«Террористы»...«Животные»…«Выродки»… «В Африку их отправить»… Такими репликами переполнен в последние несколько дней русскоязычный сегмент израильских соцсетей. Подчеркиваю – именно русскоязычный. Всплеск ненависти к эфиопской общине вызван акциями протеста представителей этой самой общины против насилия со стороны полиции. Точнее, против убийства при невыясненных обстоятельствах, произошедшего несколько дней назад.
Арестовать и расстрелять: русские евреи против эфиопских
В Кирьят-Хаиме, пригороде Хайфы, был произведен выстрел из табельного оружия полицейского, который в этот момент находился не при исполнении. Пуля попала в 19-летнего Соломона Така из семьи выходцев из Эфиопии. Юноша погиб. Полицейский говорит, что стрелял в землю, свидетели расходятся в показаниях. Ведется следствие. На случившееся соцсети не отреагировали никак — еще одна новость из криминальной хроники, ничего интересного. Но отреагировала община эфиопских евреев, которая уже не раз заявляла о своих правах выходом на улицы. Началось все в пригородах Хайфы, где погиб Така. Десятки протестующих появились на крупных перекрестках, перекрыли движение, требуя… Ничего в общем не требуя, просто выражая свое отношение к случившемуся. Соцсети оживились, особенно русскоязычные жители Хайфы. В русскоязычных сообществах на неудобства, связанные с протестами представителей эфиопской общины, посыпались вполне однозначные комментарии. 2 июля акции протеста вспыхнули уже по всей стране и привели к транспортному коллапсу — протестующие заблокировали основные магистрали в вечерний час пик. Десятки тысяч израильтян оказались намертво заблокированы в пробках, где провели по пять-шесть часов без воды и еды. Полиция несколько часов в ситуацию не вмешивалась вовсе, наблюдая за происходящим со стороны: не было приказа. Русскоязычные обитатели соцсетей буквально взрывались от ярости с общим посылом «почему этих… (дальше шли эпитеты, которые никакой редактор не пропустит)» не поливают из водометов, почему в них не стреляют, не травят слезоточивым газом. «Всех депортировать, арестовать, расстрелять». Привычка советского (или постсоветского, но разница не велика) человека к тому, что полиция — это такой карательный орган, который любой ценой должен обеспечить гражданам покой — неистребима. Между тем Израиль стоял в пробках. Чем дальше, тем напряженнее. Жара, люди опоздали в детские сады за детьми, на собственные свадьбы, в роддома и просто поесть и отдохнуть. «Да я бы их», – кричали с диванов по-русски. Но ни одной серьезной стычки между заблокированными в пробках водителями и протестующими не произошло. Израильтяне уважают право иного быть иным, выражать протест, негодовать и требовать. В сети появилась фотографии мужчины, который стоит рядом со своей машиной с плакатом: «Я с вами. Пожалуйста, дайте мне проехать». По ивритоязычным группам гуляло шутливое обращение: «Дорогие эфиопы! Сердцем я с вами, но завтра у меня свадьба. Пожалуйста, не блокируйте дорогу такую-то около 18.00. Спасибо!» А в русскоязычных множились коллажи из фильма «Планета обезьян» и перепосты известной песни «Убили негра» группы «Запрещенные барабанщики» с комментариями (цитирую дословно с сохранением орфографии и пунктуации): «Они неандертальцы, вернуть всех на пальму», «Да, я росистка. Кому не нравится в Израиле, ворота в Африку открыты», «Самые жосткие меры. И это самое малое, что эти обезьяны заслуживают». В какой-то момент ситуация вышла из-под контроля. Протестующие, разгоряченные безнаказанностью и неожиданным ощущением власти, стали переворачивать полицейские машины, бросать камни. В общем, перешли от мирного протеста к тому, к чему переходит любая толпа, которой не задали рамки допустимого. Поздно ночью в полиции было принято решение разогнать демонстрантов. Их разогнали. В результате протестов получили травмы около 150 человек (из них 110 полицейских), 140 нарушителей задержаны (большинство уже выпущены на свободу). Учитывая масштабы акции (десятки тысяч протестующих по всей стране) и ее содержание, то, что обошлось без серьезных столкновений и жертв, конечно, выглядит чудом. Соцсети, правда, так ждали очередного (и желательно кровавого) повода поненавидеть и без того ненавидимых, что появился фейк: новость о том, что роженица и ее ребенок умерли в машине, застрявшей в пробке из-за протестующих. «Новость», конечно, подхватили и понесли по группам и сообществам в соцсетх с восторгом. Посыпались разъяренные смайлики и посты, появились теории заговоров, кто-то своевременно крикнул, что в акциях протестов виноваты «левые». (В Израиле левые призывают к толерантному отношению ко всем слоям населения, а крайне левые – к прекращению «оккупации Газы», так они формулируют свое отношения к территориям, которые сейчас принадлежат Израилю, но вокруг постоянно ведется ожесточенная борьба). В конкурсе на самую оригинальную версию явно победила идея, что эфиопы хотят гражданской войны в Израиле, потому что ненавидят евреев. Поясню, что представители эфиопской общины — тоже евреи и переехали в Израиль из Эфиопии по тому же Закону о возвращении, по которому и все остальные жители страны. Градус ненависти и ожидания новых поводов для нее превысил все возможные нормы. 3 июля протесты продолжились, но полиция контролировала протестующих, и беспорядков, как и транспортного коллапса, не случилось, а к вечеру семья погибшего призвала членов общины прекратить акции протеста до 9 июля. В ивритоязычных соцсетях тут же отвлеклись и заговорили о насущном – в конце концов, скоро шаббат, выходные, а к побережью Израиля приближается полчище медуз. А в русскоязычном сегменте то тут, то там задаются вопросом, ожидать ли «от этих» очередных беспорядков, и дожевывают комья ненависти, которые не успели переварить за минувшие три дня. Израиль вернулся к обычной жизни. Транспорт ходит в штатном режиме, все ездят по делам и в гости, вечером отправятся по магазинам закупать еду. И только русскоязычные СМИ продолжают вытаскивать истории о том, как кто-то не успел на свадьбу из-за позавчерашних заторов и подсчитывать убытки от действий протестующих, называя 2 июля «черным вторником» — легко считываемая метафора. Кто-то продолжает сетовать на сплоченность эфиопской общины, в отличие от русскоязычной, которая горазда воевать за свои права исключительно в Фейсбуке. И всего один человек написал о том, что наша взаимная ненависть и непонимание продиктованы тем, что хотя мы и живем в одной стране, друг о друге не знаем абсолютно ничего, руководствуясь в своем отношении к иным страхами и стереотипами, а анализировать и задаваться вопросами так и не научились. Рассказывают, что в эфиопской общине ходят слухи, будто премьер-министр якобы разрешил стрелять по демонстрантам. На вопрос, с чего вы это взяли, ответ такой: «Нам сказали, что в газетах так пишут». И, поверьте, из всего моего текста русскоязычные израильтяне вычитают именно это, сделав соответствующие выводы об интеллектуальном уровне всех эфиопских евреев сразу. Некоторые, конечно, с оговоркой: «Я знал одного эфиопа, он даже в университете учился, но вообще...», совершенно забыв, как в своей доизраильской жизни им приходилось слышать в свой адрес: «Нет, ты, конечно, неплохой еврей, но вообще...»