Актер
Шутка-водевиль в одном действии
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:
— Кочергин, саратовский помещик.
— Лидия, дочь его.
— Сухожилов, чиновник, жених Лидии.
— Стружкин, актер.
— Слуга.
Действие происходит в С.-Петербурге.
Театр представляет комнату в квартире Кочергина. Три двери: направо в биллиардную, налево в комнату Лидии; на средине выходная.
Явление 1
Сухожилов и Кочергин, с кием выходит из биллиардной.
Кочергин. Ха! ха! ха! Как я вас славно обыграл! Удивительная партия… И как мне задалось — что удар, то либо в среднюю блузу, либо дублет в угольную… Я надеюсь, вы не сердитесь, что я вам задал сухую партию… что не дал ни одного очка сделать?..
Сухожилов. О, помилуйте, за что сердиться… на то игра; нельзя обоим вдруг выиграть.
Кочергин. Истинная правда… вот я уж тридцать лет играю на биллиарде, а никогда не замечал, чтоб вдруг оба выиграли… Так уж странно как-то сочинены игры… Так вы не сердитесь за сухую партию?
Сухожилов. Нет; мне остается только удивляться вашему искусству.
Кочергин. Да, от этой сухой партии у меня и теперь лоб мокрый… Вот посмотрели бы вы меня в прежние годы, как я играл на биллиарде!
Когда мне было двадцать лет —
Играл тогда я бойко, славно!
Со мной, бывало, сладу нет:
Всех обыграю преисправно!
Хоть на три тысячи изволь —
Вовек не праздновал я трусу:
Я славно делал карамболь
И попадал отлично в блузу!
Теперь совсем не то… меня узнать нельзя… я стал и стар, и слеп, и слаб.
Явление 2
Те же и Лидия.
Лидия. Ах! Валерьян Андреич!
Сухожилов. Лидия Степановна! Здравствуйте! Кажется, целый век не видал… позвольте поцеловать вашу ручку!
Лидия. Здоровы ли вы?
Сухожилов. Здоров; но сердце у меня страдает… матушка, кажется, на целый век замедлила нашу свадьбу… однако ж наконец…
Кочергин. Ну что наконец?
Сухожилов. Она уж едет… вот письмо прислала… что это за добродетельная женщина! Вы ее узнаете и в ней не расстанетесь… Она наперед дала свое согласие на брак мой с вашей дочерью… как она на меня надеется… как любит меня! Послушайте, вот конец ее письма; волосы дыбом поднимаются! (Вынимает письмо и читает.) «Прощай, бесценный Валеренька, — бесценный! — Я скоро буду… прощай, сердце мое; береги свое здоровье, одевайся потеплей и будь добродетелен!» Будь добродетелен!.. Такое выражение может изобресть только материнская нежность.
Кочергин. Вот, сударь мой, скоро матушка ваша будет… Так, значит, во ожидании всерадостного приезда, чтоб незаметнее время прошло — мы теперь и сыграем еще партийку…
Сухожилов. Некогда… я заехал только повидаться с Лидией Степановной. Вы и то меня задержали…
Кочергин. Эх! А я было только кий подпилил… так бы и срезал желтого в среднюю… Ведь вы берете у меня дочь, последнее мое утешение… можно бы, кажется, за это партию-другую сыграть… мне ведь будет скучно…
Сухожилов. Скучно, позвольте! Вы говорите, что вам будет скучно? Мы найдем вам развлечение… Ах, позвольте… у меня есть чудесный знакомый, который, верно, умеет играть на биллиарде…
Кочергин. Ну… так что же?
Сухожилов. Я приведу к вам славного малого… он насмешит вас и обыграет…
Кочергин. Обыграет? А кто он такой?
Сухожилов. Актер.
Кочергин. Ха-ха-ха! Актер. Слышишь, Лидия, к нам хотят привести актера…
Сухожилов. Лихая голова!., только успевай смеяться: врет, как трещотка!
Кочергин. Всё это хорошо, но… (Берет его за руку.) Хотите, вперед дам двадцать очков?
Сухожилов. Прощайте, иду за Стружкиным… сейчас же приведу… Он говорил, что куда-то отозван; ну да не велик барин, в другой раз туда сходит.
