Долгожданный закон о культуре, время для художественного замысла, культура как оружие и ситуация вокруг Кирилла Серебренникова — Владимир Путин провел ежегодный президентский Совет по культуре и искусству.
«Культура и оружие — наши конкурентные преимущества»
Декабрьские заседания президентского Совета по культуре и искусству уже превратились в своеобразную традицию, и также традиционно совет 2017 года начался с речи Владимира Путин а. Президент пошутил про тех, кто не пришел: «После праздника Дня чекиста не все собрались, я вижу. Кто-то еще отмечает. Мы отдельно с этими товарищами увидимся». А потом Путин предложил написать новый закон о культуре. О необходимости изменения базового культурного законодательства в отрасли говорили давно. Сейчас в России действуют принятые еще в 1992 году «Основы законодательства о культуре»; в начале нулевых был разработан новый законопроект, он прошел первое чтение в Госдуме , но затем был отложен. В 2011-м были подготовлены сразу два варианта закона о культуре (от думского комитета по культуре и от Общественной палаты ), но они не рассматривались депутатами. В декабре 2014-го появился документ под названием «Основы государственной культурной политики» (о его утверждении Путин объявил ровно три года назад, на таком же заседании Совета), и работа над законом практически остановилась; в культурном ведомстве говорили о необходимости согласовать проект базового закона с текстом «Основ культурной политики». Во время сегодняшнего заседания Путин напомнил о несовершенстве культурного законодательства. Президент сказал, что уже не раз обсуждалась возможность пересмотра отношения к культуре лишь как к отрасли социальной сферы, оказывающей определенного вида «услуги», и что такой подход закреплен в «Основах культурной политики». По его мнению, сейчас необходимо закрепить этот принцип в законодательстве – и серьезным образом обновить государственную гуманитарную политику. «В этой связи предлагается разработать новый закон о культуре, — сказал Путин. – При этом хотел бы сразу отметить, что проект закона должен пройти через процедуру широкого общественного обсуждения. В будущем законе важно четко отразить особенности, специфику сферы культуры, ее всеобъемлющий характер и значимость». Разработку закона, по его мнению, следует поручить рабочей группе, в которую войдут и члены Совета — то есть сами деятели культуры. Конечно, в работе будут участвовать и представители профильных ведомств, сказал президент, но именно вовлеченность деятелей культуры является гарантией того, что закон будет «эффективным и работающим». По словам Путина, это имеет принципиальное значение для того, как будет организована работа в России в культурной сфере. Председатель СТД Александр Калягин пожаловался, что сейчас законодательство скорее мешает, а не помогает культуре. «Некогда думать о художественном замысле», — в сердцах заметил он и зачитал отрывок из инструкции по ведению учета, в котором никто из присутствовавших — включая Путина — не понял ни единого слова. Калягин напомнил, что на культуру выделяется примерно 0,2% от консолидированного государственного бюджета, и если эти деньги заберут на другие направления, то «прибавки никто не почувствует, но культуру мы потеряем». Кроме того, он пожаловался на то, что «культуру выдавливают в рынок» и добавил, что в разработке закона обязательно должна принять Администрация президента — видимо, он учел успешный опыт разработки «Основ культурной политики», которая велась под надзором Кремля. В новом законе, по мнению Путина, должны быть установлены особые нормативы для творческих учебных заведений. «Этот вопрос, безусловно, нужно решать, но, что называется, адресно, не нарушая конструкцию всей системы образования», — сказал президент. «Нас [творческие вузы] все время пытаются загнать в прокрустово ложе – например, по соотношению студентов и педагогов, — рассказал «Газете.Ru» ректор РАТИ-ГИТИС Григорий Заславский. — И закон о культуре нужен, чтобы урегулировать все эти спорные моменты. Но самое главное, что нужно в этом законе закрепить – что сфера культуры не является производителем услуг. Есть ритуальные услуги, торговля, прачечная. А спектакль – это не услуга. В случае спектаклей, фильмов или картин никаких стандартов быть не может». Заславский напомнил, что отечественные вузы искусства и их дипломы – единственные в России, которые высоко котируются и конвертируются на международном рынке. «В рейтингах лучших пианистов и скрипачей мира более 20% — выпускники Московской и Петербургской консерваторий. В этом году The Times составлял рейтинг лучших балетных школ и на первое место поставил Вагановскую академию – несмотря на не самые лучшие между Великобританией и Россией. В мире вообще есть две лучшие балетные школы – Вагановская и Московская академия хореографии, остальные — ниже. Что касается ГИТИСа – один его выпускник руководит национальным театром Греции, другой играет в «Игре престолов», самые известные русские оперные режиссеры – тоже наши выпускники. Нам есть, чем гордиться», — подчеркнул ректор ГИТИСа. Руководитель «Эрмитажа» и глава совета музеев России Михаил Пиотровский напомнил, что без поддержки государства культурные учреждения существовать не могут, но при этом он заявил, что они не могут и быть «придатками органам государственного управления». «У нас возникает напряжение в треугольнике: публика, сфера культуры и власть. Речь идет о морально-психологическом климате, как когда-то мы говорили в старину, нарастает взаимное недоверие, раздражение, неадекватность реакции, оценок, причем со всех сторон», — заметил Пиотровский. Он также указал, что в мире ценятся русское оружие и русская культура и заключил: «Культура и оружие — наши конкурентные преимущества». Разумеется, полностью подготовить закон о культуре за одно заседание – даже если оно длилось несколько часов (с перерывом на некий срочный звонок, который отвлек президента) — невозможно. «Работа над новым законом о культуре, конечно, займет определенное время», — заметил Путин и поручил внести ряд правок в закон о контрактной системе – как наиболее острый и чувствительный для творческих коллективов и творческих деятелей. И вряд ли все прозвучавшие (и не прозвучавшие, но написанные в поданных президенту записках) предложения войдут в проект будущего закона. Тем более часть членов совета говорила об актуальной повестке дня сегодняшнего. Например, о так называемом «Деле «Седьмой студии» и режиссере Кирилле Серебренникове. Впрочем, в данном случае оперативного вмешательства президента ждать, видимо, не стоит. Когда литературовед, телеведущий и писатель Александр Архангельский упомянул о том, что Серебренников подвергается преследованию и из-за домашнего ареста не имеет возможности руководить театром, Путин ответил, что если бы это было «преследование, а не расследование», то и спектакль «Нуреев», поставленный режиссером в Большом, не вышел бы. «Мне кажется, надо повнимательней к этому относится, хотя вещь очень чувствительная», — добавил Путин. Впрочем, слова Алексея Германа-младшего о возможности смягчить условия содержания Серебренникова , чтобы тот мог заботиться о родителях, президент никак не прокомментировал. Как раз в это время его прервал звонок неизвестного абонента, которым как потом оказалось, был король Саудовской Аравии.