Ни знахарство, ни благодать бога в болезни не подмога
Нашла на деревню
оспа-зараза.
Вопит деревня.
Потеряла разум.
Смерть деревню косит и косит.
Сёла
хотят разобраться в вопросе.
Ванька
дурак
сказал сразу:
«Дело ясное —
оно не без сглазу.
Ты
вокруг коровы пегой
возьми
и на ножке одной
побегай
да громко кричи больного имя.
Заразу —
как рукой снимет».
Прыгают —
орут,
аж волдыри в горле.
А люди
мёрли,
мёрли
и мёрли.
Тогда
говорит Данила Балда:
«Средство есть —
наговорная вода.
Положи́те, —
говорит, —
в воду уголёчек
и сплевывайте
сквозь губы́ уголочек».
Пока заговаривали воду,
перемёрло
еще
с десяток народу.
Собрались
снова
всей деревней.
Выжил из ума Никифор древний,
говорит:
«Хорошее средство есть —
ходите по улице
и колотите в жесть.
Пусть бабы разденутся да голосили чтобы —
в момент
не будет и следа от хворобы».
Забегали.
Резвей, чем в прошлые разы́,
бьют в кастрюли,
гремят в тазы —
выгоняют, значит, оспяного духа.
Да оспа оказалась
бабой без слуха.
Пока гремели —
человек до́ ста
провезли из села в направлении погоста.
Тогда
бабы
вспомнили о боженьке,
повалились господу-богу в ноженьки.
Молятся,
крестятся
да кадилом кадят.
А оспа
душит людей,
как котят.
Только поп
за свои молебны
чуть не весь пережрал урожай хлебный.
Был бы всей деревне капут,
да случай счастливый представился тут:
Балды Данилы умный отпрыск —
красноармеец Иванов
вернулся в отпуск.
Служил Иванов в полку,
в лазарете,
все переглядел болезни эти.
Знахарей разогнал саженей за̀ сто,
получил по шеям и поп кудластый.
Как гаркнет
по-военному
во весь рот:
«Смирно!
Протяните
руки вперед!»
В руке Иванова ножичек блеснул,
поцарапал руку
да из пузыречка плеснул.
«Готово, — говорит. —
Оспа приви́лась.
Верьте в медицину, а не в божью милость».
Загудело веселье над каждым из дворов.
Каждый весел.
Каждый здоров.
Вывод тот,
что во время болезней
доктора̀
и попов,
и суеверий,
и вер полезней.
Да еще,
чем хлестать самогон без про́сыпу,
наймите фельдшера
и привейте оспу.