Спутницы художников всегда остаются в тени своих знаменитых мужей, зачастую жертвуя не только собственным делом, но и всей жизнью. В Музее русского импрессионизма открылась выставка с коротким, но емким названием «Жены». В центре экспозиции — музы, которые изменили гениев.
Жены художников: сами выбирали, не жалуйтесь
В московском Музее русского импрессионизма открылась необычная выставка «Жены». В центре экспозиции — спутницы великих художников. Они работали ангелами и музами — вдохновляли, поддерживали, растворялись в мужьях или шли своим путем. Некоторых из них бросали в одиночестве и меняли на других, с иными жили до самой смерти. «Выставка охватывает период самых революционных, резких поворотов в истории русского искусства. Среди представленных героинь были как те, которые остались в истории только благодаря портрету мужа, так и те, кто вписал свое имя в историю самостоятельно. Такие, как певица Надежда Забела-Врубель , балетмейстер и лауреат Сталинской премии Надежда Надеждина (жена живописца и графика Владимира Лебедева ) или советская шпионка Маргарита Коненкова. Всем им, прославленным или забытым, и посвящается наша выставка», — сказала на открытии директор Музея русского импрессионизма Юлия Петрова. В выставочном пространстве — более 40 портретов жен. В списке мужей — Илья Репин , Михаил Врубель , Константин Коровин , Валентин Серов , Борис Кустодиев , Игорь Грабарь , Петр Кончаловский , Борис Григорьев , Кузьма Петров-Водкин, Александр Дейнека , Роберт Фальк , Константин Юон , Сергей Судейкин , Юрий Пименов и другие художники. «Газета.Ru» рассказывает о семи ярких и неординарных женщинах своей эпохи. Кустодиев. Портреты жены с дочерью Ириной Жена художника Кустодиева Юлия Прошинская отличалась от пышнотелых красавиц-купчих, которых любил изображать ее муж. Хрупкая, утонченная, изящная — сам Кустодиев трогательно любил свою жену, писал многочисленные ее портреты и считал, что вытянул «счастливый билет». Когда в 1916 году у художника диагностировали опухоль спинного мозга, жена стала не только другом и музой, но и верной сиделкой. Тогда же ей — выпускнице Смольного института, — пришлось принять мужественное решение. «Руки оставьте, руки! Художник – без рук! Он жить не сможет…», — настояла Прошинская во время операции. Следующие 15 лет Кустодиев проведет в инвалидном кресле, но это не помешает ему написать самые яркие и зрелые работы. «Сколько любви, преданности, какое чувство долга нужно было для того, чтобы пятнадцать с половиной лет отдать помощи и душевной поддержке тяжелобольного мужа! И никогда ни слова недовольства, ни намека на усталость. Верный друг, нежная мать и хозяйка, она была женщиной необычайной душевной чистоты и удивительной доверчивости. Все тяготы жизни, все заботы по дому и семье лежали на ней одной. Да, отец, не ошибся в выборе спутницы жизни, она была достойна его. Я хочу, чтобы все это знали, ибо без ее повседневной помощи и ухода он не мог бы жить, не мог бы работать!» — вспоминала позднее дочь художника Ирина. Репин. Портрет Нордман-Северовой Со второй женой Натальей Нордман-Северовой Илья Репин прожил 15 лет в гражданском браке. Она была не только музой и хозяйкой дома с башней и стеклянной крышей в куоккальских «Пенатах», но, прежде всего, — писательницей и революционеркой. Спутница автора «Бурлаков на Волге» и крестница Александра II знала 6 языков, увлекалась фотографией, танцами и театром, боролась за права женщин, ратовала за 8-часовой рабочий день, пожимала руку швейцарам в гостиницах и поздравляла с праздниками лакеев. Она читала лекции о брачных контрактах и полагала, что муж должен выделять жене за каждые роды тысячу рублей. В репинском доме обедали за одним столом с прислугой, кроме того, было принято самообслуживание, о чем гостям сообщалось на специальных табличках: «Прислуга — позор человечества», «Не ждите прислуги — ее нет», «Сами снимайте пальто и калоши». Наталья была вегетарианкой, поэтому супы в семье готовили из сена, а бифштексы — из брюквы. В 1911 году