Девять человек признаны потерпевшими по делу Pussy Riot, говорится в обвинительном заключении следствия. Согласно показаниям охранника, свечницы, ключаря и прихожан, они испытали сильную душевную боль от того, как активистки «хаотично махали руками и ногами». Адвокат Николай Полозов утверждает, что заключение составлено «непрофессионально» — оно, на его взгляд, больше похоже на выводы инквизиции.
«Сложилось впечатление, что их сожгут на костре»
В четверг был обнародован полный текст обвинительного заключения по делу участниц группы Pussy Riot. Трем предполагаемым участницам группы — Надежде Толоконниковой , Екатерине Самуцевич и Марии Алехиной — предъявлено обвинение по статье 213 Уголовного кодекса (хулиганство) за акцию «панк-молебен «Богородица, Путина прогони!» в храме Христа Спасителя. Документы по каждой из подсудимых занимают по полсотни страниц и за небольшими исключениями, касающимися личных данных каждой из активисток, идентичны. Впрочем, одинаково сформулированы не только обвинительные заключения. Показания свидетелей (их в деле десять) и потерпевших (их девять), находившихся в момент исполнения панк-молебна «Богородица, Путина прогони!» в храме Христа Спасителя, также повторяют друг друга практически дословно. Следователи уверены, что Толоконникова, Самуцевич и Алехина готовились к акции заранее и тщательно все планировали. «Распределили между собой роли и намеренно приобрели для облачения одежду, явно и очевидно противоречащую общим церковным правилам, требованиям порядка, дисциплины и внутреннего уклада церкви», — гласит документ. Кроме этого следствие отдельно подчеркнуло, что некоторые детали одежды Pussy Riot, в частности, балаклавы и «короткие платья, оголяющие определенные части тела», «увеличивают опасность совершенного деяния и придают ему вид злонамеренно осознанной и тщательно спланированной акции по унижению чувств и верований многочисленных приверженцев православного христианского вероисповедания и умалению духовной основы государства». Согласно обвинительному заключению, перед визитом в главную церковь страны активистки сделали все возможное, чтобы оповестить о своем мероприятии как можно больше людей, а сам визит должен был «спровоцировать волнения среди верующих, затронуть их самые сокровенные идеалы и представления о справедливости, добре и зле; неосознанно заставить искать возможность каких-либо ответных действий; создать предпосылки для активизации недружелюбных действий общественных групп, отдавших внутреннее предпочтение другим религиозным направлениям». То, что спустя несколько дней после того, как на сайте YouTube появился скандальный ролик, его просмотрели несколько сотен человек и только после задержания активисток эта цифра подскочила до нескольких тысяч, а потом выросла до полутора миллионов, следствие в документе не отразило. В обвинительном заключении часто встречаются оценочные определения: «вызывающе яркая» расцветка, «вульгарно, вызывающе, цинично перемещались по амвону», «бесовские деяния». В показаниях свидетелей действия участниц Pussy Riot в храме описаны так: «Прыгали, задирали ноги, имитируя танцы и нанесение ударов кулаками по воображаемым противникам». Следователи предположили, что своим поведением девушки попытались «обесценить церковные традиции и догматы», «принизить внутренние убеждения верующих граждан», «недвусмысленно выразили ненависть к христианству» и «посягнули на самобытность религии». Показания потерпевших занимают около десяти листов. Все они называют себя православными верующими. Отдельные фразы у всех десяти потерпевших одинаковы, несмотря на то что все они разговаривали со следователем с глазу на глаз. Так, охранники, ключарь и прихожане сообщили, что активистки «хаотично махали руками и ногами, пританцовывали и приплясывали», «их поведение, мягко сказать, было неподобающее, а фактически нарушало все мыслимые и немыслимые общепринятые правила поведения в храме» и что панк-молебен их всех задел и оскорбил. Акция в ХХС вызвала у потерпевших одни и те же чувства — негодование, раздражение и обиду. Отдельно все они в унисон отметили «сильную душевную боль», потому что инцидент произошел на последней неделе перед постом. Заявлениям активисток, сообщавшим, что они хорошо относятся к православию, потерпевшие не верят. Они посчитали, что слова «срань Господня» — это хула на Иисуса Христа, а тот факт, что активистки крестились и кланялись, воспринимают как пародию на действия православных верующих. Потерпевшие в один голос возмутились, что Pussy Riot призывали Богородицу стать феминисткой, и подчеркнули, что феминизм — это не борьба за права женщин, а разрушение семейных ценностей: «Они высмеивают высокую роль матери — рождение детей — и призывают к бесцельному протесту, войне всех против всех». Кроме этого свидетели, проходящие по делу, сочли, что во время панк-молебна активистки умудрились «поглумиться над православными традициями» и «использовали подмену понятий». Следствие сообщает и о вещественных доказательствах, изъятых при обыске по месту жительства фигуранток дела. Так, обнаруженный у Толоконниковой лист формата А4 с речевкой, начинающейся словами «В жопу культуру, идем в прокуратуру !», послужил для выводов о «негативном, пренебрежительном, враждебном, ненавидящем отношение к власти и служителям церкви», а все обнаруженные на компьютере файлы — о поддержке «любого протеста против общества». За показаниями потерпевших и свидетелей следуют экспертизы. Первые две экспертизы существенно отличаются от третьей, по результатам которой и было составлено обвинительное заключение о разжигании розни, вражды и религиозной ненависти. Танцы участниц Pussy Riot охарактеризованы в последней экспертизе как «развязные», «вульгарные», «развратные», «неуместно откровенно сексуализированные», «сексуально распущенные», в том числе из-за исполнения акции в ХХС, непристойной одежды и «высокого поднимания ног выше пояса». Адвокат одной из подсудимых активисток Марии Алехиной Николай Полозов назвал обвинительное заключение «крайне непрофессиональным». «Оценочные эпитеты указывают на полную деградацию правоохранительной системы, слияние церкви и государства и репрессивный и инквизиционный подход, что неприемлемо и противоречит не только федеральным законами, Конституции, но и международным конвенциям», — считает он. По мнению адвоката, формулировки заключения указывают на то, что дело незаконное и политически мотивированное. Помимо формы у Полозова есть претензии и к содержанию документа. «Следствие не ответило на вопросы, кто вел блог, кто сделал клип, кто его выложил в интернет. Не было ни одного запроса на серверы YouTube. Может, сам следователь этот ролик сделал и выложил?» — сообщил Полозов, добавив, что дело надо отправить на доследование. Несмотря на то что в акции в ХХС участвовали пять человек, остальных двух следователи, по словам защиты, даже не пытаются найти, хотя, как говорит Полозов, ранее следователи открыто заявляли, что личности и адреса этих людей им известны. «Это политические соображения: кого успели сцапать, тех и разрабатывают, — пояснил адвокат. — Когда пошла волна и акцией заинтересовалась общественность, остальных привлекать не стали». «Говорить о правосудном решении не приходится, — заявляет он. — Это такая расправа. Когда я читал заключение, у меня сложилось впечатление, что их сожгут на костре».