Охранник "Роснефти" рассказал о встрече Улюкаева с Сечиным в Гоа
Менеджер службы безопасности "Роснефти" Вадим Деревягин, выступая в суде по делу бывшего министра экономического развития России Алексея Улюкаева, описал обстоятельства встречи последнего с главой "Роснефти" Игорем Сечиным в Гоа.
Улюкаева обвиняют в получении от Сечина взятки в 2 млн долларов за положительное заключение минэкономразвития на сделку по приобретению "Роснефтью" госпакета акций "Башнефти". Следствие первоначально утверждало, что Улюкаев требовал взятку во время саммита в Гоа. Впоследствии следствие огласило в суде рапорты Сечина и главы службы безопасности "Роснефти" Олега Феоктистова, из которых следовало, что взятку министр просил вовсе не в Гоа, а в Москве. Это противоречие прокуроры никак не объяснили. Источник Русской службы Би-би-си, знакомый с ходом судебного процесса и следствия, отмечал, что данные о вымогательстве взятки Улюкаевым в Гоа, на саммите БРИКС появились у следствия только в январе 2017 года. Изначально в деле фигурировала информация, что взятку Улюкаев требовал в октябре, в Москве, затем данные поменялись на октябрь-ноябрь, а потом уже появилась Индия, отметил он. При этом в ходе судебного разбирательства прокуратура вызвала на заседание уже второго свидетеля обвинения, присутствовавшего на том саммите. Жест в виде двух пальцев По словам Деревягина, он отвечает за безопасность Сечина и был с ним на саммите в Гоа. Охранник говорит, что стоял недалеко от главы "Роснефти" в момент, когда тот играл в отеле на бильярде с Улюкаевым и главой ВТБ Андреем Костиным. На вопрос прокурора, наблюдал ли он за игрой, Деревягин ответил утвердительно. "Большой зал. Сечин и Костин играли в бильярд, подходили разные лица. Подбадривали", - сказал он. Охранник отметил, что подходил и Улюкаев. При этом Деревягин сказал, что не слышал, о чем Улюкаев говорил с Сечиным, так как стоял слишком далеко. "Я от Игоря Ивановича нахожусь обычно на большом расстоянии", - пояснил он. На вопрос прокуроров, общались ли Сечин и Улюкаев где-нибудь еще во время саммита, охранник ответил, что не видел такого. Защита Улюкаева поинтересовалась, делал ли министр какие-то жесты во время разговора с Сечиным. Деревягин ответил, что не видел никаких жестов. После этого прокуратура попросил огласить показания, которые свидетель дал во время следствия, так как считает, что они были более полными. Из протокола допроса следует, что саммит проходил на территории отеля Taj Exotica, бильярдные столы стояли в общем зале, но на удалении от остальных. Свидетеля спрашивали, не показывал ли Улюкаев Сечину жест в виде двух пальцев. Деревягин тогда ответил, что не помнит этого, но "не исключает использования такого жеста Улюкаевым незаметно". Также он добавил, что Сечин не пересказывал ему содержание разговора с Улюкаевым, "поскольку это не принято корпоративными правилами "Роснефти". По словам свидетеля, разговор Сечина и Улюкаева длился не более пяти минут. Костин в нем не участвовал - по крайней мере, Деревягин этого не видел. "Голос человека" На заседании в среду суд также заслушал показания главного специалиста-эксперт ФАС Ирины Дютиной, которая раньше была помощницей Улюкаева. Прокурор попросил ее вспомнить аудиозапись разговора Сечина с Улюкаевым, состоявшегося незадолго до задержания последнего, которую ей давали прослушать. "Мне давали прослушать запись разговора двух мужчин, судя по всему, одним из них был голос Алексея Валентиновича", - сказала она. Дату разговора Дютина не вспомнила, предположив, что он состоялся примерно 15 ноября прошлого года (Улюкаев был задержан 14 ноября). Защита Улюкаева поинтересовалась, кто был инициатором разговора. Свидетель ответила, что звонила секретарь Сечина. В ответ на вопрос, часто ли звонят из "Роснефти", Дютина сказала, что звонков каждый день в приемную министра поступало много, и она не помнит. Прокуратура в очередной раз попросила огласить показания, данные свидетелем на стадии следствия. Тогда она говорила, что, прослушав запись, узнала свой голос, голос Улюкаева и "голос человека, которого мне представили как Сечина Игоря Ивановича". Защита попросила поставить в суде аудиозапись, но прокуратура выступила против, сказав, что в этом нет смысла, так как Дютина просто соединила Сечина с Улюкаевым. Сторона гособвинения