Московский Китай
Чжан Цзо-лин
       да У Пей-фу
            да Суй да Фуй —
разбирайся,
     от усилий в мыле!
Натощак
    попробуй
        расшифруй
путаницу
     раскитаенных фамилий!
* * *
Эта жизнь
     отплыла сновиденьем,
здесь же —
      только звезды
            поутру утрут —
дым
  уже
    встает над заведением:
«Китайский труд».
Китаец не рыбка,
не воробей на воротах,
надо
   «шибака»
ему работать.
Что несет их
      к синькам
          и крахмалам,
за 6 тысяч верст
       сюда
          кидает?
Там
  земля плохая?
        Рису, что ли, мало?
Или
  грязи мало
       для мытья
           в Китае?
Длинен всегда
день труда.
Утюг сюда,
утюг туда.
Тихо здесь,
     коты
        лежат и жмурятся.
И любой
    рабочий
        защищен.
А на родине
      мукденцы
          да маньчжурцы…
Снимут голову —
        не отрастишь еще.
Тяжело везде,
да не надо домой,
лучше весь день
гладь
   да мой!
У людей
    единственная
           фраза на губах,
все одно и то же,
        явь ли,
           или сон:
— В пятницу
      к двенадцати
            пять рубах! —
— В среду
     к обеду
        семь кальсон! —
Не лучший труд —
бумажные розы.
Мальчишки орут:
— У-у-у!
    Китаёзы! —
Повернется,
      взглядом подарив,
от которого
      зажглось
          лицо осеннее…
Я
    хотя
   совсем не мандарин,
а шарахаюсь
      от их косения.
Знаю,
   что — когда
        в Китай
            придут
               октябрьские повторы
и сшибется
      класс о класс —
он покажет им,
       народ,
          который
косоглаз.