12 ноября 1948 года завершился Международный военный трибунал над руководством Японии времен Второй мировой войны, обвиненном в различных тяжелых преступлениях, в том числе в планировании и ведении войны против СССР. В итоге шестерых генералов и одного премьер-министра казнили, остальным осужденным назначили различные сроки тюремного заключения, а главного идеолога японского милитаризма Сюмэя Окаву признали сумасшедшим.
Семь повешенных и один сумасшедший: как судили японских генералов
70 лет назад в Токио завершил работу Международный военный трибунал для Дальнего Востока. В ходе длившегося 2,5 года процесса над 28 военными преступниками из числа высшего военного и гражданского руководства Японской империи (среди них четыре бывших премьер-министра, 11 министров, восемь генералов и два посла) было проведено 818 открытых судебных заседаний и 131 заседание в судейской комнате. Трибунал принял 4356 документальных доказательств и приобщил к делу 1194 свидетельских показания. Виновность всех подсудимых была неопровержимо доказана. В состоявшем из 1214 страниц приговоре констатировалось, что на протяжении рассмотренного трибуналом периода 1928-1945 годов внешняя и внутренняя политика Японии была направлена на подготовку и развязывание агрессивных войн, а подсудимые совместно с руководством Германии и Италии стремились к завоеванию мирового господства и порабощению других народов. Подробно был рассмотрен и вопрос об агрессивных действиях японских милитаристов против СССР. Требование о проведении военного суда над японцами было зафиксировано в Потсдамской декларации, 10-й пункт которой гласил: «Мы не стремимся к порабощению японцев как расы или уничтожению их как нации, однако должно быть осуществлено суровое правосудие в отношении всех военных преступников, включая тех, кто совершал зверства против наших военнопленных». Ключевую роль в развертывании процесса сыграли США, которые хотели усилить свое влияние после суда над нацистами в Нюрнберге, где американцы по большей части остались на втором плане. В вину японцам ставился союз с Германией и Италией, подписанный в Берлине 27 сентября 1940 года сроком на 10 лет. Рассматривалось нападение Японии на США в Перл-Харборе, а также на Филиппины и Голландию в юго-западной части Тихого океана, на представителей Британского Содружества и на французский Индокитай, обширные территории которого, равно как и земли Китая, подверглись длительной оккупации. Устав, определявший структуру трибунала, юрисдикцию и общие условия, был утвержден главнокомандующим союзных войск на Дальнем Востоке американским генералом Дугласом Макартуром. Устав вобрал в себя важнейшие положения Нюрнбергского трибунала, однако в нем не был соблюден принцип равноправного участия стран в организации и проведения процесса. Если нацистов судили на четырех языках, то в Токио использовался только английский. Обвинительное заключение составили представители 11 держав, которых японская агрессия коснулась напрямую (9 из них являлись подписантами Акта о капитуляции Японии). Процесс возглавлял австралийский судья Уильям Уэбб, главным обвинителем был назначен американский прокурор Джозеф Киннан. СССР в качестве судьи представлял на процессе член Военной коллегии Верховного суда, генерал-майор юстиции Иван Зарянов, а в качестве прокурора – начальник Договорно-правового отдела МИД Сергей Голунский, которого вскоре сменил прокурор Москвы Александр Васильев. При этом советская сторона, если так можно выразиться, осталась наименее пострадавшей от японцев. Во время Второй мировой войны японское командование не решилось на вторжение в СССР, памятуя об опыте боев на озере Хасан (в 1938 году) и реке Халхин-Гол (1939). Прямое столкновение между державами случилось только в августе 1945 года и фактически завершало войну. Три сформированных фронта общей численностью 1,5 млн человек под началом маршала Александра Василевского разгромили миллионную Квантунскую армию. Потери японцев составили 84 тыс. воинов убитыми и около 600 тыс. взятыми в плен против 12 тыс. погибших у Советского Союза. Красноармейцы захватили Курилы и южную часть Сахалина – состоялся своеобразный реванш за унижение Русской императорской армии в 1905 году. Вопрос государственной принадлежности так называемых «северных