О тостах и мифе о русском пьянстве
Меня давно занимал вопрос: откуда взялся всемирный миф об исключительном русском пьянстве, при том, что по ежегодному потреблению алкоголя в пересчете на чистый спирт мы далеко не на первом месте?
Есть версия, что в других странах пьют в основном вино или пиво, и постоянно, зато понемногу, а в России предпочитают водку и набираются до положения риз. Однако, с одной стороны, я могу лично засвидетельствовать, что и в Англии в пятницу вечером можно услышать на улице нестройное пение, с другой стороны, в Москве пьяные на улицах не валяются, а иностранцы в основном по Москве и Питеру и судят. Откуда им знать, как пьют в деревне? Более того: опять-таки, могу подтвердить, что и в провинции беспробудного пьянства стало меньше. Рынок работать заставляет. У многих соотечественников есть свое объяснение, тоже имеющее мало общего с действительностью: а чего вы хотите, им лишь бы какую-нибудь гадость про Россию сказать, завидуют нашим полезным ископаемым и высокой духовности! Я много обсуждал эту тему с иностранцами, и, как мне кажется, нашел разгадку: все дело в тостах. В России принято произносить их много, чтобы ничего не пропустить. В идеале свою лепту должен внести каждый участник застолья. С короткими интервалами беседа прерывается звоном ножа о посуду и требовательным вопросом: "У всех налито?" Даже когда темы исчерпаны, перед тем как дружно опрокинуть рюмки, непременно нужно сказать хоть что-нибудь, вроде "вздрогнули!" или "будем!" Пить молча и в одиночку считается "не по-человечески". С тостами связано множество традиций и неписаных правил: "штрафная" для опоздавшего, "брудершафт", который пьют, сцепившись согнутыми в локте руками, "обмывание" офицерских звездочек, гусарский тост "за дам" - по стойке "смирно", подбородок кверху, локоть на высоте погона! Во время первой чеченской войны мне довелось присутствовать на "правильной" армейской попойке в штабе десантного полка. Как положено, подняли тосты за победу, потом за семьи, которые ждут нас дома, затем полковник провозгласил "третий тост". Выпили, не чокаясь, и притихли. Ровно через пять минут он поставленным командным голосом отчеканил: "Четвертый тост!". Опрокинули - и как с цепи сорвались: зашумели, засмеялись, застучали вилками. Я нагнулся к соседу и спросил: "Что такое третий тост, я знаю, а вот что такое четвертый тост?". "А четвертый - это чтобы за нас не пили третий!" Еще категорически запрещается перебивать тостующего. За это положено наказание: стоя выпить большой фужер водки. В крайнем случае, если очень хочется что-нибудь добавить к только что сказанному, надо дать говорящему закончить и произнести установленную формулу: "Позвольте мне алаверды!" Оно и правильно: для человека его тост - зачастую нечто важное и личное, иногда их заранее сочиняют. Целая наука, короче говоря. На Западе этот культурный пласт начисто отсутствует. Тост обычно бывает один - по сути, общее приветствие в духе "как здорово, что все мы здесь сегодня собрались". Если застолье посвящается конкретной персоне, их может быть два: в начале кто-то от имени присутствующих поздравляет героя дня с юбилеем или новым назначением, в конце тот благодарит. Все остальное время каждый наливает и пьет, когда и сколько хочет, не привлекая к себе внимания. Обычай заставлять пить по команде, причем непременно до дна, "не пропускать" и "не отлынивать" иностранцы воспринимают как принудительное спаивание и насилие над личностью. Концентрация внимания на процессе употребления спиртного и превращение его в некий ритуал создает представление о русских как о людях, которые только о выпивке и думают. Бывший министр иностранных дел Андрей Козырев вспоминал, что западные политики во время банкетов косо поглядывали на Бориса Ельцина - не потому что он пил как-то особенно много, а потому, что все время норовил поднимать тосты, нарушая европейский этикет. Борис Николаевич видел это и обижался: нос воротят! Незнание национальных обычаев ведет к взаимному непониманию и ложным выводам, дело известное. Мне кажется, у Запада надо многому учиться, но в данном случае не вижу причины менять себя. Приятно в день рождения сказать близкому человеку за столом что-нибудь особенное или щегольнуть остроумием и эрудицией, чтобы твой тост остальным запомнился. И вообще, в каждом монастыре свой устав. Американцы поедают индейку в День благодарения, русские - блины на Масленицу. "Преданья милой старины" не мешают развиваться и быть современными, а без них скучно. Если в застолье участвует много европейцев и американцев и мероприятие организовано в основном ради них (тем более находясь за границей), правильнее, наверное, не выделяться. Не строить напротив штаб-квартиры ООН бедуинский шатер. А если иностранцы присутствуют в качестве гостей в русской компании, то пусть воспринимают это как этнографическую экскурсию и понимают все правильно. Надо будет - объясним.