Кому нужен советский паспорт 25 лет спустя после распада СССР?
Спустя четверть века после распада СССР на постсоветском пространстве все еще есть люди, которые живут с паспортом этого несуществующего государства.
Для кого-то советский паспорт стал чем-то вроде музейного экспоната, но есть люди, которых с этим документом связывает не только прошлое, но и настоящее Речь идет о непризнанной Приднестровской Молдавской Республике (официально - левобережный регион Республики Молдова), в одностороннем порядке провозгласившей независимость в 1991 году. По неофициальным данным, около четверти проживающих здесь людей - в основном пенсионеры - не расстались со своими советскими паспортами. До 2011 на парламентском уровне шли обсуждения о том, что все советские паспорта надо заменить на приднестровские. Устанавливались даже временные рамки - до 1 января 2012 года. Однако осуществить обмен примерно 100 тысяч документов к этому сроку было физически невозможно. Поэтому власти приняли решение считать советские паспорта с отметкой о гражданстве Приднестровья бессрочными. Выдача приднестровских паспортов началась на территории непризнанной республики в 2001 году. Первый паспорт гражданина Приднестровья жители региона получают в 16-летнем возрасте. Этот документ, внешне очень схожий с паспортом СССР, действует только в рамках обозначенных границ самопровозглашенного территориального образования. Для выезда за пределы Приднестровья жители вынуждены принимать гражданство других, признанных государств - Молдавии, Украины, России, Румынии, Болгарии. На территории Молдавии советские паспорта образца 1974 года прекратили действовать 1 сентября 2014 года. Наталья Скуртул побеседовала с некоторыми жителями Приднестровья о том, как им живется и что для них значит паспорт СССР. Матрена Васильевна Секрет, 62 года, повар Я родилась в селе Колбасна Рыбницкого района Молдавской ССР. Сейчас в этом селе размещается крупнейший в Восточной Европе склад боеприпасов времен Второй мировой войны. Его охраняют российские военные. Матрена Васильевна считает, что обменивать советский паспорт на другой документ у нее нет нужды После окончания восьмилетней школы я поехала учиться в город Бендеры, там поступила в торгово-кулинарное училище, мечтала стать поваром. Первая моя работа - ученик повара в профессионально-техническом училище Тирасполя. Сначала мне дали 20 рублей аванса, а потом еще 20 - это и была вся моя зарплата. После училища пошла работать на завод "Ремземмаш". Мы готовили борщ, рассольник, суп с фрикадельками и обязательные 700-800 котлет в день. Людей было много, на всех хватало работы. Помню, как нас заставляли ходить на парады и демонстрации, присутствовать на собраниях, но мне это нравилось. Тогда, кажется, лучше было - радостно как-то и дружно. Мы жили в замечательные времена и даже не догадывались, что скоро все может измениться, что мы станем беднее, что цены постоянно будут расти, а пенсии - нет. Дети наши выросли уже, у них свои семьи, но назад, в советское прошлое, я бы не вернулась. Всегда есть что-то хорошее, а что-то плохое. Я сегодня больше хожу в церковь, мне нравится. Живем мы сейчас с дедом в селе Суклея Слободзейского района Приднестровья. У нас свой дом, огород, растим свою картошку, огурцы, помидоры, перец, баклажаны. Есть и фруктовые деревья, персики и черешня. Не вижу смысла менять паспорт, мне и с ним хорошо, он действующий. А менять - это опять кучу справок собирать, дополнительных документов - зачем, кому это нужно? Антон Николаевич Король, 73 года, металлург Я родился и вырос в Украине. Окончил Львовский политехнический институт. Во времена всесоюзных комсомольских строек переехал из украинской Винницы в Советскую Молдавию помогать строить Кучурганскую ГРЭС, потом ее переименовали в Молдавскую ГРЭС. Так и живу в городе Днестровске с 1974 года. Для Антона Короля советский паспорт - лучший свидетель его жизни 42 