Россия несколько лет догоняла Португалию, теперь на горизонте появился новый ориентир – обойти по паритету покупательской способности Германию и войти в топ-5 экономик мира. Как показали дискуссии на Восточном экономическом форуме, чиновники и силовики видят дорогу в облаках, а бизнесмены – ухабы и кочки. Впрочем, и те, и другие говорят, что дорогу осилит идущий. Вопрос лишь в том, какой ценой, и не прервет ли этот полет простой российский следователь.
«Семь раз отмеряем»: почему Россия не догоняет
Министр экономики Максим Орешкин верит, что добиться цели вхождения России в пятерку крупнейших экономик можно уже к 2024 году. Предпосылки для этого есть, говорит он. Напомним, сейчас российский ВВП занимает шестое место в мире по паритету покупательской способности после Китая, США, Индии, Японии и Германии. Так, например, Орешкин видит один из главных ключей, отпирающих заветную дверь, в увеличении производительности труда. По его словам, это верхнеуровневый показатель, который включает все, что происходит в экономике. «Мы говорим о необходимости увеличения объема накопленных инвестиций. Чем больше капитала в экономике накоплено, тем при прочих равных условиях производительность труда выше», — отметил он. При этом важно использование новейших технологий и развитие человеческого капитала. В конце концов, производительность труда напрямую зависит от людей и их навыков. Согласно указу президента, к 2024 году РФ должна достигнуть 5% ежегодного роста производительности труда в базовых несырьевых отраслях экономики. По итогам 2018 года производительность труда в целом по экономике РФ выросла на 2%. Но есть и оригинальные слагаемые успеха. Так, развитие искусственного интеллекта позволит увеличить производительность труда в России к 2030 году на 1 процентный пункт в год, сказал министр. Производительность труда – это хорошо, но вот в списке лучших экономик мира нас скоро может обогнать Индонезия, которая растет на 5% в год, беспокоится уполномоченный при президенте по защите прав предпринимателей Борис Титов. Рецепт прост, — говорит министр планирования национального развития Республики Индонезия Бамбан Броджонегоро, — это стабильный потребительский спрос. «Во-первых, убедитесь, что ваш потребительский спрос – стабильный и высокий. Как мы можем добиться этого? Конечно, удерживая инфляцию. В течение последних четырех лет наша инфляция держалась ниже 4%», — сказал Броджонегоро. Но в России с этим проблемы. В России инфляция резко замедлилась, в итоге имеем задавленный потребительский спрос в условиях вялого развития «точек роста». Люди стремятся сберегать и меньше тратить, спрос падает, производство сокращается, бизнес и экономика страны в целом страдают. Кредитные ставки слишком высоки, признают и чиновники, и экономисты, и бизнес. В условиях сверхжесткой денежно-кредитной политики его ускорить не то что до 3%, но и до 2% нельзя, считает главный экономист ВЭБа Андрей Клепач. При этом в России и инфраструктура хромает – здесь тоже все недовольны. Но каждый тянет одеяло на себя и требует от государства вложений именно в ту инфраструктуру, которая нужна ему: лесопромышленники – в дороги к рубкам, аграрии – в мелиорацию и семеноводство, производители стройматериалов – в мосты и погранпереходы. Всего не счесть, куда там таким мегапроектам как высокоскоростная магистраль Москва-Казань. Если с умом мелиорировать сельхозземли, то есть возможность прибавить урожай на 100 млн тонн кукурузы и удвоить отрасль растениеводства, говорит глава «Русагро» Вадим Мошкович. Никаких причин, чтобы Россия не смогла построить 10-20-30 целлюлозных заводов и занять 20% мирового рынка, нет, убеждает президент Segezha Group Михаил Шамолин. Казалось бы, вот они – точки роста. Но есть одно «но»… Государство должно помочь. Ситуацию могли бы спасти