприятий дало возможность перейти от кустарных промыслов к полноценной индустрии. «Уже стемнело, площадь освещали яркие фонари, горела пестрая реклама на крыше Политехнического музея: «Всем попробовать пора бы, как вкусны и нежны крабы», «А я ем повидло и джем», «Нужен вам гостинец в дом? Покупай донской залом». Это все идея Микояна, курировавшего также и внутреннюю торговлю. Он приглашал знаменитых поэтов придумывать броскую рекламу, наподобие Маяковского: «Нигде кроме, как в Моссельпроме», — вспоминал сталинский переводчик Валентин Бережков. Введение по всему Союзу так называемых рыбных дней в 1932 году – тоже работа Микояна. При нем сложилась трехчастная система стандартного обеда – первое, второе и компот.