Неизвестно, сколько их, но они точно существуют в Дании и Бельгии. Речь идет о людях, которые купили в кредит дом и которым теперь банк платит за выданные деньги. Отрицательные процентные ставки для частных заемщиков — еще несколько лет назад такое невозможно было даже представить, а сегодня это реальность. Но не стоит слишком за них радоваться — возможно, новый кризис уже на пороге.
Банки приплатят за ипотеку
Россиянам, жалующимся на высокие ставки ипотечных кредитов, остается только позавидовать европейцам, некоторым из которых банки доплачивают «в благодарность» за взятый кредит. Первым банком, который перешел к отрицательным ставкам по кредитам, стал Nordea Bank. Дело было в Дании еще в начале прошлого года. С тех пор как минимум еще два банка в Бельгии — BNP Paribas и ING — приплачивали своим клиентам. Об этом, в частности, не так давно сообщало издание Het Neuwsblad. В банках, о которых шла речь, утверждали, что отрицательные ставки касались только «ограниченного числа контрактов». Указанные ситуации возникают по кредитам с плавающей процентной ставкой (это в основном ипотечные кредиты), зависящей от ключевых и межбанковских ставок, поясняет Наталья Павлунина, начальник управления розничных продуктов департамента розничного бизнеса Локо-банка. При достижении, например, ключевой ставкой отрицательных значений процентная ставка по кредиту также становится отрицательной. Текущие значения европейской межбанковской ставки предложения Euribor и ряда других стали отрицательными и в зависимости от срока колеблются от –0,348% за месяц до –0,012% за год, отмечает гендиректор АО «ВТБ Регистратор» Константин Петров. Соответственно, если при этом ряд банков в своих кредитных договорах привязали клиентские ставки к Euribor, то получается, что уже не клиент банку, а банк должен платить клиенту за то, что выдал ему кредит. Отрицательные значения ставок на межбанковском рынке и весь феномен отрицательных ставок в целом являются следствием проводимой Европейским ЦБ (а также центробанками других развитых стран) сверхмягкой денежно-кредитной политики. «Центробанки большинства развитых стран в последние пять лет проводят стимулирующую денежно-кредитную политику, снизив до минимума ставки по кредитам и вводя отрицательные ставки. Европейский центробанк и Банк Японии с помощью отрицательных ставок пытаются стимулировать экономику. Центробанки европейских стран (Швейцарии, Швеции, Дании) используют отрицательные ставки по депозитам для сокращения притока капитала и корректировки курса национальных валют по отношению к евро», — отмечает Дмитрий Монастыршин , главный аналитик аналитического управления Промсвязьбанка. Европейский ЦБ предпринял новый виток ослабления своей политики на заседании 10 марта этого года. Он понизил ключевую ставку с 0,05% до нулевого уровня, ставка по депозитам была понижена с –0,3 до –0,4%. Кроме того, был расширен объем выкупа активов с рынка с €60 млрд до €80 млрд в месяц. Глава Марио Драги де-факто не исключил введения и отрицательной ключевой ставки. «Забегая вперед, принимая во внимание текущий прогноз по ценовой стабильности, совет управляющих ожидает, что ключевые процентные ставки ЕЦБ останутся на текущих или более низких уровнях в течение длительного периода времени», — сказал он. Отрицательная ставка (по депозитам) должна в идеале стимулировать коммерческие банки больше кредитовать, а не копить деньги на счетах в ЦБ. Население же, для которого снижается доходность по вкладам, должно больше тратить, что вкупе с эмиссионной накачкой должно разогнать инфляцию до целевых 2% и повысить доходы корпоративного сектора. На практике все выходит не так гладко. Население не тратит, а сберегает, но все чаще предпочитает хранить деньги на счетах до востребования (это требует от банков иметь большой объем ликвидности, что невыгодно) или вообще держит их дома в виде наличных. Инфляция не растет (в еврозоне в этом году уже неоднократно фиксировалась дефляция), поскольку дешевые энергоносители тянут потребительские цены вниз. Аналитики Bank of America считают, что «до