
Социальные нормы и обычаи, стимулирующие моногамное и наказывающие полигамное поведение, могли появиться как реакция на распространение передающихся половым путем инфекций. К таким выводам пришли авторы работы, результаты которой опубликованы журналом Nature Communications.Большинство исторических и множество современных культур допускали и допускают полигинию (многожество). В пользу предположения о «естественной полигинии» нашего вида говорит даже генетический анализ: разнообразие передающихся по материнской линии митохондриальных ДНК выше, чем Y-хромосом, которые наследуются от отца. На то же указывают исторические и антропологические данные. Однако уже тысячи лет мы живем в обществе с социально предписанной моногамией; переход к ней состоялся в период возникновения сельскохозяйственных сообществ.Математик Крис Бох (Chris Bauch) и антрополог Ричард Макэльрит (Richard McElreath) предположили, что моногамия стала ответом на новые эпидемиологические условия, многочисленность и скученность, которые способствовали распространению заболеваний, передающихся половым путем (ЗППП).Отталкиваясь от имеющихся данных по демографии и эпидемиологии охотников-собирателей и ранних сельскохозяйственных общин, ученые смоделировали процессы распространения ЗППП в обществах разной численности, практикующих моногамию и полигинию. Эта работа показала, что в более многочисленных (свыше 30 человек) группах полигиния оказывается невыгодной, поскольку способствует распространению инфекций и связанных с ними негативных последствий, таких как снижение репродуктивного успеха.При этом в модели учитывались разные варианты отношения к моногамии – прежде всего, связанные с наказанием «неправильного» полигамного поведения и с дополнительными ресурсами, необходимыми для проведения соответствующих мер. Динамика численности больших групп, в которых реализуются все три стратегии поведения – полигиния, «толерантная» и «нетерпимая» моногамия – показала, что эпидемические вспышки ЗППП дают последнему варианту резкое преимущество, стимулируя распространение такой стратегии в сообществе.Еще одно косвенное свидетельство в пользу этих выводов нашлось в Атласе мировых культур, подготовленном известным энтографом Джорджем Мёрдоком. На его данных авторы показали, что практикуемая в обществе форма брачных отношений коррелирует со средней численностью составляющих его групп.Обоснование распространенности моногамии в человеческих обществах – давняя проблема, которой предложено множество решений. В частности, предполагается, что она может давать мужчине дополнительную уверенность в том, что он воспитывает собственных детей и вкладывает ресурсы в распространение собственных генов, стимулируя его отцовское поведение. Отмечается также, что полигиния ведет к увеличению числа «свободных» молодых мужчин и к резкому росту уровня насилия в обществе. Обоснований пользы моногамии высказаны десятки. Бох и Макэльрит, развивая идею о роли ЗППП, не отказываются от предыдущих гипотез, подчеркивая, что «все они могут быть частью ответа».Роман Фишман
