Размер шрифта: - +
В воздухе витал запах пепла. Отвратительный смрад от безысходности случившегося окутывал дикие деревья, сгруппировавшиеся в непроходимый лес. Угасающую Луну скрыли тёмные тучи, оттого в лесу стало ещё темнее, ещё неуютнее, ещё… опаснее.
Деревня быстро осталась далеко позади. Но необузданное яркое пламя от большого костра ещё долго будет освещать лица, раскрывать жестокую суть, ибо в глазах каждого смотрящего на бушующее пламя и на улетающие прочь искры читалась радость. В деревне стояло пятнадцать домов. Но сегодня ночью их стало четырнадцать.
Они шли то медленно, то быстро, постоянно оглядываясь. Они страшились, что за ними следили, боялись, что их единственный оставшийся дом отыщут и уничтожат, как и множество других, забрав несколько десятков невинных жизней, отобрав у них всё самое дорогое. Они чувствовали себя разбитыми, утонувшими в горе и постоянном страхе. Они лишь хотели безопасное место, где можно будет, наконец-то, перестать бояться.
Они спустились в овраг, обогнув вековые, едва шепчущиеся друг с другом дубы. Затем пролезли через колючие кустарники, укрываясь изорванными и грязными от крови и земли балахонами. А, когда вышли к ручью, аккуратно перешли по плоским камням на другой берег и скрылись в очередных зарослях, не оставив и следа своего шествия.
Одна фигура остановилась. Человек прислушался. Огляделся. Его окружал лес и отчаянно выл ветер прямо над ухом. Фигура шевельнулась, коснулась левой рукой правого плеча и посмотрела на ладонь: тёмно-красная жидкость. Плечо разрывалось от боли, но это ничто по сравнению с увиденным им, ведь он увидел… увидел любимую… Она исчезла в адском пламене жестоких людей, запертая в наполовину обваленном двухэтажном доме с некогда прекрасным садом на заднем дворе, заполненном ромашками. Он любил её. А, значит, должен был оберегать.
Но он не смог.
Боль в плече никогда не сравнится с болью разрывающей его изнутри.
— Тар, — позвал его приятный мужской голос друга. Подошедший стянул капюшон, открыв ночному небу свои лохматые длинные светлые волосы и глянув на друга изумрудными глазами. — Дальше идти можешь?
— Могу, — грубо отозвался тот и, обогнув друга, начал взбираться на холм, сторонясь веток и других таких же, как он, пока не оказался первым.
Все пропустили Виктора, молча сочувствуя.
— Не трогай его пока, Нордман, — произнёс мужчина в капюшоне, которого звали Питер. — Сейчас он на пределе.
— Ему нужна помощь.
— Помощь нужна всем нам.
Постояв ещё некоторое время в тишине, слыша только, как где-то ухала сова, они вновь двинулись в путь, догнав Виктора прямо возле убежища. Их жилище состояло из хлюпкого укрытого растениями дома, довольно непримечательного, но суть строения была в том, что оно скрывало просторную пещеру.
Из леса вышел крупный тёмный мужчина с бородой и маленькими глазами, встречая пришедших.
— Вы смогли? — спросил он.
Виктор невольно прижал рану рукой, отворачиваясь, скрипнув зубами. Питер молча покачал головой. Все остальные опустили головы, словно признавали свою вину в чём-то.
— Что ж, — устало произнёс мужчина, — для нас это не впервой.
Виктор от этой фразы резко двинулся к дому и ударил в дверь ногой, закричав. Он повернулся, злобно глянув на мужчину с бородой, не сдержавшись от столь колючих слов:
— Вот именно, что опаздывать нам не впервой, — сплюнул он, бешено оглядывая всех. — Вот именно, что мы привыкли терять! Нам надо отплатить им той же монетой.
— Это не выход, Тар, — не согласился Нордман. — Мы уже…
— Тебе-то легко говорить, — злорадно улыбнулся Виктор. — Твоя жена цела и невредима. Как повезло! Вы всего лишь лишились дома! Так что не тебе мне говорить, что выход, а что — нет.
Мужчина с бородой резко подошёл к Виктору, схватил того за шею и прижал к стене дома. Его взгляд не предвещал ничего хорошего.
— Тогда выслушай меня, — медленно сказал он, прожигая взглядом дыру на лице того. Никто бы не хотел оказаться на месте Виктора, ибо у Драго была репутация самого грозного мага, и на то существовали свои причины. — Я потерял беременную жену… И я потерял дочь… А ты сейчас… стискиваешь зубы и успокаиваешься, пока не сделал хуже, чем есть… Или пока я не сделал тебе хуже.
— Драго, отпусти его, — попросил Питер брата. — Думаю, он всё понял.
Однако Драго не успел что-либо сделать, потому что Виктор быстро ударил того в живот здоровой рукой и оттолкнул ногой.
— У тебя есть брат и отец! — бросил он. — Так что ты тоже не смеешь мне указывать.
Драго хотел уже снова броситься на того, но Питер резко схватил его за руку и оттолкнул:
— Хватит! Не лезь, Драго. Нам всем нелегко. — Он повернулся к Виктору. — Идти на людей, не подумав, — большая ошибка.
— Мне нечего терять! — бросил тот. — Они забрали всё, что было мне дорого!