сих пор отрицательные процентные ставки не смогли способствовать повышению инфляционных ожиданий в еврозоне, Швейцарии и Японии и показали лишь незначительную эффективность в этом плане в Швеции». Алан Гринспен , экс-глава ФРС , в одном из своих интервью Bloomberg отмечал, что отрицательные ставки ведут к сокращению объемов капзатрат, а низкие инвестиции не позволяют увеличивать производительность труда. Как результат — низкие темпы роста экономики. Банки вынуждены вкладывать деньги в высоколиквидные гособлигации, но их доходность зачастую также отрицательная. Немецкий журнал Der Spiegel приводит такие данные. В настоящее время в еврозоне обращаются облигации с отрицательной доходностью на сумму €2,6 трлн. При покупке семилетних госбумаг Германии каждый год инвестор будет терять €2 с каждой тысячи. Получается замкнутый круг, который ведет только к падению доходов в банковской системе. Аналитики американского банка Morgan Stanley называли отрицательные ставки ЕЦБ «опасным экспериментом». «Мы считаем, что потенциальное снижение рентабельности банковского бизнеса в связи с низкими базовыми и отрицательными депозитными ставками будет одним из основных факторов риска для европейских банков в 2016 году», — полагают в Morgan Stanley. Российские аналитики также не видят ничего хорошего в отрицательных ставках. Константин Петров полагает, что текущая финансовая политика искусственного экономического стимулирования за счет сверхнизких ставок и наращивания денежной массы в условиях снижения реального производства ведет не к инфляции, а к дефляции и продолжению спекулятивного роста на фондовых рынках, где концентрируется избыточная ликвидность. Это может негативно отразиться на устойчивости банков и вместо стимулирования экономического роста привести лишь к затяжной стагнации. «В итоге это может привести к большим проблемам в финансовой инфраструктуре и очередному витку финансового кризиса», — считает он. Андрей Шенк , аналитик УК «Альфа-Капитал», полагает, что истории с отрицательными клиентскими ставками — это разовые аномалии и массового характера такие кредиты носить не будут, поэтому конкретно эти случаи угрозы для банковской системы не несут. Но глобально отрицательные ставки создают определенные риски, в том числе они вынуждают банки корректировать подход к риск-менеджменту, увеличивая экспозицию на риск для того, чтобы компенсировать снижение доходов от падения ставок и разместить избыточную ликвидность, отмечает он. «В результате этого на рынках могут надуваться пузыри, которые в конечном счете как минимум осложнят процесс нормализации денежно-кредитной политики, а при плохом сценарии могут спровоцировать новые волны кризиса», — опасается Андрей Шенк. В то же время аналитики считают, что банки не станут мириться с отрицательными ставками. «Вряд ли банки допустят, чтобы это явление приобрело массовый характер», — полагает Константин Петров. Дмитрий Монастыршин обращает внимание на то, что, поскольку для банков развитых стран появилась возможность привлекать средства от клиентов и регуляторов по отрицательным ставкам, банкам удается сохранить маржу по клиентским договорам, даже если ставка по ним уходит в минус. При этом стоит обратить внимание, что даже при отрицательных ставках по кредиту клиенту, скорее всего, придется платить банку небольшую сумму помимо основного долга за счет наличия комиссий за обслуживание. «Однако ситуация, когда кредитор платит заемщикам, по своей сути абсурдна и банкиры соответствующих стран уже принимают меры по защите своих капиталов», — отмечает Наталья Павлунина. По ее словам, ряд европейских банков уже дополнили свои условия ипотечного кредитования, зафиксировав минимально возможное значение ставки по кредитам, а также обратились к регулирующим органам для разъяснений и возможности изменения законодательства. Единственный вопрос, на который пока нет ответа, заключается в том, как будет существовать финансовая система, если ЕЦБ и другие регуляторы продолжат смягчать свою денежно-кредитную политику, а инфляция и экономика не восстановятся.