Интервью с Наталией Весельницкой - находка для демократов или подтверждение уже сказанного?
Всю пятницу американская телекомпания NBC и ее дочерний круглосуточный канал MSNBC передавали отрывки из интервью, которое взял в Москве корреспондент NBC Ричард Энгел у российского адвоката Наталии Весельницкой.
Оппозиционные демократы использовали это интервью как противовес обнародованному в тот же день заключению республиканцев, что им не удалось найти никаких доказательств "сговора, преступного заговора или координации между избирательным штабом Трампа и российским правительством". Демократы называют такой вывод преждевременным и продолжают собственное расследование, в котором интервью Энгела с Весельницкой будет теперь одним из главных вещдоков. Энгел сосредоточился в нем на двух вопросах. Во-первых, на знаменитой встрече 9 июня 2016 года в "Трамп-Тауэр", на которой Весельницкая и ее спутники беседовали с Дональдом Трампом-младшим, зятем Дональда-старшего Джаредом Кушнером и главой избирательного штаба республиканца Полом Манафортом. Посредник, британский промоутер Роб Голдстоун, завлек Дональда-младшего на эту встречу перспективой получения от российской прокуратуры компромата на кандидата от Демократической партии Хиллари Клинтон. Старший сын Трампа отреагировал на такую возможность с восторгом. На встрече быстро выяснилось, что стороны ожидают от нее разных результатов. Дональд-младший ждал обещанного компромата. Весельницкая же принесла с собой документ на английском, в котором Клинтон упоминалась лишь в одной строчке, да и то походя. В основном гостья агитировала за отмену закона Магнитского, в отместку за принятие которого конгрессом США Москва запретила американцам усыновлять российских сирот. Как твитнули потом американцы, они быстро поняли, что встреча будет пустой тратой времени, и потеряли к ней интерес. Весельницкая описала Энгелу, что делали ее собеседники во время встречи. Ее описание звучало как "Толя пел, Борис молчал, Николай ногой качал". Кушнер ушел первым. Дональд-младший и Манафорт - через несколько минут после него, так и не захватив документ, привезенный Весельницкой и содержавший нападки на американского и британского инвестора Билла Браудера, практически в одиночку пробившего закон Магнитского. Впоследствии этот документ был напечатан в журнале Foreign Policy, отметившем, что он аналогичен тексту, который вручили 16 апреля 2016 года в генпрокуратуре России конгрессмену Дейне Рорабейкеру. В США Весельницкую заподозрили в том, что она агент российских властей и распространитель их пропагандистской продукции. Сама Весельницкая говорила, что автором текста была она. По ее словам, она предоставила документ российскому генпрокурору Юрию Чайке, и так он попал к Рорабейкеру. Во-вторых, Энгел предъявил Весельницкой копии ее переписки с заместителем начальника управления Генпрокуратуры России по надзору за расследованием особо важных дел Сергеем Бочкаревым. Переписка касалась ответа Генпрокуратуры на запрос о правовой помощи, который она получила от минюста США в связи с гражданским иском против компаний под общим названием Prevezon, который в тот момент слушался в федеральном суде Южного округа Нью-Йорка. Компании Prevezon принадлежали Денису Кацыву, сыну вице-президента РЖД Петра Кацыва. По словам федеральной прокуратуры, возбудившей иск против Prevezon (но не против самого Кацыва), российские коллеги прислали ей не искомые документы, а пространный трактат о том, почему Кацыв невиновен. Из переписки Весельницкой с Бочкаревым явствует, что она принимала активное участие в составлении ответа Генпрокуратуры на американский запрос о правовой помощи. По словам политиков-демократов и либеральных комментаторов, которые весь день обсуждали эту переписку, она лишний раз доказывает, что Весельницкая является не просто частнопрактикующим адвокатом, а работает на российское государство. По их словам, одно дело идти на встречу с частным юристом, а другое - встречаться в надежде получить компромат на американского политика с агентом иностранного государства, если не сказать шпионкой. Именно так несколько раз назвал в пятницу Весельницкую член комитета по разведке демократ Эрик Суолвелл, который изображает встречу в "Трамп-Тауэр" в зловещем свете. Он, например, заявил MSNBC, что сын Трампа говорил во время нее по телефону с Эмином Агаларовым, потом быстро связался с отцом по заблокированному для посторонних номеру и снова позвонил Агаларову. Суолвелл нашел это крайне подозрительным и даже высказал предположение, что Дональд-младший мог тайком отвести Весельницкую к отцу, благо тот был в тот момент на соседнем этаже. Как и дочь Трампа Иванка, многозначительно предположил конгрессмен. Информатор или нет? Весельницкая неоднократно отрицала в интервью, что работает на государство, и обиженно спросила у Энгела, зачем он обвиняет ее в нечестности. Но она употребила слово, которое оказалось роковым и бесконечно склонялось потом на американских телеэкранах. "Я являюсь адвокатом, - сказала она, - и я являюсь информатором". "Адвокат, которая встречалась со штабом Трампа, говорит, что она информатор Кремля", - гласил заголовок издания Business Insider. "Русский адвокат, которая встретилась с Трампом-младшим, говорит, что она информатор", - гласил заголовок телекомпании CBS. Этот несколько двусмысленный термин "информатор" окропил живой водой версию о сговоре Трампа с Кремлем, чьим агентом в этот день не раз назвали Весельницкую. То, что она участвовала в составлении ответа Генпрокуратуры на американский запрос, комментаторы истолковали как свидетельство ее значительного влияния в официальных кругах России. Сама она сказала Энгелу, что просто писала справки по просьбе Генпрокуратуры. Компании Prevezon, адвокатом которых она выступала, обвинялись в отмывании через покупку манхэттенской недвижимости небольшой части 230 млн долларов, похищенных у российской казны. Как считают правозащитники, хищение разоблачил работавший у Браудера московский аудитор Сергей Магнитский. Впоследствии он сам был арестован, обвинен в России в том же хищении и в 2009 году скончался в "Матросской тишине" при подозрительных обстоятельствах. Prevezon виновными себя не признали, но согласились выплатить в пользу американского государства 5,9 млн долларов. В марте, после того, как ответчики не внесли деньги вовремя, суд распорядился, чтобы эта сумма с процентами была взята из выручки, полученной за счет реализации квартир, через покупку которых якобы производилось отмывание незаконных средств.