Класс буржуа заинтересован в политических реформах в стране больше чем кто бы то ни было. Если бизнес не займется политикой, она займется им. Именно предприниматели заплатят самую высокую цену и в случае революционных потрясений, и в случае дальнейшей политической и экономической стагнации.
Партбилет для олигарха
Российский бизнес – крупный, средний, мелкий – от политики решил пока воздержаться. В то время как российские площади митингуют, отставные министры переквалифицируются в народных трибунов, а положительную оценку политическим страстям, охватившим общество, дают даже чиновники администрации президента , предприниматели застыли в ожидании. Комментируя призыв совета Московской международной валютной ассоциации (ММВА) занять четкую гражданскую позицию, все ведущие российские бизнес-объединения – РСПП, «Деловая Россия» и «Опора России» — дали понять, что выступать с политическими заявлениями не готовы. На сугубо профессиональный, а не политический характер своей деятельности сослались и опрошенные «Ведомостями» отраслевые ассоциации бизнеса. Впрочем, учитывая специфику ведения бизнеса в России, вряд ли стоит удивляться такой осторожности. То « докторов», то пожарных с налоговиками к предпринимателям любого масштаба у нас шлют и при соблюдении полнейшей лояльности к властям. А потому деловым ли людям махать флагами на Болотной или выступать с пламенными речами на Сахарова? Что-что, а правило равноудаления от политики в нулевые российский бизнес усвоил твердо. Времена «семибанкирщины», конкуренции за умы граждан на принадлежавших разным олигархам телеканалах, проведения своих депутатов по различным партийным спискам остались в «лихих 90-х». В новом тысячелетии вся политика сосредоточилась в Кремле и Белом доме, и, соответственно, вся политическая стратегия бизнеса свелась к выстраиванию как можно лучших отношений с обитателями этих теремов. Однако все это отношения сугубо личные, можно сказать, интимные. А потому ненадежные. Ушел прирученный человечек из властных верхов (ведь на первых лиц выход у единиц, основная масса довольствуется фигурами более мелкими), и порадеть некому, нужно новые каналы искать, иные отношения выстраивать. Не институциональный, а персональный лоббизм – вещь ненадежная и хлопотная. Вот и получается, что самый богатый российский класс – предприниматели – своих постоянных представителей во власти не имеет. Ни в Думе, ни тем более в исполнительной вертикали. Социальное партнерство, которое власть все время навязывает, – дорога с односторонним движением. И, по идее, в трансформации России в открытое демократическое государство (именно этого и хотят большинство участников митингов) российский бизнес заинтересован едва ли не больше всех остальных. И в упрощении правил регистрации и функционирования партий. И в конкурентных и честных выборах. И, конечно, в создании настоящей либеральной партии и в том, чтобы она была не просто представлена в парламенте, но и могла влиять на принятие значимых для бизнеса решений. Для того чтобы все это возникло, бизнес, казалось бы, должен активно идти в политику. Но не идет. Попытка Михаила Прохорова поучаствовать в трансформации кремлевского проекта «Правое дело» в нормальную партию закончилась провалом, едва начавшись. И это закономерно. При всем влиянии бизнеса на политику в 90-е годы ни навыков, ни желания заниматься нормальной, по западному образцу политической деятельностью у российского бизнеса никогда не было и нет сейчас. Есть привычка к лоббированию своих интересов. Чаще – индивидуальных, реже – групповых (как это, например, было в 3-й Госдуме , когда был создан неформальный пул нефтегазовых компаний для продвижения интересов отрасли в области законодательства). Открытая политическая деятельность – это другое. Это, прежде всего, четкое формулирование именно своих взглядов и приоритетов без оглядки как на власть, так и на массового избирателя. Пока, очевидно, российский бизнес к этому не готов. А готов он по-прежнему лишь к частным проектам – будь то попытка договориться с властями или, не афишируя своего участия, сходить на избирательный участок и проголосовать против партии власти, прогуляться на Болотную, перечислить средства на избирательную кампанию какой-то партии или на тот же митинг. Сегодня предел гражданской активности бизнеса – это Михаил Прохоров с его пионерской готовностью участвовать хоть в думских, хоть в президентских выборах. Возможно, в 90-е, когда страна только училась конкуренции во всех сферах, бизнесу было выгодно заниматься политическим шулерством. Вполне вероятно, что в тучные нулевые самым простым было просто договариваться с властью. Очень может быть, что сейчас, когда страна стряхивает с себя многолетнюю политическую апатию, осторожность и неспешность необходимы классу, которому есть что терять, чтобы осмотреться и оценить ситуацию. Но совершенно очевидно, что наступают времена, когда уже невозможно будет подменять полнокровное участие в политике примитивным лоббизмом – отраслевым ли, групповым ли, индивидуальным ли. Уже даже первые лица государства не скрывают, что страну, как и мир, впрочем, ждут очень тяжелые времена. Кого начинают доить в такой ситуации в первую очередь, подсказывать не надо. Когда в бюджете не станет хватать денег не то что на оборонные новинки, но на пенсии вполне освоившим если не Facebook, то технологию перекрытия федеральных трасс (вспомните протесты против монетизации льгот) бодрым старушкам, главными барашками на заклание будут предприниматели. И крупняк РСПП , и середняк « Деловой России », и малыши из «Опоры». Именно поэтому бизнесу уже сегодня нужно начинать думать не только профессионально, но и политически. Кричать на митингах и писать воззвания для этого вовсе не обязательно. Не только деньги, но и настоящая политика любит тишину…