В российский прокат выходит «Лед» Олега Трофима — мелодрама про триумф воли фигуристки из Иркутска с Александром Петровым, песнями Земфиры и Богдана Титомира.
Запой на льду
Маленькая Надя Лапшина мечтает встать на коньки. Против нее — проблемы с координацией движений, из-за которых ее бракует тренер Шаталина (Мария Аронова), за — сибирское упорство, заставляющее раз за разом выходить на лед родного Байкала, и мама ( Ксения Раппопорт ), которая, несмотря на больное сердце, умеет поддержать дочку песней Земфиры про убийство соседей и апельсины. Вскоре девочка остается сиротой, попадает в услужение к владеющей овощным ларьком тетке и, наконец, сбегает в спортивный интернат, поскольку та самая тренер понимает, что усердие иногда важнее таланта. Ставка себя оправдывает. Надя вырастает в звезду ( Аглая Тарасова ), приезжает в столицу, получает прозвище «Ледяная принцесса», а также партнера-возлюбленного в лице лучшего фигуриста страны ( Милош Бикович ). Однако случается непредвиденное: во время очередного показательного выступления, юноша, планирующий сделать предложение прямо на льду, слишком сильно швыряет Надю в воздух, что заканчивается переломом позвоночника. Теперь ей предстоят месяцы реабилитации в Иркутске, чудесное исцеление силами хоккеиста Саши Горина (Александр Петров ) и, конечно, возвращение на лед. Несмотря на прошлогодний успех «Ла Ла Ленда», российские продюсеры по-прежнему (как и в случае с десятилетней, шутка ли, давности «Стилягами») стесняются того факта, что в их фильме много поют. Однако мы считаем своим долгом предупредить, что когда Ксения Раппопорт чуть несмело затянет «Хочешь», это не галлюцинация, а жанровая данность, которая будет сопровождать зрителя на протяжении следующих двух часов. Сравнение со «Стилягами» в данном случае не только неслучайно, но и неизбежно. «Лед», что называется, «джукбокс-мюзикл», фильм, в котором герои время от времени поют не оригинальные песни, а хиты разных лет. В этом решении нет ничего удивительного, учитывая, что режиссер-дебютант Олег Трофим начинал как клипмейкер. Поражает скорее набор песен, будто бы сформированный в процессе особо отчаянного ночного мозгового штурма, простимулированного длительной бессонницей. Воспитанницы интерната под строгим надзором Марии Ароновой исполняют «Солдата» группы 5'Nizza, Петров меланхолично гуляет по ВДНХ, бубня под нос «Пачку сигарет» (в фильме про спортсменов при этом, конечно, не курят). В какой-то момент внезапно исполняется «Делай как я» Богдана Титомира (большая часть кинотеатральной аудитории этот шлягер, хочется верить, не помнит), а венчает все песня группы «А-Мега» «Летать», которую запевает на стадионе усатый герой Павла Майков а. Весь этот сон разума программного директора «Нашего радио» в отставке, наверное, способен разбудить лучшие чувства в сердцах посетителей заповедных караоке-баров, но на отстраненный взгляд производит эффект жутковатый. Наивная и во многом, кажется, интуитивная склонность автора к постоянному цитированию и рифмовке временами выглядит каким-то танцем неупокоенных призраков нулевых, особенно учитывая, что Майков — это, понятно, Пчёла из «Бригады», переквалифицировавшийся в разнорабочие. Разворачивающийся среди всего этого сюжет про победу человеческого духа смотрится скорее посмертной галлюцинацией главной героини (особенно учитывая, что следующая за травмой операция оформлена номером с танцующими под земфирину «Бесконечность» хирургами). Спасти картину могли бы чисто кинематографические свойства, но и этого тоже не происходит. Первый час, посвященный восхождению героини к славе, снят почему-то с постоянным использованием слепящих зрителя прожекторов, из-за которых не всегда понятно, что вообще происходит в кадре. Второй, благодаря отлично придуманному и сыгранному герою Петрова (фамилия которого «Горин», кажется, возникла из осколков воспоминаний о советском фильме с Демьяненко) — несколько лучше, но исключительно на фоне оглушающего эффекта первой части. Кроме того, в какой-то момент в кадр входит Федор Сергеевич Бондарчук в образе длинноволосого байкера, но его бенефис на сей раз слишком короток, чтобы пойти на пользу общему делу. При этом случай «Льда», конечно, крайне показателен. Фильм выходит после успеха «Движения вверх» и таким образом попадает в контекст очередного витка поиска российским кино новой идентичности через спорт. Ход этот, надо признать, совершенно правильный. Фигурное катание наш народ очень любит, да и вообще профессиональный спорт — интересная и крайне драматичная форма человеческого существования, о чем недавно рассказывалось в другом фильме про танцы на льду — « Тоня против всех» Крейга Гиллеспи. Героиня той картины Тоня Хардинг — гениальная хабалка, покорившая Америку умением преображаться, затушив лезвием конька последнюю перед выходом на каток сигарету. Спорт требует сосредоточенности и безупречности движений, из которых рождается чудо, пресловутый триумф воли, если хотите. «Лед» же напоминает фигуриста, вышедшего на каток импровизировать и после пары неловких па завалившегося на бок с находчивым предложением: «А теперь — споем».