Кочергин. Я очень рад буду!.. Люблю посмеяться… ха-ха! и поиграть на биллиарде! Актер… помнишь, Лидия, когда мы жили в Саратове и зазвали какого-то заезжего штукаря… такие коленцы выкидывал, что чудо!.. А это столичный: должно быть, еще лучше… ха-ха!
Сухожилов. Прощайте же. (Подает ему руку.)
Кочергин. Ах, киек-то хорош! Двадцать пять вперед дам, сыграем; и выставку дам!
Сухожилов. Прощайте, Лидия Степановна… мы скоро увидимся.
Кочергин (вслед уходящему Сухожилову). Валерьян Андреич! Двадцать пять — и все ваши промахи не в счет! Время терпит: сыграем.
Сухожилов уходит.
Явление 3
Те же, кроме Сухожилова.
Кочергин. Экой торопыга! А мочи нет, хочется кий попробовать… Ну да бог с ним, зато он приведет нам Стружкина… Посмешит нас!
Лидия. Отчего вы думаете, папенька, что он должен быть непременно смешон?
Кочергин. Ха-ха-ха! Ведь это его занятие.
Лидия. В театре, а не в гостях.
Кочергин. Всё равно… Еще бы он стал серьезные рожи корчить… Да тогда бы его никто в дом-то не пустил… Ну, об нем после, а теперь скажи-ка мне откровенно, довольна ли ты женихом, которого я тебе приискал?
Лидия. Очень довольна; лучше этой партии я не желала.
Кочергин. Постой, постой… Вишь, ты очень тороплива. Пятьдесят девять еще не партия! Вот как вас обвенчают, да на другой день поздравят с добрым утром, вот тогда ты партию-то с ним с удару кончишь. Жаль, умерла моя покойница; она бы научила тебя, как жить с мужем. Я не могу дать тебе наставлений; а пожалуй, расскажу, как со мной жила моя жена; может быть, тебе понравится и ты последуешь ее примеру:
Два месяца мы жили очень мирно,
На третий вдруг вздурилася жена,
Вскочивши, я скомандовал ей «смирно!»,
Тарелкой в лоб пустила мне она.
И с той поры не становилась тише;
Всё на меня сердилась ночь и день
И уж к себе не подпускала ближе,
Как на одну печатную сажень.
Мне это страх как было нездорово,
День ото дня ставало тяжелей —
И наконец, чтоб сблизиться с ней снова,
Был принужден я покориться ей.
Так шли дела; в два месяца, не дальше,
Покорным быть я ей во всем привык…
Она себе жить стала генеральшей,
А я у ней был точно как денщик!
Явление 4
Те же, Сухожилов и Стружкин.
Кочергин. А! а! Шум! Видно, приехали… ну, слава богу… теперь мы не умрем со скуки…
Сухожилов. Вот, рекомендую вам моего приятеля, Ореста Петровича Стружкина.
Кочергин. Очень приятно… очень приятно…
Стружкин. Валерьян сказал мне, что вы хотели со мной познакомиться: благодарю вас за честь.
Кочергин. И я благодарю, чудесно! (В сторону.) Сейчас видно сокола по полету!
Сухожилов (Стружкину). А вот рекомендую тебе мою невесту… Лидия Степановна…
Стружкин. Очень рад, сударыня, за моего приятеля: бог наделяет его прекрасной женой.
Лидия. Вы мне льстите…
Стружкин. А скоро будет свадьба?
Кочергин. А вам на что? Ха-ха-ха! Сострить?
Сухожилов, Да вот как скоро приедет матушка; ты знаешь, что она скоро обещала быть… однако я иду… надо оканчивать дела.
Лидия. Пойдемте, я покажу вам мою работу…
Сухожилов и Лидия уходят.
Явление 5
Стружкин и Кочергин.
Стружкин. Вы, я думаю, с нетерпением ожидаете матушки Сухожилова, чтоб кончить дело. Хорошая она женщина?
