Два месяца думал – писать или все-же не пугать крымчан. Уговаривал себя, убеждал в том, что может быть в Кремле образумятся, не будут делать прежних ошибок. Теперь понял, что это совсем не ошибки, это методика, давно отработанная, бесчеловечная по сути и нацистская по происхождению.