Российская экономика растет, но этот рост обусловлен в основном ценами на нефть, отмечают эксперты Центра развития НИУ ВШЭ. В таком росте нет заслуги правительства. Наоборот, экономика становится все более государственной. Эксперты заговорили о новой стагнации. Второй за короткий срок — после кризиса 2008 года. Экономисты не исключают в ближайшие год-два ухода российской экономики в рецессию.
Будущее российской экономики: застой 2.0
Центр развития НИУ ВШЭ проанализировал, как развивалась российская экономика (промышленность и потребительский сектор) за первое полугодие. Выводы, которые содержит бюллетень «Комментарии о государстве и бизнесе» (КГБ), не отличаются оптимизмом. С одной стороны, ВВП растет, с другой стороны, этот рост обеспечен факторами, которые либо исчерпаемы, либо слабо зависят от усилий властей. Более того, достоверность этого роста не всегда удается корректно оценить. Если рост ВВП в четвертом квартале прошлого года и в первом квартале 2017-го во многом базировался на повышении нефтяных цен и поэтому был ожидаемым, то за счет чего произошел рост во втором квартале, не вполне понятно, учитывая, что нефть снизилась с $53 до $48 за баррель, отмечают авторы бюллетеня. «Данные по промышленности и, особенно, оптовой торговле не отличаются достоверностью, а индекс выпуска базовых отраслей и без того не позволяет точно оценивать динамику ВВП», — сообщает в обзоре Николай Кондрашов. Источником роста могли послужить инвестиции, запасы предприятий и, возможно, внешний спрос, хотя данные ФТС это не подтверждают, добавляет эксперт. В случае сохранения темпов роста ВВП на уровне второго квартала рост российской экономики за год составит 1,9%. Хотя консенсус-прогноз Центра развития ВШЭ остается пока на уровне 1,4%. Тем не менее можно считать, что российская экономика уверенно оторвалась от «дна» и преодолела почти три четверти пути от низшей точки кризиса (второй квартал 2016 года -3,4% к уровню 2014 года) до уровня 2014 года. Но чтобы достичь уровня 2014 года, экономика должна вырасти еще на 0,9% относительно второго квартала 2017 года. В следующем году и последующие годы динамика ВВП, вероятно, будет менее оптимистичной, чем в текущем году, учитывая, что «успехи» российской экономики базировались в этом году за счет 20-процентного роста цен на нефть, добавляет Кондрашов. Наиболее вероятным сценарием на ближайшие месяцы будет «слабоположительная динамика». «Сводный опережающий индекс немного вырос по сравнению с предыдущим месяцем (1,4% в июле против 0,6% в июне), но качественно картина изменилась мало», — говорит экономист Центра развития Сергей Смирнов. Эксперты из академической среды обычно используют очень корректные определения: «отсутствие качественных изменений», «слабоположительная динамика» и тому подобное. А, по сути, речь идет о застое в экономическом росте. Эксперты РАНХиГС тоже приводят цифры, свидетельствующие о росте, например, в сфере кредитования физлиц. По их подсчетам, в первом полугодии кредитование выросло с 2,5 трлн до 4 трлн руб. По идее, рост кредитования — это одно из свидетельств о выходе из кризиса. Но в комментариях к этим цифрам мелькают такие оценки, как «стагнация», и речь заходит о снижении кредитной активности домашних хозяйств. Та же история с биржевыми индексами. Индекс РТС растет. По сравнению с июлем прошлого года он вырос довольно заметно — на 8,6%, отмечают в Центре развития. Благодаря этому участники фондового рынка смотрят на ближайшие перспективы российской экономики «более оптимистично, чем год назад». Но на самом деле повод для оптимизма очень условный — эффект низкой базы. «Эффект базы» сейчас создает несколько более радужную картину, чем она есть на самом деле», — говорит Смирнов из Центра развития. Кроме того, оптимизм, связанный с биржевым индексом, продиктован ростом цен на нефть. Но в этом нет «заслуги» ни правительства, ни бизнеса. Нефть подорожала, и российская экономика всего лишь получила новую порцию