Институт сбора подписей умер, свидетельствует доклад Комитета гражданских инициатив по итогам выдвижения и регистрации кандидатов на региональных и думских выборах 2016 года. Аналитики проанализировали большой массив данных и пришли к выводу, что проверка подписей используется как способ отсечь часть участников. Коллеги по политологическому цеху готовы с ними спорить, но признают, что закон пора менять.
«Сбор подписей — допотопная процедура»
Авторы доклада — эксперты КГИ Александр Кынев и Аркадий Любарев — приходят к неутешительным выводам относительно уровня конкуренции на выборах 2016 года. Впервые за всю историю выборов в Государственную думу России с 1993 года ни один из 14 списков не зарегистрирован на основании подписных листов, констатируют эксперты. На выборы в заксобрания ситуация не сильно лучше: в 39 регионах выдвинулось 369 списков (9,46 на регион), а зарегистрировано только 270 (6,92 на регион). Эти цифры учитывают как восстановление регистрации некоторых партий, так и добровольный выход некоторых участников из кампании. Общий отсев на этапе регистрации составил, таким образом, 99 списков (26,83%). Эксперты КГИ сравнивают эти цифры с показателями 2015 года, когда на регион было выдвинуто 12,8 списка (в 2013 году — 19,1 списка, в 2014-м — 10,7). Таким образом, этот год стал годом с самыми низкими показателями по выдвижению кандидатов с начала партийной реформы 2012 года. То же самое относится и к показателям по регистрации, отмечают авторы доклада. В 2018 году было меньше всего желающих участвовать в выборах — и меньше всего зарегистрированных кандидатских списков. Подчас решения региональных избиркомов были очевидно необоснованными, и в некоторых регионах Центризбиркому пришлось приходить на помощь партиям и восстанавливать регистрацию — «Яблоко» в Новгородской области, ПАРНАС , «Коммунисты России» и «РОТ-Фронт» в Санкт-Петербурге. Первоначально (до вмешательства ЦИК) на этом этапе билет «на выход» получил 51 список, и только 38 были зарегистрированы. При этом, судя по результатам проверок автографов, доля брака у одной и той же партии в разных регионах может различаться катастрофически. Так, у «Коммунистов России» в Нижегородской области всего 0,6% недостоверных и недействительных автографов, а в Астраханской — все 100% (хотя в обоих случаях проверяли все подписи). У Партии роста в Тюменской области — 1,3% брака, а в Камчатском крае — 36%. То же самое относится к «Родине», Российской партии пенсионеров за справедливость, РЭП «Зеленые». Эксперты отмечают, что трудно предположить настолько разный уровень работы региональных отделений у одной и той же партии. Кроме того, все шесть перечисленных партий в Госдуму идут без подписей. Это опрокидывает тезис о том, что подписи не могут собрать только «несерьезные» партии. Поэтому аналитики сочли, что отбраковка производится из-за жесткости комиссий на местах. Тем более что избиркомы очень по-разному подходят к проверкам: например, в Московской, Нижегородской областях, Красноярском крае проверяли каждую подпись, хотя регионы очень крупные и комиссия могла бы экономить свое время и силы. Напротив, в небольших регионах (Карелия, Камчатский край, Орлов ская, Новгородская области) проверки подписей были выборочными. Всего в Госдуму было выдвинуто 2348 одномандатников. Анализ регистрации кандидатов от разных партий позволяет выявить разительный контраст с двумя группами партий. Первая — имеющие льготы по регистрации на основании результатов думских выборов – 2011. Это ЕР, КПРФ , СР, ЛДПР и «Яблоко». Отказов в регистрации кандидатов у них не было вообще, статус выдвинутого утратило по одному кандидату. Следующая группа — имеющие льготу по регистрации, но не представленные в парламенте и не получающие бюджетного финансирования. Это «Коммунисты России», Партия роста и другие. У них уже есть отказы: 5 — у «Коммунистов России», 3 — у Партии роста, по 2 — у «Зеленых» и «Родины». «Малые партии», которым приходится преодолевать сбор подписей для регистрации списка, получили почти одни отказы. Эта участь постигла всех 23 кандидатов Партии Великое Отечество и 18 из 23 кандидатов от Партии родителей будущего. Эксперты КГИ констатируют, что большая часть одномандатников-самовыдвиженцев не преодолела «подписной фильтр». Регистрации со сбором автографов добились только 23 кандидата, а еще 33 получили отказ. При этом среди «отказников» есть целый ряд кандидатов, достаточно известных и потому имеющих шансы побороться за