Установленное Путиным единение номенклатуры дает одну трещину за другой. Даже персоны из ближнего президентского окружения начинают публично сводить счеты друг с другом.
Уже круг
Руководящий страной бюрократический класс так безоговорочно скомпрометирован, что его обновление становится уже неизбежным. Но любые нормальные пути для этого обновления перекрыты. Очищение его снизу, через избрание вызывающих доверие должностных лиц, сделано практически невозможным и клеймится казенной пропагандой как «оранжевая революция», «арабская весна» и «происки госдепа » одновременно. Самоочищение аппарата власти через рост его профессионализма и ответственности тоже исключено, поскольку требует хотя бы минимального правопорядка и несовместимо с ручным управлением. А раз нормальные пути заблокированы, остаются ненормальные. Руководящий класс, не способный уже изображать единство рядов, начинает открыто разлагаться, раздираемый интригами, взаимными доносами и клановой грызней. И делает это крикливо и публично, уже и не пытаясь хоть чем-то прикрыть свое безобразие. Какое-то время могло казаться, что центр этого распада – Государственная дума нового созыва. Но в действительности раздрай идет вглубь, вширь и, что самое пикантное, вверх – в Кремль. Долгие годы Владимир Путин выступал как гарант стабильности собственного «ближнего круга». Похоже, что он теперь то ли не хочет, то ли уже просто не может исполнять эту роль. Значение прежних гарантий, казавшихся нерушимыми, явно идет на убыль. Все теснее сжимается кольцо интриг вокруг министра обороны Анатолия Сердюкова. Разбирательство предполагаемых махинаций в подконтрольном министерству и лично министру ОАО «Оборонсервис» идет по восходящей. Взяты под арест первые фигуранты дела «Оборонсервиса» — супруги Сметанова и Закутайло. Судебно-следственная машина работает весьма расторопно и притом в режиме, который она обычно практикует применительно к людям рядовым, в особенности к таким, на которых власть за что-нибудь рассердилась. Считается, что по мере прогресса законности сдержанность и гуманность охранительной системы, гарантированные первоначально только людям привилегированным, мало-помалу распространяются на всех граждан. У нас сейчас происходит ровно наоборот: тот же арест подозреваемых вместо подписки о невыезде, как будто под судом не номенклатурщики, а демонстранты с Болотной; та же средневековая клетка в Хамовническом суде, да и судит не кто иной, как Марина Сырова. Все более чем знакомо. А ведь на этот раз под колесо попали лица, прямо завязанные на Анатолия Сердюкова, зятя Виктора Зубкова , ближайшего сотрудника Владимира Путина еще с начала 90-х. И сам Сердюков с первых лет путинского президентства постоянно занимает высшие государственные посты. Он безусловно воспринимается как человек «ближнего круга». Разумеется, будучи жестким и активным администратором, Сердюков со многими оказался в конфликтах – и внутри собственного ведомства, и с капитанами ВПК, и с новым куратором военного производства вице-премьером Дмитрием Рогозиным. Но до сих пор считалось, что степень его защищенности от интриг очень высока. И вдруг оказалось, что это не так. Мало кто поверит, что дело «Оборонсервиса» действительно имеет целью лишь очищение Минобороны от внезапно открывшейся коррупции. И еще меньше найдется желающих объяснять межклановую грызню тем, что «честные» кланы хотят избавить отечество от «нечестных». Междоусобица из-за огромных ведомственных активов и гигантских военных заказов имеет мало касательства к общественным интересам, кто бы в ней ни взял верх. Новым является то, что баланс междоусобиц и определенное равновесие среди «своих», которые раньше поддерживались Путиным, теперь сходят на нет. Примеры множатся. Недавно ушел в отставку публично разнесенный президентом шеф Минрегиона Олег Говорун, назначенный на этот пост всего несколькими месяцами ранее. За плечами Говоруна были 12 лет беспорочной службы в кремлевской администрации. Идя в министры, он, конечно, ориентировался на традиции Белого дома первых путинских президентств, когда основные правительственные фигуры не менялись добрый десяток лет. Добавочной гарантией выглядело, возможно, прямое участие самого Путина в комплектовании кабинета в нынешнем мае. Эти заботы даже стали официальным поводом для скандального политического жеста – отказа новоизбранного президента от плановой поездки на переговоры в Америку. И вдруг выяснилось, что у Путина новый стиль – не только не брать под защиту собственных назначенцев, но еще и переваливать на них вину за первые же неурядицы. Нервы у строго отчитанного, а затем и наказанного официальным выговором Говоруна не выдержали, и он сошел с дистанции, не продержавшись в министерском кресле и полугода. Еще более занимательны приключения другого путинского назначенца – петербургского губернатора Георгия Полтавченко. Острая нехватка у него управленческого профессионализма и политических навыков уж наверно не была в Кремле секретом, однако ничуть не помешала назначить Полтавченко градоначальником на старую родину. В свое время такие назначения были обычным делом. Чем-то неуловимо похожий на нынешнего главу Петербурга Борис Грызлов долгие годы руководил парламентом и не испытывал от этого ни малейших неудобств. Полтавченко, начинавший карьеру в КГБ, человек в генеральском чине, давний знакомый Путина, возможно даже и личный его друг, имеет вроде бы все анкетные данные и все персональные основания, чтобы рассчитывать на безоговорочную защиту свыше в любых ситуациях. Но случилось необычное. Только что на фоне недовольства новым губернатором деловых кругов Петербурга и признаков недостаточной его популярности среди горожан команда прежней градоначальницы дала бой Смольному и внезапно одержала победу на довольно важном участке. Одна из ключевых городских фигур в эпоху Валентины Матвиенко , сенатор Вадим Тюльпанов взял под контроль конференцию местного отделения «Единой России» и провел в руководители петербургской ЕР Вячеслава Макарова , спикера законодательного собрания Петербурга, в то время как другой претендент, усиленно продвигавшийся Смольным, даже не решился выставить свою кандидатуру. Победа старой непопулярной команды над новой непопулярной командой была, вероятно, заранее обговорена в центре. Матвиенко преподала своему преемнику урок. Но раньше Путин не позволял, чтобы один «человек Путина» публично учинял взбучку другому «человеку Путина». Происходит если еще и не распад, то по меньшей мере переформатирование прежнего кремлевского «ближнего круга». И это часть стихийно начавшегося распада многих других бюрократических «кругов» и «сфер». Вчерашняя неприкосновенность, которой так гордились самозваные аристократы, может потерять силу в любой момент для любого из них. Но пока бюрократический класс остается закрытым, безответственным и неприкосновенным для рядовых граждан, даже и самый скандальный раздрай внутри него к оздоровлению системы не ведет. Это лишь новая фаза ее разложения.