Кочергин. А кто ее знает. Я ее сроду не видал… должно быть, хорошая. Ну да что о таких пустяках толковать; лучше бы что-нибудь повеселее…
Стружкин. А, вы любитель веселого… веселое нынче в свете очень редко; всё избилось, истаскалось; что было прежде гениально — теперь только что сносно; что было забавно — теперь никуда не годится… легче достать птичьего молока, чем настоящего, неподдельного веселья, если его нет в самом характере человека…
Кочергин. Ха-ха-ха! Как вы сказали, почтеннейший?.. Птичьего молока! Славно, ха-ха!
Стружкин. Что вы говорите?
Кочергин. Чем вы занимаетесь теперь; то есть что поделываете?
Стружкин. Мои занятия, я думаю, вам известны… поутру роли, потом репетиции, потом спектакль, а потом опять роли, и опять репетиции, и опять спектакль…
Кочергин (в сторону). Ха-ха-ха! Вот уж начал, начал; так у него и выливается!..
Стружкин (в сторону). Что он всё смеется и смотрит на меня как на зверя!
Кочергин. Как это вы попали, любезнейший, в такую должность?
Стружкин. Любовь к театру заставила меня посвятить себя благородному званию артиста.
Кочергин. Ха-ха-ха! Да с вами не умрешь со скуки. Ха-ха!
Стружкин. Что такое?
Кочергин. Ну, любезнейший, благородному званию…
Стружкин. Я горячо полюбил театр и стал ревностно изучать образцы.
Кочергин (смеется). Оно так и надо, конечно, всякий молодец на свой образец!
Стружкин (особо). Он не перестает смеяться; чтоб это значило… уж нет ли тут чего?
Кочергин. И надо признаться, что вы собаку съели в своем ремесле!
Стружкин. Искусстве, а не ремесле!
Кочергин. Ха-ха! Всё равно… искусстве… славно, славно… Как вы вошли, я чуть-чуть не фыркнул…
Стружкин (вскакивая). Что такое?
Кочергин. Ха-ха-ха! Какую вы серьезную рожу скорчили… браво! ха-ха!
Стружкин. Что… чуть не фыркнул?.. Так я вас насмешил?..
Кочергин. Да как же, любезнейший; вы и теперь смешите, ха-ха-ха! Да полноте притворяться! Право, другой подумает, что вы в самом деле рассердились!
Стружкин. Вы ошибаетесь… я вовсе не думал вас смешить… я не шут, государь мой, артист… это такая разница, как небо и земля!.. Шутом может быть всякий дурак… а артистом только человек с дарованием…
Кочергин. Ха-ха-ха! Ну недаром же мне Валерьян Андреич сказал, что вы меня распотешите… ха-ха!
Стружкин. Как? Так это вам сказал Валерьян Андреич? Он для того меня познакомил?
Кочергин. Ха-ха-ха!
Стружкин. Сделайте одолжение, перестаньте смеяться!
Кочергин. Нечего сказать; я этого не ожидал… Вы мастер своего дела… благодарю, благодарю… навещайте нас, пожалуйста, почаще… люблю посмеяться! ха-ха!
Стружкин. Теперь я всё понимаю! Так вы меня затем пригласили, чтоб я смешил, потешал вас… И это сделал человек, которого я считал другом! Вы приняли меня за уличного паяццо, за фарсера?
И вот как у нас понимают искусство!
Вот как на жрецов его люди глядят:
Ты тратишь и силы, и душу, и чувства, —
За то тебя именем шута клеймят!
Талант твой считают за ложь и обманы;
Понять его — выше их сил и ума.
Им нет в нем святыни; для них шарлатаны
И Гаррик, и Кин, и Лекень, и Тальма!
Кочергин. Очень хорошо!.. Удивительно! Вот у нас каждый день шарманщик останавливается… собачки у него пляшут в фартуках… и сам, каналья, танцует… да нет! Всё не то! Я еще никогда так не смеялся, как сегодня… Как на вас взгляну… ха-ха-ха-ха!
Стружкин. Нет, это выше сил! Говорят вам, я не затем явился сюда. Этот Валерьян, этот повеса, солгал вам. Я же его проучу… я покажу ему, что значит актер… я отплачу ему за его похвальную рекомендацию… (Уходя.) Мое почтение.
