На этой неделе исполняется 45 лет со дня исторического визита в США советского лидера Леонида Брежнева, который стал одним из символов политики «разрядки» с США при президенте Ричарде Никсоне. 24 июня 1973 в одном из американских выступлений Брежнев объявил об окончании «холодной войны». Генсек поторопился, но разрядка, которая началась в то время, значительно улучшила не только отношения США и СССР, но и международную стабильность.
«Холодная война», о которой мы беспокоились, закончилась»
Как вспоминал американский сенатор Джеймс Фулбрайт, во время обеда с американскими сенаторами лидер СССР Леонид Брежнев произнес, что «холодная война», о которой мы беспокоились, закончилась». Фраза советского генсека прозвучала не на пустом месте — США и СССР действительно сделали шаги навстречу друг другу. За год до визита в США, в мае 1972 года, между странами был подписан ключевой Договор по противоракетной обороне (ПРО), а также Договор по ограничению стратегических вооружений (ОСВ-1), начались переговоры о сокращении вооружений, сотрудничество в научно-технической и культурных областях. Все это стало возможным благодаря политике «разрядки», провозглашенной Брежневым и президентом США Ричардом Никсоном. «В 1972 году Никсон и Брежнев, с гордостью подчеркнув, что впервые в истории две сильнейшие на Земле державы согласились взаимно ограничить свои вооружения, как бы шутя поспорили, сколько раз, семь или десять, они и после ограничений могут уничтожить друг друга», — писал о тех временах в своих мемуарах участник многих встреч на высшем уровне, советский дипломат Анатолий Адамишин. Как отмечает ведущий научный сотрудник ИМЭМО РАН , специалист по США Сергей Ознобищев , «1973 год не состоялся бы без 1972 года. Сегодняшнюю встречу Трампа и Ким Чен Ына называют исторической, но тот визит был более историческим», — говорит эксперт. Визит тщательно готовился, напоминает эксперт и в его подготовке участвовали ведущие эксперты — такие, как академики Николай Иноземцев и Георгий Арбатов , помощник Брежнева Александр Бовин. Визит Брежнева в США был ответным — до этого СССР посетил Никсон. Президент-республиканец, чьим советником по национальной безопасности был опытный дипломат Генри Киссинджер , был сторонником прагматичного сотрудничества между США и СССР. Идея была в том, чтобы сбалансировать интересы Белого дома в сотрудничестве с КНР — государством, которое находилось в то время в весьма враждебных отношениях с СССР. «Никсон был прагматиком, и он действительно хотел крупных свершений в американской внешней политике и во многом добился их. Он имел репутацию ярого антикоммуниста, но смог на деле провести довольно-таки деидеологизированную политику и в отношении СССР, и в отношении Китая», — рассказывал ранее «Газете.Ru» ученый-американист Андрей Кокошин. Советский и американский лидер подошли к встрече с разным политическим багажом. За спиной у Брежнева было вторжение в Чехословакию в 1968 году, которое ухудшило внешнеполитическое положение СССР, за спиной Никсона — непопулярная в обществе война во Вьетнаме. Но хотя ее начал не он, Никсон был полон решимости вывести американские войска из Вьетнама. Эта страна фактически стала местом опосредованного конфликта между СССР и США, поэтому начало вывода американских войск имело «положительное значение» для отношений Москвы и Вашингтона, вспоминает в мемуарах посол СССР в США Анатолий Добрынин. При этом посол также отмечает, что, хотя в США уже начало раскручиваться «уотергейтское дело», администрация Никсона была полна решимости сесть за стол переговоров. Правда, Добрынин писал, что Киссинджер в разговоре с ним признал, что «дело» «отнимает у Никсона много времени и мешает ему сосредоточиться на важных внешнеполитических вопросах». В то же время работа помощников президента США и советского лидера облегчила задачу — соглашения были подготовлены заранее и, как пишет Добрынин, «Никсону и Брежневу не надо было вести какие-то переговоры, чтобы завершить подготовку текстов этих соглашений. Поэтому предстоящая встреча давала хорошую возможность для свободного обмена мнениями по широкому кругу вопросов». Вопросы были действительно широкими — лидеры обсуждали двусторонние отношения, события в Индокитае и на Ближнем Востоке. Во время визита были подписано соглашение о предотвращении ядерной войны — документ о принципах переговоров по дальнейшему сокращению стратегических и наступательных вооружений. Кроме того, были подписаны самые различные «мирные соглашения» от мирного атома до сельского хозяйства и исследования мирового океана. Большинство из них дали эффект и прежде всего экономический — к 1974 году торговля СССР и США выросла втрое. С помощью США в СССР был построен завод азотных удобрений, а в Америку из СССР шли советские трактора, и обе стороны даже рассматривали строительство в СССР предприятия по выпуску большегрузных автомобилей по американской лицензии. Несмотря на то что оба государства представляли диаметрально противоположенные политические системы, атмосфера переговоров была почти дружественной. Импозантный, еще в полной силе, Брежнев с интересом слушал Никсона. На одной из фотографий, сделанных во время беседы, оба лидера беседуют в весьма свободной обстановке, положа ноги на стоящие перед ними удобные пуфики. Между Брежневым и Никсоном возникла определенная химия — на память о встрече советский генсек получил от американского президента автомобиль «Линкольн». Брежнев даже смог опробовать его, прокатив с ветерком американского коллегу. В США саммит посчитали успехом. Как писал Никсону по итогам встречи архитектор американской внешней политики Киссинджер, после встречи Брежнев «будет более привержен позитивным отношениям с США». Сам он будет говорить позже, что это была «встреча двух равных». «То был рассвет брежневской и никсоновской разрядки: сделки как правило заключались по принципу do ut des (лат. — даю, чтобы ты дал)», — характеризует в своих мемуарах атмосферу тех лет советский дипломат Анатолий Адамишин. Провозгласив окончание «холодной войны» во время визита в Америку, Брежнев поторопился. Противостояние между СССР и США продолжалось, но стало более предсказуемым и чуть менее затратным, благодаря подписанию стратегических договоров. «Значимость двусторонних соглашений об ограничении стратегических вооружений станет более зримой если представить себе, какое дополнительное бремя пришлось бы нести советскому и американскому народам если бы не были достигнуты эти соглашения», — писал в июне 1974 года в журнале «Огонек» международный обозреватель Сергей Лосев. Подписанный во времена «разрядки» договор по ПРО служил советско-американским, а затем и российско-американским отношениям долгие годы. США выйдут из него в 2002 году в одностороннем порядке при президенте США Джордже Буше-младшем. Впоследствии президент России Владимир Путин назовет выход из договора «попыткой сломать этот стратегический паритет». Сегодня ситуация в российско-американских отношениях уже мало напоминает ту, когда лидеры двух держав могли обсуждать глобальные проблемы, даже несмотря на идеологическое противостояние. «Тогда было две державы, которые могли иметь контроль над ситуацией сегодня есть немало держав, которые находятся вне этого диалога и ведут себя непредсказуемо», — так оценил времена «новой холодной войны» генсек ООН Антониу Гутерриш во время выступления в Валдайском клубе в Москве. «Возвратиться в то время невозможно. Оно было чревато кризисами, но стороны стремились к ответственному поведению. Сегодняшний подход — поднять ставки, потом надавить на противника — не практиковался так открыто. Политика была более ответственной», — говорит Ознобищев из ИМЭМО РАН. При этом многие эксперты как тогда, так и сейчас считают, что в случае, если объявленный саммит между США и Россией в ближайшее время состоится, стороны должны вновь обсудить вопросы стратегической стабильности.