не пояснила, зачем в таком случае вызвала свидетеля на заседание. Суд согласился с прокуратурой и не стал слушать запись. Других свидетелей в среду допрашивать также не стали, назначив следующее заседание на 18 сентября. "Не опустится до моего уровня" Перед заседанием 13 сентября пресс-секретарь Замоскворецкого суда Эмилия Хиль попросила журналистов "аккуратнее и корректнее" освещать процесс в связи с тем, что в СМИ разошлись цитаты про колбасу из разговора министра с Сечиным. Она отметила, что это именно просьба, а не требование, и призналась, что этими цитатами недоволен глава "Роснефти". "Он сам мне не звонил, он не опустится до моего уровня", - добавила она, На вопросы журналистов, что именно не так, она не ответила. Адвокат Улюкаева Лариса Каштанова на вопрос Би-би-си, слышала ли она о таких просьбах от Сечина ответила: "Нет, ничего об этом не знаю". Другой адвокат бывшего министра Тимофей Гриднев сказал, что ему от Сечина никаких требований не поступало. На вопрос Русской службы Би-би-си о том, как он относится к требованиям Сечина к прессе корректнее освещать процесс, он сказал: "Это вы должны написать, как к этому относитесь". Сам Улюкаев появился в зале суда с небольшим опозданием. На вопросы журналистов он не отвечал: и приставы, и адвокат попросили обойтись без интервью. Улюкаеву по условиям домашнего ареста запрещено общаться с прессой. Каштанова пояснила, что ее подзащитный старается выполнять это условие. Впрочем, на первых заседаниях Улюкаев охотно комментировал прессе уголовное дело, обещал доказать "правдой и фактами" свою невиновность и утверждал, что против него совершили провокацию. "Существенные противоречия" До заседания в среду в суде уже допросили еще восемь свидетелей. Это чиновники министерства экономического развития, сотрудники "Роснефти", а также водитель Улюкаева и журналист телеканала "Лайф", заснявший, как Сечин, Улюкаев и Костин играли на бильярде на полях саммита в Гоа. В основном свидетели говорили, что не помнят деталей приватизации "Башнефти", и ссылались на публикации в СМИ. Никто из служащих "Роснефти" или министерства не вспомнил, чтобы министр лично препятствовал покупке "Роснефтью" акций "Башнефти" или затягивал этот процесс. В большинстве случаев прокуроры находили в показаниях свидетелей на суде "существенные противоречия" и требовали огласить протоколы допроса. Несмотря на протесты адвокатов, судья ходатайства прокуроров удовлетворяла. Адвокаты Улюкаева недоумевали - сравнивая показания свидетелей на суде и на допросе они не обнаруживали существенных противоречий. "Профессиональный кретинизм" В суде также представили расшифровки разговоров Улюкаева с Сечиным в день задержания министра 14 ноября. Они, судя по этим документам, говорили обо всем, кроме непосредственно приватизации "Роснефти" и взятки. Впрочем, Сечин произнес фразу "вот, держи, собрали объем", на которую обратили внимание прокуроры - обвинение считает, что это доказывает получение Улюкаевым взятки. Сечин дал экс-министру корзинку с колбасой и сумку. В сумке оперативники нашли деньги. Защита Улюкаева утверждала, что Сечин вручил ему крупную сумму денег под видом бутылок вина, и министр не знал, что на самом деле находится внутри. Глава "Роснефти" действительно периодически дарит партнерам и друзьям корзину с колбасой из дичи "от Иваныча", ее делают из животных, которых Сечин убивает на охоте. "Бойтесь данайцев и дары приносящих. Бойтесь данайцев, приносящих колбайцев", - заявил сам Улюкаев в суде, комментируя эту историю. В свою очередь глава "Роснефти" сказал, что публикация содержания разговора между ним и экс-министром в день предполагаемого получения последним взятки переключает внимание общественности с сути дела. "Он сам требовал незаконное вознаграждение за обычную свою работу. Он сам определил уровень этого вознаграждения. Он сам приехал за тем, чтобы получить это вознаграждение. Сам забрал пакет, сумку, значит, и поставил в багажник своего автомобиля. И сам уехал. Вот и все", - заявил Сечин. В интервью "Коммерсанту" Сечин назвал обнародование в суде стенограммы разговора "профессиональным кретинизмом". Адвокат Улюкаева Тимофей Гриднев в ответ заявил, что Сечину следовало бы извиниться за эти слова. Он добавил, что если бы обвинение не огласило материалы дела, это сделала бы защита.