Дмитрий Медведев досрочно отправил в отставку главу Ставрополья Валерия Гаевского. Весной в крае разгорелся скандал с голодовкой депутатов в городе Лермонтов. Исполняющим обязанности губернатора назначен депутат-единоросс Валерий Зеренков. Его кандидатуру мог пролоббировать вице-премьер Игорь Сечин, предполагает эксперт.
Фобии против губернатора
Президент Дмитрий Медведев досрочно отправил в отставку очередного губернатора — главу Ставропольского края Валерия Гаевского. Как и все внеочередные смены глав регионов в последние месяцы, это формально «отставка по собственному желанию». Временно исполняющим обязанности губернатора назначен депутат Госдумы от «Единой России» , член комитета по делами семьи, женщин и детей Валерий Зеренков. Ранее одним из вероятных кандидатов в главы региона считался министр энергетики Сергей Шматко , который может оказаться без кресла в новом правительстве. Валерий Зеренков Зеренкову 63 года, в Думу он избрался от Ставропольского края, где родился в городе Изобильный и окончил сельскохозяйственный институт. Карьеру в 70-х начинал учеником электрика автоколонны, дослужился до генерального директора Ставропольского центра стандартизации, метрологии и сертификации. В отличие от многих губернаторов-назаченцев Зеренков не человек со стороны и давно известен политикам Ставрополья. В 1994—1998 гг. Зеренков возглавлял краевую думу и в этом статусе входил в состав Совета федерации , где работал в комитете по бюджету. Гаевский не был самым вероятным кандидатом на отставку, свидетельствует последний «Рейтинг политической выживаемости губернаторов», опубликованный в начале апреля Международным институтом политической экспертизы, « Минченко консалтинг» и фондом «Петербургская политика». В этом рейтинге у Гаевского, как и у еще 21 главы региона, была «тройка». Но в Ставрополье случился один из самых громких политических скандалов последнего времени — голодовка в городе Лермонтов, продлившаяся 11 дней. Ее удалось прекратить только после вмешательства полпреда президента на Северном Кавказе Александра Хлопонина и депутата Госдумы, режиссера Станислава Говорухина. Голодовку в конце февраля объявили кандидаты в депутаты на внеочередных выборах местного горсовета, которых отказалась регистрировать территориальная избирательная комиссия. Тогда они написали письмо Медведеву и Владимиру Путин у, в котором обвинили главу Ставропольского края Валерия Гаевского и мэра Пятигорска Льва Травнева , а также «группу привластных богатеньких людей из Москвы, имеющих денежные интересы в городе Лермонтове», в отстранении от выборов нелояльных политиков. Глава Международного института политической экспертизы Евгений Минченко объясняет отставку Гаевского двумя причинами. «Это рост протестных настроений, связанный с Лермонтовым, и межнациональные отношения в регионе, — уверен он. — В Ставрополье идет активная экспансия групп из Дагестана, других соседних республик и отток уроженцев края. Возникают бытовые конфликты, и губернатор был неспособен справиться с ситуацией». При этом кандидатура Зеренкова, которого, он уверен, утвердят, вызывает у политолога недоумение. «Он классический советский управленец — мясокомбинат, автобаза, — рассуждает Минченко. — Но ему все-таки уже 64 года. Возможно, это технический губернатор, а через год-два Ставрополье ждут выборы». Глава фонда «Петербургская политика» Михаил Виноградов отмечает, что список «Единой России» на выборах в парламент в декабре 2011-го возглавлял вице-премьер Игорь Сечин и «формирование списка (по которому Зеренков попал в Госдуму) шло не без участия чиновника». «Единая Россия» в итоге показала в регионе неплохой результат — почти 50%, а Путин в марте набрал 64,5%. Так что логика, по которой в отставку отправляются губернаторы, не сумевшие обеспечить хороший результат на выборах, здесь в отличие от Ярославской, Смоленской, Мурманской и других областей не оправдалась. «Регион достаточно депрессивный, много было к Гаевскому замечаний, — говорит Виноградов. — Срок его полномочий скоро кончался, а выборы можно было проиграть. У жителей региона из-за интеграции Северного Кавказа было ощущение, что федеральный центр бездействует, что порождало фобии».