23 июля 1934 года в Ленинграде скончался основоположник отечественного футбола, видный деятель олимпийского движения в России Георгий Дюперрон. Главный тренер сборной Российской империи на Олимпиаде-1912 не смог оправиться от потрясений из-за ареста ОГПУ и судебного процесса по обвинению в контрреволюционной деятельности.
Обвинен по 58-й статье: как в СССР репрессировали отца футбола
Георгия Дюперрона принято называть создателем российского футбола. Выходец из обрусевшей франко-немецкой семьи, он умудрился проявить себя в самых разных ипостасях. Дюперрон побывал и капитаном команды, и тренером, и первым в Российской империи футбольным судьей, историком, спортивным журналистом, одним из первых членов Международного олимпийского комитета (МОК) от нашей страны. В советское время он как сын купца подвергся репрессиям по подозрению в контрреволюционных замыслах. Умирал отец футбола в нищете и полном забвении. Его могилу неравнодушные любители спорта отыскали на одном из кладбищ Санкт-Петербурга уже в наше время. О Дюперроне вспомнили в 1997 году, когда праздновалось 100-летие отечественного футбола. Юный Дюперрон «заразился» спортом после путешествия в Париж, где оказался свидетелем побития рекорда в часовой езде на велосипеде, о чем по возвращении на родину написал свою первую заметку в газете — «Отчего России не принадлежит ни один всемирный рекорд». Материал уже тогда был выдержан в довольно критическом стиле. Дюперрона традиционно ассоциируют только с футболом, хотя по сути он стоял у истоков зарождения в Российской империи всего олимпийского движения. Сам энтузиаст занимался всеми известными тогда в стране видами — бегал на коньках, гонялся на велосипеде, культивировал хоккей и легкую атлетику. В 1900 году Дюперрон работал на Олимпийских играх в Париже, откуда сообщал о выступлении первых российских олимпийцев — трех фехтовальщиков и двух конников. В следующем году Дюперрон первым поведал России о новой игре — баскетболе. А 24 октября 1897 года Дюперрон принял участие в первом официально зарегистрированном футбольном матче на территории Российской империи. На преобразованном в футбольное поле плацу I Кадетского корпуса на Васильевском острове в Петербурге «Кружок любителей спорта», где капитанил Дюперрон, одолел «Санкт-Петербургский кружок спортсменов» со счетом 4:3. Это событие принято считать рождением отечественного футбола. За «КЛС» выступали только русские игроки, а не иностранцы, как в прочих командах. В дальнейшее развитие и популяризацию футбола Дюперрон вложил немало усилий. Он сам или при помощи единомышленников снимал эпизоды матчей на фотопленку, собирая архив. Членов судейских комиссий Дюперрон просил присылать ему отчеты о состязаниях. Выдержки из статей шли в прессу. Из газет подданные Николая II узнавали о все нараставшем увлечении английской забавой. В 1907 году Дюперрона приняли на службу в Министерство народного просвещения. В 1911-1912 годах Дюперрон в качестве представителя от столицы вошел в число создателей Всероссийского футбольного союза (ВФС) — единой руководящей организации, которая объединила под своей эгидой разрозненные лиги, разбросанные по крупным городам империи команды и свыше 8 тыс. игроков. В новой структуре Дюперрону доверили высокий пост секретаря. Аналогичную должность он занял в Российском олимпийском комитете (РОК). Позже Дюперрон дорос и до кресла президента Всероссийского футбольного союза. В том же 1912-м ВФС приняли в Международную федерацию футбола (ФИФА), что открыло путь на международные турниры. Дюперрона делегировали представлять Россию в ФИФА вместе с председателем Московской футбол-лиги Робертом Фульда. Вхождение ВФС в ФИФА состоялось за день до открытия Олимпиады в Стокгольме-1912. 30 июня произошло то, о чем Дюперрон мечтал с конца XIX века: русские футболисты дебютировали на олимпийских соревнованиях. Капитаном сборной назначили Василия Бутусова, а Дюперрон как один из руководителей делегации был записан главным тренером. Ему уже стукнуло 35 лет, и по тогдашним меркам он считался староватым для выхода на поле. Начало вышло смазанным. В первой игре отечественные игроки уступили Финляндии (1:2), которая входила в состав Российской империи, а во второй подверглись унизительному разгрому от Германской империи (0:16): это поражение остается крупнейшим для россиян и по сей день. Несмотря на оглушительный провал и разгромные отклики в газетах от людей, которых он сам обучил журналистскому мастерству, Дюперрон вынашивал амбициозные планы на будущее, договариваясь о проведении встреч с лучшими сборными Европы. Задумкам помешала Первая мировая война. Грянувшие за ней революции и Гражданская война полностью разрушили едва налаженное футбольное хозяйство. Закончилась спокойная жизнь и для самого Дюперрона, имевшего на свою беду «неправильное» происхождение с точки зрения захватившей власть партии большевиков. К дореволюционным регалиям Дюперрона новое начальство отнеслось с плохо скрываемой враждебностью. Он не эмигрировал, подобно многим персонам из своего круга, но уже не занимал серьезных позиций в российском спорте. В 1921 года чекисты пришли за Дюперроном в первый раз. И если тогда он не слишком заинтересовал их — нашлись рыбы и покрупнее, — то шесть лет спустя пришел черед таких, как Дюперрон. В числе еще 35 человек его арестовали по делу «Союза Русского сокольства» по обвинению в контрреволюционной подпольной деятельности. Впрочем, Дюперрон отделался относительно легко: его приговорили к ссылке. В 1930 году наказание сняли, хотя полная реабилитация состоялась лишь в 1989-м. Тем не менее, осуждение по 58-й статье УК РСФСР явилось для Дюперрона стоп-листом на службе. Его уволили из Публичной библиотеки на основании постановления Центральной комиссии по чистке научно-исследовательских учреждений, предварявшей и сопровождавшей «Дело Академии наук», с формулировкой о «некомпетентности», «халатности» и с указанием на происхождение. И хотя после пересмотра его дела Дюперрону отменили категорию увольнения и рекомендовали «использовать его без ограничений», на прежнее место он уже не вернулся, сосредоточившись на преподавательской деятельности в Институте физического образования Лесгафта. Громкий процесс, публичное унижение серьезно подорвали здоровье Дюперрона. 23 июля 1934 года он скончался в Ленинграде в возрасте 56 лет. Возможно, смерть уберегла его от третьего ареста. Супругу основоположника отечественного футбола Маргариту Дюперрон арестовали в январе 1938-го. 9 июля того же года, в четвертую годовщину кончины мужа, ее расстреляли.