Китай меняет свою энергетическую доктрину, выбирая природный газ как основной источник топлива на ближайшие десятилетия. Это открывает большие перспективы для «Газпрома». Однако эксперты предупреждают — если в течение ближайших пяти лет газовый монополист не начнет прямые трубопроводные поставки топлива в КНР, он рискует навсегда потерять перспективный азиатский рынок.
Поддать Китаю газу 
Китай становится все более зависимым от поставок природного газа из-за рубежа. К такому выводу пришли эксперты, а также официальные власти страны в ходе подготовки к зимнему отопительному сезону. В прошлом году вторая по величине экономика мира импортировала около 40 млрд кубометров природного газа — 28% от всего потребляемого объема. В планах правительства — наращивание доли импортного газа до 35% к 2015 году. Ставка на импортный газ – мощный сигнал со стороны китайских властей, решившихся на реализацию реформы энергетики. Исчерпав внешние источники для роста, энергетический сектор экономики КНР нуждается в структурных изменениях. И хотя нынешнее состояние сектора может обеспечить стабильный экономический рост в ближнесрочной перспективе, однако в долгосрочном плане он вряд ли сможет поддерживать необходимые правительству КНР темпы экономического роста. Причиной назревших реформ является быстрый рост китайской экономики, уверены эксперты. С конца 1970-х годов правительство КНР всеми силами способствовало развитию тяжелой и легкой промышленности, металлургии, машиностроения, которые должны были помочь развитию сначала прибрежных, а затем и внутренних регионов страны. Энергетический сектор служил исключительно как фундамент для претворения в жизнь региональных проектов, поэтому его развитие носило экстенсивный характер. В результате китайская энергетика накопила огромный груз проблем, которые уже начали негативно сказываться на экономике страны. Главной проблемой китайской энергетики является использование угля как основного источника топлива для выработки тепла и электроэнергии. На сегодняшний день доля угля в потреблении энергоресурсов составляет свыше 70%. Это обуславливается наличием больших запасов на территории КНР, а также относительной дешевизной его добычи. Однако экономический эффект от использования остается весьма сомнительным. В среднем сжигание 1 тонны каменного угля равняется только 0,77 тонны условного топлива, в то время как сжигание 1 тыс. кубометров природного газа равняется 1,3 тонны условного топлива. Негативное воздействие от сжигание угля на экологию страны и здоровье граждан также отрицательно влияет на экономику страны. В сентябре Госсовет КНР обнародовал план, согласно которому к 2015 году доля угля в потреблении энергоресурсов должна быть меньше 65%, а отдельным регионам страны запрещается строить новые ТЭЦ, работающие на угле. Однако эксперты скептически относятся к возможности реализации программы в установленные сроки. «Хотя правительству КНР, может, и удастся снизить долю угля только до 60%, однако для этого понадобится переоборудовать большинство китайских ТЭЦ, что в свою очередь потребует огромных финансовых затрат», — говорит «Газете.Ru» заместитель директора Института Дальнего Востока РАН Андрей Островский. Предложенный Госсоветом план предполагает переход на более дешевые и экологически чистые источники энергии, одним из которых является природный газ. По оценкам аналитиков, в этом году потребление газа в Китае составит около 150 млрд кубометров. Однако самостоятельно добыть такой объем газа китайские нефтегазовые компании не в состоянии. «Сейчас Китай производит около 110 млрд кубический метров газа в год», — отмечает профессор Островский. «Раньше этого вполне хватало для того, чтобы полностью удовлетворить внутренний спрос. Однако сейчас спрос на природный газ заметно вырос, особенно в прибрежных районах Китая, поэтому китайские энергетические компании будут вынуждены или увеличивать объем его добычи, или экспортировать газ из-за рубежа». Обеспокоены сложившейся ситуацией и китайские нефтегазовые корпорации. В мае этого года председатель совета директоров CNPC Чжоу Цзипинь в ходе ежегодного собрания акционеров заявил, что «свободных ресурсов в этом году мало». Руководство CNPC, добывающей около 70% всего китайского газа, заявило, что компания планирует добыть в 2013 году около 107 млрд кубометров газа, однако это все равно не сможет покрыть весь спрос на топливо в этом году. По оценке компании, дефицит природного газа на китайском рынке составит около 7–10 млрд кубометров. Однако многие аналитики сомневаются в этой оценке, указывая на то, что нефтяная компания заметно преувеличивает свои возможности. «Если смотреть объективно, то сегодня около 77% потребления Китай