территорий» — трех крупных и череды мелких островов Курил, с японской точки зрения, остается открытым до сих пор и вот уже 73 года не позволяет странам заключить мирный договор. Первоначально обвинительное заключение состояло из 55 пунктов, в которых осуждались агрессивные войны Японии, начиная с 1937 года, преступный характер политики японского руководства, принесшей неисчислимые жертвы и лишения народам многих стран, самому японскому народу. Приводились факты массовых убийств – к примеру, Нанкинской резни, в ходе которой было уничтожено более 300 тыс. жителей города и китайских военных. Воспроизводился «марш смерти» на Филиппинах, во время которого погибли десятки тысяч военнопленных и т.д. Пункты обвинения на Токийском процессе были разделены на три категории – преступления против мира, массовые убийства и преступления против обычаев войны и против человечности. Во всех пунктах обвинительного заключения были детализированы как сами многочисленные акты преступных деяний, так и формы конкретного участия в них отдельных обвиняемых. Было отмечено, что все эти преступления были заранее запланированы, чтобы обеспечить Японии и ее союзникам господство над миром. «Осуществление агрессии сопровождалось неслыханными жестокостями, полным попранием принципов свободы и уважения человеческой личности, разорением экономики, уничтожением культурных ценностей», — устанавливал трибунал. Советский обвинитель Васильев делал особый акцент на то, что «главные японские военные преступники вершили свои преступления вместе со своими сообщниками из гитлеровской клики и что империалистическая Япония должна разделить ответственность гитлеровской Германии за все совершенные ею злодеяния». «Миллионы погибших на полях сражений и замученных в фашистских застенках; миллионы женщин, детей и стариков, истребленных в мирных городах и селах, подвергшихся захвату, многомиллионные убытки, понесенные народами всего мира в результате огромных разрушений, вызванных агрессивной войной; гибель колоссальных культурных и исторических ценностей, варварски уничтоженных, — таков счет, предъявляемый человечеством к империалистической Японии в сообщничестве с гитлеровской Германией», — следовало из его слов. Трибунал проигнорировал американские бомбардировки Хиросимы и Нагасаки и ряд процессуальных процедур, что позволило некоторым подвергнуть критике ход процесса, называя его не справедливым беспристрастным судом, а расправой победителей над проигравшими. Самый серьезный раскол между самими судьями случился по поводу применения к осужденным смертной казни. У такой меры нашлись принципиальные противники, однако победило в итоге мнение большинства. «Вердикт, вынесенный трибуналом в результате незаконной процедуры, не может быть правомочным», — заявил французский судья Анри Бернар, не участвовавший в заседаниях. А включенный в состав судей представитель Британской Индии Радхабинод Пал оспорил не только конкретные детали и выводы, но и саму правомочность трибунала и концепцию приговора. Тем не менее, к смертной казни через повешение были приговорены семь человек – генералы Коэндзи Доихара, Сэйсиро Итагаки, Хэйтаро Кимура, Иванэ Мацуи, Акира Муто, Хидэки Тодзио, а также бывший глава МИД и премьер-министр Японии Коки Хирота. Приговор был приведен в исполнение в ночь на 23 декабря 1948 года. Многие их них были признаны виновными, среди прочего, по пункту 35 (планирование и ведение войны против СССР). 16 подсудимых получили пожизненные сроки, еще у двоих вина была доказана частично – им назначили 20 и семь лет заключения соответственно. Отправленные в тюрьму японцы либо умерли до отбытия установленного наказания, или же вышли по УДО в середине 1950-х годов. 29-м на скамье подсудимых должен был оказаться бывший премьер Фумимаро Коноэ. Однако он отказался от добровольной сдачи и в ночь на 16 декабря 1945 года принял цианистый калий. Экс-министр иностранных дел Есукэ Мацуока и адмирал флота Осами Нагано (обвинялся, в том числе, по 35-му пункту) умерли во время судебного следствия, а главного идеолога японского милитаризма Сюмэя Окаву признали невменяемым из-за развившегося психического заболевания и исключили из числа подсудимых Токийского трибунала, но оставили в тюрьме, переведя в американский военный госпиталь.