Правозащитные организации готовятся к судебным разбирательствам в связи с новым законодательством об НКО — «иностранных агентах». Даже те, кто не исключают регистрации в соответствующем реестре, обжалуют действия властей в судах, включая Конституционный. А НКО «За права человека» и «Мемориал» объявили кампанию гражданского неповиновения закону.
«Глупо регистрироваться в качестве иностранного агента»
Правозащитная ассоциация АГОРА намерена обратиться в Минюст с запросом, подпадает ли организация под действие нового закона об НКО — «иностранных агентах», подписанного в субботу президентом Владимиром Путиным и вступающего в силу во второй половине ноября, сообщил «Газете.Ru» глава организации Павел Чиков. Закон обязывает НКО, получающие иностранное финансирование и «участвующие в политической деятельности», добровольно зарегистрироваться в реестре «организаций, выполняющих функцию иностранных агентов». За уклонение от регистрации деятельность организации может быть приостановлена на полгода, а её представителям грозит до двух лет лишения свободы. «Если Минюст отвечает, что АГОРА под действие закона подпадает, или ничего конкретного не отвечает, то подаемся в реестр (НКО — «иностранных агентов». – «Газета.Ru»). И одновременно обжалуем в суде», — пояснил Чиков. АГОРА — пока единственная организация, готовая к присвоению статуса «иностранного агента». Правозащитная организация Transparency International (TI) решения о своих действиях еще не приняла: оно будет принято в сентябре правлением TI, рассказала глава организации Елена Панфилова. За оставшееся до сентября время TI будет самостоятельно и в сотрудничестве с другими правозащитными организациями пытаться получить у российских органов государственного и независимого надзора, например у Конституционного суда, разъяснения о том, кто попадает, а кто не попадает под действие нового закона, сообщила собеседница «Газеты.Ru». «Формулировки «политические акции», «влияние на общественное мнение» (которые используются в законе. – «Газета.Ru») весьма размыты, и их можно трактовать всякими разными способами. Мы бы хотели получить ясную и четкую правовую, а не общеполитологическую трактовку данных определений, чтобы определить, подпадаем мы под действие закона или нет», — пояснила Панфилова. По ее словам, независимо от разъяснений властей, TI продолжит протестовать против закона, считая его «крайне неправильной и контрпродуктивной акцией для здоровья и развития российского общества». «Мы будем продвигать идею о том, что большинство российских НКО, подпадающих под этот закон, делают то, что они делают, потому, что они в это верят, а не потому, что им кто-то денег на это дал», — пообещала собеседница «Газеты.Ru». Обращения в Конституционный суд не исключила и директор фонда «Общественный вердикт» Наталья Таубина. По ее словам, согласно определению политической деятельности, данному в законе, «Общественного вердикта» закон об НКО тоже касается. «При этом мы считаем, что данное определение политической деятельности слишком широкое и неадекватное, и для нас оскорбительной является трактовка, что мы действуем в чьих-то зарубежных интересах». «Добровольно идти и просить, чтобы нас включили в этот реестр, мы не планируем», — заявила Таубина. Уточнив, что последствий такого решения «мы все боимся», собеседница «Газеты.Ru» сказала, что организация готова судиться с государством, если ее попытаются принудить к регистрации в качестве иностранного агента. По словам Таубиной, регистрация возможна только в случае реальной угрозы уголовного преследования: приостановка деятельности и административная ответственность не так страшны. Региональные правозащитники пока стараются о новом законе не думать. «Всерьез никто о проблеме не задумывается, пока закон работать не начнет, — разъяснил позицию Сергей Беляев из екатеринбургского фонда «Сутяжник». — Мы будем ждать вступления закона в силу, конкретных шагов чиновничьего аппарата и реакции ведомств и министерств на первое и второе». Следить за правоприменительной практикой по новому закону намерены и другие организации. При этом Беляеву также не ясны формулировки нового закона, он не уверен, что «Сутяжник» подпадает под его действие: «Или мы должны решить, или нас должны убедить, что наша деятельность влияет на общественное мнение», — сказал собеседник «Газеты.Ru». Позиция правозащитных организаций в отношении нового закона «Об НКО» менялась по мере прохождения его через Госдуму , Совет федерации и президента. «Тяжеловесы» правозащитного движения Московская Хельсинкская группа, «За права человека» и «Мемориал» сначала объявили о намерении прекратить работу в знак протеста против закона, но позже их мнения разошлись. МХГ объявила, что прекращает получать зарубежное финансирование и попытается обойтись внутрироссийскими пожертвованиями. Это позволит ей избежать включения в реестр организаций — «иностранных агентов». Так же собирается поступить ассоциация «Голос», сказал «Газете.Ru» исполнительный директор организации Григорий Мельконьянц. А движение «За права человека» и центр «Мемориал» в минувшую субботу объявили «кампанию гражданского неповиновения этому закону»: они не намерены ни регистрироваться в качестве «иностранных агентов», ни отказываться от иностранного финансирования. «Смешно, чтобы мы в испуге от этого закона начали отказываться от иностранных пожертвований. Это связано не только с тем, что нам трудно найти пожертвования в России, хотя мы это пытаемся делать и будем делать, но мы не видим ничего криминального и ничего порочащего в том, что мы получаем гранты от совершенно легальных иностранных организаций... Конечно, мы не будем отказываться», – заявил РИА «Новости» глава «Мемориала» Олег Орлов. «Это унизительно и глупо было бы – идти и регистрировать себя в качестве иностранного агента», – сказал глава «За права человека» Лев Пономарев. Правозащитник считает, что закон нарушает несколько международных договоров, заключенных Россией. Никто из опрошенных «Газетой.Ru» правозащитников не знает, какие решения в отношении нового российского закона «Об НКО» приняты иностранными фондами, спонсирующими правозащитную деятельность в России. Некоторые полагают, что организации, зарегистрировавшиеся в качестве иностранных агентов, не смогут получать финансирование от зарубежных фондов, так как у тех действует запрет на финансирование политической деятельности. В частности, об этом говорит Мельконьянц, его мнение разделяет Таубина: по ее словам, организации, признавшие себя участниками политической деятельность (как требует закон), не смогут рассчитывать по крайней мере на гранты частных американских фондов. Другие российские правозащитники считают, что зарубежные фонды будут руководствоваться своим понимание политической деятельности, а не тем, что заложено в российском законе. Получить комментарии представителей фондов имени Фридриха Эберта , Конрада Аденауэра и фонда Макартуров «Газете.Ru» в понедельник не удалось. Один из опрошенных «Газетой.Ru» правозащитников сказал, что не слышал о намерении какого-либо из фондов прекратить работу в России в связи с принятием нового закона. «Из того, что я слышал, никто сворачивать деятельность в России не собирается. Наоборот, считая нашу деятельность важной, зарубежные фонды намерены ее поддерживать, исходя из тех стратегий, которые мы выберем», — заявил собеседник «Газеты.Ru».