ФСИН опровергает появившуюся информацию о бунте заключенных в иркутской колонии для бывших сотрудников силовых структур. Ситуация в ИК-3 привлекла внимание СМИ после появления видеоролика, зафиксировавшего переговоры заключенных с администрацией. Правозащитники давно критикуют жестокие порядки в региональном управлении тюремного ведомства, однако колония для бывших сотрудников всегда считалась относительно благополучной.
Хлеба и денег
Главное управление Федеральной службы исполнения наказаний (ФСИН) по Иркутской области опровергло информацию о бунте заключенных в исправительной колонии № 3 (ИК-3), где содержатся бывшие сотрудники МВД , ФСБ , ФСИН, прокуратуры и судов. Тем не менее в заявлении на официальном сайте регионального ГУ ФСИН подтверждается наличие у заключенных ряда требований к администрации. «Осужденные одного из отрядов ИК-3 города Иркутска собрались на плацу учреждения и выдвинули ряд претензий в адрес администрации исправительной колонии, — говорится в сообщении на сайте ведомства. — Жалобы касались качества приготовляемой пищи, медицинского обслуживания и механизма условно-досрочного освобождения». Конфликт получил широкую огласку после появления в интернете видеоролика, снятого заключенными на мобильный телефон. Позже оригинальный ролик был удален с видеохостинга YouTube, однако его копия была выложена уже другими пользователями сервиса. На записи видно, как около двухсот осужденных в робах столпились на плацу. «Тушенка 300 рублей стоит банка! Вот так вот и живем. Они, козлы, наворачивают, делать нечего, покупаем. Народ бунтует, — говорит голос за кадром. — Медикаментов нет. Вичевых (осужденных, инфицированных ВИЧ. — «Газета.Ru» ) не лечат у нас тут. На больничку не вывозят отсюда. Баланда никакая. Называется бээсный лагерь образцово-показательный... (БС — аббревиатура от словосочетания «бывший сотрудник», употребляемая в пенитенциарной системе применительно к заключенным — бывшим сотрудникам правоохранительных органов. — «Газета.Ru» )» Затем мужчина в штатском с бумагами в руках обращается к толпе осужденных со ступеней вышки. По словам заключенного, комментирующего за кадром происходящее, это «хозяин» — начальник колонии. «Сейчас люди требуют хлеба нормального, — говорит заключенный, снимающий видео. — Потому что хлеб нам дают с песком». При этом, по словам осужденных, в самой колонии печется качественный хлеб «на волю», а также налажены деревообработка, производство бумаги. По официальной информации, в колонии освоен выпуск более 30 видов кожаной обуви. Швейный цех ИК-3, по данным сайта ГУФСИН, «обеспечивает обувью осужденных во всех колониях Иркутской области», «производство сезонных ботинок, сапог, женской и детской обуви», а его продукция «стала с успехом конкурировать с фирменной обувью из других регионов». «Юдашкина шьем», — комментирует зэк за кадром. «Имеем право жить, а не существовать...» — слышится в кадре громкий голос, очевидно декламирующий какое-то заявление заключенных представителям администрации. Осужденные также зафиксировали на камеру человека в штатской одежде, разговаривающего по телефону на территории колонии. По их словам, это пьяный заместитель начальника колонии по безопасности, режиму и оперативной работе. Якутский журналист Михаил Афанасьев утверждает, что лично беседовал по телефону с осужденными ИК-3. По его словам, акция неповиновения со стороны осужденных возникла не на пустом месте. «У них три требования: прекратить поборы с заключенных, оказывать необходимую медицинскую помощь, не воровать их деньги с заработной платы, так как они получают чуть более 300 рублей в месяц», — рассказал Афанасьев «Газете.Ru». По факту случившегося в учреждении уже проводится служебная проверка. «Незамедлительно в учреждение выехала группа от руководства ГУФСИН. После беседы инцидент был исчерпан, взят ряд заявлений от осужденных, — утверждают в руководстве иркутского управления ФСИН. — Сотрудники проводят прием по личным вопросам осужденных, выясняют суть проблем». Правозащитники ранее неоднократно поднимали вопрос о насилии над заключенными в колониях Иркутской области и указывали на укрывательство этих фактов со стороны начальника регионального управления ФСИН Павла Радченко. В докладе фонда «За права заключенных» упоминается его причастность к пыткам несовершеннолетних зэков, причем в форме сексуального насилия. Якобы в конце июля 2008 года, после бунта в воспитательной колонии Ангарска, туда прибыл лично Радченко и отдал распоряжение о вводе спецназа, бойцы которого избили подростков. Затем более 40 малолеток вывезли в иркутское СИЗО , где «все они были подвергнуты пыткам, избиениям и действиям сексуального характера со стороны оперативников, воспитателей и взрослых заключенных-активистов». Адвокат Сергей Беляк утверждает, что после этого некоторые жертвы насилия и их родственники написали заявления в следственные органы. Так, одного из несовершеннолетних якобы поместили к взрослым осужденным, где его в течение суток избивали. «В избиении принимал участие сотрудник учреждения Б., которые привел еще троих осужденных (клички — Татарин, Кот, третий неизвестен), которые по указанию сотрудника учреждения совершили в отношении (имя не указано в исходном документе. — «Газета.Ru» ) действия сексуального характера», — цитируется одно из таких заявлений в докладе фонда «За права заключенных». Там же указано, что после изнасилований с несовершеннолетних даже взяли расписки на имя начальника о якобы добровольном согласии на вступление в «противоестественные отношения с другими осужденными». По данным отчета правозащитников, «метод запугиваний и применения физического насилия в виде пыток или сексуального домогательства заключенных используется практически во всех исправительных учреждениях ГУ ФСИН России по Иркутской области». Ситуации в иркутском СИЗО-1 был посвящен документальный фильм «Иркутское СИЗО: территория пыток», автором и продюсером которого выступил адвокат Беляк. ФСИН тогда объявила, что все изложенные факты касаются событий 2009 года, организованная тогда проверка никаких нарушений не выявила, а сами правозащитники действовали по указке лидеров братской преступной группировки, которые и являются «инициаторами и спонсорами создания фильма». «Ни один факт из этого лживого фильма не подтвердился. Поэтому утверждения о том, что у СИЗО-1 печальная известность, неверные», — отметила ранее в разговоре с «Газетой.Ru» представитель ФСИН области. При этом, несмотря на критику УФСИН области со стороны правозащитников, информация о нарушения прав заключенных-силовиков в ИК-3 среди жалоб правозащитников почти не встречается.