"Белая роза": немцы, сопротивлявшиеся нацизму
70 лет назад трое немецких студентов - членов антифашистской группы "Белая роза" - были казнены в Мюнхене за борьбу с гитлеровским режимом. После войны они стали в Германии национальными героями. Лило Фурст-Рамдор была их соратницей.
Лило Фурст-Рамдор стала вдовой уже в 29 лет - после гибели мужа на Восточном фронте В 1943 году, в разгар Второй мировой войны, в Мюнхене группа студентов начала кампанию пассивного сопротивления. Лило Фурст-Рамдор, ставшая вдовой уже в возрасте 29 лет после гибели мужа на Восточном фронте, познакомилась с членами группы "Белая роза" через своего друга Александра Шморелля. По словам 99-летней женщины, Александр никогда не произносил слово "сопротивление". "Он только говорил об ужасах войны, называя Гитлера мегаломаном и заявляя о необходимости что-то предпринять", - рассказывает Фурст-Рамдор. Молодые и наивные Шморелль и его друзья - Кристоф Пробст и Ганс Шолль - начали писать листовки с призывами к немцам присоединиться к борьбе с нацистским режимом. С помощью небольшой группы соратников они распространяли свои воззвания по адресам, произвольно выбранным из телефонного справочника. Фурст-Рамдор говорит, что участники группы не могли понять, как немцы могли так легко поверить нацисткой партии и ее идеологии. "Они должны были понимать, как плохо обстояли дела на самом деле", - недоумевает она. Участники "Белой розы" лично доставляли листовки по адресам в районе Мюнхена, в другие города они передавали их через курьеров, которым доверяли. Софи Шолль стала одной из самых известных членов группы "Белая роза" Фурст-Рамдор никогда лично не распространяла листовки, однако она прятала их в кладовке у себя дома. Она также помогала Шмореллю делать трафареты с надписью "Долой Гитлера". Утром 8 и 15 февраля эти граффити "Белой розы" на стенах зданий увидели жители Мюнхена. Активисты группы, рисковавшие жизнями из-за своих убеждений, запомнились Фурст-Рамдор молодыми и наивными. "Они любили свою страну" Одной из наиболее известных участниц "Белой розы" была младшая сестра Ганса Шолля - Софи. Про нее сняли номинированный на "Оскара" фильм "Софи Шолль: последние дни". Фурст-Рамдор вспоминает, что Софи жила в таком страхе, что часто спала в кровати своего брата. "Ганс был тоже очень напуган, однако они хотели продолжать свою борьбу ради Германии - они любили свою страну", - говорит Фурст-Рамсдор. 18 февраля Ганс и Софи Шолль отправились на свою самую дерзкую миссию. Они планировали в шестой и, как оказалось, в последний раз разбросать листовки. Они пошли в университет Мюнхена – студенты должны были обнаружить их после того, как вернуться с лекций. Активисты оставили пачки с листовками около центральной лестницы. Однако когда они поднялись наверх, у Софи все еще оставалось несколько штук. Она бросила их с балкона студентам, находившимся внизу. Это увидел охранник и вызвал гестапо. У Ганса Шолля был набросок новой листовки в кармане. Он попытался его проглотить, но стремительно прибывшие в университет агенты гестапо не позволили это сделать. Ганса и Софи арестовали и судили на чрезвычайном заседании Народного суда. Их признали виновными и казнили на гильотине вместе с их другом и соратником Кристофом Пробстом 22 февраля 1943 года. Последнее, что сказал Ганс Шолль перед казнью, было: "Да здравствует свобода!". Месяц в тюрьме После этого остальных участников "Белой розы" охватила паника. Александр Шморелль сразу отправился домой к Фурст-Рамдор. Она помогла ему найти новую одежду и раздобыть фальшивый паспорт. Шморелль попытался скрыться в Швейцарии, однако вынужден был вернуться из-за сильного снегопада. По возвращению в Мюнхен он был схвачен после того, как его бывшая девушка узнала его в бомбоубежище во время авианалета. Он был арестован и позднее казнен. Сама Лило Фурст-Рамдор была арестована 2 марта. "Два гестаповца пришли ко мне домой и перевернули все вверх тормашками", - вспоминает она. "Они просмотрели мои письма, и один из них сказал, что мне придется пройти с ними, - рассказывает Лило. - Они отвезли меня в тюрьму гестапо на трамвае: они стояли за моей спиной, чтобы я не могла убежать". Фурст-Рамдор провела в гестаповской тюрьме месяц. Ее часто допрашивали о ее роли в "Белой розе", однако потом отпустили. Она объясняет эту удачу своим статусом военной вдовы, а также надеждой сотрудников гестапо на то, что она сможет вывести их на других участников Сопротивления. Последнее, что сказал Ганс Шолль перед казнью, было: "Да здравствует свобода!" После освобождения за ней какое-то время следила тайная полиция. Выйдя из тюрьмы, она уехала из Мюнхена в город Ашерслебен под Лейпцигом, где снова вышла замуж и открыла кукольный театр. "Они бы нас казнили" Одну из последних листовка "Белой розы" вывезли из Германии, и она попала в руки союзников. Осенью 1943 года миллионы этих воззваний были разбросаны над Германией с самолетов. После войны об участниках "Белой розы" стали много говорить и писать - немецкое общество активно искало положительных героев периода нацизма. Однако Фурст-Рамдорф это не нравится. "В то время они бы нас казнили", - говорит она о большинстве своих сограждан. Сейчас она живет одна в небольшом городке под Мюнхеном, где она продолжала давать уроки танцев вплоть до того, как ей исполнилось 86 лет. Ее друг Александр Шморелль был причислен к лику святых Русской православной церковью в 2012 году. "Его бы это сильно рассмешило, если бы он узнал, - говорит Фурст-Рамдорф. - Он не был святым. Он был просто нормальным человеком".