Использовать доверенных лиц президента для дозволенной критики в его адрес и как средство обратной связи можно, только если главная цель затеи — не расстраивать хозяина.
Мандат на хулу
Первая встреча президента Путина с корпусом своих доверенных лиц на президентских выборах и предшествовавшая ей встреча доверенных лиц с чиновниками кремлевской администрации привели к созданию нового странного института обратной связи. Людям, ставшим доверенными лицами кандидата в президенты Путина (то есть, по определению, его сторонникам, а не оппонентам) поручено в некоем постоянном режиме отслеживать исполнение предвыборных обещаний главы государства. Им же пресс-секретарь президента Дмитрий Песков адресовал свой призыв конструктивно критиковать главу государства, а «не заниматься критиканством» (чем отличается критика от критиканства, знают только российские власти, время от времени использующие этот советский бессмысленный оборот речи). Песков даже позволил себе заявить, что «президент неидеален». Создать заповедник конструктивной критики Путина на базе доверенных лиц главы государства — достаточно странная затея. Политический смысл этой очередной имитации обратной связи разве что в том, чтобы лишить монополии на критику оппозицию и создать видимость того, что власть прислушивается к голосу народа. Но даже в этом качестве необязательно использовать доверенных лиц главы государства. Площадок Общественной палаты и Совета по правам человека вроде бы вполне достаточно для имитации диалога власти с гражданским обществом. При этом очевидно, что критика людей, которые фактически наняты властью «критиковать» вождя, не может быть конструктивной. А сама встреча этих людей с кремлевскими чиновниками не дает поводов усомниться в характере будущих дискуссий. Кремлевские чиновники на полном серьезе говорили о преимуществах российской демократии перед американской, об угрозе новых «оранжевых революций» на постсоветском пространстве и о том, что Россию нельзя называть «Рашкой». И уж совсем странно в контексте этой затеи с доверенными лицами звучали слова Дмитрия Пескова о связи новой конструктивной критики с массовыми уличными акциями в столице: «Как минимум в городах-миллионниках у нас появились достаточно комфортно себя чувствующие в жизни люди. Став сытыми, они захотели инвестировать в свое государство, в свою демократию, быть причастными к управлению страной, и вот здесь наше государство забуксовало, потому что государство по природе своей костное, консервативное. И люди стали недовольны, они пошли — вот, Болотная». Представить себе, что пропутинские доверенные лица на полном серьезе станут выразителями нужд антипутинских участников уличных акций, может только очень в воспаленном воображении. Впрочем, сам Песков отчасти и задал стандарты этой будущей «конструктивной» критики. По его мнению, все протестующие недовольны «чем-то маленьким: у кого-то детсадика нет, у кого-то взятки вымогают, кого-то бюрократы обижают. Вот отсюда берется недовольство. То есть государство оказывает некачественные услуги», — сказал пресс-секретарь Путина. Конструктивная критика в адрес Путина явно будет касаться частных случаев отдельного чиновничьего нерадения. Прямо как в песне к знаменитому советскому телесериалу «Следствие ведут знатоки»: «Если кто-то кое-где у нас порой честно жить не хочет...». Собственно, по такой же логике проходит новый виток «конструктивной» борьбы с коррупцией. Такая критика, кстати, позволяет президенту время от времени являть народу пиар-чудо: решать конкретный вопрос конкретного человека под телекамеры, как Путин делал неоднократно на этом посту, чаще всего в ходе телевизионных «прямых линий» с населением. В любом случае использовать доверенных лиц президента в качестве инструмента обратной связи с обществом или реальных контролеров за исполнением президентских обещаний в нынешней политической ситуации бесполезно. Они не скажут президенту всей правды и не заставят его изменить политику. Да и выдавать санкцию на критику отдельным лицам для демократического государства как-то странно.