Президент потребовал у ФСБ блокировать попытки экстремистов использовать для пропаганды социальные сети. На расширенной коллегии ведомства глава государства снова обрушился с критикой на НКО за попытки говорить от лица всего российского общества и заверил, что свобода слова не означает вседозволенности. Эксперт убежден, что президент прежде всего разъяснил сотрудникам ФСБ, как надо понимать его январский указ о противодействии кибератакам, и в ближайшее время следует ждать активизации преследований за высказывания в интернете.
Соцсети не будут раскачивать лодку
Расширенная коллегия Федеральной службы безопасности стала в четверг для президента Владимира Путин а площадкой для новой критики в адрес некоммерческих организаций и возможностей социальных сетей. Получающие финансирование из-за границы некоммерческие организации были названы «управляемыми из-за рубежа структурами», а от спецслужбы президент потребовал не пускать радикалов в соцсети. «Прямая связь экстремистских и террористических группировок очевидна. Поэтому при нейтрализации разного рода экстремистских структур нужно действовать максимально решительно. Блокировать попытки радикалов использовать для своей пропаганды возможности информационных технологий, ресурсы интернета и социальных сетей», — заявил Путин. По информации РИА «Новости», глава государства уточнил, что эффективное противодействие экстремистам требует не только тщательно спланированных спецмероприятий, но также и юридической чистоты. Президент напомнил о своем указе, опубликованном в конце января, в котором он поручил ФСБ разработать методику противодействия кибератакам. «Уже в ближайшее время нужно сформировать единую систему обнаружения, предупреждения и отражения компьютерных атак на информационные ресурсы России. Нужно решить такую задачу максимально оперативно, в короткие сроки», — сказал Путин. Глава государства также повторил один из своих излюбленных тезисов о том, что у свободы слова должны быть свои ограничения. «Конституционное право граждан на свободу слова незыблемо и неприкосновенно. Однако при этом ни у кого нет права сеять ненависть, раскачивать общество и страну и тем самым ставить под угрозу жизни, благополучие, спокойствие миллионов наших граждан», — заявил он, продолжая говорить об интернет-радикалах. Чуть позже Путин рассказал о другой угрозе стабильности в России — структурах, «управляемых и финансируемых из-за рубежа» (а именно «иностранных агентах» в том смысле, в каком они понимаются в законе о некоммерческих организациях), и вернулся к вопросу об ограниченности свободы слова. «Вместе с тем хочу подчеркнуть, ни у кого нет монополии на право говорить от имени всего российского общества, тем более у структур, управляемых и финансируемых из-за рубежа, а значит, неизбежно обслуживающих чужие интересы», — заявил Путин, высказав свое удовлетворение новым законодательством об НКО, который вызвал в свое время шквал критики со стороны правозащитников и оппозиции. «Эти законы должны быть, безусловно, исполнены», — обратился он к коллегам по ФСБ (обращение «коллеги» Путин использовал однажды, два раза обратившись к присутствующим «товарищи»). Путин отметил, что в 2012 году ФСБ предотвратила шесть терактов, пресекла деятельность 34 кадровых сотрудников и 181 агента зарубежных спецслужб, 12 из них были взяты с поличным. «Может быть, это один из главных результатов вашей работы», — резюмировал президент. Главную угрозу Путин видит не только в раскачивании общества, но и в саботаже проекта евразийской интеграции, на который он, вернувшись в Кремль, делает основной упор во внешнеполитической стратегии. %Никакими окриками, одергиваниями интеграционные процессы на евразийском пространстве остановлены быть не могут, объявил Путин. Запад же, уверен глава государства, хочет затормозить интеграционную работу, используя «самые разные инструменты давления, включая механизмы так называемой мягкой силы. ФСБ, заявил Путин, должна действовать в тесном контакте с коллегами и партнерами из Белоруссии, Казахстана и других стран, которые участвуют в тех или иных интеграционных процессах. Президента поддержал и глава ФСБ Александр Бортников , объявивший коллегам, что «в минувшем году усилилось геополитическое давление на Россию со стороны США и их союзников, которые по-прежнему рассматривают наше государство как одного из главных соперников на международной арене». Путин на коллегии ФСБ разъяснил смысл январского указа о противодействии кибератакам, говорит правовой аналитик ассоциации «Агора» Дамир Гайнутдинов. «Тогда все воодушевились, что появится возможность требовать расследований за DDoS-атаки. А сегодня выступил Путин, который