За призывы к терроризму надо сажать как за полноценные теракты, а единороссы, чиновники и полицейские не могут считаться социальными группами, за критику которых надо возбуждать дела. Это следует из постановления о практике уголовных дел по экстремизму, которое в четверг обсуждал Верховный суд.
Террористический акт призыва
В четверг пленум Верховного суда разбирался, как судить граждан по статьям об экстремизме. Статьи и дела по ним традиционно считаются политическими. Судьи обсуждали проект постановления «О судебной практике по уголовным делам экстремистской направленности». «Нормы уголовного законодательства, ранее игравшие превентивную роль, стали все чаще применяться судами в связи с увеличением числа преступлений такого рода», — сообщил судья Верховного суда Владимир Давыдов , который был основным докладчиком по проекту постановления. По его данным, в 2010 году были доказаны в суде 613 эпизодов экстремистских действий, по которым были осуждены 329 человек. Увеличилось число осужденных по 282-й статье УК (возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства), в 2010 году обвинительный приговор был вынесен в отношении 161 человека в отличие от 65 осужденных в 2009 году. За первые пять месяцев 2011 года было зафиксировано 280 преступлений экстремистской направленности, что на 16,2% больше, чем в 2010 году, добавил глава департамента по противодействию экстремизму МВД России Юрий Коков. Одно из важнейших предложенных Верховным судом нововведений — призыв к терроризму теперь предлагается квалифицировать не по статье 280 УК (призыв к экстремистской деятельности), а «в зависимости от обстоятельств дела по части первой или второй статьи 205 УК РФ» (терроризм). То есть фактически призывы к терроризму предлагается отделить от экстремистских и судить за них так же, как за совершение терактов. Если за призывы могли давать до трех лет, то за теракты предусмотрено наказание от 8 до 20 лет. «Это довольно сомнительно. Терроризм нельзя оправдать ничем, но ведь те, кто к нему призывают, могут сделать это по глупости или в состоянии эйфории. Такое действие все же нельзя ставить на одну грань с террористическим актом. И все это похоже на использование принципа политической целесообразности прокурора Вышинского», — удивился в разговоре с «Газетой.Ru» зампред комитета по безопасности Госдумы Геннадий Гудков. Что касается собственно экстремистских статей, то судьям рекомендовано в первую очередь отделять преступления по мотивам ненависти и вражды от преступлений на почве личных неприязненных отношений. Таким образом будет учитываться доказанность мотива этого преступления. Давыдов отдельно остановился на понятии «социальной группы», оскорбление которой часто становится поводом при возбуждении уголовных дел. Ранее под это понятие попадали такие экзотические социальные группы, как « единороссы » или «сотрудники милиции». Докладчик подчеркнул, что к социальным группам относятся все граждане страны и попытка выделить какую-то конкретную группу, например сотрудников полиции, является ошибочной. Чиновники должны быть готовы к более жесткой критике в свой адрес, добавил он. После заседания Давыдов пояснил, что в отношении социальных групп, исходя из существующей практики и рекомендаций Европейского суда по правам человека , статья 282 УК будет применяться «ограничительно». Это связано с тем, что следствие и судебная практика не соответствуют научным разработкам, уверен глава правозащитной ассоциации «Агора» Павел Чиков. «Ряд ведущих социологов считают, что группы профессионалов, такие как военнослужащие, сотрудники МВД, которые называются социальными группами для преследования активистов, не являются таковыми», — напоминает правозащитник. Что касается понятий «вражда» и «ненависть», то Давыдов отметил, что в отношении преступлений экстремистской направленности слово «вражда» не совсем удачное. Судья вспомнил о понятии «разжигание розни», содержавшемся еще в УК РСФСР. «Ненависть — это чувство, а вражда — взаимодействие на основе ненависти», — сказал Давыдов и добавил, что в качестве мотива для преступлений экстремистской направленности должна рассматриваться именно ненависть. Некоторые статьи проекта рекомендаций Верховного суда вызвали полемику пленума. В частности, в постановлении говорится о том, что привлечь по статье 280 УК можно только тех, кто призывает к осуществлению экстремистской деятельности публично. «Что такое призыв? Чем он отличается от действий, направленных на возбуждение ненависти и вражды?» — спросила судья городского суда Петербурга Татьяна Егорова , призвав рабочую группу уточнить эти формулировки в окончательном проекте постановления. Она же обратила внимание на вариант статьи постановления, в котором говорится о том, что под призывом к экстремистской деятельности следует понимать призыв к побуждению совершения действий, за которые предусматривается административная ответственность, в частности демонстрация нацистской символики. «Мы должны держать себя в руках», — заметила Егорова, пояснив, что нельзя расширять уголовную ответственность за призыв к административному правонарушению. С ней не согласился зампред Мосгорсуда Дмитрий Фокин. По его словам, взрослые, призывая молодых людей, в том числе несовершеннолетних, должны нести ответственность. «Для них (несовершеннолетних. — «Газета.Ru») это первый шаг к совершению преступлений согласно 280 и 282 статьям УК», — возражал Фокин. Он уточнил, что именно с ношения символики начинается привлечение молодых людей в экстремистские сообщества. В четверг ВС не стал утверждать постановление, в заседании объявлен перерыв, а рабочая группа продолжит дорабатывать документ. Независимые эксперты отмечают, что разъяснения ВС должны сыграть свою роль, так как проблема экстремистских статей одна из наиболее заметных и сложных в судебной практике. В настоящее время обвинение по статье 282 УК в разжигании ненависти и вражды к социальной группе используется в основном против тех, кто критикует власть и правоохранительные органы, пояснила «Газете.Ru» кандидат филологических наук, доцент Нижегородского университета Елизавета Колтунова , которая часто привлекается в качестве эксперта при рассмотрении дел экстремистской направленности. «Никто не хочет наказывать по статье за оскорбления чиновников, а в делах ищут проявление экстремизма. А с другой стороны, часто закрывают глаза на реальные призывы к расправам», — посетовала Колтунова. Законодательство по экстремизму трактуется расширительно, из-за чего привлекают по нему в основном сторонников оппозиции, уверен адвокат Дмитрий Аграновский. «Экстремизм — это только разжигание межрелигиозной и межнациональной вражды», — заметил Аграновский в разговоре с «Газетой.Ru».