В Северной Корее выпускают не только баллистические ракеты — в стране победивших идей чучхе есть свой автопром. Количество автомобильных брендов и объемы производства машин в КНДР весьма скромны. Персональные легковые автомобили доступны лишь для ограниченного круга лиц — их почти невозможно купить, а для полугодичного обучения в автошколе нужна рекомендация начальника.
Чучхе-автопром
Автомобильная промышленность Северной Кореи берет свое начало от автоиндустрии СССР. С 1950-х годов вплоть до конца 1990-х годов все автомобили, которые производились в КНДР, представляли собой лицензионные копии советских машин. Ввиду закрытости самой страны данные об автомобильной индустрии лишь ограниченно доступны. Открытый в 1950 году и по сей день остающийся крупнейшим автомобильным предприятием страны завод в Сынри (Sungri motor plant) в разное время выпускал несколько видов пассажирских машин и целое обилие грузовиков. Предприятие располагается на площади в 600 тысяч квадратных метров, в 1980 году завод выпускал около 20 тысяч машин в год, но в 1996 году этот показатель составлял всего 150 автомобилей. Все выпускаемые заводом модели так или иначе копируют автомобили других стран, в основном СССР. Так, предприятие по сей день выпускает советскую М-20 «Победа», которая в Северной Корее получила экстравагантное название «Утренний цветок» (Achimkoy) и ГАЗ-69, который после заводской «модернизации» стал отчасти походить на американский Jeep. Такая версия машины получила соответствующее название — Kaengsaeng, что примерно переводится как «полагаться на себя». Примечательно, что такое же название досталось полностью скопированному Mercedes-Benz 190E в кузове W201, партия которых была куплена северокорейскими властями в конце 1980-х для последующего воспроизведения силами инженеров страны. Северокорейский 190E получил название Kaengsaeng 88, главным визуальным отличием от оригинала стала новая радиаторная решетка. По некоторым данным, северокорейские эксперты предпочли не копировать двигатель и оснастили модель двигателем от ГАЗ-69. Другими интересными деталями является отсутствие в машине «печки» и невозможность опустить стекла, даже вручную. Несмотря на это обстоятельство, в машину на ходу постоянно попадает дорожная пыль. Исходя из немногих доступных изображений этого автомобиля, зеркало заднего вида было установлено только на водительской двери. Кроме того, завод выпускал седан Jaju, предположительно, повторяющий старые Volkswagen Jetta или Passat, и целую вереницу двух- и трехосных грузовиков, скопированных с советских КрАЗ-256 и ГАЗ-51 и 63. Примечательно, что двигатели ГАЗ были скопированы так плохо, что машина потребляла намного больше бензина, чем оригинал. В конце 1960-х годов некоторые модели переместили на другое предприятие — Pyongsang Auto Works. Данный завод позже стал выпускать копии грузовиков «КамАЗ». По данным блогеров, в стране широко используются различные вариации советских грузовиков, работающих на газогенераторах, или, иначе говоря, на дровах. В таком случае в кузове машины расположена бочка для сжигания поленьев, а машина может перемещаться со скоростью до 30 км/ч. Тем не менее неизвестно, оснащаются ли грузовики такими силовыми установками на заводе или это последующая модификация «народных умельцев». В конце 1990-х годов появилось совместное предприятие между компаниями из Северной и Южной Кореи под названием Pyeonghwa Motors, что переводится как «Мир». Получившаяся компания обладает эксклюзивными правами на производство и продажу новых и подержанных автомобилей в Северной Корее. Пестрые рекламные билборды этой фирмы можно изредка увидеть на фоне серых пейзажей КНДР. Фирма выпускает автомобили по лицензии китайской марки Brilliance, итальянского Fiat, а также китайского производителя пикапов и внедорожников Dandong Shuguang. Данные автомобили разделены в модельные ряды под благозвучными российскому уху названиями Hwiparam («Свист») и Ppoggugi («Ку-ку»), причем многие из выпускаемых моделей, по сути, являются копиями копий. Кроме того, завод выпускает