года я работал на одном и том же рабочем месте - это рекорд для нашей электростанции, - возглавлял лабораторию металлов. Только в этом году ушел на пенсию. С моей точки зрения, расцвет СССР пришелся на 80-е годы прошлого столетия. Все стремительно развивалось, энергетика шла в гору, отрасль нуждалась в специалистах. Многие мои сокурсники именно в то время сделали стремительную карьеру, за 5-7 лет стали руководителями и предприятий, и отделов. Мы поддерживали профессиональные и дружеские отношения на протяжении всего времени до развала Союза, а потом стало сложнее приезжать друг к другу, обмениваться знаниями и опытом, а сейчас и вовсе сошло практически на нет. Тогда мы даже не задумывались о том, что за медицину или образование нужно платить, - даже мыслей таких не приходило. Билет на самолет в Сибирь, откуда моя супруга родом, стоил 40 рублей, а зарплата была 200 рублей. Можно летать было, сейчас только воспоминания греют душу. В 90-е в составе делегации специалистов мне удалось побывать в Париже. Открыл для себя мир: все компьютеризировано, электронный документооборот, очень чисто на территории электростанции. Если отмотать ленту жизни назад, то ни одного дня не поменял бы в своей жизни, хотя были приглашения переехать работать в другие страны. Но - видимо, прирос я к этой земле. Мой паспорт для меня - это вся моя жизнь, он со мной шагает год за годом. Столько воспоминаний с ним связано - я ездил в командировки, когда селили меня в гостиницы - фамилия помогала получить комфортабельный номер с красивым видом. А тогда почему-то сложно было с номерами в гостиницах. Поэтому не хочу менять, он как лучший свидетель моей жизни. Галина Васильевна Михайлова, 35 лет, адвокат Я родилась в городе Бендеры. Сейчас это второй по величине город Приднестровья. Во время школьных лет успела побывать пионеркой, носила галстук и сама пришивала белые воротнички к коричневому платью советской школьной формы. Галина Михайлова считает, что советский паспорт помогает ей ощутить себя частью чего-то большого и сильного Да, я ребенок страны Советов, и поэтому считаю паспорт СССР настоящим, действительным документом. Приднестровский паспорт - это другое. Из советских времен помню хорошо, как вставала рано утром, пока еще все спали, собирала в доме все стеклянные бутылки из-под молока, кефира, сметаны - и бежала в соседний киоск по приему стеклотары, сдавала ее, а на вырученные деньги покупала себе мороженое. А еще у меня была кукла - особенная, сделанная в ГДР. Каким-то чудесным образом, по блату, родители смогли ее достать. О такой мечтали почти все мои подруги, поэтому неудивительно, что через несколько месяцев моя любимая кукла пропала - никто тогда так и не признался, что украл мою любимицу. А потом Союз закончился, и купить желанную куклу стало невозможно. А то, что продавали "челноки" на базарах, детям покупать было опасно. Не знаю, как у других, но у меня много приятных воспоминаний о том времени. Может, потому что это была пора беззаботного счастливого детства, а может, и потому что у родителей была стабильная работа - не нужно было никуда уезжать ради заработка, рабочий день заканчивался в 17.00, и папа вечерами мог играть, читать и заниматься со мной. В 1995 году отец вынужден был уехать на заработки в Россию, и мы его с этого времени почти не видели, моя младшая сестра выросла практически без отца. А потом его не стало. Он рано ушел из жизни, едва перешагнув 50-летний рубеж. Наверное, сказались эти заработки, отсутствие нормальной еды, тепла и удобств в комнатах, где жили гастарбайтеры. Советский паспорт для меня - это серьезный документ, мой первый документ. Я не хочу и не буду его менять. Когда нужно было вклеивать новую фотографию по достижению 25 лет, у меня его хотели забрать, но я не отдала. Мне он дорог. С таким паспортом я ощущаю себя частью чего-то большого и сильного, частью того времени, когда мне было хорошо.