Практика частичного сложения сроков наказания за несколько преступлений может быть заменена на более гуманную, сообщил глава Верховного суда. Сложение сроков значительно ухудшает положение осужденных, в том числе по экономическим преступлениям, констатируют юристы. Например, по предложенной методике Михаил Ходорковский мог получить по второму делу не более 9 лет колонии, а получил 14.
Как в СССР
Председатель Верховного суда Вячеслав Лебедев выступил с инициативой о возврате к «советскому» принципу назначения наказаний за несколько преступлений. Идея Лебедева о назначении наказания «в виде санкции наиболее жесткой из предъявленных» подсудимому статей обсуждалась во вторник в Москве на семинаре с главами республиканских, краевых и областных судов. Лебедев отметил, что говорит только о преступлениях, «не связанных с лишением жизни». «Как было в советской системе, когда еще была смертная казнь. Максимальное наказание ( по преступлениям средней тяжести) составляло 15 лет», — напомнил Лебедев. Обсуждение идеи прошло без журналистов. Сейчас методика исчисления наказания по совокупности обвинений регулируется статьей 69 УК. В ней применение метода поглощения менее строгого наказания более строгим предусмотрено при назначении срока за несколько преступлений небольшой и средней тяжести. В то же время п. 3 этой статьи говорит, что «если хотя бы одно из преступлений, совершенных по совокупности, является тяжким или особо тяжким, то окончательное наказание назначается путем частичного или полного сложения наказаний». Итоговый срок, назначенный судом, при этом не может превышать более чем наполовину максимальный срок наказания, предусмотренный за наиболее тяжкое из совершенных преступлений. Советский кодекс также разрешал применять принцип частичного или полного сложения сроков наказания (с. 40 УК РСФСР 1960 года), но ограничивал продолжительность срока наказания в этом случае пределами, установленными статьей, предусматривающей более строгое наказание (то есть получалось то же поглощение). Принцип сложения сроков советский УК ставил на второе место, а на первом в законодательстве был принцип поглощения более мягкого наказания более строгим. При использовании принципа частичного сложения осужденные получают необоснованные сроки, так как сразу возникают вопросы, сколько можно взять от одного срока, а сколько от другого, объясняет ущербность действующей практики президент Адвокатской палаты Москвы Генри Резник. «Я склонен поддержать возврат к практике поглощения сроков, так как при норме о частичном сложении возникает большая опасность излишнего усмотрения (со стороны судов. — «Газета.Ru»). Частичное сложение пусть применяется при назначении наказания за совершение особо тяжких, а не просто тяжких преступлений», — одобрил идею председателя собеседник «Газеты.Ru». Частичное сложение сроков действительно ухудшает положение осужденных: так, экс-глава ЮКОСа Михаил Ходорковский и Платон Лебедев , обвинявшиеся в рамках второго уголовного дела в хищении нефти дочерних предприятий ЮКОСа (ст. 160 УК) и легализации средств, полученных от продажи похищенной нефти, по ст. 160 приговорены к 8 годам лишения свободы, а по ст. 174 — к 9 годам. Если бы была применена формула поглощения, то сроки, назначенные им Хамовническим судом, не превышали бы 9 лет колонии. Однако суд применил формулу частичного сложения, назначив обоим по 14 лет заключения. Думцы за новый порядок. «Я поддерживаю данное предложение в том, что касается экономических преступлений, но если преступления направлены против здоровья и жизни людей, то гуманизация неуместна, возможно, наоборот, надо ужесточать», — сказал единоросс, зампред комитета Госдумы по уголовному и процессуальному законодательству Андрей Назаров. Его коллега, первый зампред того же комитета Владимир Груздев называет идею ВС «предложением справедливым по отношению к обвиняемому». «Я обеими руками за такое предложение — это советский опыт, — комментирует член комитета Госдумы по безопасности, представитель КПРФ Виктор Илюхин. — Это (назначение наказания по принципу поглощения. — «Газета.Ru») было правильно, потому что длительные сроки лишения свободы абсолютно не играют какой-либо превентивной роли в плане предупреждения преступления. После трех-пяти лет лишения свободы человек уже привыкает к условиям тюрьмы и она перестает для него быть наказанием, тем более если он сидит 20—25 лет». Кроме обсуждения новации председатель ВС также оценил выполнение уже принятых норм, направленных на гуманизацию уголовного законодательства. Так, он прямо потребовал от судов «не импровизировать» с понятием «предприниматель» при решении вопроса об избрании меры пресечения по обвинениям в экономических преступлениях (в прошлом году начала действовать норма, запрещающая арестовывать до суда обвиняемых по ст. 160 (хищение) и 174 (легализация) УК). «Я прошу вас постоянно анализировать и в целом меру пресечения, и особенно вот эту норму, потому что некоторые решения, которые были приняты, — это импровизация, они незаконными были, — заявил Лебедев. — Не надо этого делать». В прошлом году суды неоднократно заключали и оставляли предпринимателей под стражей, мотивируя свои решения тем, что предприниматель — это тот, кто ведет свой бизнес законно, а в качестве подозреваемого он перестает быть таковым. Особенно громкая история связана с неоднократным продлением ареста экс-главе ЮКОСа Михаилу Ходорковскому и бывшему главе МФО МЕНАТЕП Платону Лебедеву, которые одновременно и отбывают наказание по первому приговору суда, и арестованы в рамках второго уголовного дела. Ходорковский даже объявлял голодовку с целью привлечения внимания президента Дмитрия Медведева к тому, как суды саботируют внесенную им законодательную норму. Верховный суд тогда начал следить за реализацией нового закона, а в законности одного из решений о продлении срока содержания Ходорковского и Лебедева под стражей ВС усомнился, направив его на пересмотр в Мосгорсуд. Там рассмотрение этого решения назначено на ближайшую пятницу, 19 февраля. Кроме того, Лебедев призвал коллег из судов общей юрисдикции «мотивировать свои решения» о заключении и продлении срока содержания подозреваемых под стражей. Поводом для этого призыва стали изученные Верховным судом постановления Европейского суда по правам человека, сказал Лебедев. «Нередко судьи в своих постановлениях перечисляют положения УК о том, что подозреваемый или обвиняемый может скрыться, может повлиять на свидетелей. Этого недостаточно, должны быть факты, которые эти тезисы подтверждают», — заявил председатель ВС. Европейский суд не считает мотивировкой то, что спокойно утверждают вышестоящие российские суды, дал понять глава ВС. «Потому что дела (в ЕСПЧ ) будут рассматриваться в соответствии с законом», — пояснил Лебедев.