Кремль почти не скрывает, что устал от «Единой России». Но заменить ее «Народным фронтом» все никак не получается: он слишком слаб кадрами и не интересен широким массам. Поэтому «фронтовиков» сохранили в качестве пугала для партии власти, а заодно и как инструмент давления на всех, кто недостаточно послушен.
Подозрительный дублер
То, чего сильнее всего боялись единороссы, на съезде «Общероссийского народного фронта» не произошло. Новой партией власти его не провозгласили. Но всевозможными милостями он осыпан — наречен новым именем («Народный фронт — за Россию»), обрел официальный статус общественного движения и получил отмашку резко расширить свой штат путем комплектования многолюдных руководящих структур в центре и на местах. Не говоря уже о том, что понравился своему лидеру : «Я вижу в этом зале самых разных людей — и убеленных сединами, и совсем молодых... у всех светлые, мужественные и полные решимости лица. Это так здорово!» Если судить по внешним признакам, путинский «Народный фронт» эволюционирует в сторону «Национального фронта» ГДР и сходных с ним бутафорских объединений (тоже именовавшихся «фронтами») в бывших соцстранах Восточной Европы. То есть становится фасадной организацией с собственной, но в номенклатурном смысле второразрядной руководящей машиной, объединяющей в показных целях главную партию с остальными лоялистскими политическими структурами и со всей массой управляемых свыше общественных организаций. Формально это выглядит именно так. По существу же, в Кремле с самого начала ждали от этого проекта чего-то большего. Собравшийся вокруг Владимира Путина узкий руководящий круг, внутри которого сосредоточена реальная власть в стране, был бы не прочь избавиться от обанкротившегося и скомпрометированного привилегированного класса. Отсюда и экзекуции, которым он теперь постоянно подвергается, от мероприятий по «национализации элиты» до антикоррупционной кампании. Но, чтобы провести серьезную чистку, нужно иметь в запасе какие-то новые кадры. Именно их и надеялись почерпнуть из организованного позапрошлой весной ОНФ. Если бы проект по-настоящему пошел, то «Единой России» сегодня могло бы уже и не быть. Но по каким-то загадочным причинам «убеленные сединами и совсем молодые» карьеристы, толпами ринувшиеся в новую организацию, не принесли с собой ни управленческого мастерства, ни политического авторитета. Хотя на последних думских выборах список «Единой России» был обогащен внушительным числом народнофронтовцев, это не придало избирательной кампании никаких выгодных для властей оттенков и не избавило от политического кризиса, который вслед за этими выборами последовал. Не внеся затем ощутимого вклада в президентскую победу Путина, проект ОНФ был фактически заморожен на полгода. Его реанимация, начатая осенью 2012-го, очередным этапом которой и стал состоявшийся съезд, говорит о желании Кремля повторить эксперимент, используя более мощные силы и ресурсы, но не меняя саму технику исполнения. Опять те же самые лица из 60–90-х годов: Валентина Терешкова , Станислав Говорухин , Карен Шахназаров , Михаил Шмаков , Александр Шохин. Предполагается, что звезды и начальственные персоны давнего прошлого окажут волшебное действие на массы. Чтобы это действие стало еще сильнее, съезд ОНФ сделан просто-таки парадом выходцев из народной толщи. Тут и околовластный агитатор, и машинист горных выемочных машин, и функционер предпринимательской организации, и функционерша «Женщин России», и заслуженный кремлевский пиарщик, и замспикера Госдумы , и замглавврача больницы, и замглавы крестьянского хозяйства. Не забыта, кажется, ни одна общественная прослойка, ни одно сословие. Опытными руками, уже десятки лет пишущими идеологические декларации и манифесты, изготовлена свежая их партия — специально к съезду. Другое дело, что все это — от деклараций и до лиц — рядовые люди уже тысячекратно слышали и видели. Замена опостылевшей «элиты» сама по себе могла бы вызвать сочувственный отклик, но ведь «фронтовики» выглядят точно такими же, как она. Только часть из них гораздо старше, чем нынешний среднестатистический начальник, а часть, напротив, помоложе. Другие отличия найти трудно. Не способна породить взрыв восторга и стержневая идея «фронта», без стеснения и оговорок определяющего себя как лидерская организация, объединяющая личных сторонников и поклонников Владимира Путина. Пик путинской популярности пройден лет пять назад, да и само выпячивание собственной несамостоятельности, желание светиться отраженным светом авторитета никому не добавят. Вряд ли вызовут прилив доверия и поставленные перед «фронтом» задачи. Ему предписано продвигать своих кандидатов на выборах — и напрямую, и через партийные списки. Это дает богатую пищу для раздумий единороссам, но не слишком заинтересует всех остальных. А в промежутках между выборами «фронтовикам» велено зарабатывать политический вес, неустанно жалуясь начальству всех ступеней на любые выявленные неполадки. К невероятному множеству наших следящих и контролирующих инстанций готова добавиться еще одна. «Вы спрашиваете, существуют ли контрольные органы? — говорил персонаж Франца Кафки. — Да одни только контрольные органы и существуют!» Впрочем, на одном участке своей работы «Народный фронт» некоторое впечатление на публику произвести может, если, конечно, проявит хватательное усердие. Ведь обновленное его название «…за Россию» подает сигнал, что все, кто не с «фронтом», против России. Насколько настойчиво будет разрабатываться этот многозначительный тезис, покажет только практика. Ну а пока народные массы показывают слабую осведомленность о «Народном фронте», невысокое к нему внимание и скромный уровень одобрения его деятельности. Предсъездовский опрос, опубликованный ВЦИОМ , самой дружественной Кремлю из наших опросных служб, свидетельствует, что по сравнению с июнем — июлем позапрошлого 2011 года эти индикаторы почти не изменились. «Народный фронт» был и остается неинтересным для народа. С настоящей теплотой к этой структуре относится только Кремль, который не теряет надежды использовать ее как дублера, а при случае, возможно, и как замену ЕР. А с настоящей тревогой на нее по той же самой причине взирают только единороссы, решающие каждый для себя, пора ли уже бежать из старой организации и любой ценой устраиваться в новую или час дезертирства еще не пробил.