Исламская партия Таджикистана надеется на успех
Единственная в Центральной Азии исламская партия надеется если не усилить свои позиции, то хотя бы сохранить место в парламенте Таджикистана. Выборы состоятся в воскресенье 1 марта.
Настроения избирателей в преддверии парламентских выборов наблюдатели характеризуют как смесь апатии и страха При этом в стране мало кто сомневается, что исход голосования предсказуем: возглавляемая президентом Эмомали Рахмоном Народно-демократическая партия страны (НДПТ) сохранит явное лидерство и в этот раз. В то же время подготовка к выборам продемонстрировала апатию и равнодушие к их результатам со стороны граждан. За 63 депутатских места борются восемь политических партий. На прошлых выборов главным соперником НДПТ стала Партия Исламского возрождения Таджикистана (ПИВТ), получившая 8,2% голосов и два мандата. Результат исламистов стал тогда полной неожиданностью для правительства страны. Избирательная кампания идет вяло. Многие участник чувствуют апатию. По оценкам политологов, ПИВТ поддерживает протестный электорат, который не столько голосует за идеи и программы исламистов, сколько демонстрирует свое отношение к нынешней власти. "Вряд ли таджикский Центризбирком обнародует реальные цифры по выборам, потому что реального контроля за подсчетом голосов нет, – говорит политолог Шодавлат Шонусайриев. – Можно ожидать, что Исламская партия, вне зависимости от полученных результатов, займет два места". По неофициальным оценкам, как говорили в экспертных кругах, на прошлых выборах исламистов поддерживали более трети избирателей. Ситуация для исламистов может быть хуже, чем в прошлый раз, учитывая разочарование, которое испытали избиратели на президентских выборах прошлого года, когда кандидатом в президенты от Исламской партии была выдвинута таджикская правозащитница Ойнихол Бобоназарова. Многие оппозиционеры надеялись, что смогли бы действительно побороться с президентом Эмомали Рахмоном, если бы против него выдвинули одного из лидеров двух оппозиционных партий – исламиста Мухиддина Кабири или социал-демократа Рахматилло Зойирова. Одна реальная сила? Оппозиция продолжает говорить о давлении со стороны властей. Лидер социал-демократической партии страны Рахматилло Зойиров "Против ПИВТ – открыто и на идеологическом уровне, а против социал-демократической партии – скрытно и оперативными методами", – говорит лидер социал-демократов Рахматилло Зойиров. Половину участвующих в выборах политических сил аналитики считают карманными партиями, созданными властью для отъема голосов у оппозиционных движений и создания видимости многопартийности. "Все эти партии абсолютно неопасны [для власти]: даже если они попадут в парламент, они поддержат любые инициативы властей, их программы, законопроекты, действия", – говорит Шодавлат Шонусайриев. Тем временем многие жители страны намеренно дистанцируются от участия в политической жизни. Из разговоров с простыми избирателями можно сделать вывод, что большинство из них практически ничего не знают о кандидатах, партиях и их программах. О партии власти – НДПТ – слышали все, но немногие смогли расшифровать аббревиатуру политического объединения, называя его просто: "партия Рахмона". "Я проголосую за Рахмона. Знаю, что сейчас парламентские выборы, но какая разница, партия же его, он главный", – говорит житель Душанбе Самад. Несмотря на множество нерешенных социально-экономические проблем, массовую эмиграцию и многочисленные запретительные законы, многие жители страны заявляют о поддержке партии власти. "Партия власти имеет влияние, и пока только она способна реально изменить ситуацию. Но парламент должен быть многопартийным", – говорит другой избиратель. Апатия и страх Настроения избирателей в преддверии нынешних парламентских выборов наблюдатели характеризуют как смесь апатии и страха. "А зачем идти на выборы?", - говорит Сабзигул Асоева В прошлом году власти страны приняли серию законов, серьезно ограничивающих различные формы политического протеста. За последние два года в Таджикистане прошли громкие судебные процессы над известными в стране людьми: предпринимателем и экс-министром промышленности и энергетики Зайдом Саидовым и адвокатом и правозащитником Шухратом Кудратовым. Их сторонники считают, что причиной судебного преследования стала их общественно-политическая деятельность: Саидов пытался создать свою партию "Новый Таджикистан", а Кудратов активно критиковал власти. "Главная цель судебных процессов, инициированных властями, – устрашение не только оппозиционно настроенных людей, но всех тех, кого власть не считает своими, – говорит наблюдатель Файзиниссо Вахидова. – Результатом громких арестов и судов над политическими активистами стал отказ всех остальных от участия в политической, общественной жизни страны. Люди боятся заниматься политикой". Аресты и суды над оппозиционно настроенными деятелями влияют на уровень политической активности таджикских граждан и их желание участвовать в общественной жизни страны. "Избиратели чувствуют реальную ситуацию в стране. Они находятся под мощным давлением репрессивных госструктур, над ними довлеет страх, – считает политолог и доктор юридических наук Шокирджон Хакимов. – Люди самоустраняются от активного участия в политической жизни страны и управления государством". "А зачем идти на выборы? – вопрошает жительница района Рудаки Сабзигул Асоева. – В этот раз я не пойду голосовать. Одни сплошные обещания. Моя жизнь не изменилась к лучшему". За всю постсоветскую историю Таджикистана в стране не было выборов, признанных международными наблюдателями свободными и справедливыми.