Минобрнауки планирует, что каждая пятая российская школа будет доступна для обучения детей с ограниченными возможностями здоровья. Но это планы на конец 2015 года, а уже в этом году к программе «Доступная среда» должны подключится 2500 школ — почти в четыре раза больше, чем в прошлом. Из федерального и региональных бюджетов на это выделено 6 млрд рублей.
Инклюзия пошла галопом
К началу следующего года в России к инклюзивному образованию (совместное обучение детей с ограниченными возможностями здоровья с простыми школьниками) присоединятся 5850 школ. Только за этот год Министерство образования и науки планирует создать «доступную среду» в 2500 школах по всей России. Планы у ведомства грандиозные — уже в этом году в четыре раза увеличить количество школ с инклюзивным обучением по сравнению с с прошлым годом. До сих над такими глобальными цифрами Минобрнауки не задумывалось: с начала реализации программы инклюзия была введена только в 1345 школах, еще в 2000 школах она действовала еще до ее старта. Получается, что в 2012 году количество школ с инклюзивным образованием увеличилось всего на 450, а в 2013 году — на 595 образовательных учреждений. Как объяснили «Газете.Ru» в Минобрнауки, столь резкое увеличение школ с «доступной средой» произойдет благодаря накопленному за три года опыту по их «перестройке» для инклюзивного образования. Способствует этому и денежная поддержка: из федерального бюджета на это выделены 3 млрд руб., такую же сумму предоставили регионы. Это также можно назвать резким скачком: с 2011 года до сих пор на программу было выделено в общей сложности 1,2 млрд руб. В 2015 году финансирование обещают увеличить еще больше. Эти деньги будут направлены на реконструкцию школ для создания доступной среды, на приобретение транспорта для перевозки детей, для покупки учебного, компьютерного и реабилитационного оборудования. Такие темпы, впрочем, можно объяснить и близким завершением госпрограммы «Доступная среда», время для которой отведено до конца следующего года. К этому моменту в каждой пятой российской школе должны быть созданы условия для обучения детей-инвалидов. «Программа началась только в 2011 году: тогда количество инклюзивных школ по России было 4,6% от количества всех школ. В 2011 году все раскачивались, тогда в программе участвовали только 35 субъектов, к 2013 году их было уже 69. В 2014 году будут участвовать уже 80 субъектов страны», — рассказали «Газете.Ru» в департаменте государственной политики в сфере защиты прав детей Минобрнауки. Только два субъекта отказались от участия из-за территориального признака — Чукотка и Сахалинская область. Всего в России чуть меньше полумиллиона детей с ограниченными возможностями здоровья, которые обучаются в школах. Причем на состоявшемся во вторник «круглом столе» «Перспективы развития образования детей с ограниченными возможностями здоровья» прозвучали абсолютно точные цифры. Как рассказал директор департамента государственной политики в сфере защиты прав детей Минобрнауки Евгений Сильянов , сейчас в образовательных учреждениях обучаются 467 176 таких детей. Из них 210 194 ребенка учатся в 1676 коррекционных школах. Остальные дети учатся в общеобразовательных школах: 110 192 ребенка обучаются в коррекционных классах, а 146 790 детей с ограниченными возможностями здоровья — в общеобразовательных классах. Таким образом, сейчас в инклюзивное образование включены около 55% детей с ограниченными возможностями здоровья от общего числа детей-инвалидов. При этом, как сообщили на «круглом столе», до сих пор не было всестороннего мониторинга тех самых 3345 образовательных школ, где сегодня могут учиться дети с ограниченными возможностями. Среди главных проблем, с которыми столкнулось инклюзивное образование, отмечена нехватка педагогов, хотя курсы повышения квалификации для педагогов и дефектологов работают в школах. В 2011 году переквалификацию прошли менее тысячи человек, в 2012 году — 1350, в 2013 году — уже более полутора тысяч. После прохождения курсов педагоги обучают школьных учителей индивидуальному подходу к детям-инвалидам. Сейчас также обсуждается проект федерального государственного стандарта для обучения детей-инвалидов. «Мы проводили опрос педагогов по поводу инклюзивного образования. Еще два-три года назад инклюзия не была проблемой учителей. Сегодня она ею стала. Но это положительная тенденция, когда учитель включен в процесс. Теперь это не пассивное отношение, а реальное участие и запрос на поддержку со стороны», — говорит директор Института проблем инклюзивного образования Московского городского психолого-педагогического университета Светлана Алехина. По ее словам, необходимо разрабатывать критерии, по которым нужно будет оценивать качество образования в условиях инклюзивной школы. «Сегодня в мониторингах качества не учитывают критерий индивидуального подхода и индивидуального прогресса ребенка. И это очень серьезный момент, когда таким образом ребенок вытесняется из школы, чтобы общие результаты школы были высокими», — считает Алехина. Завкафедрой коррекционной педагогики и специальной психологии Академии повышения квалификации и профессиональной переподготовки работников образования Ольга Грибова отмечает, что следует избегать тех проблем, которые сейчас существуют при переподготовке педагогов. «Если переподготовка будет проходить в массовом порядке, то уровень педагогов упадет еще больше. Их потом придется переучивать, а это всегда хуже. К тому же может существовать формальное обучение работе с детьми с ограниченными возможностями здоровья. А также нужно исключить «местечковость», когда внедряются устаревшие идеи», — считает Грибова. Светлана Алехина отметила проблемы, которые до сих пор не смогли преодолеть в рамках внедрения программы «Доступная среда». Например, когда ребенок-инвалид зачислен в школу формально, то есть в ней нет ни условий для детей с особыми потребностями, ни педагогов, которые прошли курсы повышения квалификации. Еще об одной проблеме стараются не говорить — это нежелание родителей здоровых детей отдавать их учиться с детьми-инвалидами. Хотя сами школьники, в отличие от мам и пап, смотрят зачастую на это гораздо проще. Правда, масштабных исследований на эту тему в России не проводили. Прикладные же исследования говорят о том, что есть несколько этапов взаимодействия. «От пассивного наблюдения дети переходят к пробующим действиям, после чего начинают общаться с такими детьми, потом общение либо продолжается, либо заканчивается. Правда, это уже не зависит от того, есть ли у ребенка инвалидность или нет», — говорит Алехина. При этом она отмечает, что чем младше ребенок, тем ему проще выстроить отношения с ребенком с ограниченными возможностями здоровья, поскольку маленькие дети просто не осознают различий между собой и другими детьми.