Явление 6
Кочергин. Куда же вы… вот бы мы партийку сыграли… Ну молодец!.. Да что он, вправду, что ли, рассердился? Ха! ха! ха! Как бы то ни было, а потешил… жаль, если он не придет опять… у него и голос две капли воды на шарманку походит. А если, еще он может усовершенствоваться, так надо ожидать, что под потолок будет подскакивать… только странно, за что он рассердился? Не находит ли на него дурь? Спрошу ужо у Валерьяна Андреича… а теперь… эх, скучно стало! Так славно удалось кий подпилить, можно бы с удару партию кончить…
Явление 7
Кочергин и госпожа Сухожилова.
Сухожилова. Эко неопрятство какое, господи боже мой: в прихожей ни одного холопа нет… Чай, все по заведениям разбежались…
Кочергин. А? Откуда вы! Вам кого-нибудь угодно?
Сухожилова. Вестимо, недаром пришла… ах!.. дай бог память, фамилия этак… не помело либо на ухват похожа…
Кочергин. Что такое?
Сухожилова. Да, да, вспомнила… кочерга… Где мне найти господина Кочергина?
Кочергин. Ха-ха! Да чего спрашиваете, ведь я-то и есть Кочергин; а вы-то уж не Аксинья ли Дмитриевна Сухожилова?
Сухожилова. Статочное дело, сударик… Кочергин. Ах, так вы-то и есть… ха-ха! Здравствуйте, матушка Аксинья Дмитриевна… уж как мы вас ждали-то… позвольте поздороваться. (Целует ее руку.)
Сухожилова. Ждали… что же мне сломя голову скакать прикажете… растрясти стариковские кости… Я же, отец мой, люблю экономию, не по-вашему… велела в домашнюю колымагу запречь в корень пеганку, а сивку на пристяжку, — да и в Питер; вот оттого и долго… Что это у тебя за палка в руке? Дворню, что ли, муштруешь?.. неловко, неловко… вот у меня плетка сделана… так уж больно сподручно.
Кочергин. Нет, это кий, матушка, для играния на биллиарде…
Сухожилова. В первый раз слышу… однако некогда толковать о белендрясах; ты мне лучше скажи, как вы тут сынишку-то моего просватали?..
Кочергин. Всё после узнаете, матушка Аксинья Дмитриевна; а теперь не угодно ли сперва закусить да отдохнуть с дороги.
Сухожилова. Что? Отдохнуть… вишь, выдумщик какой. Уж не умыслы ли какие?.. Нет, не дамся в обман… проучили меня, батюшка, уж довольно!.. Чтоб я стала закусывать… когда мое детище обманывают; нет, закуской меня не купишь… кусок в горло не пойдет.
Кочергин (в сторону). Ну, с ней, кажется, придется язык закусить! (Ей.) Помилуйте, чего вы сердитесь…
Сухожилова. Нечего, батюшка, подлащиваться-то… нечего бобы разводить… говори, что ты даешь за своей дочкой-то?., коли хорошо — ладно; а нет — так ведь у меня недолго… и простимся как раз…
Кочергин (в сторону). Эге! какая задорная!
Сухожилова. Давай же расписание-то.
Кочергин. Еще не готово, а что поважнее, то я так скажу, если вам хочется.
Сухожилова. Ну, говори; да не криви душой: узнаю всю подноготную… от венца оторву, если надуешь…
Кочергин. Помилуйте… во-первых, я даю за дочерью двадцать пять душ, не заложенных, мужеска пола, в Саратовской губернии…
Сухожилова. Что? Двадцать пять душ! Только! Ах ты, голь саратовская… чтоб я позволила моему сыну… пет, голубчик! он у меня один, как порох в глазе… вишь, вы его околдовали тут! Опоздай я — вы бы погубили… Двадцать пять душ моему сыну… да есть ли в тебе душа-то!
Кочергин. Позвольте, позвольте, сударыня; вы прежде выслушайте всё…
Сухожилова. Да что слушать… уж видно, обмануть хотели… ну, говори, что еще?
Кочергин. Сорок три души в Олонецкой губернии…
Сухожилова. А! ну, нешто!
