Тяжелая печаль сжирает меня изнутри, начиная свое кровавое пиршество с моего загнанного сердца. Она берет мою душу в тиски, пронзая ее иглами сомнения и беспокойства. Мне горячо и холодно одновременно — огненно жгучая жалость и леденящая обреченность не дают мне покоя. Страх накатывает на меня пыльными волнами, порабощая разум, заставляя его трепетать от ужаса. Уныние слышится в голосе уставшей виолончели. Боль сочится по ее износившимся струнам. Пелена окутала мои некогда зоркие глаза, паутина связала руки, ядовитый плющ оплел мою грудь, не позволяя вдохнуть. Я умираю, не смея сдвинуться с места. Я умираю, наслаждаясь красотой и живописностью момента.