удовлетворяет с помощью собственной добычи, — говорит «Газете.Ru» вице-президент ценового агентства Argus Media Вячеслав Мищенко. — 11% потребления удовлетворяется через трубопроводный импорт, и еще 12% удовлетворяется импортными поставками газа через терминалы. Есть также и возможность приобретения газа на спотовом рынке». Сегодня Китай импортирует газ через газопроводы, построенные на западе и юго-западе страны, а также через морские терминалы, расположенные на юго-восточном побережье. Развитая трубопроводная система соединяет западные регионы КНР и страны Центральной Азии, для которых долгосрочные контракты на экспорт полезных ископаемых в Китай являются одним из основных способов пополнения бюджета. «Основным экспортером газа в КНР из Центральной Азии на данный момент является Туркменистан, поставляющий около 20 млрд кубов в год, — отмечает Андрей Островский. — Не отстает и соседний с Россией Казахстан, где китайские инвесторы приобрели большой пакет акций крупной казахской компании KazMunaiGas. Однако пока компания разрабатывает только нефтяные месторождения, поставляя в КНР около 10 млн тонн нефти в год». Китайские государственные корпорации владеют значительными долями в нефтегазовых компаниях Казахстана. Так, в 2009 году китайский суверенный фонд China Investment Corporation (CIC) приобрел около 11% всех глобальных депозитарных расписок дочерней структуры KazMunaiGas — KazMunaiGas Exploration Production, торгуемых на рынке; ранее, в 2005 году посредством своих дочерних структур CNPC купила Petro Kazakhstan — одну из крупнейших энергетических компаний республики, однако по договору с министерством энергетики Казахстана вернула 33% доли компании «КазМунайГазу» в обмен на пакет акций нефтедобывающей компании. По официальным данным торгово-промышленной палаты Казахстана, в 2010 году доля китайских компаний в нефтедобыче составляла 22,5%, однако эксперты считают, что крупные китайские игроки владеют куда более значительным количеством активов, а некоторые из исследователей говорят, что доля китайских компаний на рынке существенно недооценена. «Не отстают и страны ЮВА. Не так давно было завершено строительство газопровода из Мьянмы, рассчитанного на поставку 10 млрд кубов в год», — говорит Островский. Для российских компаний увеличивающийся дефицит газа в Китае открывает большие перспективы, уверены эксперты. «В перспективе при увеличении спроса на газ со стороны КНР могут быть реализованы два российских проекта «Алтай» и «Сила Сибири», — отмечает Вячеслав Мищенко. Согласно планам «Газпрома», «Сила Сибири» должная стать общей газотранспортной системой для Иркутского и Якутского центров газодобычи и будет транспортировать газ этих центров через Хабаровск до Владивостока. Как отмечают в «Газпроме», помимо важного регионального значения проект имеет серьезный экспортный потенциал, поэтому в случае необходимости «Сила Сибири» может стать мощной базой для выхода на китайский рынок. Другим проектом «Газпрома» является «Алтай». Согласно планам компании, «Алтай» должен связать газовые месторождения Западной Сибири и Синьцзян-Уйгурский автономный регион на западе Китая. Планируемая протяженность газопровода около 6700 км, а предварительная стоимость проекта составляет, по различным оценкам, от $4,5–5 млрд до $10–13,6 млрд. «Сейчас наиболее перспективным остается проект «Сила Сибири», а вот с реализацией «Алтая» могут возникнуть проблемы из-за большой критики проекта со стороны экологов, геологов, а также местного населения», — говорит Мищенко. Однако российскому газовому монополисту стоит поторопиться. Если переговорный процесс затянется, «Газпром» рискует не только упустить возможность выйти на рынок КНР, но и проиграть битву за весь Азиатско-Тихоокеанский регион. «Если Россия сегодня не поспешит подойти со своим газом на китайский рынок, то может так случиться, что Китай не будет заинтересован в поставках российского газа, — отмечает Островский. — Пока что перспективный для «Газпрома» рынок забрал Туркменистан. Российский газовый монополист так и не подписал ценовое соглашение с китайской стороной, и пока не будет достигнуто консенсуса по этому вопросу, ни одна из сторон не будет принимать никаких дальнейших действий». «Три года назад «Газпром» уже отказался подписывать ценовое соглашение с китайской стороной, мотивируя это нежеланием Китая соглашаться на российские условия. Руководство компании полагало, что у КНР не будет выхода и рано или поздно Китай пойдет навстречу. Однако не прошло и года, как был построен газопровод из Туркменистана и Казахстана в Китай и по этому газопроводу пошел туркменский газ. Кстати руководил проектом нынешний премьер Госсовета КНР товарищ Ли Кэцян », — говорит Островский.