Кочергин. По силе духовной, немедленно после переселения моего в жизнь вечную…
Сухожилова. Что? После переселения… прошу прислушать… этак он морочит меня, вдову беспомочную. Да господь знает, когда ты с душенькой своей расстанешься… может, и нивесь сколько проживешь… Хитер! больно хитер!.. Вишь ты, какой бочонок, разве что параличом хватит, а то… Ну, нашел мой сынишка сокровище!.. Да нет; не видать тебе моего сына; сейчас же выкинь дурь из головы и скажи своей дочке… не бывать ей за моим сыном…
Явление 8
Те же и Лидия.
Лидия (заглядывая в дверь). Что здесь за шум?
Кочергин. Что вы кричите… Уймитесь! сорок пять и никого!
Сухожилова. Не уймусь… буду кричать… А! это что за неженка… не она-то ли и невеста… хороша, больно хороша… больно красива… тонконожка, белоручка, поджарая… Слышишь, голубушка! Выкинь вздор-то из головы, не бывать тебе за Виктошенькой… ищи другого.
Лидия. Что такое?
Кочергин. Чем же вам моя дочь не нравится…
Она скромна, заботлива,
Послушна, хороша,
Любезна и расчетлива,
В ней добрая душа.
С такой красоткой ангельской
Женитьба — просто честь!
Сухожилова.
У нас, сударь, в Архангельской
Почище этой есть.
Вишь, расхвастался своим добром… разбойник… с ума спятил… да еще тараторит… Знайте же, что сыну моему не бывать мужем вашей дочки; не быть, не быть и не быть! Не будь я — не быть! Не видать вам его, как ушей своих, обманщики! (Уходит.)
Явление 9
Кочергин и Лидия.
Кочергин. Правду говорят: пе узнаешь, где найдешь, где, потеряешь. И меня привел господь на своем веку настоящего черта увидеть, а я уж думал, что хуже моей покойницы и быть не может, куда! Она и в подметки этой не годится! Уж покричи она еще… я бы просто кием такой карамболь сочинил!.. Да жаль кия-то… об этакую колдунью и железный лом переломишь… Нет, слуга покорный породниться с таким дьяволом! И так на душе грехов много, а тогда уж прямо в ад ступай… а она и дорогу покажет!
Лидия. Помилуйте, не сердитесь, папенька… может быть, вы ее сами рассердили…
Кочергин. Вот те на… двадцать один и никого!.. Я рассердил! Ну на что черта сердить… в нем и так злости-то в сороковую бочку не вольешь. Хорош Валерьян Аидреич! И ничего мне не сказал!
Лидия. Простите его, папенька!
Кочергин. Ну полно, нечего тут хныкать… простите! Ступай в свою комнату да выкинь дурь из головы… Свадьбе не бывать, эта партия кончилась промахом! А эта старая чертовка пусть навек отправится к черту или навсегда в Архангельскую губернию!
Лидия уходит.
Явление 10
Кочергин и татарин, с тюком товаров.
Татарин (заглядывая в дверь). Халаты, шали, платки бухарские, материя отличная, хорошей доброты, знатной, самой лучшей доброты; не угодно ли купить, барын? Товар хорош… купы, купы!
Кочергин. Ба! Это что за физиономия! Ах, татарин! Зачем черт принес… правду пословица говорит: не в пору гость хуже татарина, а уж татарин не вовремя должен быть хуже самого черта!
Татарин. Что, судыр?.. Напрасно обижаете — татарин такой же человек… честный человек… бывает и русский человек, а поступает по-татарски…
Кочергин. Как ты сюда попал? Кто тебя звал, любезный?..
Татарин. Сам прышол, барын; сам прышол; должность наша такая… кому звать…
Во все дома вхожу свободно,
С вопросом: что купыть угодно?
Я всё сейчас продать готов:
Халатов много и платков,
Матерья есть хорош бухарска!
Натура уж такой татарска:
Ужасно хочется продать
Да за товар побольше взять!
Кочергин. Вишь какой! ха-ха-ха! Побольше взять! Даром что татарин, а у тебя губа-то не дура: любишь денежки!
Татарин. Колы не любит, судыр, деньги вещь хорошая… Нам и Аллах деньга любить не запрещает… всё хорошее любыть можно… мы такие же люди, судар…
Не понапрасну век мы губим,
Мы любим всё, чем жизнь красна;
Не меньше русских деньги любим
И даже… любим пить вина.
