30 января в «Современнике» премьера — Гарик Сукачев поставил спектакль «Анархия» по пьесе современного английского драматурга Майка Пэкера с Михаилом Ефремовым и Ольгой Дроздовой.
Гражданин панк
Разговоры об этом проекте пошли по Москве еще летом, когда пьесу, представленную в читке на фестивале «Любимовка», взялся ставить в «Современнике» Гарик Сукачев — человек, в котором режиссер не дает покоя музыканту. Причем по преимуществу кинорежиссер: за исключением военного «Праздника», все фильмы Сукачева — о явлениях современных или об эпохе, которую автор знает не понаслышке. В «Кризисе среднего возраста» интеллигентный герой Харатьяна сталкивался с миром разборок, быстрых и опасных денег 1990-х, а последняя работа режиссера – фильм «Дом солнца» — романтическая и ностальгическая картина о советских хиппи. Фильм не стал ни бомбой, ни хитом, на историчность не претендовал и в особенности быта отечественных хиппи не погружался – вместо эпоса о заповедной субкультуре, сыгравшей немалую роль в перемене умов в период с 1980-х по 2000-е, сделали мелодраму. Однако на этот раз Сукачев решил, быть может, отыграться — поработать с более социально заряженной тематикой на схожем «неформальском» материале. Героями его нового спектакля становятся панки 70-х, пережившие фурор и погрузившиеся в забвение «нулевых», пытающиеся сориентироваться в новом мире. В мире, оказавшемся непохожим на молодые мечты радикалов. «Анархию» называют дебютом музыканта в театре. Справедливости ради надо сказать, что для Сукачева сцена не совсем чужая территория: в 1996 году музыкант помогал своему другу Михаилу Ефремов у ставить пьесу Ивана Охлобыстина «Злодейка, или крик дельфина» не только как композитор, но и как сорежиссер. Спектакль, правда, был воспринят неоднозначно и через несколько сезонов сошел со сцены. Теперь шесть лет Сукачев и Ефремов снова работают вместе — только актер сыграет в спектакле музыканта главную роль. И не только в спектакле, но и, можно сказать, в проекте в целом — поставить «Анархию» Сукачева уговорил именно Ефремов. В оригинале пьеса Майка Пэкера называется «tHe dYsFUnCKshOnalZ», по имени музыкальной группы, бывшие участники которой стали главными действующими лицами. По сюжету «Дисфункционалы», пережив короткий взлет на рубеже 70–80-х, не достигли высот Sex Pistols или Clash, так и не попав в золотой фонд британского панка. На их сайте – три с половиной калеки, раскапывающие раритеты. Сами экс-панки, давно растеряв друг друга, заняты унылым выживанием. Все меняет звонок из Америки: некая фирма хочет купить их старинный хит «Plastic People» для саундтрека к рекламному ролику. Песня, направленная против консюмеризма, теперь должна послужить делу потребления. Бывшие хулиганы, маргиналы и революционеры крепко задумываются. Понятно, что Пэкер написал пьесу о самых реальных английских реалиях – не зря ее уже второй раз ставят в Лондоне. Ситуация описана отнюдь не гипотетическая – достаточно вспомнить историю двухлетней давности, когда бывшие участники Sex Pistols дали согласие на выпуск парфюма с названием группы. Впрочем, еще до этого лидер группы Джонни Роттен рекламировал сливочное масло, а идеолог этой панк-банды Малькольм Макларен неоднократно признавался, что первоначально создавал SP для продвижения бутика, которым он владел вместе с Вивиен Вествуд. Но стоит убрать многочисленные названия групп, песен, имена продюсеров и лейблы звукозаписывающих студий – и история становится универсальной. Обычная история для бывших радикалов и эпатажников — одни записывают альбом на стихи Владислава Суркова , другие ходят к нему, тогда еще всесильному, на совещания по обустройству культуры, третьи совершенно спокойно приезжают на Селигер развлекать новоявленных комсомольцев. Явление сколь болезненное, столь и неоднозначное – меняются времена, кумиры падают с пьедесталов, новые реалии требуют гибкости и дипломатии. Пьеса Пэкера, смешная и безжалостная, хороша еще тем, что не расставляет оценок, не вешает ярлыков, начисто лишена назидательности. Лидер группы Билли-«выкидыш» решительно отказывается продаваться, но финал заставляет переоценить сложившуюся вначале расстановку сил. В конечном итоге «Анархия» — история не о панках. Сукачев ставит спектакль о компромиссе, о том, что судьбу не обманешь – рано или поздно каждый встанет перед выбором, перед которым окажутся бессильными и прежний опыт, и примеры коллег. В итоге каждый ответит сам за себя и в первую очередь не перед абстрактным «обществом», а перед конкретным собой. В случае с «Анархией» интересен еще один аспект – видимо, с наступлением новых времен в театре снова стала важна личность актера: не только его талант, но и его общественное лицо, моральный авторитет. Совсем недавно в Театре наций вышел спектакль «Цирко Амбуланте», где Лия Ахеджакова не просто сыграла современного Дон Кихота, но обратилась со сцены со словами от первого лица. Важно было, что этот текст о совести и свободе произносит именно она, известная своей активной позицией. В «Анархии» не готового смириться с предательством своих юношеских принципов Билли играет Михаил Ефремов, в проекте «Гражданин поэт» высказывающий свои вполне откровенные взгляды на власть и общество весело, безжалостно и зло. В компанию другу Сукачев подобрал «звездный» актерский ансамбль: в «Анархии» сыграют Ольга Дроздова, Дмитрий Певцов , Василий Мищенко и Мария Селянская. Музыкальным консультантом спектакля стал один из известных отечественных панков, создатель и лидер группы «Наив» Александр «Чача» Иванов. Театр «Современник» анонсировал премьеру как особый для своего репертуара случай — ради которого даже отказались от традиционного коричневого тона на афишах, сделав постер ярким и даже кричащим. Галина Волчек объяснила, что пойти на такой рискованный шаг обязывает название театра: «Современник» не может закрывать глаза на то, что происходит вокруг, и заниматься «чистым искусством». Раньше экспериментам отдавали Малую сцену – там ставили молодые, там Кирилл Серебренников выпустил скандальную «Голую пионерку», шокировавшую языком и своеобразным отношением к неприкосновенной теме Великой Отечественной. В «Анархии» высока концентрация ненормативной лексики (было бы странно смягчать язык Пэкера — как еще должны разговаривать старые панки?), и в связи с этим трудно предугадать, как отреагирует на спектакль привыкшая к приличиям публика «Современника». С другой стороны, если уж принять как данность, что действительно название обязывает, то рискнуть театру стоит именно сейчас: «Анархия» — это как раз тот самый спектакль, с которым в театр может прийти новый зритель.