В четверг завершается пленум Коммунистической партии КНР, на котором могут быть приняты судьбоносные решения, касающиеся верховенства закона и борьбы с коррупцией. Эксперты считают, что главная цель председателя КНР Си Цзиньпина — сделать судебную систему более централизованной, чтобы держать в узде своих оппонентов. Одновременно КПК усиливает борьбу с критиками режима.
Товарищ Си напирает на суды
В завершающемся сегодня пленуме участвует 205 постоянных членов президиума ЦК КПК. Задача пленума — подготовить базу для реформ судебной системы страны, которая должна сделать суды более независимыми от партийных чиновников, но не покуситься на «руководящую и направляющую роль» КПК. Основная тема пленума — «верховенство закона», однако не в том смысле, как его понимают на Западе. В Китае де-факто существует однопартийная система, и поэтому закон для китайских руководителей — это закон, установленный этой партией, говорит агентству Bloomberg Ларри Даймонд , профессор политологии из Стэнфордского университета. Однако в КНР не видят противоречия. Как сообщило незадолго до съезда официальное китайское агентство «Синьхуа» , именно КПК собирается «создать эффективную систему жесткого верховенства закона и надзора». Хотя термин «верховенство закона» используется впервые, пленум является логичным продолжением политики главы КНР Си Цзиньпина , который после прихода к власти в 2013 году провозгласил курс на жесткую борьбу с коррупцией. «Пленум — это ключевой момент нового этапа борьбы с коррупцией», — говорит директор Центра стратегических исследований Китая Алексей Маслов. С началом прихода к власти товарищ Си активно взялся за борьбу с коррупцией: по словам Маслова , уголовному преследованию были подвергнуты 40 человек из состава президиума ЦК КПК, которые «считались неприкасаемыми». Среди высокопоставленных деятелей КНР жертвами борьбы с коррупцией стали бывший секретарь одного из региональных комитетов ЦК Компартии Китая Бо Силай , приговоренный к пожизненному сроку за коррупцию и злоупотребление полномочиями. Правда, неоднократно отмечалось, что выходец из конкурирующего клана «принцев» просто пал жертвой борьбы за власть. Еще одной жертвой стал министр общественной безопасности Чжоу Юнкан, который курировал деятельность силовых структур страны. Он считался влиятельной фигурой в КПК и выступал против выдвижения Си Цзиньпина в лидеры страны. Власти также наложили арест на его «нажитое непосильным трудом» богатство на сумму около $14,5 млрд. Согласно проведенным в 2009 году исследованиям американского института Claremont McKenna, ежегодные потери от коррупции и различного рода отката в КНР составляли около $86 млрд. Сегодня этот показатель оценивается в несколько раз больше. Пленум проходил на фоне новой антикоррупционной кампании в КНР, под маховик которой попали десятки тысяч партийных руководителей разного звена. Однако эксперты отмечают, что антикоррупционная борьба часто ведется в атмосфере секретности и внутрипартийной борьбы, а к арестованным применяют жесткие методы допроса и их права часто нарушаются законодательством: «Это лишает граждан элементарных прав», — сказал в интервью The New York Times адвокат одного из арестованных коррупционеров Мао Лихин. Среди арестованных — телеведущие и университетские профессора, а также высшие чиновники. Крупные коррупционные преступления караются смертной казнью — китайские руководители считают эту меру эффективной. «Жаль, что у вас ее отменили», — то ли в шутку, то ли всерьез произнес недавно в разговоре с корреспондентом «Газеты.Ru» один из китайских экспертов. Власти утверждают, что для продолжения успешной борьбы с коррупцией они стремятся сделать судебную систему более независимой от вмешательства партийных органов. Формально китайские суды находятся в системе государственной власти и не связаны с партийным аппаратом, но отделить одно от другого довольно сложно, так как партийный и государственный аппараты в Китае, как некогда в СССР, тесно переплетены между собой. По словам Маслова, очень большую роль оказывают и клановые связи. Для борьбы с коррупционной практикой в судах власти КНР уже приняли ряд мер, в том числе открыли в 2009 году горячую линию, позвонив по которой, граждане могли пожаловаться на работу судов, а также создали институт «антикоррупционных супервайзеров». За коррупционные преступления из судебной системы за последние годы были выгнаны 700 судей, из них 105 человек были подвергнуты уголовному преследованию. По словам Маслова, тренд на очищение от коррупции судебной системы будет продолжен: «Не так важно, какие законы будут приняты, главное — что будет провозглашено равенство перед законом», — полагает эксперт. Случаи проведения успешной судебной реформы при однопартийной политической системе уже бывали. Реформы, направленные на улучшение работы советских судов, начались во время правления генсекретаря ЦК КПСС Михаила Горбачева. Они должны были изменить советскую судебную систему, которую заслуженный судья России профессор Высшей школы экономики Сергей Пашин характеризовал как «партийное руководство судами». «Зависимость судей от «директивных органов» подрывала их авторитет в глазах населения», — писал эксперт. Что стало с КПСС, в Китае прекрасно знают, и советский опыт там давно учли. Предполагается, что реформы должны одновременно укрепить власть Компартии, которая хочет сосредоточить борьбу с коррупцией в центре, а не отдавать ее в руки партийных боссов на местах. Накануне пленума «Синьхуа» процитировало одного из высокопоставленных партийных чиновников, обрушившегося с критикой на «местных вождей», которые «по-прежнему рассуждают в категориях феодализма». По мнению партийного руководителя, это приводит к «проблемам» — «власть становится выше закона и даже провозглашается: «Закон — это я». По словам Маслова, реформа направлена не только против патернализма и клановой поддержки, но и против «перехвата власти». Одновременно с этими мерами усиливается борьба и против диссидентов и критиков режима, отмечает в интервью The Los Angeles Times известный китайский адвокат Тен Бао, который сегодня преподает в Гарвардском университете. По его данным, начиная с марта прошлого года было арестовано более 300 правозащитников. По мнению адвоката, после прихода к власти Си Цзиньпина «началось наступление на гражданское общество и тех, кто выступает за гражданское общество».