Очередной скандал вокруг Ильи Трушевского: художнику, обвиняемому в изнасиловании, вручена премия «Моральная поддержка» центра современного искусства «Винзавод».
Подследственная премия
2 июня центр современного искусства «Винзавод» вручал свои премии. Акции подобного масштаба проходят регулярно, поскольку количество разнообразных премий может сравниться только с количеством произведений современных же художников, чьи имена известны только тем, кто ходит на «Винзавод» как на работу. Поэтому ни второго, ни третьего июня в новостях ничего про премию сказано не было. Грянуло вчера — благодаря блогам. Сегодня о премии «Винзавода» узнали даже те, кто никогда не слышал этого слова иначе как в применении к производству ликероводочных напитков. Итак, 2 июня центр современного искусства «Винзавод» вручал свои премии, в том числе в категории «Моральная поддержка». Николай Палажченко , когда-то бывший арт-директором центра, а ныне простой представитель оного, зачитал список, в который вошли Артем Лоскутов, Ян Пищиков, Илья Трушевский и куратор Андрей Ерофеев. Палажченко сопроводил премию такими словами: «Мы считаем недопустимой ситуацию, при которой институции и кураторы дистанцируются от коллег, находящихся под следствием, исключая их из художественной жизни и отрезая им возможности для профессиональной самореализации. Мы призываем к разделению профессиональной деятельности и того, что выходит за ее пределы, — к тому, чтобы оставаться соратниками на профессиональном поле». Ничего плохо, по большому счету, в данном заявлении нет. Возмущение прогрессивной общественности вызвало опять же, по большому счету, лишь одно обстоятельство — объединение Трушевского, которого обвиняют в изнасиловании, с другими художниками и куратором, пострадавшим «за искусство». Один из популярных блогеров, Рустем Агадамов получил разъяснения у администрации «Винзавода» в лице исполнительного директора Софьи Троценко , которая фактически открестилась от того, что кто-либо, помимо Палажченко, принимал участие в составлении списка, но при этом согласилась с тем, что тот говорил во время церемонии. Сам Николай Палажченко от своих слов не отказывается, списки корректировать не планирует и уверен, что его не так поняли, о чем он и написал в своем дневнике. Четыре лауреата оказались в списке по разным причинам. Артема Лоскутова, новосибирского художника, организатора «Монстраций», в прошлом году арестовали за хранение наркотиков, но затем выпустили под подписку о невыезде; в марте этого года суд постановил оштрафовать Артема за хранение марихуаны на 20 тысяч рублей. Ян Пищиков — фотограф, руководитель Лаборатории актуальных искусств, студент — стал известен после того, как 12 апреля въехал на джипе в галерею Stella Art Foundation и повредил одну из выставленных там скульптур; он назвал всё это перформансом «Global Crisis». Искусствовед и куратор Андрей Ерофеев с 2007 года находится под следствием по делу о выставке «Запретное искусство-2006» в Музее и общественном центре им. Сахарова по 282-й статье Уголовного кодекса; история темная, обвинение выдвинуто партией «Народный союз» с бывшим вице-спикером Госдумы Сергеем Бабуриным во главе, а разбирательство идет до сих пор. История же художника Ильи Трушевского была очень подробно изложена в статье «Изнасилование хипстера» , чтобы повторять её еще раз. Суд по делу Трушевского еще не состоялся. Правда, несколько слов, брошенных им в своем дневнике, позволили общественности уже заранее осудить художника, а потому включение его в список, который отчего-то сразу был ассоциирован с теми, кто мучим «кровавой гэбней», вызвало нешуточный переполох. В котором вполне закономерно всё что произошло — от нелепых оправданий исполнительного директора «Винзавода», которые кратко можно пересказать как «я не я и корова не моя», до позиции одного из номинантов, Артёма Лоскутова , который от премии отказываться не собирается, но заявляет на сайте своего творческого союза, что «с «Винзаводом» — ни мира, ни войны. Армию — распустить». Собственно, даже акция «Бойкот «Винзаводу!», которую собралась проводить российская секция «Комитета за Рабочий Интернационал», вполне уместно смотрится как на фоне высказываний большинства, так и укладывается в общую логику событий. Правда, понять, правильно ли Трушевскому оказали «моральную поддержку», уже не получится. Если считать подобно большинству, что моральная поддержка нужна только тем художникам, которым оказало внимание правосудие за художества их, то получается, что художник Трушевский премии не достоин. Если вспомнить слова Николая Палажченко, который призвал разделить творчество и поступки в другой, обычной жизни, не выкидывать из галерей творения новоявленных уголовников, то выходит, что правильно. С другой стороны, Трушевский может объявить свой акт насилия «художественной инсталляцией» подобно Пищикову, чей перформанс с джипом, кажется, вполне подпадает под 27-ю главу Уголовного кодекса, — и что будет в результате? Если взять за основу рассуждения защитников вручения премии, все нападки на него потеряют смысл, даже если будущий суд признает Трушевского виновным. Любопытно, что за шумом, который поднялся вокруг «моральной поддержки», так никто и не вспомнил о премии, в рамках которой и произошло взволновавшее всех событие. «Парк культуры» исправляет эту нелепую ситуацию. Премию «Соратник-2010» получили художники Александр Бродский , Арсений Жиляев , Андрей Кузькин и Дмитрий Гутов .