писательница выпустила «Поваренную книгу для голодающих» с пометкой «Посвящается пресыщенным», в которой опубликовала рецепты жаркого из морковного зайца, котлет из картофельной шелухи, кофе из свеклы и печенья из подорожника с добавлением миндаля и ванили. Зимой Нордман-Северова — защитница животных — вместо шубы носила тонкое пальто, утепляя подкладку сосновыми опилками. Окружающие часто не понимали Нордман-Северову — философ Василий Розанов и вовсе называл писательницу «женщиной-пылесосом», утверждая, что она «поглотила Репина целиком». Последний, кстати, души не чаял в жене и написал множество ее портретов. «Ни с кого Репин не писал так много и часто, как с нее», — вспоминал художник Игорь Грабарь. В конце жизни отношения между художником и его музой стали напряженными. Весной 1914-го Нордман-Северова уехала на лечение в Швейцарию, где в июне, отказавшись от финансовой помощи Репина и его друзей, умерла в больнице для бедных. После смерти женщины художник изменил образ жизни — порядки, заведенные в доме, и вегетарианство остались в прошлом. Грабарь. Васильки На групповом портрете 1914 года знаменитый советский художник, будущий академик и директор Третьяковской галереи Игорь Грабарь изобразил сразу двух своих жен — Валентину Мещерину и ее сестру Марию. С Валентиной художник познакомился в подмосковной усадьбе Дугино — родовом имении Мещериных, где он часто гостил у своего друга, художника Николая Мещерина. Валентина была племянницей Николая. Как только девушке исполнилось 20 лет, Грабарь женился на ней. «Дорогая моя мамочка, могу тебе сообщить весьма необыкновенную и даже просто невероятную новость: я женюсь! Чудесная девушка, очень славная, добрая, умная и талантливая, и любит меня очень, как и я ее. На Красной горке обвенчаемся здесь, в Дугине, т. е. в церкви соседнего села», — писал Грабарь в одном из писем к матери. В браке родились двое детей — дочь Ольга и сын Мстислав. Через несколько лет после рождения сына Валентина ушла из семьи — детей воспитала ее сестра Мария. Ионин. Женщина в красном После Революции отношение к женщине изменилось не только в обществе, но и в живописи. Художник Николай Ионин — ученик Петрова-Водкина — был одним из тех, кто создавал образ новой советской женщины — символа эпохи. Яркий тому пример — «Женщина в красном». На место изысканности, мехов, шляпок и утонченности пришли независимость, равноправие и грубоватость. Физкультурницы, ударницы и спортсменки сменили дам. Позировала Ионину его жена — Екатерина Самохвалова-Ионина, сестра известного советского художника Александра Самохвалова. Петров-Водкин. Портрет жены Кузьму Петрова-Водкина и его жену связывали более 30 лет трогательных отношений. Художник познакомился с будущей супругой Марией-Жозефиной в окрестностях Парижа. «Я нашел свою Эвридику!» — писал он в одном из писем. Художник был так очарован дочерью хозяйки пансиона, что попросил разрешения написать ее портрет (именно он представлен в экспозиции). А через некоторое время здесь же Петров-Водкин сделал Маре предложение. И не ошибся — жена стала его верной спутницей и музой на всю жизнь. После его смерти она издала книгу воспоминаний «Мой великий русский муж». Фальк. Лиза на солнце Со своей первой женой Елизаветой Сергеевной Потехиной Роберт Фальк познакомился в Московском училище живописи, ваяния и зодчества. Потехина происходила из старинного дворянского рода. Родители с обеих сторон не одобряли брак, но молодые люди пошли против их воли. Перед венчанием Фальк крестился и принял имя Роман (правда, после Революции он снова вернул свое прежнее имя). В браке родился сын Валерий — всего пара была вместе 11 лет. Елизавета Потехина часто позировала для многочисленных портретов мужа. Еще один идеал женщины эпохи социализма глазами Александра Дейнеки. Строгая, сильная и решительная, она наравне с мужчинами строила новый мир, не ныла и много работала. Образ героини художнику помогала воплощать в жизнь его гражданская жена Серафима Ивановна Лычева. Выставка будет работать до 15 мая.