БРИКС пока не будет прирастать новыми странами, решили лидеры на саммите в ЮАР. Некоторые эксперты сомневаются, что расширение объединения произойдет в принципе. Но страны клуба и их партнеры могли бы противостоять волне протекционизма и развязанным США торговым войнам.
С кондачка не решается: почему БРИКС не расширяется
В конце этой недели в Йоханнесбурге, деловой столице Южно-Африканской республики, состоялся саммит БРИКС (Бразилия, Россия, Индия, Китай, ЮАР). В повестке традиционно было все, что только можно было обсудить: от создания «женского делового альянса» до последствий четвертой промышленной революции. Накануне саммита глава МИД РФ Сергей Лавров намекал на возможное расширение БРИКС. Клуб в настоящее время расширяет свой глобальный охват, формирует круг единомышленников, и обладает хорошим потенциалом для того, чтобы стать площадкой для сопряжения интеграционных процессов, отмечал он. А помощник президента РФ Юрий Ушаков подчеркивал, что «лидеры БРИКС обменяются своими взглядами на возможные процессы расширения, подключения новых участников». И они действительно обменялись взглядами. Президент Владимир Путин на пресс-конференции по итогам саммита, отвечая на вопрос «Газеты.Ru» про отсутствие прогресса в расширении альянса, подчеркнул, что кандидаты в альянс «проявили готовность и желание работать в рамках БРИКС в полном формате». «Но на сегодняшней встрече в узком составе все-таки все мои коллеги подошли к этому, скажем, осторожно, желая, конечно, сотрудничать с другими странами, не исключая в ближайшее время расширения БРИКС», — отметил он, добавив, что двери не закрыты, но вопрос «с кондачка не решается, нужно как следует это проработать». В итоге на саммите в ЮАР лидеры-основатели БРИКС договорились, что будут пока использовать в работе с партнерами форматы типа «БРИКС плюс». С президентами Аргентины и Турции (эти страны могут стать новичками БРИКС) Маурисио Макри и Реджепом Эрдоганом Владимир Путин провел двусторонние встречи. Формат БРИКС + появился на предыдущем саммите в китайском Сямэне. Тогда неофициально говорилось, что число участников клуба может удвоиться. Плюсовать предлагалось тех единомышленников, которые разделяют экономические и политические взгляды БРИКС и чья экономика является развивающейся. Именно под эту неформальную повестку прошлогоднего саммита глава КНР Си Цзиньпин пригласил лидеров пяти стран — Египта, Гвинеи, Мексики, Таджикистана, Таиланда. Расширения БРИКС в Китае в итоге не состоялось, задача перекочевала на нынешний саммит, и снова не была реализована. Отвечая на вопрос «Газеты.Ru», почему расширения не состоялось и в Йоханнесбурге, министр экономического развития Максим Орешкин , принимавший участие в саммите, пошутил: «Наверное, просто еще не придумали благозвучного названия». Часть экспертов считают, что расширение БРИКС в принципе невозможно. Хотя бы в силу внутренних противоречий. Например, между Китаем и Индией. «Это и без того аморфное объединение, появившееся благодаря креативности инвестбанкира Джима О'Нила. Нет никаких четких критериев, на основании которых организацию можно расширять. В БРИКС и без новых членов немало противоречий — достаточно упомянуть конфликт вокруг плато Доклам», — пояснял ранее «Газете.Ru» Александр Габуев , эксперт Московского центра Карнеги. Между тем, если БРИКС не будет расширять границы своего присутствия и продолжит топтание на месте, то маловероятно, что он сможет стать альтернативой «большой двадцатке» или «большой семерке». И уж тем более не сможет претендовать на то, чтобы стать базовым лагерем для создания многополярного мира и ухода от гегемонии США в экономике и политике. Эти цели не однократно декларировались Кремлем , в том числе и на форумах БРИКС. Потенциал БРИКС еще не раскрыт до конца в свою очередь уверен программный директор Валдайского клуба Ярослав Лисоволик. Клуб обречен на то, чтобы расширяться и наиболее значимые кандидаты – это Турция и Индонезия. Он не исключает, что к союзу БРИКС в перспективе нескольких лет могут присоединиться, например, страны, входящие вместе с Россией в Евразийский экономический союз — Казахстан, Белоруссия, Армения и Киргизия. Казахстан даже агитировать не надо. Эта страна экономически уже вросла в экономику восточного соседа. Прокладывает железные дороги и автобаны под маршрут Шелкового пути. За Бразилией, считают эксперты, подтянутся входящие в торгово-экономический союз MERCOSUR: Аргентина, Парагвай, Уругвай, Боливия и Венесуэла. За ЮАР — Ботсвана, Лесото, Намибия и Свазиленд. Следующий саммит БРИКС состоится в Бразилии и в одной только Латинской Америке насчитывается несколько международных объединений, с которыми БРИКСу ничего не мешает наращивать взаимную торговлю. Лисоволик называет такой формат сотрудничества «интеграция интеграций». Внутри пятерки БРИКС товарооборот растет. По крайней мере, между Россией и партнерами. По итогам 2017 года объем торговли России с Китаем увеличился на 31,5% (до $86,9 млрд), с Бразилией — на 21,4% (до $5,2 млрд), с Индией — на 21,4% (до $9,3 млрд), с ЮАР — почти на 16% (до $832 млн). С другой стороны, пока так и не заработали в полную силу новые форматы экономического сотрудничества внутри клуба. Например, Новый банк развития БРИКС, сформированный фактически Китаем, с 2016 года и по настоящее время одобрил всего 21 проект на сумму немногим более $5 млрд. БРИКС в потенциале может эффективно противодействовать протекционизму, тарифным войнам, либерализуя собственные рынки. Сначала в формате «БРИКС плюс», затем за счет усиления сотрудничества с другими региональными объединениями стран на всех континентах, отмечает Лисоволик. Для того, чтобы открыть рынки не обязательно вводить членство и иметь жесткую экономическую и политическую структуру, какой является, например, Евросоюз. Проблема лишь в том, что масштабные интеграционные процессы требуют много времени, годы и даже десятилетия и не должны, как выразился Путин, решаться с кондачка. Договориться по ключевым вопросам не всегда получается даже у G7, отмечает Лисоволик.