Роман Захара Прилепина «Грех» стал лучшей книгой десятилетия по версии премии «Национальный бестселлер». Интригой церемонии «Супер-Нацбест» стало не только состязание «Греха» с прохановским «Господином Гексогеном», быковским «Пастернаком», пелевинским «ДПП NN» и другими лауреатами премии, но и ожидание Виктора Пелевина, который так и не пришел.
Супернацбол
«Могу точно сказать, что Виктор Пелевин точно присутствует здесь незримо», — такими словами ведущий церемонии «Супер-Нацбест» приветствовал номинированного на премию писателя, явление которого должно было стать главной интригой, задуманной, чтобы выбрать ни много ни мало главную русскую книгу десятилетия. Пелевин был номинирован со сборником «ДПП NN», состоящим из романа «Числа» и нескольких рассказов, который вряд ли многие считают лучшей книгой автора. Однако сам факт присутствия самого загадочного российского писателя новейшего времени щекотал нервы куда больше непосредственного повода, тем более что организаторы клялись, что Пелевин точно прилетел из Америки и находится где-то неподалеку. Тот же Троицкий пошутил со сцены, что Пелевин изменил внешность (покрылся усами и бородой), и призывал ловить его среди присутствующих в банкетном зале гостиницы «Украина», но попытки, если таковые были, так и не увенчались успехом. Впрочем, обо всем по порядку. В этом году оргкомитет премии «Национальный бестселлер» решил подвести итоги своей десятилетней истории. Шорт-лист нынешней «сверхпремии» был соответственно составлен из десяти победителей прошлых лет. Кроме Пелевина в него вошли Леонид Юзефович с «Князем ветра», Александр Проханов с «Господином Гексогеном», распавшийся ныне дуэт Гаррос--Евдокимов с «Головоломкой», Михаил Шишкин с «Венериным волосом», Дмитрий Быков с биографией Бориса Пастернака в ЖЗЛ, Илья Бояшов с «Путем Мори», Захар Прилепин с романом в рассказах «Грех», Андрей Геласимов со «Степными богами» и Эдуард Кочергин с прошлогодними «Крещеными крестами». Призом стали не десять, а сто тысяч долларов, а в жюри вошли бывшие почетные председатели: Эдуард Лимонов , Ирина Хакамада , Леонид Юзефович, Валентин Юдашкин , бизнесмен Сергей Васильев , актриса Александра Куликова , писатель Илья Штемлер , гендиректор медиахолдинга «Коммерсантъ» Андрей Галиев , банкир Владимир Коган и основатель премии Константин Тублин. Должность почетного председателя жюри отдали помощнику президента Аркадию Дворковичу , и возможность увидеть его за одним столом с Лимоновым уже была достойным воскресным развлечением. В соответствии с правилами «Нацбеста», все члены жюри голосовали открыто. В связи с этим отыгрывавший массовика-затейника Троицкий даже сострил: мол, конкурс похож на «Евровидение». Первым стал Юдашкин, который отдал свой голос Пелевину и поспешно ретировался, подогрев интерес собравшихся. Однако далее интрига церемонии пошла в сторону, отличную от той, которой ждали поклонники автора «Generation P». Поначалу голоса равномерно распределялись между участниками, причем за Пелевина не голосовал больше никто. Почти подряд отдали свои голоса Захару Прилепину бывшие соратники по оппозиционной борьбе Хакамада и Лимонов. Выступление изобретателя «Стратегии-31» было и вовсе встречено несколькими волнами оваций. Он рассказал, как участвовал в жюри самого первого «Нацбеста» («а потом меня посадили»), по-доброму обозвал Тублина «главным буржуином» и, чуть колеблясь, признал присутствие Дворковича позитивным знаком, а премию – примером честным выборов. Наконец, отдавая свой голос Прилепину, он назвал писателя однопартийцем: нацболы бывшими не бывают. Решающим же стал голос Леонида Юзефовича , в симпатиях которого к Прилепину вовлеченная в процесс публика не сомневалась: Прилепин учился у Юзефовича, да и вообще литераторы давно приятельствуют. В итоге Дворковичу, в обязанности которого входило решить исход церемонии, если два писателя получат одинаковое количество голосов, не пришлось даже зачитывать сообщения отсутствующих членов жюри. Выход бритоголового литератора, который, говорят, явился на церемонию почти без денег, был встречен почти такими же аплодисментами, как и выступление Лимонова, которого писатель назвал своим вторым отцом. Кроме того, он поблагодарил маму, жену и Юзефовича, добавив, что скоро в его семье родится четвертый ребенок и премию он считает частью государственно поддержки демографической программы. Учитывая, что на сумке с деньгами можно было обнаружить лейбл Высшего арбитражного суда РФ, слова Прилепина обретали гораздо менее (или более) иронический оттенок. После окончания церемонии победитель рассказал «Парку культуры», что нулевые годы, итоги которых подвел «Супер-нацбест», для него стали годами, когда противопоставление советского и антисоветского стало абсолютно бессмысленным, — «стали той градацией, которая ничего не объясняет». «Мы пытались сформулировать какие-то ценности, с которыми можно существовать. И эти ценности оказались совершенно обычными: это семья, это дети, это мужественность мужчины на войне, это женственность женщины в воспитании семьи – абсолютно традиционные ценности всей мировой истории», — сказал писатель. Ну а что до Пелевина, то его, как выяснилось, не видел даже победитель. Будто бы и не было никакого Виктора Олеговича .