3 апреля Комитет конституционного надзора СССР подтвердил своё заявление от 5 марта о том, что любые акты высших органов государственной власти республик, прямо или косвенно препятствовавшие гражданам СССР свободно участвовать в общесоюзном референдуме 17 марта 1991 года, противоречили Конституции СССР[2].