допинга, добавляет Смирнов. Из квартального опроса экспертов, проведенного Центром развития, относительно видения перспектив российской экономики в 2017–2018 годах и до 2023 года, следует, что не исключена даже рецессия. В перспективе нескольких лет. А пока все говорит в пользу вялотекущего роста ВВП, с понижением его темпа. По сравнению с предыдущим опросом, который проводился в первой половине мая 2017 года, прогнозные оценки изменились мало. Самое заметное изменение здесь — увеличение прогнозного темпа роста ВВП в 2017 году с 1,1 до 1,4%. За счет роста цен на нефть. Что касается более отдаленной перспективы, то консенсус-прогноз по росту ВВП оказался, напротив, несколько менее оптимистичным, чем раньше: в среднем 1,8% против 2% в год. Но это дало повод экспертам заговорить о рецессии. «Вероятность новой рецессии в 2019–2020 годах некоторые эксперты оценивают достаточно высоко (около 45%). При этом прогнозисты сомневаются в том, что достижение Банком России своего инфляционного таргета так изменит макросреду, что экономический рост «сам собою» постепенно наберет силу», — говорит Смирнов. Он предполагает, что этот пессимизм, возможно, связан с ухудшением внешнеэкономических перспектив России в условиях новых санкций, а также продолжением экспансии государства в экономику, сокращающей пространство для предпринимательской активности. О неизбежности стагнации в экономическом росте свидетельствует и обзор развития российской промышленности в июле 2017 года, подготовленный центром конъюнктурных исследований Института статистических исследований и экономики знаний (ИСИЭЗ) НИУ ВШЭ. Приведенные данные базируются на результатах опросов руководителей 3,2 тыс. крупных и средних промышленных предприятий из 82 субъектов РФ на основе данных Росстата. Исходя из обобщенных мнений можно констатировать, что промышленность, в частности обрабатывающая отрасль, в целом уверенно расположилась в зоне «устойчивого низкого экономического роста», гарантирующего отсутствие экономических провалов и обеспечивающего достаточно спокойную ситуацию на рынке труда, включая уровень заработных плат, говорится в обзоре. «Однако подобная модель развития отечественной промышленности практически исключает выход отрасли в ближайшие полтора-два года на темпы роста близкие к среднемировым (3-3,5%), пока не проявятся первые результаты фундаментальных экономических реформ, включая, в первую очередь, управленческую, структурную и налоговую». Главными проблемами, лимитирующими сегодня переход отрасли к уверенному устойчивому росту, эксперты называют ограничения по спросу, низкую производительность труда, несбалансированный государственный бюджет, медленное восстановление реальных располагаемых денежных доходов населения, повышенный фон экономической и геополитической неопределенности. Авторы обзора утверждают, что сегодняшние успехи промышленности — это всего лишь «компенсационный рост, восстанавливающий потери предыдущих лет». А чтобы выйти на объемы промышленного производства 2012 года потребуется как минимум еще год, а по некоторым подотраслям, например производству машин и оборудования или производству стройматериалов, еще более продолжительный период. Напомним, 2012 год был последним, когда промышленность в целом росла (на 3,4%), а ее обрабатывающий сегмент продемонстрировал годовой рост на 5,1%. Затем начиная с 2013 года промышленность перешла к стагнации, а в 2015-м вошла в рецессию (- 3,4%). Усилия правительства по стимулированию экономики нельзя признать достаточными, так как вся работа идет на уровне «чуть-чуть». «Если правительство сможет преодолеть стеснительность и обеспечит режим максимального содействия новым производствам, то Россия вполне сможет ускорить свой рост до 3–5% в год», — оптимистичен аналитик «Открытие Брокер» Андрей Кочетков. По его словам, потребность в таком режиме содействия есть в таких областях, как электроника, легкая промышленность, коммуникации, транспорт, инфраструктура.