Апофеоза художника (переводы из Гете)
Театр представляет великолепную картинную галерею.
Картины всех школ висят в широких золотых рамах.
Много любопытных посетителей. Они ходят взад и
вперед. На одной стороне сидит ученик и списывает
картину.
Ученик
(встает, кладет на стул палитру и кисти,
а сам становится позади стула.)
По целым дням я здесь сижу!
Я весь горю, я весь дрожу.
Пишу, мараю, так что сам
Не верю собственным глазам.
Все правила припоминал,
Все вымерял, все рассчитал,
И жадно взор гонялся мой
За каждой краской и чертой.
То вдруг кидаю кисть свою;
Как полубешеный встаю
В поту, усталый от труда,
Гляжу туда, гляжу сюда,
С картины не спускаю глаз,
Стою за стулом битый час —
И что же? Для беды моей,
Никак я копии своей
Не превращу в оригинал.
Там жизнь холсту художник дал,
Свободой дышит кисть его, —
Здесь все и сухо и мертво.
Там страстью все оживлено,
Здесь — принуждение одно;
Что там горит прозрачней дня —
То вяло, грязно у меня.
Я вижу, даром я тружусь
И с жаром вновь за кисть берусь!
Но что ужаснее всего,
Что верх мученья моего:
Ошибки ясны мне как свет,
А их поправить силы нет.
Мастер
(подходит.)
Мой друг! за это похвалю:
Твое старанье я люблю.
Недаром я твержу всегда,
Что нет успеха без труда.
Трудись! запомни мой урок —
Ты сам увидишь в этом прок.
Я это знаю по себе:
Что ныне кажется тебе
Непостижимо, высоко,
То нечувствительно, легко
Рождаться будет под рукой,
И, наконец, любезный мой,
Искусство, весь науки плод,
Тебе в пять пальцев перейдет.
Ученик
Увы! как много здесь дурного,
А об ошибках вы ни слова.
Мастер
Кому же все дается вдруг?
Я вижу с радостью, мой друг,
Что с каждым днем твой дар растет.
Ты сам собой пойдешь вперед.
Кой-что со временем поправим,
Но это мы теперь оставим.
(Уходит.)
Ученик
(смотря на картину.)
Нет, нет покоя для меня,
Пока не все постигнул я!
Любитель
(подходит к нему.)
Мне жалко видеть, сударь мой,
Что вы так трудитесь напрасно,
Идете темною тропой
И позабыли путь прямой:
Натура — вот источник ясный,
Откуда черпать вы должны,
В ней тайны все обнажены:
И жизнь телес и жизнь духов.
Натура — школа мастеров.
Примите ж искренний совет:
Зачем топтать избитый след? —
Чтоб быть копистом, наконец?
Натура — вот вам образец!
Одна натура, сударь мой,
Наставит вас на путь прямой.
Ученик
Все это часто слышал я,
Все испытала кисть моя.
Я за природою гонялся,
Случайно успевал кой в чем,
Но большей частью возвращался
С укором, мукой и стыдом.
Нет! это труд несовершимый!
Природы книга не по нас:
Ее листы необозримы,
И мелок шрифт для наших глаз.
Любитель
(отворачивается.)
Теперь я вижу, в чем секрет:
В нем гения нимало нет.
Ученик
(опять садится.)
Совсем не то! хочу опять
Картину всю перемарать.
Другой мастер
(подходит к нему, смотрит на работу
и отворачивается, не сказав ни слова.)
Ученик
Нет! вы не с тем пришли, чтоб молча заглянуть.
Я вас прошу, скажите что-нибудь.
Вы можете одни понять мои мученья.
Хотя мой труд не стоит слов.
Но трудолюбие достойно снисхожденья;
Я верить вам во всем готов.
Мастер
Я, признаюсь, гляжу на все твои старанья
И с чувством радости и с чувством состраданья.
