Белиза
Белиза красотой Аркаса распаляла,
И ласкою къ нему сей огнь усугубляла,
Какую здѣлала она премѣну въ немъ,
Ту стала ощущать, ту въ сердцѣ и своемъ.
Она любезнаго всечасно зрѣть желала;
Но мать ее всегда ко стаду посылала.
Когда замедлится Белиза гдѣ когда,
Или когда пойдетъ отъ стада прочь куда,
Что дѣлала и гдѣ была: сказать подробно,
Пастушкѣ не всегда казалося удобно;
Чтобъ чистымъ вымысломъ сумнѣнья не подать,
И вольности въ гульбѣ и долѣе не ждать.
Не однократно лжетъ любя свою свободу:
То прутья рѣзала, то черпала тамъ воду,
То связки, то платки носила на рѣку,
Но все ль одни слова имѣти языку?
Когда печальну, мать, Сострату быти чаетъ;
Сострата вымысломъ такимъ же отвѣчаеть:
То волкъ повадился на ихъ ходить луга,
То будто о пенекъ зашибена нога,
То гдѣ то будто тамъ кукушка куковала,
И только два года ей жить натолковала:
То жаръ полуденный ей голову ломилъ;
Какъ молвити: груститъ, не зря тово, кто милъ
Но какъ любовники другъ другомъ ни язвились,
Къ другъ другу въ склонности еще не объявились,
Въ незнаніи о томъ препровождая дни:
Лишъ очи о любви вѣщали имъ одни.
А паче пастуху не очень было внятно,
Что зрѣть ево и быть съ нимъ купно ей нрнятно.
Она и тщилася любовнику казать,
Что нудится она, люблю, ему сказать:
И какъ привѣтствіе Аркасу открывалось,
Такъ только лишъ оно, изъ страсти вырывалось.
Пошла она, хоть мать ея была лиха,
Въ вѣчернія часы увидѣть пастуха:
Желавшей удалить на время скуки злобны,
Минуты тѣ къ тому казались ей способны.
Старуха по трудамъ легла спокоясь спать:
Белиза въ крѣпкомъ снѣ оставила тутъ мать.
Приходитъ на луга въ ту красую долину,
Гдѣ пасъ возлюбленный ея пастухъ скотину.
Не зря любовника, отходитъ въ близкій лѣсъ
И ищетъ своево драгова межъ древесъ;
Не представляетъ ей и та ево дуброва.
Въ луга опять идетъ ево искати снова.
Была желающа узрѣть ево вездѣ;
Не обрѣла она любовника ни гдѣ.
Куда ты, ахъ! куда, Белиза говорила,
Пустыня моево любезного сокрыла?
Дражайшія мѣста, вы сиры безъ нево,
И нѣтъ пригожства въ васъ для взора моево!
Коль щастливой моей противитесь судьбинѣ;
Медвѣдямъ и волкамъ жилищемъ будьте нынѣ!
Не возрастай трава здѣсь здравая во вѣкь,
И возмутитеся потоки чистыхъ рѣкъ!
Желаю, чтобъ отсель и птички отлетѣли,
И большебъ соловьи здѣсь сладостно не пѣли:
Чтобъ только здѣсь сова съ вороною жила,
И Флора бъ навсегда свой тронъ отсель сняла.
Что видѣла она, на все тогда сердилась;
Но коею къ тому боязнью побѣдилась,
Какъ мать свою вдали увидѣла она!
Покрыта тучами ей зрѣлась та страна.
Вздыханье дочерне сумнѣнье ей вселяло,
И отлученьемъ симъ жаръ страсти изъявляла.
Отъ страха бросяся пастушка чтобъ уйти,
И гдѣ бы мочь себѣ убѣжище найти,
Белиза во шалашъ любезного вбѣгала;
Стыдъ весь, боязнь ея тогда превозмогала.
А нѣжная любовь, котора сердце жгла,
Въ уединеніи и страхъ превозмогла.