Павлина
Вѣщала нѣкогда стѣнящая Паѵлкна:
Противны мнѣ сіи кустарникъ и долина;
Я тутъ лишилася невинности своей,
А кто любовникъ былъ, тотъ нынѣ мой злодѣй:
Забвѣнны клятвы всѣ, забвѣнно увѣренье:
Ахъ, ты виновно въ томъ меня прельстивше зрѣнье!
Преобратилися утѣхи въ суеты,
Крапиву вижу я, гдѣ видѣла цвѣты;
Гдѣ чистыя струи по камешкамъ катились,
Тамъ воды для меня болотны возмутились:
Когда малиновка и зяблица поютъ,
Мнѣ кажется они со мною воіпютъ:
Измѣнникь! Или ты поставилъ то въ издѣвку,
Что ты во лабиринтъ завелъ обманомъ дѣвку?
Ты будто ласточку въ силки къ себѣ маня,
Поймалъ и ощипавъ покинулъ ты меня.
Преобратилась я изъ розы во осоки,
Не годенъ ужъ цитронъ, коль выдавятся соки:
Не полно ужъ тогда, когда плеснеть, ведро,
И скорлупа орехъ, коль вынется ядро:
Источникъ загрязненъ, не токъ воды, но лужа:
Прельстившася ища любовника и мужа,
Сыскала я себѣ обманщика, врага.
О горестны долы! Плачевныя луга!
На васъ я пышности дѣвической лишилась,
На васъ, увы! Моя судьбина совершилась.
Ты клялся чтобъ себѣ имѣть меня женой,
И въ семь обманѣ ты довольствовался мной:
А я въ сіи кусты къ свиданью приходила,
И въ сладкихъ ягодахъ ядъ смертный находила.
Къ тебѣ въ послѣдн.ій разъ въ восторгѣ прежнемъ шла:
И ахъ! Уже тебя и больше не нашла.
Проходитъ на всегда такъ резко быстры рѣки,
И отъ очей моихъ сокрылся ты на вѣки.
Грущу я всякой день, лишаюсь ночью сна,
Въ тоскѣ моей прошла ужъ цѣлая весна.
И се незапно ей приятняй паство стало,
И солнце во очахъ прекрасняй заблистало:
Является Никандръ, и къ ней въ дали идетъ;
Ея веселію изображенья нѣть:
И гдѣ была, къ нему бѣжитъ, она оттуду.
О естьли я къ нему бѣгу на нову уду!
Но какъ то ужъ ни есть, я съ радостью бѣгу,
И перестать ево любити не могу.
Паѵлина, помнила ль Никандра ты въ разлукѣ?
Невѣрный! Я была во непрестанной мукѣ:
Но зрѣла я небесь и крылъ меня тумань,
Хотя твой жаръ ко мнѣ былъ лѣсти и обманъ.
Драгая ты меня безвинно осуждаеш,
И нынѣ мною ты какъ прежде обладешь;
Такъ мысли обо мнѣ иныя ты имѣй:
Не выходила ты изъ памяти моей:
Сія долина мнѣ мѣчталася и снилась.
Сія долина та жъ, а ты перемѣнилась.
Иныя видишъ ты въ долинѣ сей цвѣты:
Увяли прежнія, иной мнѣ сталъ и ты.
За что тобой меня разлука здѣсь губила:
Ты рвалъ меня за то, что я тебя любила,
Отъ паства отошедъ, ни слова ни сказавъ,
Льзя ль думати что ты передо мною правъ!
Наполненъ о тебѣ я мыслью на постѣлѣ,
Въ ночи я взятъ отцемъ нечаянно отселѣ:
Пресказано ему, кормлю я худо скотъ,
И не гоняю ихъ на токи чистыхъ водъ:
Коровъ, овецъ и козъ я вижу какь бездѣлку,
И тѣша лишъ тебя играю во свирѣлку.
Сію мнилъ онъ любовь во мнѣ искоренить,
Съ три мѣсяца меня старался премѣнить,
Журя и ни на часъ не отпуская съ мѣста:
Въ послѣдокъ свѣдая, что ты моя невѣста,
Громовый отвратить разити насъ ударъ,
Мнѣ взяти допустилъ меня судьбины даръ.
И естьли въ сердцѣ я Паѵлины обитаю,
И мною таешь ты, какъ я тобою таю,
Мы вѣрную любовь на вѣки укрѣпимъ,
И какъ полдневный жаръ всей кровью воскипнмъ.
Паѵлина говоритъ: мня быти я нещастна,
Я больше не тужу, что я толико страстна.