С 1 января 2018 года вводится обязательное лицензирование кремневого оружия, которое, в основном, используют исторические реконструкторы. Логика, которой руководствуются инициаторы лицензирования, простая: если из оружия можно выстрелить холостыми патронами, то можно и боевыми, а конструкция мушкетов и аркебузов нередко такова, что урон от них будет страшнее, чем от очереди из автомата Калашникова.
Наполеон, предъявите вашу лицензию
В этом году оперативные сотрудники ФСБ совместно со специалистами лицензионно-разрешительных отделов Росгвардии начали работу над новой базой данных. Речь идет о владельцах кремневого оружия, которых с 1 января 2018 года обяжут получать такую же лицензию, что и собственников боевых пистолетов, ружей или винтовок. До недавнего времени историческое огнестрельное оружие воспринималось как не представляющее серьезной угрозы. Заряжать кремневое, оно же дульнозарядное, оружие — долгий и трудоемкий процесс. Сначала надо засыпать порох в ствол, потом забить шомполом пыж, далее туда помещается пуля — часто при помощи деревянного молотка. При этом выстрел опасен был не только для мишени, поскольку наносил огромный урон при ранении, но и, порой, для самого стрелка, если ствол разрывался при выстреле. Пристальное внимание силовиков этот вопрос привлек после нескольких инцидентов. 22 февраля этого года реконструктор Владимир Масюк был остановлен экипажем ГИБДД на 94-м километре МКАД. При досмотре автомобиля полицейские обнаружили в багажнике у молодого человека винтовку. Объяснения Масюка о том, что он занимается патриотической реконструкцией и это не оружие во всеобщем понимании, во внимание приняты не были. Оружие было изъято и направлено на экспертизу в национальную ассоциацию оружейных экспертов как «мушкет с фитильным замком». Эксперты пришли к весьма неприятным для Масюка выводам. Оружие не может быть коллекционным — просто потому, что было изготовлено в современных условиях кустарным способом, изображая ружья XVII века только внешне. Де-факто, именно такого типа оружия не существовало. Иными словами, огнестрельное оружие было изготовлено по самолично составленным чертежам. Сам Масюк заявлял, что оружие является частью его исторического костюма стрельца XVII века и пули для стрельбы уже не производятся, а значит, ему просто нечем будет совершить выстрел. Впрочем, с точки зрения полицейских, ссылка на увлечение реконструкцией теоретически могла быть прикрытием для изготовления боевых винтовок. Более того, поскольку винтовка делалась по современным технологиям и не является даже копией антикварного оружия, то теоретически может использоваться и для серийного производства. В результате в отношении Владимира Масюка возбудили уголовное дело по ч.1 ст.222 УК РФ («Незаконные приобретение, передача, сбыт, хранение, перевозка или ношение оружия, его основных частей, боеприпасов»). Огнестрельные раритеты использовались не только для участия в реконструкции исторических сражений. В апреле 2015 года в Батайске Ростовской области врач Николай Кузьменко выстрелил в спину 69-летней Татьяне Скачковой, убиравшей снег. Как рассказала после оперативникам раненая женщина, Кузьменко не понравился ее внешний вид (она, как и положено дворникам, надела оранжевый жилет). После задержания выяснилось, что Кузьменко ранее убил как минимум одного человека: за пару месяцев до выстрела в Скачкову он смертельно ранил бездомного, который жил в коробке рядом с продуктовым магазином. Когда следственно-оперативная группа провела у Кузьменко обыск, то в том числе обнаружила французский дуэльный кремниевый пистолет Le Page (из подобного, например, стрелялся Пушкин на роковой дуэли с Дантесом). Кузьменко приговорили к 23 годам лишения свободы. Пик продаж кремневого оружия пришелся на 2015-2017 годы в связи повышением интереса к реконструкциям и подъемом патриотических настроений в обществе. Представители военно-исторических клубов считают, что текущая редакция закона о лицензировании кремневого оружия либо превратит движение в клоунаду, либо сведет на нет историческую достоверность реконструкции битв, например, под Бородино. «В той редакции закона, что я читал, запрещены даже холостые выстрелы. Возникает вопрос — а зачем тогда вообще нужно оружие, имитирующее огнестрельное? Возможен, конечно, вариант, что перед каждой реконструкцией Бородинской битвы мы будем обращаться за специальной лицензией, чтобы нам разрешили холостые выстрелы — в нашей истории были подобные прецеденты. Когда, это решение отменили, выяснилось, что хуже никому не стало. Вдобавок лицензирование — это деньги, мы не знаем пока какие, но выплачивать их пока никто из реконструкторов желанием не горит», — рассказал «Газете.Ru» руководитель ВИК «33-й полк линейной пехоты Императора Наполеона Первого» Дмитрий Сапранов. Ситуация осложняется тем, что точный учет кремневого оружия в стране не ведется, а многие мушкеты или аркебузы и вовсе находятся в «серой» зоне и были изготовлены кустарно. В качестве альтернативы реконструкторы предлагают использовать зарубежный опыт. «В качестве примера интересного подхода могу привести Норвегию. Там для реконструкции используют настоящее оружие прошлых эпох, которое неплохо сохранилось и дошло до наших дней. Однако там очень жесткий контроль в отношении самих участников реконструкций, вплоть до проверки, находится ли человек в состоянии алкогольного опьянения. Это, пожалуй, более эффективно, чем запрет», — сообщил «Газете.Ru» идеолог фестиваля исторической реконструкции «Времена и Эпохи» Алексей Овчаренко. «Газета.Ru» отправила запрос в Росгвардию, однако к моменту публикации материала ведомство не предоставило свой комментарий.