Суд продлил сроки содержания под стражей очередным фигурантам «болотного дела». Денис Луцкевич и Артем Савелов пробудут за решеткой минимум до 6 марта. Луцкевичу не помогло наличие явных противоречий в показаниях потерпевшего омоновца и многочисленные положительные характеристики, Савелова не спасло поручительство замглавреда «Новой газеты» и готовность предоставить денежный залог.
В СИЗО без противоречий
В пятницу продолжились суды по мере пресечения в отношении фигурантов «болотного дела». На этот раз в Басманный суд привезли бывшего морского пехотинца Дениса Луцкевича и бывшего работника метрополитена Артема Савелова. У обоих срок содержания под стражей истекал 6 ноября, и следствие настаивало, чтобы и Савелов, и Луцкевич остались в СИЗО до 6 марта. Заседание проходило в зале судьи Артура Карпов а. Первым туда завели Дениса Луцкевича. Он обвиняется по ч. 2 ст. 212 УК (участие в массовых беспорядках) и ч. 1 ст. 318 (применение насилия в отношении представителя власти). Разъяснив обвиняемому его права, Карпов предоставил слово следователю, который зачитал свое ходатайство с уже известным набором процессуальных штампов. По мнению следователя, Луцкевич должен оставаться под стражей, поскольку по делу еще не закончены все процессуальные мероприятия. Луцкевич, убежден следователь, должен оставаться за решеткой, потому что обвиняется в тяжком преступлении, которое предполагает наказание свыше двух лет колонии, и может скрыться от суда и следствия, оказать давление на потерпевших и свидетелей и заставить тех дать ложные показания. Адвокат Луцкевича Дмитрий Динзе , сотрудничающий с правозащитной ассоциацией «Агора», выступил категорически против ходатайства следователя. Возражая, он представил более 10 положительных характеристик Луцкевича — из гимназий, ЖЭКов по бывшем и нынешним местам проживания, из войсковой части, а также заявление Союза военных моряков, поддержавших обвиняемого, и даже комплиментарное письмо от двух участковых. Всего этого, по мнению Динзе, вполне хватает для того, чтобы позволить Луцкевичу находится на свободе. Но дело, как давал понять адвокат, не только в положительной оценки личности подзащитного, но еще и недостаточной убедительности доводов следствия и обвинения, которые настаивают на самой жесткой мере пресечения. Динзе напомнил, что Луцкевич был задержал на митинге 6 мая и доставлен в отделение полиции. Там составили протокол задержания и передали в суд дело в порядке административного производства. Но суд, найдя ошибки в поступивших из полиции документах и признаки их фальсификации, вернул их назад в отделение. Через какое-то время административное дело в отношении Луцкевича было прекращено. Проблемы, которые возникли у правоохранительных органов с привлечением Луцкевича к административной ответственности, свидетельствуют о несостоятельности обвинения по делу о массовых беспорядках. Кроме того, подчеркнул Динзе, это обстоятельство прямо указывает на то, что Луцкевич был задержан с нарушением закона. Объясняя, почему Луцкевич должен быть на свободе, адвокат указал на явные противоречия в показаниях потерпевшего — бойца ОМОНа Дениса Троерина, которого якобы избил обвиняемый. В материале ноябрьского номера журнала Esquire «Каска со счастливым концом», который был согласован с пресс-службой ГУ МВД по Москве, Троерин однозначно заявил, что не помнит нападавших. «И здесь — резко, неожиданно — меня затаскивают в толпу, снимают «джетту» (защитная каска. — «Газета.Ru»). Кто снимал — не помню: толпа... Я так сейчас вспоминаю, что вроде один человек с меня шлем сорвал — кажется, выше меня ростом», — заявил Троерин. На допросе 22 мая Троерин, напротив, досконально описал внешность Луцкевича. «Данный человек выглядел следующим образом: на вид примерно 23—25 лет, спортивного телосложения, рост