Борьба с курением и у нас становится политически и экономически все более выгодным занятием. Что не превращает в убыточный бизнес производство и продажу табака.
Перекур окончен
Временный глава Совета федерации Александр Торшин дал старт очередному раунду борьбы табачного и антитабачного лобби в России. Он подверг критике жесткий законопроект против курения, разработанный Минздравсоцразвития. Сенатор опасается, что драконовские подходы, заложенные в проекте, вызовут массовое недовольство, приведут к росту продаж контрафактных сигарет и вообще подорвут политическую стабильность. Чтобы добавить основательности последнему аргументу Торшин заметил, что «советская власть начала сыпаться именно с табака, когда представители властей дежурили у табачных киосков, всячески регулировали потребление табака с помощью карточек». Трудно было рассчитывать, что антитабачный поход Минздрава не встретит сопротивления. Бюджеты табачных компаний в России, по данным ВОЗ являющейся самой курящей страной в мире, достаточно велики, чтобы организовать оборону. Впрочем, у сторонников максимально полного запрета на курение тоже есть ресурсы помимо академических и административных, например гранты известного борца с этим пороком, мэра Нью-Йорка Майкла Блумберга. Но важнее, наверное, то, что финансированием борьбы с производителями сигарет занимаются фармацевтические гиганты вроде Pfizer , зарабатывающие на лекарствах от никотиновой зависимости. В западных странах эта борьба протекает весьма ожесточенно и не всегда с успехом для борцов с курением. Прибыли производителей сигарет в прошлом году выросли, а в США – во всяком случае, в штате Огайо – увеличилось и количество собственно курильщиков (подозревают, что виной этому стресс, вызванный экономическим кризисом). Сейчас табачные компании готовятся к судебным разбирательствам с американскими властями, добиваясь отмены решения о том, чтобы на сигаретных пачках размещали картинки пораженных внутренних органов человека. Таким образом, и за счет переноса маркетинговой политики в развивающиеся страны, и за счет достаточно высокой сопротивляемости приверженцев курения на своих традиционных рынках табачники сохраняют свой бизнес, фармацевты делают деньги на борьбе с ними, а политики, в свою очередь, зарабатывают очки на противостоянии пороку. В том что касается ограничения прав курильщиков, Запад ушел, как известно, далеко. Инерция борьбы с курением, которая стала для многих профессиональным занятием, доводит разумные в общем-то меры по защите некурящих и разъяснению вреда от табака до абсурда. И, соответственно, втягивает в это дело все больше и больше денег. С обеих сторон. Судя по всему, Минздрав России (при поддержке Путина, прошлой осенью подписавшего антитабачную концепцию) именно в данном случае решил догнать, а то и обогнать Запад. В законопроекте предлагается ввести уже распространившиеся в Европе и США запреты на курение в гостиницах, кафе, ночных клубах и так далее. Более того, в Минздраве объявили, что будет предусмотрена «защита от табачного дыма для лиц, находящихся в тюрьмах и СИЗО ». Если в целом в России курит почти 40% взрослого населения, то «на зоне» — процентов 90. Предлагаемая защита, скорее всего, обернется пыткой для заключенных и, разумеется, пополнит карманы коррупционеров. Тюрьмы – это, конечно, еще не вся Россия, однако и на воле эффект от законопроекта будет, скорее всего, неоднозначен. Трудно в данном случае не согласиться с Александром Торшиным, который говорит, что «чем жестче закон, тем больше его коррупционная составляющая». При этом, как показывает практика, табачных производителей он не разорит, количество курильщиков снизит незначительно, зато по ходу борьбы за его принятие бюджеты соответствующих лоббистских группировок кратно возрастут.