Десять лет назад при заходе на посадку в Перми потерпел крушение Boeing 737. Погибли шесть членов экипажа и 82 пассажира, в том числе командующий федеральными войсками во время Чеченской войны генерал Геннадий Трошев и функционеры Всероссийской федерации самбо. Причиной катастрофы был назван человеческий фактор.
«Капитан пьян»: 10 лет катастрофе самолета в Перми 
Десять лет назад при заходе на посадку потерпел крушение Boeing 737, выполнявший регулярный рейс SU821 по маршруту Москва – Пермь. Катастрофа стала одной из крупнейших в истории отечественной авиации. Погибли шесть членов экипажа и 82 пассажира, в том числе 22 гражданина десяти зарубежных стран. В списке жертв оказался один из самых известных военных России, бывший командующий Объединенной группировкой федеральных сил в Чечне Геннадий Трошев. Генерал совершал вояж в Краснокамск на турнир по самбо имени Василия Шваи. Также ему предстояло открыть спортивную школу в региональной столице. Пятеро человек опоздали на посадку и были отправлены в Пермь поездом. После проведенного расследования Международному авиационному комитету ( МАК ) удалось установить все обстоятельства произошедшего. Причиной падения авиалайнера были названы ошибки пилотирования экипажем. К крушению привели «отсутствие взаимодействия в экипаже и недостатки всей системы его подготовки к полетам» — такую информацию предоставил 30 октября 2008 года глава Росавиации Геннадий Курзенков. Уголовное дело было прекращено в 2012-м в связи со смертью подозреваемого. Boeing вылетел из аэропорта «Шереметьево» в 1 час 12 минут 14 сентября по московскому времени. Управление воздушным судном осуществляли 34-летний командир Родион Медведев и 43-летний второй пилот Рустам Алабердин. Полет проходил в штатном режиме, что подтверждает расшифровка «черных ящиков». Через три с половиной часа экипаж приступил к снижению в условиях плохой видимости. В районе аэропорта шел дождь. Сложности начались после того, как диспетчер изменил схему захода рейса SU821 на посадку с целью предоставить возможность взлета другому самолету, направлявшемуся в Германию. Впоследствии МАК пришел к выводу, что это могло дезориентировать Родионова и Алабердина, а также повысить уровень их психо-эмоционального напряжения. Судя по стенограмме общения пилотов, экипаж занервничал и несколько раз принял неверные решения. Активное участие в управлении в эти минуты принимал второй пилот. Он, в частности, исправил действие своего командира, при одном из маневров повернувшего штурвал в неправильную сторону. Напротив, в работе Медведева угадывалась растерянность. Взаимодействия летчиков сопровождались ненормативной лексикой. Однако, несмотря на явные трудности, в переговорах с диспетчером они отмели подозрения в наличии проблем. Капитан и второй пилот осознали неминуемость катастрофы за несколько секунд до падения. Авиалайнер совершил переворот через левое крыло, в 05:09 вошел в интенсивное снижение, задел деревья и на скорости 467 км/ч врезался в землю в 11 км от пункта назначения. Первое крушение Boeing 737 на территории России произошло в городской черте Перми в нескольких десятках метров от жилых домов Индустриального района. Обломки самолета разрушили участок полотна железной дороги и на весь день парализовали движение поездов. Комиссия МАК выяснила, что Медведев и Алабердин вышли из отпуска только 11 сентября и еще не успели набрать необходимую форму. Это представляло определенный риск в условиях ночного полета. Кроме того, имелись основания подозревать экипаж в усталости. За трое предшествовавших трагедии суток командир выполнил шесть рейсов. В своем отчете члены комиссии обратили внимание на странную СМС, отправленную одной из пассажирок с борта самолета незадолго до вылета. В переписке со своим знакомым женщина выражала обеспокоенность состоянием капитана корабля, голос которого производил впечатление «совершенно пьяного человека». Судебно-медицинская экспертиза останков действительно показала содержание алкоголя в организме Медведева. Информацию о пьянстве или болезни Медведева категорически опроверг в феврале 2009 года советник главы Росавиации Владимир Черток. По его словам, остатки алкоголя в организме пилота могли свидетельствовать об употреблении «стакана кефира или полстакана виноградного сока». В то же время Черток подтвердил, что незадолго до катастрофы у капитана родилась дочь. Недостаточный профессионализм и усталость пилота, потерявшего из-за непривычных приборов пространственную ориентировку при заходе на посадку без автопилота, — так комиссия МАК сформулировала причины случившегося. «Причина установлена однозначно. Никаких замечаний, особых мнений нет», — подчеркивала председатель МАК Татьяна Анодина. Хотя выводы комиссии получились вполне прозрачными, «в народе» сразу же появились альтернативные версии катастрофы. Наиболее популярной была гипотеза о спланированной диверсии на борту с целью устранения генерала Трошева. Среди возможных причин называли предельно откровенный характер его мемуаров «Моя война. Чеченский дневник окопного генерала». Высокопоставленный военный преждевременно вышел из отпуска, чтобы принять участие в мероприятиях Всероссийской федерации самбо (ВФС), членом попечительского совета которой он являлся. Вместе с Трошевым летел первый вице-президент ВФС Владимир Погодин. Еще один функционер организации высокого ранга, директор школы «Самбо-70» Ринат Лайшев отказался от поездки в последний момент из-за травмы. Спецслужбы отрабатывали версию о теракте, однако после исследования места ЧП взрывотехниками она не подтвердилась. Оба двигателя работали вплоть до столкновения с землей. Руководители выполнявшей рейс авиакомпании избежали уголовного преследования. Их вины в ЧП не нашли. В то же время на полтора года колонии-поселения был осужден милиционер Константин Плешивых. Он был признан виновным в краже ювелирных изделий и денег из багажа погибших.