Осеннее обсуждение поправок в текущий бюджет обернулось спором части депутатов и главы Счетной палаты Алексея Кудрина с правительством. Камнем преткновения стало расходование средств ФНБ. Следующая битва за бюджет состоится уже в среду, где во втором чтении депутаты рассмотрят бюджет на 2019 — 2021 годы.
Битва за бюджет: Кудрин поспорил с Силуановым
Во вторник, 13 ноября, в Госдуме в первом чтении рассматривались правительственные поправки в текущий федеральный бюджет на 2018 – 2020 годы. Поправки предполагают распределение дополнительных 349,4 млрд руб. Эта сумма складывается из дополнительных ненефтегазовых доходов и сэкономленных средств в ходе исполнения бюджета. Чистый ненефтегазовый доход Антон Силуанов в своем выступлении оценил в 292 млрд руб., из которых на увеличение расходов запланировано 217 млрд руб. Плюс на эту же цель планируется направить 131 млрд руб., которые были получены при распределении экономии бюджетных ассигнований, которая возникла в ходе исполнения бюджета текущего года. Но предметом дискуссии оказались не конкретные статьи, которые получили или же не получили прибавки. Тему задал Алексей Кудрин , который в своем выступлении сообщил, что представленный проект бюджета не меняет структуру экономики. «Главным вызовом развития России сегодня является технологическое отставание», – заявил глава Счетной палаты. Он обратил внимание на то, что «в прогнозе социально-экономического развития в 2018 году изменено много главных социально-экономических показателей». По его словам, ожидаемая цена на нефть увеличена c $61,4 за баррель до $69,6. Но при этом прогнозные темпы роста на этот год снижаются с 2,1% до 1,8%. «Нефтегазовые доходы и внешние благоприятные конъюнктурные условия не помогли в этом году добиться планового прогноза по экономическому росту. В прогнозе на 2019 год правительство показало дальнейшее снижение экономического роста до 1,3% ВВП», — сказал Кудрин и сделал вывод, что «можно ожидать, что замедление роста даже в 2019 году окажется сильнее», — сказал он. «Для того, чтобы нарастить и технологическое развитие, и экономический рост, дело не только в правильном использовании нефтегазовых ресурсов, которые мы получаем от лучшей мировой конъюнктуры цен на нефть. В первую очередь зависимость от структурных изменений. Нам нужны более активные структурные изменения. Нам нужны изменения в структуре бюджетной политики, нам больше нужно вкладывать в человеческий капитал, в инфраструктуру», – считает Кудрин. В целом он предложил «существенно» снижать регуляторную и контрольно-надзорную нагрузку на предприятия, «чтобы они были более свободны, чтобы их не хватали за руки». При этом, по его словам, вопрос не в наличии денег, а в том, что уже имеющиеся средства не направляются в экономику в силу различных ограничений и рисков. «Денежная масса в экономике растет вполне разумно — около 10%, растет портфель кредитов, на счетах предприятиях скопилось от 16 до 18 трлн, что равняется годовой сумме инвестиций», — отметил Кудрин. «Речь идет о налоговых изменениях и санкционных неопределенностях. Надо повышать доверие инвесторов к российской экономике», — указал Кудрин. После этого Алексей Кудрин сделал предложение правительству, которое формулировал уже не раз: смягчить бюджетное правило, «потому что по бюджетному правилу использование ФНБ возможно только на софинансирование пенсионных накоплений или на финансирование дефицита бюджета». В данный момент правительство рассчитывает, что профицит бюджета по итогам 2018 года составит 2,1% ВВП. «У нас в бюджете из ФНБ на расходы запланировано 1,113 триллиона рублей. При этом они еще не использовались до конца года», — продолжил Кудрин. «Получается, что мы планируем профицит и тут же из ФНБ берем 1,113 триллиона рублей. Такая коллизия сложилась. Она пока в рамках закона, но нам нужно подумать, как нам дальше совершенствовать бюджетное правило, чтобы при таком профиците нам не требовалось использовать деньги ФНБ», — предложил глава Счетной палаты. Он также сказал, что хоть правило в целом и «правильное», но «я бы скорректировал цену отсечения». Последнее предложение было поддержано депутатами от «Справедливой России» , которые вообще отказались голосовать за поправки, и депутатами от КПРФ. Они пошли дальше и предложили «не складывать деньги в кубышку», а сразу тратить. Антон Силуанов своей позиции по консолидации резервов на этом заседании Госдумы менять не стал. Он подтвердил, что на конец 2019 года «объем ликвидной части ФНБ без учета уже тех денег, которые выложены инфраструктурные проекты, составит 6,3 трлн рублей или порядка 6% ВВП». По его словам, 4 трлн руб. будут направлены в ФНБ в следующем году. «Это как раз и есть ответственная политика. Потому что, если мы бы их сейчас проели, а что в следующем году делать, когда возрастают риски?», — спросил он собравшихся. Первый вице-премьер указал на то, что такой подход создал бы риски исполнения наших обязательств в последующие годы, «потому что подушки безопасности еще не накоплено достаточной, а риски сохраняются». Он был поддержан в этом председателем Госдумы Вячеславом Володин ым. Тот предложил иную, чем Алексей Кудрин оценку экономической политики правительства. «В ситуации усилившихся санкций правительство обеспечило рост экономики и профицитный бюджет», — отметил Володин. Кроме того, по его словам «санкционная политика против нашей страны усиливается и вместе с этим рост [экономики] около 2% обеспечен. Почти 2 трлн рублей — профицит бюджета. Мы перешли к распределению того, что дополнительно получено и обсуждаем этот вопрос» — сказал он. На этом во вторник депутаты и правительственные чиновники и разошлись. «За» поправки в бюджет 2018 года проголосовало 71,8% депутатов. Повторение спора в Госдуме о том, что делать с ФНБ, запланировано уже в эту среду. Тогда и предмет распределяемых госрасходов окажется существенно дороже – 14 ноября парламент собирается рассмотреть проект федерального бюджета на 2019 – 2021 годы во втором чтении. Во вторник Антон Силуанов повторил, что после достижения фонда отметки в 7% ВВП направлять эти средства нужно «в проекты, которые создают спрос для российской продукции, которые стимулируют экспорт российской продукции за рубеж». И чтобы «в полном объеме соблюсти логику бюджетного правила», нефтегазовые доходы нужно инвестировать за рубеж, чтобы они не влияли на курсовую динамику в России».