Аукцион по «Сибнефти» был фикцией с известным заранее победителем, следует из показаний Романа Абрамовича в Высоком суде Лондона, и роль Бориса Березовского в организации торгов была «исключительной». После покупки компании Абрамович перевел на свои фирмы финансовые потоки от экспорта и из этих денег платил Березовскому. Остатки лежат в Латвийском торговом банке.
Исключительные и бесценные люди
Третий день свидетельских показаний Романа Абрамовича в Высоком суде Лондона раскрыл механизм залогового аукциона, на котором структуры предпринимателя в 1995 году купили «Сибнефть», механику нефтетрейдинга в России и направления денежных потоков от продажи нефти. Аукциона в 1995 году в традиционном понимании этого термина не было, следует из слов Абрамовича: и с организаторами в лице Госкомимущества , и с участниками были предварительные договоренности. В том числе о включении «Сибнефти» в приватизационную программу. Изначально ее не было в списке компаний для залогового аукциона. Абрамович выступает ответчиком по иску Бориса Березовского. Истец пытается доказать, что под давлением Абрамовича был вынужден продать в 2000—2003 годах доли в нескольких российских компаниях, в том числе в «Сибнефти», по цене существенно ниже рыночной. Ущерб Березовский оценил в $5,6 млрд. По его мнению, Абрамович воспользовался изменением политической конъюнктуры — потерей влияния Березовского в Кремле и эмиграцией в Лондон, чтобы заставить его продать перспективные активы дешево. Адвокаты ответчика это опровергают, доказывая, что Березовский никогда не был реальным совладельцем бизнеса и получал выплаты от Абрамовича за стандартную для России 1990-х «крышу» и лоббистские услуги. Задача юристов Березовского — доказать наличие партнерских отношений между ним и Абрамовичем. Роль Березовского в подготовке залогового аукциона по «Сибнефти» исключительна, признал в среду Абрамович (цитаты по РАПСИ ). Именно Березовский проводил встречи с Альфредом Кохом , занимавшим пост руководителя Госкомимущества, и «всего добился». На этих встречах было принято решение о продаже «Сибнефти». «Я для Коха был никто», — уточнил Абрамович. Но, по его словам, ключевым для одобрения аукциона было мнение не Березовского, а Виктора Городилова, бывшего президента «Сибнефти», а тогда главы «Ноябрьскнефтегаза». Он тоже в итоге согласился. Добившись выставления «Сибнефти» на аукцион, люди Березовского и он сам вступили в переговоры с другими потенциальными претендентами на нефтяную компанию. Партнер Березовского Бадри Патаркацишвили занялся нейтрализацией заявки от Самарской металлургической компании, которая представляла интересы Инкомбанка. Участие «Самеко» в аукционе удвоило бы стоимость актива — до $217 млн. «У вас не было $217 млн?» — спросил адвокат Березовского Лоуренс Рабинович. И Абрамович признался, что не было, а роль Патаркацишвили в переговорах с «Самеко» «была бесценной». Другой претендент — банк МЕНАТЕП — не стал торговаться с компанией Абрамовича и подал заявку на начальном уровне цены. «Березовский мог договориться об этом», — признается Абрамович. Установив контроль над «Сибнефтью», компании Абрамовича переключили на себя экспортные потоки. Фирмы группы Runicom выступали единственными покупателями нефти, которая продавалась за границу. А добывающая «дочка» «Ноябрьскнефтегаз» поставляла нефть на Омский НПЗ не напрямую, а через сеть компаний-посредников в закрытых административно-территориальных организациях. В трейдерских фирмах работали инвалиды. Схема обеспечивала налоговые льготы — компании платили налог на прибыль не по 35-процентной ставке, а по 5,5-процентной. Прибыль посредников в экспортных сделках могла достигать «сотен миллионов долларов», не стал отрицать Абрамович. А «Сибнефть» до 2001 года работала без прибыли. «Компания получала ту прибыль, которую она должна была получать, налогов было меньше», — резюмировал Абрамович, а инвалиды были реальными и получали, по его словам, зарплаты. Рабинович, ссылаясь на данные проверки Счетной палаты от 2002 года, утверждает, что деньги посредников переводились в панамскую компанию Palmex через Латвийский торговый банк (сейчас подконтролен Игорю Киму ). Эта компания оформляла заказы на поставку бульдозеров, а потом отменяла их. Деньги возвращались в банк и находятся там сейчас, заметил адвокат Березовского. Абрамович признался, что, «возможно, Palmex» — это его компания. С людьми, содействовавшими в организации аукциона по «Сибнефти», Абрамович поддерживал отношения. С 1995 года он платил Березовскому и его окружению. Суммы платежей были очень разными — от $15 000 на личные расходы до десятков миллионов долларов, которые перечислялись на счета «ЛогоВАЗа», аффилированного с Березовским. «Мы платили за ТВ6, «Коммерсантъ», ОРТ , шато во Франции», — перечислял Абрамович, замечая, что единого документа, который бы подтверждал платежи, у него нет. «Березовский или Патаркацишвили могли попросить оплатить расходы, лично им мы не платили. Обычно это были устные просьбы», — описал схему выплат Абрамович, добавив, что «звонил Березовский, причем делал это часто». Платежи на развитие ТВ6, в частности, шли через Льва Черного , предпринимателя, также претендующего на долю в «Русале». Адвокат Рабинович объясняет, что Березовский был вынужден формально дистанцироваться от бизнеса Абрамовича из-за своих политических проектов. «Согласны ли вы, что Березовский в 1996 году был видной политической фигурой? - спросил юрист Абрамовича. — Согласны ли, что бизнес до президентских выборов 1996 года находился под значительным политическим риском?» Абрамович ответил, что риском были сами выборы, так как к власти могли прийти коммунисты , но он не дистанцировался от Березовского. Слушания продолжатся в четверг.