В российский прокат выходит «Грязная кампания за честные выборы» Джея Роуча, комедия об особенностях национальных выборов в США, жирно намекающая на схватку Обамы и Ромни.
Осел о слонах
Действие фильма происходит в одном из маленьких округов Северной Каролины накануне выборов в конгресс. Кандидат от демократов Кэм Брэди (его играет специфический комик Уилл Феррелл ) уверенно идет на пятый срок ввиду отсутствия конкурента-республиканца, но в последний момент прокалывается на сексуальном скандале. Финансирующие его кампанию промышленники братья Моучи (откровенная пародия на братьев Кох, активно вмешивающихся в настоящую американскую политику) решают, что Брэди безнадежен, и начинают операцию «Преемник». Им за неимением лучшего варианта становится Марти Хаггинс (его играет комик Зак Галифианакис ) — добродушный и глуповатый толстяк, для политики абсолютно, казалось бы, непригодный. Хаггинс, однако, оказывается парнем не промах. Оперативно продав душу дьяволу-политтехнологу (в роли искусителя сериальный актер Дилан Макдермонт), он достигает таких высот в искусстве политического коварства, что его начинают побаиваться даже Моучи. Кампания в итоге оказывается настолько грязной, что заявленных честных выборов (это, кстати, маркетинговая самодеятельность русских прокатчиков, оригинальное название — The «Campaign») уже и не ждешь. Оба кандидата — как в известной песне Шнура. Режиссер Джей Роуч, как и большинство его героев, ведет двойную жизнь. Для широкого проката он снимает непритязательные, но беспроигрышные комедии с хорошими актерами — такие как «Остин Пауэрс» «Знакомство с Факерами» и «Ужин с придурками». Однако раз в четыре года Роуч появляется на интеллектуальном телеканале HBO с очередным разоблачительным фильмом о политике, и тут уже не до шуток. В 2008 году это был «Пересчет» — высококачественная драма о противостоянии Джорджа Буша и Альберта Гора c Джоном Хертом и Кевином Спейси в главных ролях. Успех оглушительный: три премии «Эмми», в том числе за режиссуру, положительные отзывы критиков, продление контракта с HBO. В 2012-м на канале выходит «Игра изменилась» — не столько сатира, сколько тщательный конспект республиканских праймериз с Джулианной Мур в роли Сары Пэйлин, Эдом Харрисом в роли Джона Маккейна и Вуди Харрельсоном в роли политического консультанта Стива Шмидта. Снова успех — премии «Эмми» за лучший телефильм, режиссуру, сценарий и главную женскую роль. А еще яростное возмущение Пэйлин и единодушный вердикт обозревателей: «так все и было». В перерывах между политическими высказываниями на ТВ и съемками простодушных комедий для кинотеатров Роуч продюсирует чужие фильмы — например, «Бората» и «Бруно» комика-провокатора Саши Барона Коэна. Творчество Коэна — эксперимент, несмотря на весь свой нарциссизм, смелый и полезный. В нем высоколобая сатира перемешивается с низкопробным юмором. В Америке это дает важный социальный эффект: в одном кинозале собираются, условно говоря, и дремучие реднеки, и утонченные либералы. Обеим категориям фильмы Коэна в итоге не нравятся, но зато какой бесценный диалог культур. «Грязная кампания за честные выборы» — попытка Роуча самостоятельно выступить в этом жанре. Итальянский политолог Джульетто Кьеза в книге «Прощай, Россия», очень популярной у нас в конце девяностых, предположил, что техническая демократия закончилась там же, где и началась, — в полисах Древней Греции. Там все, кто обладал правом голоса, более или менее знали друг друга и могли принимать решения коллегиально. С тех пор города и страны разрослись, и представительская демократия стала манипулятивной, а выборы превратились в зрелище, спектакратию. «Грязная кампания» Роуча разоблачает это национальное шоу на удивление решительно. Секс-скандал — меньший из пороков кандидатов. Гораздо страшнее и смешнее то, как они изворачиваются и лгут. Демократ повторяет одну и ту же рейтинговую речь на встрече со всеми группами избирателей. «Хребет нации» у него — то школа, то фермеры, то ветераны, то кубинцы, то операторы каруселей (русскому зрителю тут непременно становится смешно: у нас-то операторы «каруселей» — точно хребет нации). Республиканец первым делом избавляется от своих непривлекательных детей, жены и неблагонадежных питомцев-мопсов. Собаки выведены в Китае, а значит, их хозяин сочувствует коммунистам. Вездесущий политтехнолог советует заменить неказистых псов на шоколадного лабрадора и золотистого ретривера, подозрительно похожих на Обаму и Ромни. Дальше — больше: демократ уходит от прямых вопросов о безработице, прикрываясь завесой из слов о свободе, патриотизме и равных возможностях для всех. Республиканец строит кампанию на семейных ценностях, но, поскольку собственные домочадцы не вышли внешностью, использует в своих роликах гламурных детей конкурента. Абсурд нарастает с каждой минутой: кандидаты носятся по церквям и молитвенным домам, чтобы заручиться поддержкой верующих, шутят про 11 сентября и «Талибан» и лупят друг друга в прямом и переносном смысле. Кто представляет какую партию — уже не важно: методы у политиков одни и те же и спонсоры общие. Самое забавное, что речи и аргументы ничем не отличаются от предвыборных обращений реальных кандидатов, но только в устах комиков эти слова обретают настоящий смысл, вернее, его отсутствие. В сценарии зафиксированы все самые яркие проколы американских политиков последних лет — от секс-скандалов и вождения в пьяном виде до невежества и особенно бесстыдной демагогии. А иногда фильм даже предвосхищает ляпы из будущего. Сравните речь героя Уилла Феррела («Я из обыкновенной рабочей американской семьи, мой отец был главным стилистом у Видала Сассуна») и бессмертную фразу Митта Ромни «Я тоже безработный», с которой он, обладатель многомиллионного состояния, обратился к беднякам. Проблема фильма в том, что кроме политической сатиры он пытается преуспеть в еще одном жанре — комедии для всех. Поэтому в кадре время от времени неостроумно и грязно шутят про секс и метеоризм. Галифианакис дежурно демонстрирует жировые складки, Феррелл, как всегда, убедителен в роли клинического идиота. Оба неизобретательно ругаются и бьют детей и собак. Хотя вот с ребенком, как ни стыдно в этом признаваться, получилось смешно: »— Ты ударил младенца по лицу! — Это вырвано из контекста!». На кассовых сборах этот комедийный популизм никак не сказался: в США фильм заработал всего 86 миллионов долларов. Тот же Саша Барон Коэн успешнее, потому что он радикален, а вот Роуч все время колеблется в середине: у него и низкий юмор в целом терпим, и сатирические способности ограничены. Фильм динамичен, забавен и легок, но место рядом с «Плутовством» ему не светит. В высшей лиге «Грязной кампании за честные выборы» не место, в массовом прокате — тоже. Роуча подвели те же технологии, над которыми он сам подшучивает в фильме. Условно говоря, нельзя быть республиканцем и демократом одновременно.