Новая московская галерея под названием «Ар-деко» открыла свою премьерную выставку, именуемую «Образы ар-деко». Экспозиция наглядно демонстрирует, что в осмыслении упомянутого художественного стиля продолжается неразбериха – когда искренняя, а когда и намеренная.
В огороде ар-деко
Термин «ар-деко», что и говорить, весьма звучен и популярен. Многим нравится за элегантность. Отсюда естественное желание распространить его как можно шире. Подобная практика, что тоже естественно, наталкивается на брюзжание специалистов, которые крайне не любят профанации своего предмета. Например, словосочетание «ар-деко в России» отдельных искусствоведов приводит в тихую ярость, поскольку противоречит их убежденности, что в России ничего такого не было и быть не могло. Позиция вполне объяснимая. Само понятие art déco появилось в 1925 году, после Международной выставки современных декоративных и промышленных искусств в Париже. В ту пору, кстати, оно не прижилось: в 20-е – 30-е годы пользовались другими формулировками. И лишь спустя лет сорок этот термин стал общепризнанным для обозначения определенных стилевых тенденций в эпоху между двумя мировыми войнами. Теперь вспомните, что происходило в тот период с искусством у нас в стране – и многие вопросы разрешатся сами собой. Правда, все равно останутся неясности с хронологическими рамками явления, с искусством русской эмиграции, с применимостью термина «ар-деко» к тем или иным сферам и т. п. Вся эта преамбула лишь намек на то, что путаницы как хватало раньше, так и хватает по сей день. Отделить смелые гипотезы от добросовестных заблуждений или злостных передергиваний не так-то просто. Казалось бы, ну и что? Как выражаются сами искусствоведы, «наука у нас неточная и неестественная». Вот и плюнуть бы на эту науку и просто любоваться всяческой красотой... Только вряд ли выйдет что-нибудь путное. Людей с абсолютным ощущением изобразительного искусства, не требующим комментариев и толкований, даже меньше, нежели с абсолютным слухом. Всем остальным необходимы опорные точки. И чем эти точки надежнее, тем адекватнее зрительское восприятие. Собственно, по данной причине и вызывает экспозиция «Образы ар-деко» легкое недоумение. Оно могло бы даже оказаться тяжелым, если бы речь шла о музейной выставке с таким названием. А тут все-таки частная галерея с несколько стихийным набором авторов и коллекционеров, так что многое извинительно. Но не все, конечно. Даже если погасить внутри себя очаги занудства и педантизма, нарекания останутся. Каким, спрашивается, боком относятся к стилю ар-деко живописный фовистский букет Кеса ван Донгена, литография «Энтузиасты труда» Юрия Пименова или, хлеще того, современная стилизованная статуэтка? И как быть с плакатами Альфонса Мухи, про которого всегда было известно, что он «видный представитель искусства стиля модерн»? А Борис Кустодиев отчего угодил в эту компанию? Словом, в огороде полнейшая бузина. Однако можно вычислить, почему вдруг она расцвела. Дело в том, что галерея «Ар-деко» (она располагается в бизнес-центре «Арт-Плаза» на Лужнецкой набережной) ориентирована на круг собирателей, в центре которого обнаруживается фигура Мкртича Окрояна. Он действительно очень достойный и важный коллекционер скульптуры в духе ар-деко, причем самого настоящего ар-деко, без натяжек. Ряд подобных статуэток из бронзы или слоновой кости на мраморных постаментах фигурирует в экспозиции. В основном это работы Дмитрия Чипаруса и Пьера Лореля, вдохновленные «Русскими балетами» Сергея Дягилева. Очень эффектные, характерные и более чем уместные произведения. Дягилевская антреприза действительно была одним из источников, породивших в Европе и Америке «декоративный стиль». Но отнюдь не единственным. Скажем, ничуть не меньшую роль сыграло обнаружение гробницы Тутанхамона или запуск в серию новой модели «Крайслера». И в этом пункте, похоже, у галереи случился какой-то системный сбой. К статуэткам Чипаруса и Лореля начали подтягивать что угодно, дабы создать контекст. Пригодились и неоакадемист Александр Яковлев , и «мирискусник» Александр Бенуа , и авангардистка Наталия Гончарова , и салонный живописец Савелий Сорин. В качестве особого перла возникло полотно Глеба Савинова «Спортсменка» 1974 года, написанное по рецептам левого крыла Союза советских художников... Понятное дело, если вы попросите устроителей расшифровать, что бы это все значило, они выведут такую генеалогию для каждого опуса, что в вашей голове понятие «ар-деко» расширится до размеров галактики. Более того, именно это и планируется делать: недавно созданный Институт русской живописи проведет на базе экспозиции серию просветительских лекций. Но вообще-то тематические выставки, претендующие на показ какого-либо художественного явления, должны бы говорить сами за себя. Сеансы гипноза – факультативно.