Личный врач Майкла Джексона Конрад Мюррей взят под арест. Суд признал его виновным в непредумышленном убийстве певца. Как заключила коллегия присяжных, врач прописал Джексону чрезмерную дозу препарата пропофол, который в сочетании с другими лекарствами стал причиной его смерти.
«Им просто нужен был козел отпущения»
В понедельник в Верховном суде округа Лос-Анджелес завершилось длившееся почти два месяца разбирательство по делу личного врача Майкла Джексона. Конрад Мюррей был последним, кто видел поп-идола живым, и стал единственным фигурантом уголовного дела о его смерти. В 2009 году кардиолог работал с Джексоном в рамках подготовки серии из 50 концертов в Лондоне, и, как говорил в начале судебных слушаний заместитель окружного прокурора Дэвид Валгрен, артист «отдал в руки Мюррея свою жизнь», но «некомпетентные и неквалифицированные» действия врача в итоге привели к трагедии. Согласно выводам следствия, 58-летний врач регулярно вводил Джексону внушительные дозы сильнодействующего анестетика пропофола. 25 июня 2009 года он ввел поп-идолу очередную дозу пропофола, которая в сочетании с другими препаратами и привела к смерти певца. Как говорил прокурор Валгрен, дозы, сопоставимые с той, что ввел Джексону Мюррей, вводят пациентам перед операциями под общим наркозом. Врач же делал это в домашних условиях. Когда поп-идол потерял сознание, Мюррей «не сделал ничего, чтобы его спасти». Кроме того, врач лгал по телефону медсестрам и фельдшерам, что дает Джексону нужные препараты, чтобы привести его в чувство, но медицинская экспертиза показала, что это не так. В итоге действия Мюррея прокуратура квалифицировала как непредумышленное убийство. «Единственное, как использовал свое медицинское образование Мюррей, так это доставал для мистера Джексона неограниченное количество пропофола, который использовал, не думая о безопасности клиента», — говорил прокурор Валгрен. Сам врач и его адвокат Эд Чернофф убеждали присяжных, что Джексон вводил себе пропофол самостоятельно. Якобы певец попросил кардиолога дать ему еще одну дозу лекарства, но Мюррей отказался из соображений безопасности. Тогда певец дождался, пока врач выйдет из комнаты, и вколол себе препарат сам. Однако опрос 49 свидетелей, изучение более 300 улик и десятка медицинских заключений и экспертиз убедили коллегию присяжных в обратном. Чтобы прийти к единому мнению относительно виновности Мюррея, жюри совещалось в общей сложности десять часов — в пятницу с перерывом на выходные и весь понедельник. В итоге председательствующий судья Майкл Пастор огласил вердикт присяжных: «Майкл Мюррей виновен. Решение было принято единогласно и обжалованию не подлежит». Как передает Associated Press, врач слушал вердикт с каменным лицом и высоко поднятой головой, не реагируя на крики ликующих под окнами суда фанатов Джексона, успевших прочитать на своих мобильных телефонах «молнии» информагентств об исходе двухмесячного разбирательства. После выступления судьи Пастора двое судебных приставов подошли к Мюррею и, заковав его в наручники, вывели из зала. Из суда врач отправился в одну из калифорнийских тюрем, где будет ожидать приговора. Его суд огласит 29 ноября. Скорее всего, Мюррею грозит как минимум четыре года лишения свободы. Как заявил судья Пастор, «законы штата Калифорния диктуют необходимость ограждать общественность от лиц, признанных присяжными виновными в убийстве или непредумышленном убийстве». Члены семьи Джексона, присутствовавшие на заседании, плакали. Мать певца Катрин Джексон сказала журналистам: «Теперь мне лучше». «Думаю, Майкл смотрел на всех нас сверху сегодня», — добавила сестра Джексона Ла Тойя. Адвокат Мюррея, успевший после заседания повидаться с клиентом, сказал журналистам, что «теперь ключи от его наручников принадлежат судье, но, безусловно, защита хотела бы сделать все что угодно, чтобы оградить его от тюрьмы». «Но вообще он довольно сильный парень», — сказал Чернофф. Подруга и бывший пациент Мюррея Донна Диджакомо считает, что присяжные выносили вердикт под «ужасным давлением». «Этот человек не заслуживает такой участи. Всем им просто нужен был козел отпущения», — сказала она.