я его не помню. Каких-либо особых примет в виде татуировок, шрамов я на нем не заметил. Лицо овальное, волосы темные, короткие, растительности на его лице не было. Нос прямой, основание приподнятое; глаза карие, брови густые, сросшиеся. Уши слегка оттопыренные», — подчеркнул боец ОМОНа, вокруг показаний которого, по сути, выстраивается все обвинение по делу Луцкевича. Сам Луцкевич, отметил Динзе в суде, направил в Следственный комитет заявление с требованием возбудить уголовное дело в отношении Троерина по ст. 306 (заведомо ложный донос) и ст. 307 (заведомо ложные показания) УК РФ. По словам Динзе, у сотрудников полиции был умысел привлечь Луцкевича к уголовной ответственности. В подтверждение своих слов адвокат представил фотографии после задержания на акции 6 мая, сделанные в отделении полиции: на снимках видны следы от ударов. Кроме того, защитник предоставил суду заключение врача, согласно которому Луцкевич нуждается в «создании лечебно-охранительного режима», а «также подборе индивидуального питьевого и пищевого режима» — такие благоприятные условия жизни, которые необходимы для предотвращения осложнений, возможны только вне стен следственного изолятора. В заключение Динзе раскритиковал следствие за волокиту и пассивность. Срок содержания под стражей, который запросило следствие, явно не соответствует количеству и интенсивности следственных действий. Динзе попросил судью Карпова выпустить Луцкевича под залог, который будет предоставлен в виде квартиры. При таком объеме мероприятий Луцкевич может без потерь для расследования быть на свободе, тем более что живет он в Москве и никуда скрываться не собирается, заключил адвокат. Доводы Динзе, впрочем, Карпова не убедили. Он в итоге полностью удовлетворил ходатайство следователя. После окончания заседания следователь потонул в неодобрительном улюлюканье группы поддержки Луцкевича. «Это вам аукнется. Вы хотите сгноить в тюрьме молодых людей, которые ни в чем не виноваты. Вы будете гореть в аду!» — кричали с разных сторон. В это время на Луцкевича надевали наручники. Его вывели из зала под аплодисменты. На следующее заседание — по Артему Савелову — группу поддержки, состоящую из оппозиционеров, не пустили, а у представителей прессы проверили удостоверения. Савелов проходит по тем же статьям, что и отправившийся до него в СИЗО Луцкевич. Прежде чем начать зачитывать ходатайство о продлении меры пресечения, следователь попросил у судьи признать технической ошибкой «одну из фраз» в документе. Оказалось, что вместо Артема Савелова в ходатайстве был записан Ярослав Белоусов. Судья принял во внимание уточнение и попросил зачитывать ходатайство. Оно ничем не отличалось по форме от того, что было зачитано на заседании по Луцкевичу. Адвокат Савелова Фарит Муртазин, так же как и Динзе, представляющий «Агору», попросил суд учесть заболевание подзащитного — заикание. «Обращаю внимание также на то, что в ИВС № 1 на Петровке, куда Савелов был доставлен после задержания, на него оказывалось психологическое давление, из-за чего у него начались проблемы с сердцем», — отметил Муртазин. При этом обследования Савелова в СИЗО проведено не было. Несмотря на просьбы адвоката и самого Савелова, медики следственного изолятора за два последних месяца так и смогли проверить состояние сердца обвиняемого. Муртазин попросил выпустить Савелова под залог в 540 тыс. рублей. Деньги уже лежат на счету, который отец Савелова специально открыл для перевода. В поддержку Савелова выступил заместитель главного редактора «Новой газеты» Сергей Соколов. Он выступил в качестве поручителя Савелова. Карпов, тем не менее, был непреклонен. Как и в случае с Луцкевичем, а также во время прошлых судов по мере пресечения, он постановил оставить обвиняемого под стражей. Савелов пробудет в СИЗО до 6 марта.