За пределами родины бизнес-таланты российских предпринимателей куда-то улетучиваются. Лишенные поддержки родного государства, бизнесмены из России могут похвастаться лишь покупкой самых дорогих домов, самых больших яхт и самых крутых спортивных клубов.
Эхо рухнувших корпораций
Справедливость, передел собственности и пересмотр итогов приватизации считаются в России исключительным достоянием левых партий. А руководящее участие бюрократической руки государства в этом процессе подразумевается в обязательном порядке. Между тем экономическая история новейшего времени демонстрирует совершенно другие способы достижения справедливости и перераспределения собственности. Рыночная конкуренция, оценка потребителя — лучший инструмент решения болезни «неправедной приватизации», подхваченной Россией в 90-е и ставшей хронической в нулевые годы. То, что экономически эффективно, то и справедливо. Сообщения о мучительной борьбе за выживание корпорации Nokia , недавнего лидера рынка мобильных телефонов, читаются, как сводки о затёртой льдами, терпящей бедствие полярной экспедиции. Некогда символ технологического прогресса, компания Yahoo! словно бы попала в окружение, постоянно теснится конкурентами, меняет руководителей. Корпорация Sharp теряет треть своей стоимости , будто пережив нашествие неистового торнадо. Если дела в японской электронной промышленности и дальше пойдут так, то экспедиция по магазинной заготовке «соней» и «панасоников» спустя некоторое время сможет, пожалуй, сравниться с поисками воды в пустыне Сахара. А где гордые экономические флагманы, эмблемы которых мы можем видеть в старых, насыщенных сочными красками американских фильмах, — могущественная авиакомпания PanAm или знаменитый производитель фототехники Eastmen Kodak? Самолёты первой не взлетают уже больше двадцати лет, а вторая близка к банкротству, распродаёт патенты. Словом, одних уж нет, а другие всё больше напоминают тени самих себя в эпоху могущества. Таков результат жестоких поражений в мире экономических войн. Это плата за недальновидность и опьянение от успеха. К экономическому небытию мощные корпорации приговорил или приговаривает не политик-диктатор, не левый парламент, а обычный человек, потребитель, живущий в условиях выбора, да необычные новички, предприниматели, которые смогли этот выбор удовлетворить лучше легендарных брендов. Титаны повторили судьбу динозавров, перейдя в мир экономической археологии. Но, между прочим, занятия последней открывает и противоположные примеры. Просматривая в библиотеке подшивки московской газеты «Русские ведомости», выходившей «до исторического материализма», каждый и сегодня с каким-то тёплым, знакомым чувством сможет увидеть в предвоенном 1913 году рекламу электроламп OSRAM или автомобилей Mercedes. Да и в раннем советском государстве имя сегодняшнего завсегдатая магазинов осветительной техники оставило след: «Заменить ли горелкою Бунзена тысячевольтный «Осрам»? Что после Троцкого Фрунзе нам, после Троцкого Фрунзе — срам!». Но и сегодняшние герои не имеют страховки от поражений. Мы видим растерянный, теряющий стоимость Facebook, страдающий одышкой Apple или чувствующий всё более сильную конкуренцию Google российский «Яндекс». Это очень выгодный для потребителя конкурентный мир, в котором гении бизнеса придумывают для него продукты, разнообразя его потребности и делая для него окружающий мир дешевле и удобнее. Если посмотреть, в чём российская публика упрекает поколение «приватизаторов», то всю критику можно свести к тому, что это люди, приобретшие богатство благодаря краже, а не предпринимательским талантам: «строила страна, а досталось всё единицам». Но если это имело место при первом поколении капиталистов, то утверждение в России конкурентной экономической среды, к которой они не привыкли, в которой они не могут работать, способно изменить положение, вывести в лидеры действительно талантливых предпринимателей, устранить экономическую власть недостойных. Действительно, что-то не слышно о выдающихся экономических успехах видных российских бизнесменов на конкурентных рынках Европы и Америки. Известно лишь о том, как они тратят там деньги, покупая самый дорогой дом , самую большую яхту или самых известных футболистов. Все же их «экономические таланты» при попытках экспансии за рубеж словно забываются ими в камере хранения на российской границе. И, можно не сомневаться, приди настоящая конкуренция в Россию — история повторится. Дело, следовательно, не в первичном распределении собственности, а в изменении правил игры, установлении порядка, при котором побеждает сильнейший и нет надежды на то, что дружественные власти дадут денег , гарантируют кредит или отпишут месторождение. Жёсткая конкуренция спустя некоторое время приведёт к тому, что собственность перераспределится, активы уйдут из хватких рук в другие — предприимчивые, способные делать деньги в мире конкуренции. Этот мир, несомненно, будет честнее, справедливее сегодняшнего. Реализовать такую политику способно не левое, а либеральное государство, которое поставит своей задачей утверждение правового порядка. Это государство не только не будет вмешиваться в конкуренцию, но призовёт её на помощь — шире откроет внутренний рынок иностранным компаниям, заставив тем самым российские монополии и олигополии разоряться или конкурировать. И если их не научит история «когда-то бывших», то пусть следуют за ними. Без той же славы, но по одной дорогой.