Зависимость от видеоигр официально признана болезнью. Бороться с ними теперь будет легче
Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) включила зависимость от электронных игр в перечень психических расстройств. Это важное событие в истории отношений между обществом и современными технологиями.
Видеоигра Fortnite относится к числу самых популярных Многие родители уже давно высказывают обеспокоенность широким распространением игр для смартфонов, которыми пользуются их дети. Недавно объявленная корпорацией Apple инициатива под названием Digital Health, предполагающая введение в новые версии ее операционной системы механизма, который будет оповещать пользователя о времени, которое он тратит на игры. Идея была встречена с насмешками в экспертном сообществе, а также среди рядовых пользователей, которые усомнились в искренности намерений компании как-либо ограничить использование своих смартфонов, учитывая, что на них приходится львиная доля их прибыли. Однако высказывания главы компании Тима Кука о собственной чрезмерной зависимости от смартфона свидетельствуют, что самая богатая компания мира, чья рыночная стоимость вскоре превысит 1 триллион долларов, всерьез относится к опасности, исходящей от этой зависимости. Глава Apple Тим Кук заявил, что не представлял себе, сколько времени проводит, глядя на экран своего айфона В мае британский министр культуры Матт Хэнкок принял решение об ограничении максимальной ставки на игровых автоматах в казино. Однако правительство куда больше озабочено широким распространением азартных игр в интернете, которое представляет собой растущую угрозу обществу. Недавно писатель и публицист Джарон Ланьер написал новую книгу на эту тему, в которой он приводит список причин, которые должны побудить типичного пользователя отказаться от аккаунтов в социальных сетях. Первое место в нем занимает психическое здоровье. Это новое осознание потенциальной опасности новых технологий для общества и личности принимает всё более широкий характер. И недавнее решение ВОЗ о признании зависимости от компьютерных игр психическим расстройством следует воспринимать именно в этом контексте. Огромные размеры и финансовые ресурсы игровой отрасли обычно остаются вне поля зрения средств массовой информации в Британии, потому что они управляются чаще всего людьми зрелого возраста, которые больше знакомы с музыкальным и видеоконтентом, чем с новыми формами досуга. Однако отраслевая статистика свидетельствует, что более 30 миллионов британцев - почти половина всего населения страны - играли в те или иные электронные игры за последние полгода. По данным газеты Sunday Times, в прошлом году в стране было продано игр на сумму 3,4 млрд фунтов - почти столько же, сколько принесли продажи музыки и видео вместе взятых. Однако тут не всё так просто. Прежде всего, видеогейминг представляят собой более новую технологию, чем азартные игры, но обе эти формы развлечений вполне законны и пользуются популярностью среди миллионов людей, которые не испытывают от этого никаких психологических неудобств. Во-вторых, по понятным причинам эти отрасли крайне негативно относятся к новым ограничениям или к любой попытке перевести этот вид развлечений в область медицины. Да и медики не отличаются единодушием при оценке таких превентивных мер. Тем не менее, оставаясь в значительной мере вне поля зрения традиционной культуры, жанр электронных игр превратился в мощный сектор цифровой экономики. Индустрия видеоигр стала одной из наиболее прибыльных В нем существуют многочисленные сообщества, которые базируются на различных платформах, например, YouTube или Twitch, с помощью которых можно наблюдать за поединками геймеров. Такие полупрофессиональные игроки могут зарабатывать немалые деньги за счет рекламы, спонсорства и сделок с коммерческими фирмами. Видеоигры проходят сейчас, судя по всему, ту же траекторию в общественном сознании, что и курение в недавнем прошлом. Вначале люди относятся к этой привычке легкомысленно. Затем постепенно распространяется осознание цены, которую за нее приходится платить личности и обществу. Появляются рассказы пострадавших, начинаются действия по лоббированию, все более громкие призывы к запретам, и медицинское сообщество формирует новый консенсус. За медициной и общественным мнением обычно приходит черед государства. Не приходится сомневаться, что по мере того, как новые медиа и технологии стремительно меняют нашу жизнь, перевод наших новообретенных привычек в медицинскую плоскость привлечет к ним еще более пристальный и критический взгляд со стороны как родителей, так и законодателей.