Я вижу: ты, любезный мой,
Природой создан для искусства;
Тебе открыты тайны чувства;
Ты ловишь взором и душой
В прекрасном мире впечатленья;
Ты бы хотел обнять в нем красоту
И кистью приковать к холсту
Его минутные явленья;
Ты прилежанием талант возвысил свой
И быстро ловкою рукой
За мыслью следовать умеешь;
Во многом ты успел и более успеешь —
Но…
Ученик
Не скрывайте ничего.
Мастер
Ты упражнял и глаз и руку,
Но ты не упражнял рассудка своего.
Чтоб быть художником, обдумывай науку!
Без мыслей гений не творит,
И самый редкий ум с одним природным чувством
К высокому едва ли воспарит.
Искусство навсегда останется искусством;
Здесь ощупью нельзя идти вперед,
И только знание к успеху приведет.
Ученик
Я знаю, к красотам природы и картин
Не трудно приучить и глаз и руку:
Не то с наукою; ученый лишь один
Нам может передать науку.
Кто может знанием полезен быть другим,
Не должен бы один им наслаждаться.
Зачем же вам от всех скрываться
И с многими не поделиться им?
Мастер
Нет! в наши времена все любят путь широкий,
Не трудную стезю, не строгие уроки.
Я завсегда одно и то ж пою,
Но всякой ли полюбит песнь мою?
Ученик
Скажите только мне, ошибся ли я в том,
Что перед прочими я выбрал образцом
Сего художника?
(Указывая на картину, которую списывает.)
Что весь живу я в нем?
Что я люблю его, люблю, как бы живого,
Над ним всегда тружусь и не хочу другого.
Мастер
Его чудесный дар и молодость твоя —
Вот что твой выбор извиняет.
Всегда охотно вижу я,
Как смелый юноша свободно рассуждает,
Без меры хвалит, порицает.
Твой идеал, твой образец —
Великий ум, разнообразный гений:
Учися красотам его произведений,
Трудись над ними, — наконец,
Познай ошибки, и умей
Любить в творениях искусство, не людей.
Ученик
Его картинами давно уж я пленился.
Поверьте, не проходит дня,
Чтоб я над ними не трудился,
И с каждым днем они все новы для меня.
Мастер
Ты рассмотри с рассудком, беспристрастно,
И чем он был, и чем хотел он быть;
Люби его, но сам учись его судить.
Тогда твой труд не будет труд напрасной:
Обняв науку красоты,
Не все пред ним забудешь ты.
Для добродетели телесной груди мало;
Ужиться ей нельзя в душе одной:
С искусством точно то ж, и никогда, друг мой,
Одна душа его не поглощала.
Ученик
Так я был слеп до этих пор.
Мастер
Теперь оставим разговор.
Смотритель галереи
(подходит к ним.)
Какой счастливый день для нас!
Картину к нам внесут тотчас.
Давно на свете я живу,
Но ни во сне, ни наяву
Другой подобной не видал.
Мастер
А чья?
Ученик
Его же?
(Указывает на картину, с которой списывал.)
Смотритель
Угадал.
Ученик
Я угадал! мне это
Шепнула тайная любовь.
Какой восторг волнует кровь!
Каким огнем душа согрета!
Куда бежать мне к ней? Куда?
Смотритель
Ее сейчас внесут сюда.
Нельзя взглянуть, не подивясь…
Зато не дешево купил ее наш князь.
Продавец
(входит.)
Ну, господа! теперь я смею
Поздравить вашу галерею.
Теперь узнает целый свет,
Как князь искусства ободряет:
Он вам картину покупает,
Какой нигде, ручаюсь, нет.
Ее несут уж в галерею.
Мне, право, жаль расстаться с нею.
Я не обманываю вас —
Цена, конечно, дорогая,
Но радость, господа, такая
Дороже стоит во сто раз.
(Тут вносят изображение Венеры Урании
и ставят на станок.)
Теперь взгляните: вот она!
Без рамки, вся запылена.