хороший результат на выборах. Например, не зарегистрированы известный тележурналист Максим Шевченко и лидер «Альянса Зеленых» Александр Закондырин (избирался муниципальным депутатом в САО, обладает значительным оргресурсом). В то же время из 23 человек, прошедших «подписной фильтр», 14 — это кандидаты-новички, не обладающие опытом в деле сбора подписей (по крайней мере, не занимавшиеся этим последние девять лет). Один из самых ярких примеров — кандидат по ЦАО Мария Баронова («Открытая Россия»). По мнению экспертов КГИ, прохождение неопытных кандидатов вкупе с «выбраковкой» новичков «иллюстрируют неадекватность подписного фильтра». «Институт регистрации на основании подписей окончательно доведен до состояния, не отвечающего сколь-либо разумным критериям», — резюмируют авторы доклада. По их мнению, система выстроена так, что потенциальные кандидаты вынуждены встраиваться в структуры партий, имеющих льготу по регистрации. Ситуация усугубляется тем, что даже среди них все партии, кроме парламентских и «Яблока», имеют гарантированную льготу лишь на федеральном уровне, а на региональных они обязаны собирать подписи в большинстве случаев. Эксперты КГИ проанализировали, как кандидаты в губернаторы, выдвинутые оппозиционными партиями, проходили муниципальный фильтр для регистрации. Оказалось, что в абсолютном большинстве случаев подписи кандидатам дают местные депутаты от «Единой России». Это касается абсолютно всех партий — КПРФ, «Справедливой России» , «Яблока», «Патриотов России» и «Коммунистов России». На всю Россию всего два случая, когда кандидат в губернаторы собрал подписи для преодоления фильтра самостоятельно, — это выдвиженцы КПРФ Николай Мерзликин в Забайкальском крае и Вадим Соловьев в Тверской области. Последний был снят с выборов, официально — в связи с ошибками в оформлении документов. Таким образом, муниципальный фильтр фактически становится инструментом ручного контроля за составом участников губернаторских выборов, отмечают эксперты КГИ. Несогласованному кандидату трудно дойти до финала регистрации, и он может быть снят, как Соловьев. Хотя доклад КГИ построен на сухой статистике, политологи берутся оспаривать некоторые его тезисы. Так, глава Агентства политических и экономических коммуникаций Дмитрий Орлов отметил в беседе с «Газетой.Ru», что меньшее по сравнению с прошедшими годами число выдвинутых списков объясняется проведением федеральных выборов. Многие региональные игроки просто ушли на думскую кампанию, тем более там есть одномандатные округа. «Уровень конкуренции высок и реалистичен: вышедшие в финал 14 партий — это реальные игроки, а не квазиструктуры», — отмечает Орлов. Большой процент отсева он считает «технологической проблемой самих партий». «АП и ЦИК создали максимально комфортные условия для участников избирательного процесса, — утверждает эксперт. — Процедурные проблемы свидетельствуют о квалификационных требованиях к партиям, а не о специальных ограничениях». «Закон ничему не препятствует, потому что препятствовать особо нечему, — заявил «Газете.Ru» руководитель политической экспертной группы Константин Калачев. — Как только партия выходит на выборы, выясняется, что толковых людей в штабе нет, документы подготовить некому, и проще пойти на скандал». Тем не менее Калачев признает, что институт сбора подписей надо реформировать. «Он достался нам в наследство от эпохи, когда не было ни интернета, ни смартфонов, это допотопная процедура, — отметил эксперт. — Любой человек, зарегистрированный на сайте госуслуг, должен иметь право подписаться в чью-то поддержку». Аналитик согласен с тем, что это резко расширит состав участников, и предлагает этого не бояться. The last, but not the least. Эксперты также проанализировали данные жеребьевки по определению номера партии в избирательном бюллетене. Много лет ЕР обвиняли в том, что благодаря подтасовкам она чаще других получает первую строчку в бюллетене. В эту кампанию ЦИК ввел двойную рандомизацию: представители партий сначала по жребию определяют, в каком порядке им следует тянуть шарики из лототрона, а потом уже проходит собственно жеребьевка. В результате чаще всего строка №1 доставалась в этот раз КПРФ — 9 раз из 24. А вот единороссы первый номер не получили ни разу. Зато они в десяти регионах чудесным образом получили 4-ю строчку в бюллетене — то есть такую же, как на федеральных выборах. Вот уж повезло так повезло: избиратели не будут путаться в двух бюллетенях, лишь бы номер запомнили.