К спящему дитяти
Спи, любезное дитя,
В недрах мира и покою;
Спи, мой друг, поколь стрелою
Время быстрое, летя
В бездну вечности ужасной,
Не промчит зари твоей
Тихих и прекрасных дней;
Спи, доколе взор твой ясный
Не встречал тоски и бед,
И доколь путей к веселью
Ты не ставишь трудной целью:
Сердце с жадностью не ждет
Славы, почестей, побед.
Спи, доколе весь твой свет
Ограничен колыбелью.
Спи, дитя, — твой сладкий сон
Вспоминает человека,
Как сыпал спокойно он
В недрах золотого века.
Как твои приятны дни!
Как завидны мне они!
Там мечи раздоров блещут,
Растравляя бунтов яд;
Там пожары, язвы, глад
Смерть в поля и грады мещут;
А тебе, меж грозных туч,
Светит тихий солнца луч.
Всё вокруг тебя спокойно,
Всё приятно, тихо, стройно.
Ты откроешь кроткий взор —
И пробудятся утехи,
Игры, радости и смехи.
Ты заснул — и весь твой двор
Прикорнул вкруг колыбели:
У голов сны милы сели,
Задремал желаний рой,
Резвым утомясь порханьем,
Сам зефир заснул с тобой;
И едва своим дыханьем
Он колеблет полог твой.
Всё с тобою утихает,
Всё как будто в пеленах;
Лишь улыбка на устах
У тебя не засыпает
И вещает ясно мне,
Что ты счастлив и во сне.
Спи, дитя, друг милый мой!
Спи, доколь твой век так нежен,
Придет время, что сон твой,
Так не будет безмятежен.
Золотой твой век пройдет:
Век тебя железный ждет;
Ждут тебя сердца жестоки,
Ложна дружба, ложна честь;
Ждут развраты и пороки,
Чтоб тебе погибель сплесть.
Век наступит тот унылый;
Ты в пространный свет войдешь —
Тьмы в нем горестей найдешь;
И тогда уж, друг мой милый,
Так спокойно не заснешь.