Мы любим всё, что в жизни блага,
Красивых жен, честных людей,
Лишь по писанию Аллаха
Не любим мы одних свиней!
Кочергин. Вот что! Ну а что ты больше-то всего любишь?
Татарин. Ну а что вы больше всего любите? Что весь свет больше всего любит?..
Кочергин. Разумеется, у всякого свой вкус…
Татарин. Ан, нет, судыр… я вам лучше скажу… весь свет вместе и кажда человек поодиначке больше всего любыт деньга…
Кочергин. Ха-ха-ха! Так и ты, значит, больше всего любишь деньги?
Татарин. Вестымо, судыр. Кто деньга любыт, тот, значит, всё хорошее любыт, потому что на деньга можно достать что есть наилучшего в свете, судыр.
Кочергин. Вот что! Умно рассудил, даром что татарин.
Татарин. Не занимать стать у вас ума, судыр… Эх! кабы у меня деньга были… не ходыл бы я с утра до темной зоры, не нудил бы себя… а то вот теперь и возишься с товаром, бегаешь как угорелый с утра до ночи, чужие дела обделываешь… ох, деньга, деньга! Ходишь по улицам да думаешь, как бы рублик или полтину зашибить, судыр, право, вот те Аллах, право!
Родом я не знатный барин;
Всё, что есть, с собой ношу…
Просто, судыр, я татарин,
Господам большим служу…
Знают все меня в столице;
Я хожу во все дома;
Дамы, судыр, и девицы
От меня все без ума.
Все товар мой выхваляют,
Смотрят шали и платки,
Не торгуясь покупают —
А мне это и с руки!
Малый, судыр, я не промах,
Знаем, где стоять, где сесть,
Как вести себя в хоромах,
Как в прихожей дружбу свесть;
Мы товар других не хуже
Продавать научены:
Для жены — тайком от мужа,
Мужу — тайно от жены;
Про невест наводим справки,
Как стакнемся с женихом,
От булавки до булавки
Всё приданое сочтем.
Если в барыню влюбиться
Вздумал судыр до ушей,
Да не знает, как открыться, —
Мы найдем дорогу к ней.
Всё откроем на отчистку
И подарок ей вручим,
При подарке и записку,
Судыр, ей передадим!
Перед нами всяк спасует —
И купец, и господин;
А татарина надует
Разве, судыр, жид один!
Купы же, барын… вот халат хорош на турецкой подкладка…
Кочергин. Ну, развертывай дальше, что у тебя еще есть.
Татарин. Посмотрите халат… право, останетесь довольны; будете носить да вспоминать. (Развертывает халат.)
Кочергин. Хорошо, хорошо; да халата мне не надо… недавно купил… показывай, что еще…
Татарин (развертывая вещи). Вот шали персидские… настоящие… отличной доброты…
Кочергин. Вижу, вижу.
Татарин. Которую угодно… любую возьмите… (Откидывает одну шаль в сторону.)
Кочергин. А это что?
Татарин. Шаль богатая, в три тысячи…
Кочергин. Что ж ты прячешь… показывай, я посмотрю… может быть, куплю…
Татарин. Нельзя, судар, уж продана… я несу ее одному молодому барьшу… Валерьяну Андреичу…
Кочергин. Какому Валерьяну Андреичу?
Татарин. Господину Сухожилову.
Кочергин. Вот что! А на что ему?
Татарин. Невесте подарыть… невесте…
Кочергин. А… понимаю… шаль хорошая.
Татарин. Я ему невесту сватаю… хорошая барышня… такая красывая…
Кочергин. Ты ему невесту сватаешь… что ты говоришь?
Татарин. Да, барын, невесту.
Кочергин. Да у него уж есть невеста! Сорок пять и никого!
Татарин. И полна, судыр, какая невеста… бедная… шутит он… ему надо богатая невеста.
Кочергин. Вот что!.. Ты правду говоришь?
Татарин. Да колы ж не правду, барын… он сам просыл меня.
Кочергин. А давно ли это было?
Татарин. Да вот на днях…
Кочергин. Ай-ай-ай! Вот штука!
