Дэмиен Херст, Ирина Корина, Октябрьская революция, Музей имени Пушкина и другие: семь проектов, которые нельзя пропустить на 57-й Венецианской биеннале современного искусства.
Семеро спелых
57-я Венецианская биеннале, стартовавшая в Италии под лозунгом «Viva arte viva» («Да здравствует живое искусство!»), продлится до конца осени. В этом году ее курирует Кристин Масель — главный куратор Центра Помпиду. «Газета.Ru» выбрала семь проектов из основной и параллельной программ, которые стоит обязательно увидеть, будучи в Венеции. Основная выставка, располагающаяся в Арсенале, как правило, представляет собой биеннале в миниатюре. Каждый раз она превращается в самостоятельное кураторское шоу разной степени актуальности. Немного размытая и открытая практически любым интерпретациям тема, которую предложила куратор Кристин Масель («Viva arte viva»), на фоне предыдущей биеннале, прошедшей под лозунгом «All the World's Futures» («Все будущие судьбы мира»), выглядит несколько пародийно. Однако очищенный от гуманистических банальностей проект, хоть и вышел более эклектичным, тем не менее смотрится убедительно. Особенно на уровне выбора художников: здесь представлено более сотни молодых авторов, в число которых из русских попали Ирина Корина , Таус Махачева и живущий в Любляне Вадим Фишкин. К открытию биеннале принадлежащий Леониду Михельсону фонд V-A-C решил актуализировать русскую революцию и заодно презентовать свою новую постоянную площадку в Венеции — реконструированный дворец Палаццо на Дзаттере. Выставка была организована вместе с Чикагским институтом искусств и приурочена к 100-летию Октябрьской революции. Произведения авангардистов здесь были переосмыслены и вступили в диалог с работами современных авторов: Михаил Толмачев исследовал фотоархив Соловецкого лагеря, Таус Махачева угощала зрителей леденцами в форме головы Ленина, а Ирина Корина создала инсталляцию, соединившую в себе гипертрофированные образы советских праздников. Кроме того, специально для выставки воссоздали дрезденский кабинет Эль Лисицкого , агитационный стенд Густава Клуциса , некоторые театральные декорации Варвары Степановой и «Рабочий клуб» Александра Родченко. Этот павильон уже получил «Золотого льва» — главный приз Венецианской биеннале — и вполне заслуженно. Преисполненное символами и смыслами междисциплинарное представление художницы Анне Имхоф начиналось с длиннющей очереди, которую сопровождал лай доберманов, охраняющих павильон, и продолжалось пятичасовым перформансом под названием «Фауст». По словам жюри, Имхоф представила композицию «мощную и волнующую, поднимающую неотложные вопросы нашего времени и приводящую зрителя в состояние беспокойства». Она соединила немецкую мифологию с массовой культурой, танец со скульптурой, архитектуру с музыкой, а сценарий постановки менялся в зависимости от присутствующих в павильоне зрителей. Русский павильон на Венецианской биеннале в этом году представляют Гриша Брускин , группа Recycle и Саша Пирогова. Проект получил название Teatrum Orbis, которое было заимствовано куратором Семеном Михайловским у фламандского картографа Абрахама Ортелиуса. Первым делом зрителя здесь встречает масштабная скульптурная композиция Гриши Брускина «Смена декораций», которая представляет собой толпу одинаковых гипсовых фигурок, прущих на себе огромного двуглавого орла. Подвижная обезличенная масса, в которую превратился некогда величественный монумент, — главный материал антиутопии Брускина. По-своему дополняет ее работа группы Recycle — пластиковые кубы, в которых при использовании технологии «дополненной реальности» можно разглядеть человеческие фигуры. Завершает композицию видеоработа Саши Пироговой, которая вновь облекает нехитрые метафоры в визуально-безупречную форму — порой до полной потери смысла. В отличие от частных фондов, российские музеи пока не успели обзавестись собственным пространством в Венеции. Представив выставку «Человек как птица. Образы путешествий», ГМИИ, таким образом, впервые презентовал на международной сцене свою программу «Пушкинский XXI». Московские зрители уже успели познакомиться с ней во время выставок, которые проводились в усадьбе Голицыных и выполняли магистральную для «Нового Пушкинского» задачу — примирить традицию и современность. Кураторы нынешней выставки — директор музея Марина Лошак и заведующая отделом кино- и медиаискусства Ольга Шишко — сделали проект, исследующий изменение восприятия мира во время путешествия как в пространстве, так во времени. Всего сюда привезли 14 художников, среди которых — Леонид Тишков , Мартин Хонерт, арт-группа «Провмыза», Дмитрий Булныгин и другие. Классик итальянского arte povera, то есть «бедного искусства», Микеланджело Пистолетто сделал зрителя центральным персонажем своей выставки, поместив в зеркальное пространство Базилики Сан-Джорджо-Маджоре и продублировав таким образом одну из основных своих практик. Это, по сути, ретроспектива, соединившая кинетические скульптуры художника с зеркальными картинами и знаменитыми инсталляциями 1960-х. Под занавес Пистолетто преподнес манифест о насущной необходимости радикальных социальных изменений: зеркальный коридор с фотографиями кубинских мигрантов в полный рост, которые смешиваются со зрителями, превращаясь в полноценных посетителей выставки. Выставка-аттракцион, над которой, как гласит легенда, Дэмиен Херст проработал последние десять лет. Ее история началась задолго до официального открытия, когда в прессу начали проникать слухи о том, что художник финансирует экспедицию, которая должна достать для него затонувший корабль со дна морского. В результате облепленный ракушками Микки-Маус, античные статуи и прочие невиданные сокровища, разумеется, оказались делом рук самого Херста. Однако маркетинговый трюк все равно был конвертирован в успех на рынке: после выставки все работы отправятся прямиком на продажу, чтобы окончательно закрепить «триумфальное возвращение» Херста.