Российское вино и игристые вина (шампанское) необходимо признать сельскохозяйственным продуктом. Наравне с молоком. И оно должно иметь градации качества, как у французских вин. Такие поправки в действующее законодательство подготовил комитет Госдумы по экономической политике. Росалкогольрегулирование не готово к таким нововведениям.
Шмурдяк географического наименования
Думский комитет по экономической политике, инновационному развитию и предпринимательству подготовил поправки для стимулирования винодельческой отрасли в России. На соответствующее обсуждение проблемы пригласили виноградарей и виноделов, отраслевых экспертов и чиновников. Модератор, зампред комитета Виктор Звагельский сидел в центре стола президиума в непосредственной близости от батареи пестрых бутылок вина с виноградников Кубани. По его словам, в России можно производить качественное вино, не уступающее европейскому. «Не в качестве рекламы, а просто для сведения скажу, что некоторые из представленных здесь образцов я пробовал», — сказал Звагельский, кинув взгляд на бутылки. Сдерживают развитие винодельческой отрасли несколько факторов. Во-первых, производство и продажа вина регулируется государством — так же как и водка, и другие крепкие спиртные напитки. Это неправильно, считает Звагельский: водка – это простой химический продукт, а изготовление вина требует больших усилий, выращивание винограда тоже трудоемкий и небыстрый процесс. Во-вторых, развитию виноделия препятствует фальсификат. По экспертным оценкам, в России фальсифицируется до 80% вина и игристых вин. Звагельского поправила Татьяна Гугучкина, заведующая научным центром Северо-Кавказского НИИ садоводства и виноградарства. По ее данным, фальсифицируется в среднем 17% вин отечественного производства. «Фальсификация – ключевая проблема винодельческой отрасли, поэтому нужно разграничить продукт, производимый из дешевого иностранного сусла или виноматериала, и настоящее виноградное вино», — предложил Звагельский. Между тем 70–75% объема отечественного производства вин составляют так называемые винные напитки и полусладкие вина, произведенные с добавлением спирта. Спирт добавляется для дезинфекции и придания крепости, поскольку в России слабые алкогольные напитки пользуются меньшей популярностью. На языке виноделов такое «вино» называется «шмурдяк», заметил Звагельский. Отделить «шмурдяк» от качественного вина он предложил с помощью введения в закон таких понятий, как вино с защищенным географическим указанием и вино с защищенным наименованием места происхождения. Такая градация по качеству должна распространиться и на игристые (шампанские) вина. Например, наименование вина по происхождению должно означать, что вино производится только в указанном на этикетке регионе, произведено из определенных сортов винограда по определенной технологии. Во Франции это называется Appellation d'origine controlee. Правила производства таких вин предусматривают максимальный сбор винограда с гектара, густоту посадки, минимальное содержание алкоголя. Вино – единственная альтернатива стремительной алкоголизации российского населения, заявил президент Союза виноградарей и виноделов Леонид Попович. По его словам, 10 лет назад власти предложили в качестве такой альтернативы пиво, но получилось только хуже. «Потому что россияне считают, что пиво без водки – деньги на ветер», — аргументировал Попович. По его данным, 80% из 200 тысяч выпускников школ этого года употребляют алкоголь. «Пусть уж лучше пьют вино, это более здоровый напиток», — неожиданно заявил Попович и поддержал предложения думского комитета о введении градаций качества для вина. В СССР, по данным Союза виноградарей и виноделов, потребление вина составляло 19 л на гражданина в год. Сейчас средний россиянин выпивает 4,5 л вина в год, крепкого алкоголя — 16 л, пива — 75 л. В Советском Союзе под виноградниками было занято 200 тыс. га. Винная отрасль приносила до 30% дохода от всего сельскохозяйственного сектора. По данным на 1 января 2013 года, под виноградники отведено всего 61,5 тыс. га. Эксперты и представители отрасли предложили уравнять в правах фермеров, производящих вино, с теми, кто производит другую сельхозпродукцию – молоко, мясо, картофель. А если само вино признать сельхозпродуктом, то виноделы смогут рассчитывать на поддержку из бюджета. Выступавший следующим заместитель руководителя федеральной службы по регулированию алкогольной отрасли (Росалкогольрегулирование) Владислав Заславский сорвал аплодисменты участников «круглого стола». «Мы начинаем развитие, точнее смещение, от крепких алкогольных напитков к вину. Это будет включено в план деятельности службы», — пообещал чиновник. Ему зааплодировали. Батарея бутылок при этом оставалась неоткупоренной. Впрочем Заславский критически отнесся к идее уравнять в правах фермеров, выращивающих, например, зерно, и виноградарей. Предложение передать часть государственных функций по регулированию винодельческой отрасли (учет и маркировку) на уровень саморегулируемых организаций Заславский тоже не одобрил. После его выступления некоторые участники совещания сравнивали деятельность Росалкогольрегулирования с «похоронным бюро», другие употребляли слово «фашизм». За виноделов вступился бизнес-омбудсмен Борис Титов , в прошлом председатель совета директоров «Абрау-Дюрсо». Он сказал, что виноделов не нужно ограничивать — отрасль нужно стимулировать. «Мне не стыдно сидеть за этим столом, — сказал Титов и показал на батарею бутылок. — Российские виноделы могут производить качественную продукцию. Для этого есть все условия — и наука, и география. Россия может стать новым «старым светом», новым Чили, новой Австралией». Нужны не просто отдельные поправки в закон об обороте алкогольной продукции, а отдельный закон о вине. На этом настаивал Николай Пинчук, председатель совета СРО «Виноградари и виноделы». Такой закон должен разрешить россиянам выделение 1–2 га земли для посадки винограда. Всего остального, включая производство качественного вина, виноградари добьются сами. Павел Титов , сын бизнес-омбудсмена и нынешний глава «Абрау-Дюрсо», тоже пожаловался на отсутствие поддержки государства. По его данным, в не самой богатой из европейских стран –Болгарии – виноделы получают 31 тыс. евро поддержки на гектар земли. Кроме того, он попросил депутатов отменить для виноделов вступивший в силу с прошлого года полный запрет на рекламу вина в СМИ. «Запрет на рекламу убивает возможность попасть в поле зрения потребителя. Водку пьют, потому что ее знают. Так же и пиво. Ни в одной винодельческой стране мира так жестко не наказывались виноделы, как в России!» — резюмировал Титов. Поддержал виноделов сотрудник департамента регулирования агропродовольственного рынка Минсельхоза Василий Межевикин. Он пообещал, что Минсельхоз подготовит программу господдержки виноделов до 2015 года. Он считает, что можно было бы изменить структуру посевных площадей, по крайней мере на юге России, в пользу виноградников. Но когда Звагельский спросил чиновника, является ли это предложение консолидированной позицией министерства, Межевикин признался, что это его личная инициатива. Один из участников «круглого стола» — из Дагестана — предложил уравнять в правах с сельхозпроизводителями не только производителей вина и игристых вин, но и тех, кто производит коньяк. Но из-за стола президиума ему возразили, что коньяк – это крепкий алкоголь. Сейчас необходимо разобраться с преференциями хотя бы для легкого алкоголя. Звагельский, подводя итоги, сообщил, что он уже 6,5 лет пытается ввести градацию качества вина, но пока безуспешно. Но к осенней сессии Госдумы все необходимые поправки пройдут согласование и будут вынесены на рассмотрение депутатов, заверил собравшихся Звагельский. Спустя минуту после окончания заседания батарея винных бутылок, украшавшая стол президиума, растворилась без следа.