Я продаю, как получил,
И даже лаком не покрыл.
(Все собираются перед картиной.)
Первый мастер
Какое мастерство во всем!
Второй мастер
Вот зрелый ум! какой объем!
Ученик
Какою силою чудесной
Бунтует страсть в груди моей!
Любитель
Как натурально! как небесно!
Продавец
Я, словом, всем пленился в ней,
И самой мыслью и работой.
Смотритель
Вот к ней и рама с позолотой!
Скорей! Князь скоро будет сам.
Вбивайте гвозди по углам!
(Картину вставляют в раму и вешают.)
Князь
(Входит в залу и рассматривает картину.)
Картина точно превосходна,
И не торгуюсь я в цене.
Казначей
(Кладет кошелек с червонцами на стол
и вздыхает.)
Продавец
Нельзя ли взвесить?
Казначей
(считая деньги.)
Как угодно,
Но лишний труд, поверьте мне.
(Князь стоит перед картиною. Прочие
в некотором отдалении. Потолок открывается.
Муза, держа художника за руку,
является на облаке).
Художник
Куда летим? в какой далекий край?
Муза
Взгляни, мой друг, и сам себя узнай!
Упейся счастьем в полной мере.
Художник
Мне душно здесь, в тяжелой атмосфере.
Муза
Твое созданье пред тобой!
Оно все прочие затмило красотой
И здесь, как Сириус меж ясными звездами,
Блестит бессмертными лучами.
Взгляни, мой друг! Сей плод свободы и трудов —
Он твой! он плод твоих счастливейших часов.
Твоя душа в себе его носила
В минуты тихих, чистых дум:
Его зачал твой зрелый ум,
А трудолюбие спокойно довершило.
Взгляни, ученый перед ним
Стоит и скромно наблюдает.
Здесь покровитель муз твой дар благословляет,
Он восхищен творением твоим.
А этот юноша! взгляни, как он пылает!
Какая страсть в душе его младой!
Прочти в очах его желанье:
Вполне испить твое влиянье
И жажду утолить тобой!
Так человек с возвышенной душой
Преходит в поздние века и поколенья.
Ему нельзя свое предназначенье
В пределах жизни совершить:
Он доживает за могилой
И, мертвый, дышит прежней силой.
Свершив конечный свой удел,
Он в жизни слов своих и дел
Путь начинает бесконечной!
Так будешь жить и ты в бессмертье, в славе
вечной.
Художник
Я чувствую все, что мне дал Зевес:
И радость жизни быстротечной,
И радость вечную обители небес.
Но он простит мне ропот мой печальной,
Спроси любовника: счастлив ли он,
Когда он с милою подругой разлучен,
Когда она в стране тоскует дальней?
Скажи, что он лишился не всего,
Что тот же свет их озаряет,
Что то же солнце согревает —
А эта мысль утешит ли его?
Пусть славят все мои творенья!
Но в жизни славу звал ли я?
Скажи, небесная моя,
Что мне теперь за утешенье,
Что златом платят за меня?
О, если б иногда имел я сам
Так много золота, как там,
Вокруг картин моих блестит для украшенья!
Когда я в бедности с семейством хлеб делил,
Я счастлив, я доволен был
И не имел другого наслажденья.
Увы! судьба мне не дала
Ни друга, чтоб делить с ним чувства,
Ни покровителя искусства.
До дна я выпил чашу зла.
Лишь изредка хвалы невежды
Гремели мне в глуши монастырей.
Так я трудился без судей
И мир покинул без надежды.
(Указывая на ученика.)
О, если ты для юноши сего
Во мзду заслуг готовишь славу рая,
Молю тебя, подруга неземная,
Здесь на земле не забывай его.
Пока уста дрожат еще лобзаньем,
Пока душа волнуется желаньем,
Да вкусит он вполне твою любовь!
Венок ему на небе уготовь,
Но здесь подай сосуд очарованья,
Без яда слез, без примеси страданья!