созданный на базе Toyota минивэн и вариацию лимузина SsangYong Chairman. Этот представительский седан, предположительно, предназначен для видных чиновников. Стоит отметить, что сам по себе Chairman создан с явными стилистическими заимствованиями у седанов Mercedes-Benz конца 1990-х и начала 2000-х годов. Производственные мощности Pyeonghwa Motors позволяют выпускать около 10 тысяч автомобилей в год, но большую часть истории существования завода количество собранных машин составляло 300—400 экземпляров в год. Изменения наметились лишь в 2009 году — завод выпустил 1,4 тысячи автомобилей. В 2010 году показатель чуть снизился — до 1,3 тысячи, но в 2011 вырос вновь (1,8 тысячи машин). Как пишет иркутский автопортал 38a.ru , предприятие рассчитывает экспортировать свою продукцию: стоимость машин компании составляет около $7—8 тысяч. Пока завод экспортирует часть своей продукции только во Вьетнам. Российский автогигант «АвтоВАЗ» систематически экспортирует машины в Северную Корею, причем объемы этого экспорта выглядят вполне весомо на фоне цифр производства Pyeonghwa Motors, которое, скорее всего, является самым большим в стране. Так, «АвтоВАЗ» поставил в Северную Корею в 2011 году 350 автомобилей. Ранее, в 2008 году, северокорейские власти заказали 850 машин Lada. В 2009 году этот показатель оказался ниже — 530 машин, а в 2010-м заказа из Северной Кореи не поступало. Среди импортных моделей в Северной Корее наиболее популярны китайский BYD F3 и российская Lada Priora, пишет редакция bestsellingcarsblog.com. При этом, казалось бы, логичный выбор японских автомобилей в КНДР запрещен — в связи с личным недовольством Ким Чен Ира японские машины решили изъять у населения. Как пишет « Российская газета », причиной тому стала сломанная японская машина, которая перегородила дорогу покойному вождю. «Чтобы этих японских машин в нашей стране больше не было!» — велел тогда Ким Чен Ир. Небольшой масштаб пассажирской автомобильной индустрии в Северной Корее вполне объясним: личный автомобиль в стране купить почти невозможно, если нет определенных связей с властями. Как пишет «Сеульский вестник» , формальная возможность купить личную машину появилась в Северной Корее в середине 1980-х годов, но цена автомобилей значительно превышала мировые. Если это обстоятельство объяснимо, то другое требование властей не совсем понятно — личную машину купить, обслуживать и заправлять только за валюту. Подавляющее большинство машин в КНДР грузовые. Для управления любой машиной здесь, как и везде, нужны права, причем получить их очень сложно, пишет «Сеульский вестник». Для этого нужно либо провести полгода в автошколе, для поступления в которую нужна рекомендация начальства и где занятия длятся весь день, а обучение включает полноценный курс ремонта машины — поскольку автопарк страны безнадежно устарел и постоянно требует к себе внимания автомехаников. Все время обучения студенты живут в общежитиях. Предполагается, что любой владелец водительских прав может обслуживать свою машину в любой ситуации и условиях. Кроме того, возможность сдать экзамен на права можно получить через два года работы автомехаником или помощником водителя. В КНДР существует четыре типа прав на разные категории транспорта: грузовики, автобусы, внедорожники и легковые машины. По классификации властей КНДР вождение легковой машины требует больше всего навыков, для повышения категории прав нужно работать шофером и сдавать необходимые экзамены. Несмотря на отсутствие машин у населения, вожди КНДР всегда были обеспечены автомобилями. По данным СМИ, у основателя северокорейского режима Ким Ир Сена был автопарк из 1 тысячи зарубежных машин, преимущественно классов премиум и люкс. В конце 1990-х годов Ким Чен Ир оказался в центре автомобильного скандала: вождь КНДР заказал в Германии 200 седанов Mercedes-Benz S-Class на деньги, полученные в качестве гуманитарной помощи ООН. Впрочем, в настоящее время изолированность Северной Кореи от остального мира значительно затрудняет покупки руководством страны дорогостоящих автомобилей за рубежом.