Как вербуют малолетних "воинов ислама"?
Джихадисты ведут активную кампанию по вербовке в свои ряды детей и подростков.
Некоторым малолетним "воинам ислама" едва перевалило за 13 лет В одном из видеосюжетов, размещенных в интернете, рассказывается о батальоне "волчат ислама". Другие джихадистские группировки также используют детей в качестве смертников и снайперов. Некоторым малолетним "воинам ислама" едва перевалило за 13 лет, и за оружие они взялись по собственной инициативе. Разумеется, на Ближнем Востоке юных джихадистов больше, чем, например, в Великобритании, однако школьники, желающие поучаствовать в битве с неверными, встречаются и здесь. Ведущий передачи "Пятый этаж" Михаил Смотряев беседует об этом с доктором социологии, преподавателем лондонского Кингс-колледжа Маратом Штериным. Би-би-си: Мы уже неоднократно обсуждали, что делать с джихадистами, что делать с теми, кто хочет уехать, что делать с теми, кто уже уехал, отвоевал свое, получил соответствующую подготовку и вернулся. Но, по-моему, в первый раз за всю многолетнюю историю существования "Пятого этажа" мы обсуждаем эту тему применительно к подросткам, некоторым из которых едва перевалило за 10-12 лет. Само по себе использование детей в конфликтах не новость, исторических прецедентов немало, достаточно посмотреть на "Армию сопротивления Господню" в Центральной Африке. Но тут совершенно другая идеологическая мотивировка, они сами этого хотят. В интервью с одним таким 13-летним подростком, которое сегодня опубликовано на сайте Би-би-си, он совершенно серьезно говорит: мне нравится "Исламское государство", потому что оно следует шариату и убивает неверных, шиитов и тех, кто отказывается от ислама. Те, кого убивает ИГ, – это американские агенты. Мы обязаны рубить им головы, как сказано Аллахом в Коране. М.Ш.: К сожалению, сейчас приходится об этом говорить. Само по себе вовлечение и самововлечение детей в такие радикальные и даже террористические организации не ново. Пока количество таких джихадистов исчисляется небольшими цифрами, но об этом уже нужно говорить. На эту тему практически нет серьезных исследований. Но не имеет смысла сводить все это к интернету. Это не столько причина, сколько фактор, меняющий ситуацию, то, как эти дети вовлекаются в джихадистские группировки. Би-би-си: Конечно, это не причина, это механизм. Но он существенно облегчает вовлечение детей, распространение среди них соответствующих идей. Что можно понять из Корана в 10-12 лет? М.Ш.: Конечно, у этих детей нет опыта. Одна из причин появления этого явления – то, что можно назвать "акселерацией детства". В силу целого ряда причин, в том числе, распространенности и доступности СМИ, социальных сетей и тому подобного, дети оказываются вовлеченными во все эти дискуссии, образы, идеи гораздо раньше. Сейчас и физически дети взрослеют раньше. И психологически, но психологически с точки зрения того, что им доступно, а не что они способны понять и оценить. Би-би-си: В западных странах это пока, по счастью, единицы, хотя как долго это продлится, - неизвестно, тем более что охват, что касается интернета, здесь гораздо выше. Но основные поставщики для воюющих сейчас на Ближнем Востоке джихадистов – Тунис и Марокко, еще Саудовская Аравия. Лидирующее место занимает Тунис. Цифры точно проверить невозможно, но речь идет о нескольких тысячах человек. Число задержанных в аэропортах Туниса, желающих уехать в джихад, составляет уже около 9 тысяч. Речь, разумеется, идет не о детях, но, как правило, о довольно молодых людях. В Тунисе и Марокко, в силу близости к Европе, на которую джихад в перспективе нацелен, молодежь испытывает пиетет перед людьми, отвергнувшими западные ценности, поборовшими искушение западным образом жизни, принявшими ислам и начавшими воплощать в жизнь его заветы. Пусть даже в такой примитивной форме. И вот таким образом подпитывается эта прослойка, плюс безработица, плюс очень грамотные вербовщики из стран Залива, в первую очередь, и из самого ИГ. Но этот пиетет играет немаловажную роль. Если это так, то похожие механизмы через некоторое время начнут действовать и в западных странах. Что вы думаете? М.Ш.: Я бы не стал проводить такие параллели. Я не могу ничего сказать о пропорциях тунисцев и марокканцев, но не стал бы сравнивать с ситуацией в западных странах. Потому что в Тунисе и Марокко есть свои особенности. Там в обществе политический, радикальный ислам не очень распространен. Тунис – единственная страна, где арабская весна более-менее сработала. Поэтому те, кто недоволен, у кого есть идея, что ислам может изменить мир и принести всеобщее счастье и благоденствие, ищут выхода своим идеям, своему идеализму, за пределами этих стран. И примыкают к движениям, которые у нас вызывают такую тревогу в Ираке и Сирии. Кстати, о вашей истории. Мальчик ведь сириец? Би-би-си: Да. Эта история происходит на границе с Турцией. Она взята не как типичный случай, но наиболее яркий и выпуклый. Кроме того, это то, что мы можем показать, поскольку есть ограничения, наложенные, в том числе, МВД Соединенного Королевства. На территории Соединенного Королевства или соседней Франции эти проблемы тоже не новы. Здесь есть возможность образования, есть возможность при желании заниматься изучением Корана с религиозной точки зрения. Для этого необязательно поднимать знамя джихада и брать в руки автомат. Тем не менее, желающие находятся и здесь. Среди них встречается все больше молодежи. У французов не так давно арестовали 13-летнюю девочку, супругу 20-летнего джихадиста, сочетавшуюся браком по законам шариата. Он, разумеется, нигде не зарегистрирован. Арестовали при попытке попасть в Сирию "пострелять из ружья". М.Ш.: Ваша посылка была, что во Франции можно свободно проявлять свои исламские интересы. Франция – это секуляристская страна, даже не секулярная. Публичная демонстрация любой религиозности там не очень поощряется. Что касается ислама, на это смотрят с особенным подозрением. Там есть закон, который запрещает демонстрацию религиозных символов в публичном пространстве – том, которое регулируется государством. Тем, у кого есть эти интересы, очень трудно себя проявить. И я не стал бы представлять это как причину вовлечения молодых людей и совсем детей в террористические организации. Каждый случай надо рассматривать отдельно, потому что надо рассматривать ситуацию в среде, общении, семье. В нашем мире, где эти идеи распространяются и в интернете, и в общении людей, представить, что никто не увлечется этими идеями, не окажется вовлеченным в эти организации, - очень трудно. Би-би-си: Когда вам 20 лет, можно выходить на улицы, устраивать демонстрации, протестуя против несовершенства мира, а можно примкнуть к радикалам. Но когда вам 13, такого рода идеи еще не возникают? Откуда в принципе ребенку в 13 лет может захотеться взять автомат и идти защищать идеи ислама? М.Ш.: Но факт состоит в том, что эти идеи возникли. И на вашем сайте мальчик очень хорошо объясняет, откуда у него эти идеи. В 13 лет невозможно вписать эти идеи в сложность человеческой жизни, их может далеко занести. Там есть момент, который многое объясняет. Интервью с его мамой. Мама говорит, что она во многом разделяет идеи своего сына. И она его не осуждает. Для нее трагедия, что он погиб, но отчасти она даже рада, потому что теперь он в правильном месте. То есть что-то было в семье, в общении. Это надо исследовать. А то, что в головах 13-ти летних детей такие идеи могут появиться, это вполне возможно.