Несмотря ни на какие мантры про важность малого бизнеса, ни власти России, ни ее экономические эксперты никогда не рассматривали его всерьез. Поэтому налоговая политика в отношении таких предприятий как будто специально предназначена для того, чтобы душить частную инициативу, а приемлемой оказывается только в режиме временной льготы.
Поблажками не лечат
Правительство почти утвердило «Основные направления налоговой политики на 2014 год и на период 2015–2016 годов». Среди спорных вопросов остается величина ставки страховых взносов для малого бизнеса. Сейчас он пользуется льготным режимом, но льготы с января будущего года закончатся. Министерство экономического развития предлагает их продлить, Министерство финансов — против. Замминистра экономического развития Олег Савельев заявил, что если льготы не будут продлены, малый бизнес свернет деятельность либо уйдет в тень, как это сделали с начала года 426 тысяч индивидуальных предпринимателей, которым в два раза повысили социальные отчисления. Министр финансов Антон Силуанов парирует: каждый гражданин должен в полном объеме формировать свои пенсионные права, никто за льготников доплачивать не должен. Звучит по форме справедливо, а по сути, с учетом состояния пенсионных накоплений граждан и весьма мрачных перспектив по реализации этих самых прав, — откровенно издевательски. Тем более что мы знаем о том, что пенсионные накопления в правительстве не стесняются рассматривать как финансовый ресурс для решения инфраструктурных, то есть самых масштабных и коррупциогенных проектов. Что уж тут говорить о правах. Да еще о правах людей, которые сами пытаются зарабатывать на хлеб и которым попутно еще приходится подкармливать армию проверяющих и силовиков. Зато другой аргумент Силуанова звучит более чем разумно. Год, который выпрашивает Минэкономики , «ничего толком не решит, лишь только продлит эту дискуссию на более поздние сроки, и в принципе мы опять будем говорить: давайте еще раз продлим. Так можно бесконечно рассматривать этот вопрос». Здесь есть совершенно очевидный резон. Временная льгота, тем более на год, в неблагоприятных для частной инициативы в целом условиях постоянного давления администрации, правовой незащищенности собственности, дорогих кредита и аренды, диктата инфраструктурных монополистов и вправду «ничего толком не решит». Более того, тем, кто намерен выжить, наверное, следует планировать предстоящие беды и готовиться к ним заранее. Ведь прав (в принципе) премьер Дмитрий Медведев , когда говорит: «Мы должны давать правильную индикацию по поводу того, какие налоги будут платить наши граждане и компании, и в целом исходить из стабильного налогового режима». Жаль только, что не дают и не исходят, а так-то прав ведь. Налоговая система относится к базовым параметрам хозяйственного климата, и уж лучше, не надеясь на потепление, запасаться дровами, чем рассчитывать на «авось» — на то, что просьбы экономистов из МЭР вдруг будут услышаны завтра, а потом и еще раз послезавтра. Другое дело, что этот самый «стабильный налоговый режим» (в данном случае, строго говоря, режим неналоговых сборов, но рубли этого не замечают) по совершенно неизвестной причине как будто специально предназначен для того, чтобы поддушивать инициативу граждан. Будто им мало других трудностей. Впрочем, не стоит, наверное, называть эту причину неизвестной. Несмотря ни на какие мантры про важность мелкого частного бизнеса, ни власти России, ни ее экономические эксперты никогда не рассматривали его всерьез, как ресурс для роста и тем более — процветания. В лучшем случае лавочники и хозяева мастерских рассматриваются как кормовая база для коррупции среднего уровня и административной ренты, получаемой менее криминальными способами. В худшем — как досадная помеха, портящая пейзаж. А уж о том, чтобы задуматься о потенциальных возможностях частной инициативы, во многих странах доказывающей свою восприимчивость к новым технологиям, и речи не идет. Стабильная налоговая политика в отношении небольших частных предприятий должна была бы быть не льготной, а прямо благоприятной, привлекающей инициативных граждан на порядок более низкими налоговыми ставками и социальными обязательствами. Все равно за их счет зияющие прорехи в Пенсионном фонде не закрыть, и в налоговых поступлениях они, мягко говоря, не могут (по крайней мере, пока не расцветут) быть главной опорой государства. Но нет — по каким-то причинам этот подход признается неприемлемым. Трудно, конечно, отделаться от подозрений, что часть этих причин — в нежелании способствовать появлению слоя самостоятельных людей с излишне развитым чувством собственного достоинства и неприятной требовательностью к бюрократическим институтам. Но, наверное, главное все же — попросту инстинктивное презрение, которое чиновники испытывают к настоящим, не назначенным предпринимателям.