Актеру Дэниэлу Крэйгу, исполнителю роли Джеймса Бонда в четырех фильмах бондианы, рекомендовали не критиковать своего персонажа и не рассказывать, как он ему надоел.
Крэйга лишили слова
За десять дней до выхода 24-го фильма бондианы актер Дэниэл Крэйг , исполнитель роли Джеймса Бонда в «007: Спектр» и трех предыдущих картинах шпионской франшизы, оказался в центре скандала. Это, конечно, полезно для кассовых сборов, но вот чем все закончится для актера, пока непонятно. Началось все с интервью для британской версии журнала Time Out, в котором Крэйг с пугающей откровенностью высказался о своем знаменитом персонаже, о бондиане и о том, как ему все надоело. По словам актера, он уже вполне созрел для того, чтобы уйти из франшизы. Более того: он лучше «порежет себе вены», чем снимется в следующем фильме о секретном агенте на службе ее величества. Заявление вызвало естественное негодование в компании Sony, что неудивительно: Бонд вот уже полвека приносит только прибыль и ничего, кроме прибыли. Общая выручка 23 фильмов давно превысила $4 млрд (без учета инфляции), и на любые действия, которые могут уменьшить будущие сборы, продюсеры смотрят очень неодобрительно. Во всяком случае, судя по данным источников портала Page Six, Крэйгу порекомендовали заткнуться. Возможно, только до премьеры, которая намечена на 23 октября. Крэйга можно понять — роль Бонда действительно накладывает на актеров неизгладимый отпечаток, и нужно быть Шоном Коннери , чтобы справиться с прилипчивым образом. Однако даже знаменитого шотландца помнят скорее именно как первого исполнителя придуманного Яном Флемингом персонажа; остальные актеры бондианы — Джордж Лэзенби , Роджер Мур , Тимоти Далтон и Пирс Броснан — не избежали подобной участи. Впрочем, вряд ли они были огорчены этим обстоятельством. Джеймс Бонд приносил деньги не только Sony, и только Лэзенби, сыгравший в одном фильме («На секретной службе ее величества», 1969), получил какие-то $400 тыс. Броснан, например, заработал за четыре картины более $40 млн, да и Крэйгу франшиза уже принесла сопоставимую сумму — с учетом гонорара и процентов от сборов. Остается проблема благодарности персонажу, который, можно сказать, вывел Крэйга в люди. Дело в том, что до премьеры бондианского фильма «Казино «Рояль» актер был далеко не звездой. Он снимался с начала 90-х, но даже в каких-то громких фильмах — от британских телефильмов о стрелке Шарпе до сериала «Приключения молодого Индианы Джонса» — участвовал далеко не на первых ролях. К нулевым ситуация изменилась, но даже в фильме Стивена Спилберга «Мюнхен» (2005) о мести израильтян за расстрел спортсменов этой страны на Олимпиаде-72 Крэйгу досталась не главная роль. Все изменилось после того, как актера сделали Бондом. Он вышел на первый план, поначалу в небольших проектах, а после «Кванта милосердия» (2008) — и в больших. Его пригласили в амбициозный космический вестерн Джона Фавро «Ковбои против пришельцев» (бюджет $160 млн), затем в американскую экранизацию романа шведского писателя Стига Ларссона «Девушка с татуировкой дракона» Дэвида Финчера (на роль репортера Микаэля Блумквиста ). Правда, фурора эти фильмы не произвели («Ковбои…» вообще провалились), и Крэйг так и не стал актером, который приносит деньги. Судя по словам источника, в этих неудачах он винит именно Бонда. Но в рамках бондианы фильмы с его участием принимались очень неплохо — в 2012 году сборы «007: Координаты «Скайфолл» впервые в истории франшизы превысили отметку в миллиард долларов. Возможно, на слова актера во время интервью повлияли различные обстоятельства, связанные со съемками «Спектра». Делать фильм начали в начале этого года, после трудного «допиливания» сценария, а уже в марте Крэйгу потребовалась операция на поврежденном колене. На графике работ его состояние, впрочем, не отразилось, но вот переснимать отдельные эпизоды пришлось совсем недавно и доделывать картину почти на ходу. Контракт с Крэйгом был подписан до 2015 года на четыре фильма бондианы. Предположительно, выходящий в этом месяце «007: Спектр» должен стать финальным в карьере актера как агента с правом на убийство. Но возможно, его попросят сняться еще в одном, юбилейном 25-м Бонде — если, конечно, продюсеры не припомнят 47-летнему Крэйгу сказанных в запале слов. Правда, коллега актера по бондиане Наоми Харрис заявила, что Крэйг больше шутил, а его слова следует рассматривать как сарказм, и эта версия может устроить всех, в том числе и боссов Sony.