инвестиции, в том числе государственные. Зачем копятся сверхдоходы от высоких цен на нефть, средства ФНБ, а пенсионные накопления лежат мертвым грузом, задается вопросом главный экономист ВЭБа Андрей Клепач. Вроде бы деньги есть, но даже принятие решений в России идет со скрипом. «Семь или десять раз отмеряем и не знаем, когда отрежем», — привел Клепач аналогию, говоря о развитии транспортной инфраструктуры. Вот в Индонезии именно инвестиции – это вторая главная причина роста сразу за потребительским ростом. И хотя инвестиции не приходят по многим причинам, одна из основных – это сложное правовое регулирование, и в частности, административное давление на бизнес. Генеральный прокурор РФ Юрий Чайка признает, что бизнесмены в России продолжают жаловаться на административное давление. Хотя, по его словам, каждая вторая жалоба предпринимателей прокуратурой удовлетворяется. «Органы прокуратуры ежегодно рассматривают более 6 млн обращений граждан, среди них большое количество жалоб, поступающих от предпринимателей. Я хочу заметить, что, реагируя на нарушения законности, на ту или иную жалобу, как правило, удовлетворяется в среднем по России 23-24%. Что касается жалоб предпринимателей, удовлетворяется в среднем каждая вторая жалоба, а в некоторых регионах удовлетворяется до 70% жалоб предпринимателей», — сказал Чайка. С одной стороны, это говорит об эффективности работы прокуратуры, но факт остается фактом – давление на бизнес есть. «По-прежнему идет давление на бизнес, и поэтому предприниматели вынуждены обращаться в органы прокуратуры, и поэтому такое большое количество нарушений нами выявляется», — подчеркнул Чайка. Титов посетовал на то, что большинство дел против предпринимателей проходят по статье 159 УК РФ (мошенничество), причем следователи часто не утруждаются тем, чтобы доказать умысел. А глава Минюста Александр Коновалов согласен — с формированием судейского корпуса «ситуация не идеальная». Судейский корпус, по его слова, пополняется сейчас за счет прокуроров и сотрудников судов. Желательно, чтобы в судьи шли адвокаты, но это пока лишь 2%. Коновалов считает, что с национальной юрисдикцией все в порядке. «Она не такая уж и плохая, даже российская судебная система не такая плохая», — сказал он. По его словам, судебная система развивается в «позитивном, правильном» направлении, постепенно уходит от полной консолидации со стороны прокуратуры и обвинителей. Бизнесмену Олегу Дерипаске выводы министерства юстиции не понравились. Он им удивился. «Честно, не знаю такого предпринимателя, которого устраивает российская судебная система», — сказал Дерипаска, отметив, что в судах общей юрисдикции число оправдательных приговоров составляет всего 2% от общего объема. «Нам, предпринимателям хотелось бы чаще видеть в судах лица в судейских мантиях, которые понимают, что такое реальная жизнь. Что это такое – она или он побыл секретарем в суде, пописал приговоры… Он не видел жизни, он оторван от всего экономического оборота и принимает решения на миллиарды рублей. Это невозможно», — заявил Дерипаска. Глава «Русагро» Вадим Мошкович тоже заметил, что бизнес не верит в судебную систему. В среде его коллег нет ни одного человека, который верит в то, что если следователь захочет «закрыть» человека в СИЗО , суд это ходатайство отклонит, посетовал Мошкович. По «резиновой» 159 статье УК РФ (мошенничество) закрывают всех, «кого посчитают нужным», сетует Титов. «Мошенничество – это у нас и невыполнение контрактов, в частности на фоне кризиса, невозврат кредитов, когда кредит уже погашен на 70», — добавил он, отметив, что речь чаще всего идет о нарушениях, а вовсе не о мошенничестве. Ответить на эти вопросы могли бы представители Следственного комитета и МВД , но их то ли не пригласили, то ли они сами предпочли не ввязываться в дискуссии.