70 лет назад силовые структуры СССР приступили к реализации операции «Прибой» по депортации жителей Эстонии, Латвии и Литвы, уличенных в связях с националистическим подпольем. Насильственному выселению из привычных мест в Сибирь подверглись почти 100 тыс. антисоветски настроенных граждан Прибалтики. После смерти Иосифа Сталина многие из них получили возможность вернуться домой.
«Националисты и бандиты»: как Сталин депортировал прибалтов
25 марта 1949 года стартовала вторая волна послевоенных депортаций части населения прибалтийских республик. В рамках операции «Весна» 22-23 мая 1948-го с территории Литовской ССР были принудительно выселены 39 766 человек – оказывавшие вооруженное сопротивление органам власти лесные братья, члены их семей, зажиточные крестьяне (кулаки) и любые антисоветски настроенные лица. Проведенная силовыми ведомствами акция решила проблему интеграции Прибалтики в СССР лишь частично. В Эстонии, Латвии и Литве оставалось еще достаточно «вражеских элементов». Помимо не скрывавших своих убеждений и нередко прибегавших к террористическим методам националистов к ним причисляли всех критически настроенных к новой власти людей, а также им сочувствующих. По мнению председателя Совета Министров СССР Иосифа Сталина, очистка Прибалтики от адептов старых буржуазных порядков позволила бы облегчить коллективизацию, которая проходила в регионе очень медленно и сложно. 29 января 1949 года вождь народов подписал секретное постановление Совмина №390-138сс «О выселении с территории Литвы, Латвии и Эстонии кулаков с семьями, семей бандитов и националистов, находящихся на нелегальном положении, убитых при вооруженных столкновениях и осужденных, легализованных бандитов, продолжающих вести вражескую работу, и их семей, а также семей репрессированных пособников бандитов». Тысячи семей направлялись на спецпоселение в Сибирь и отдаленные районы Севера. 12 марта был издан соответствующий приказ МВД №00225. Согласно этому документу, каждая подвергавшаяся депортации семья имела право забрать с собой до 1,5 тонн личного имущества и продовольствия. Недвижимость конфисковывалась. В отличие от спецпереселенцев 1943-1944 годов, жителям Прибалтики обеспечивались более-менее сносные условия транспортировки в вагонах, оборудованных для перевозки людей. Эшелоны сопровождали медицинские бригады с необходимыми лекарствами. Предусматривалось питание. На месте прибытия прибалтов должны были поселить и трудоустроить. Операция получила название «Прибой». По решению разработчиков на ее проведение отводилось трое суток. В Таллине, Риге и Вильнюсе выселение началось синхронно в 4 утра. В провинции – спустя два часа. «Поступление на пункты погрузки контингента выселенцев в первое время, за исключением Таллина, протекало медленно, и операция, которую намечалось провести в Эстонии в течение 25 марта, затянулась до поздней ночи с 28 на 29 марта, — сообщал в докладной записке заместителю министра внутренних дел СССР Василию Рясному «О проведении переселения из ЭССР» уполномоченный МВД Владимир Рогатин. — Отправление эшелонов началось во второй половине дня 26 марта, и последний эшелон убыл в 21 час 10 минут 29 марта, отправка эшелонов производилась по указаниям оперативного руководства МГБ, при этом первые эшелоны убывали со значительной недогрузкой выселенцев против намеченного по плану. Последние эшелоны фактически ушли сборными, собирая в пунктах погрузки дополнительно загруженные переселенцами вагоны». Для проведения операции «Прибой» в Эстонии были задействованы 2198 оперативных работников, 5953 военнослужащих и 8438 партийных активиста. Как следовало из донесения Рогатина, в марте депортации подверглись 20 535 человек из подлежавших к выселению 22 326 (это 7540 семей). Сумевших скрыться и тем самым избежать выдворения отлавливали в последующие месяцы. Из Литвы выселили почти 32 тыс. человек, из Латвии – чуть более 42 тыс. Списки подлежавших высылке людей составлялись республиканскими МГБ на основе учетных данных и агентурных сведений. Зачисленные в категории «националистов», «бандитов», «кулаков» и прочих «врагов социалистического строя» эстонцы, латыши, латвийцы, поляки, белорусы, финны и представители других народов направлялись в Казахстан, Башкирию, Бурятию, Якутию, Коми, Красноярский край, Архангельскую, Иркутскую, Новосибирскую и Омскую области, где за ними устанавливался административный надзор милиции. Депортированные не имели права вернуться на родину до конца жизни. Общее количество высланных из трех прибалтийских республик в период 25-28 марта 1949 года составило 94 779 человек. Если верить записке сотрудника МВД Рогатина, «процесс приема выселенцев в эшелоны протекал нормально и производился на основании посемейных карточек». «Имущество выселенцев принималось беспрепятственно и в рамках норм, установленных инструкцией. Однако ряд семей и одиночек, особенно из городских местностей, прибывали с весьма незначительным багажом или вовсе без такового», — сообщалось там же. 27 марта на станции Кайла был зафиксирован побег двух поселенцев. Одного удалось задержать по горячим следам, второй скрылся – для розыска беглеца были приняты оперативные меры. В целом, за период операции с 25 по 29 марта 1949 года, как следует из записки Рогатина, «существенных нарушений общественного порядка и уголовных проявлений зафиксировано не было, однако имели место ряд проявлений политического и диверсионного характера». А вот как о ходе операции докладывал министру внутренних дел СССР Сергею Круглову глава МВД Латвийской ССР Август Эглит: «Благодаря бдительности участвовавшего в операции курсанта Рижской офицерской школы МВД товарища Румписа было предотвращено вооруженное сопротивление изымаемого опергруппе. В момент, когда он выхватил пистолет системы «Парабеллум», товарищ Румпис решительными действиями его разоружил, не дав возможности применить оружие. В ряде уездов работниками МВД, выполнявшими задания по обеспечению общественного порядка, в порядке личной инициативы были задержаны на дороге и в населенных пунктах подозрительные лица, которые при проверке оказались скрывшимися от выселения. На основании имеющихся у нас отдельных фактов можно подозревать, что о предстоящей операции население, возможно, предупредили и некоторые сотрудники МГБ. Это привело к тому, что операция затянулась. Только четыре эшелона представилось возможным отправить в течение суток после начала операции». Вопрос о точном количестве погибших в ссылке остается дискуссионным. По оценкам одних историков, жертвами депортаций в 1945-1950 годах стали чуть более 8 тыс. человек. Другие склоняются к еще более внушительным цифрам – от 12 до 15% всех переселенцев. В 1951 году прошла еще одна депортация из Литвы, когда выселению подверглись 23 тыс. кулаков и членов их семей. В результате жестких мер советского правительства активность националистического подполья в Прибалтике к середине 1950-х годов практически была сведена на нет. Репрессированные народы получили возможность вернуться к местам привычного обитания после проведенной Никитой Хрущевым десталинизации.