определил направление, в котором этот указ должен применяться, — для обеспечения стабильности и порядка», — отмечает эксперт. Он обращает внимание на то, что глава государства приравнял террористов к радикалам. «Например, он ставит на один уровень экстремистов, хотя никто не знает, кто это такие, и террористов. То есть у нас террористы вполне могут быть приравнены к белоленточникам с этой точки зрения», — рассуждает Гайнутдинов. Он убежден, что обращение президента к сотрудникам ФСБ необходимо рассматривать как четкое указание дальнейших действий. «Будет активизировано преследование в интернете: уголовные дела, профилактика, вызов на беседы. В принципе, то, что давно применяется. Все механизмы уже есть, они буду активнее использоваться», — предполагает эксперт. Он добавляет, что следует ожидать выделения дополнительного финансирования для контроля за интернетом. Помимо высказываний об экстремизме и терроризме в соцсетях Путин затронул на коллегии ФСБ и вопросы свободы слова и раскола в обществе. «Конституционное право граждан на свободу слова незыблемо и неприкосновенно, однако при этом ни у кого нет права сеять ненависть, раскачивать общество и страну и тем самым ставить под угрозу жизнь, благополучие, спокойствие миллионов наших граждан», — заявил президент. «Газета.Ru» поинтересовалась у экспертов, обычно поддерживающих позицию власти, какие именно конкретные события мог иметь в виду Путин, говоря о расколе в обществе. Известный журналист Сергей Доренко сказал «Газете.Ru», что Путин, вероятно, имел в виду не столько чьи-то конкретные действия последнего времени, сколько хотел таким образом еще раз артикулировать тезис о недопустимости революционных потрясений: «Путин говорит, что он хочет сохранить и корректировать эту систему, но боится деструкции. Как человек, переживший трагедии 1991 и 1993 года, он говорит, что со страной надо быть аккуратным, он несет блюдце и не хочет расплескать воду». Другие провластно настроенные эксперты считают, что раскол в обществе в последний год провоцировали в основном журналисты некорректным освещением событий, впрочем, упоминая, что расколу способствовали и некоторые действия Госдумы и оппозиции. Телеведущий, член Общественной палаты Максим Шевченко считает, что за последний год общество раскололось из-за того, что «некоторые средства массовой информации сознательно разжигали межнациональную рознь между регионами России тем, например, как освещали «дагестанскую свадьбу» в Москве». «Ничего не было доказано про тех ребят, что они стреляли, что это вообще было, но оскорбления, которым подвергались кавказцы при освещении этой темы даже в самых респектабельных изданиях, были чудовищными. Это была сознательная акция части элит, которые стоят за этими СМИ, по расколу общества. Но я считаю, что раскол общества — это нормальная ситуация. Я не считаю, что все общество должно маршировать, я не поклонник идей чучхе. Я считаю, что раскол общества — это разные мнения, — сказал «Газете.Ru» Шевченко. — Важно, чтобы, раскалываясь, общество оставалось обществом. А если возникают два общества, которые друг с другом не соприкасаются, таким образом возникает повод для революции. Так же, по мнению Шевченко, в какой-то мере раскол в обществе вызвал закон о запрете пропаганды гомосексуализма. «Потому что он антизападный закон по своей сути, но явно выводит Россию из семьи так называемых цивилизованных народов; часть элиты высказывала противоположное мнение. Я следил за СМИ либерально-западнической направленности, причем профессиональными, качественными, интересными мне, как журналисту: они высказывали там противоположную точку зрения, но я не вижу проблемы в расколе». Член Общественной палаты, проректор РЭУ им. Плеханова Сергей Марков считает, что раскол в обществе провоцировала «кампания против православной церкви », развязанная журналистами во время процесса над Pussy Riot, и действия оппозиции, «попытавшейся реализовать «оранжевый» сценарий». Я думаю, что раскол в общество внесли не события, а пропагандистская кампания, организованная СМИ против православной церкви в ходе процесса над Pussy Riot. Эти девочки — бедные дурочки, которые оказались просто использованы мощными политическими силами, ставившими целью дискредитировать РПЦ и снизить ее влияние в российском обществе… Также я думаю, что в какой-то мере общество раскалывает поддержка попыток «цветной революции» некоторыми политическими силами. Третий момент — это поток аморалки и криминала на российских телеканалах. Я думаю, что это даже главная причина выступления Путина. Куда ни приеду — главный вопрос: когда прикроют поток аморалки на ТВ, я сам говорил об этом Путину», — сказал Марков.