Татарин. Я вот и нашел ему невесту… уж такая красавица, да богатая… а это он так, шутыл, где-то посватался.
Кочергин. Шутил!
Татарин. Ему нельзя без меня жениться…
Кочергин. Почему?
Татарин. Вот видишь, барын, он мне много должен, да и моим товарищам…
Кочергин. Много должен? За что?
Татарин. Вестимо за что, барын… дело молодое… той платочек подарыть надо, той шаль, там материя на платье… красавицы любят подарки…
Кочергин (в сторону). Так вот каков мой будущий зятек! Красавицы! Ай-ай-ай!
Татарин. Оно незаметно, да вот мне одному задолжал тысяч шесть.
Кочергин. Шесть тысяч!..
Татарин. Да другим нашым тысяч пяток будет.
Кочергин. Шесть да пять — одиннадцать тысяч! Уф! Двадцать один и никого!
Татарин. Так вот, барын, чтоб честно разделаться, я и ищу ему богатую невесту… Как он женится, вот первому мне и заплатит… Да что вы, судар, больно страшно на меня смотрите?
Кочергин. Нет! Я не могу более терпеть! Иди, любезный; спасибо тебе… заходи в другое время, я у тебя куплю что-нибудь, теперь некогда… а! Черт возьми! Меня так обманывать!.. Так он сам просил?
Татарин. Да, когда же не сам… вот сегодня понесу к нему шаль… Он подарыт, и сговоры будут… кабы поскорее!.. больно деньги нужны… только и молимся, чтоб женить его… до суда доводить дело не хочется…
Кочергин. Ну, ступай с богом… У него есть другая невеста!
Татарин уходит; за дверью слышен его голос: «Халаты разны, разны материи бухарски, платки, шали!»
Явление 11
Кочергин, Лидия, потом Сухожилов.
Кочергин. Что я узнал!..
Лидия (входя). Папенька, я дошила свою подушку!
Кочергин. Подушку… напрасно торопишься с подушкой; я уж сказал, что тебе не быть за этим плутом Сухожиловым…
Лидия. Вот вы опять рассердились… В чем он провалился, папенька?
Кочергин. Он негодяй!
Сухожилов (входит). Ну вот, слава богу, я отделался… теперь я могу побыть с вами, с моей милой Лидией… (Подходит к ней.)
Кочергин. Прочь! я пе позволяю…
Сухожилов. Что такое? Почему?
Кочергин. Не позволяю, да и только. Чтобы нога ваша не была в моем доме… слышите?
Сухожилов. Что это значит? Помилуйте…
Кочергин. Ступайте вон, и больше ничего… Ищите себе татарскую невесту в другом месте! Сорок пять и никого!
Сухожилов. Степан Глебыч?
Лидия. Батюшка?
Кочергин. Что, Валерьян Андреич? Что, матушка? Вишь, какую рожу скорчил… А ты что смотришь, точно голодная синица… ступай в свою комнату…
Сухожилов. Да объяснитесь…
Кочергин. Ничего… вон, вон! Или я призову людей, призову полицию! Вас вытолкают…
Сухожилов. Боже мой! Что это значит? Я был наверху блаженства, и вдруг…
Кочергин. Да уйдете ли вы отсюда?.. Или… (Схватывает кий и грозит.) Вот бог, а вот порог!
Сухожилов. Он с ума сошел! (Уходит.)
Кочергин. А! выпроводил молодца… ха-ха-ха! Слава богу! Поди к своей окаянной матушке!
За кулисами слышен шум от падения бюстов.
Итальянец (за кулисами, с гневом). Mordleu! Что вы делай! Vous avez perdu la tete![3] Вы разбили мой статуй; отдайте мне деньга… Это не карашо, синьор… Сюда?.. карашо!
Кочергин. Что еще там такое?
 
Явление 12
Кочергин и итальянец, у него на голове лоток со статуями, из которых некоторые разбиты.
Итальянец. Parbleu!..[4] Мой Вольтер разбил… два двугривенник… Donnez-moi l’argent…[5] отдайте мне деньга… деньга…
Кочергин. Какие тут ржавые деньги, что ты толкуешь?..
Итальянец. За Наполеон два двугривенник… за Вольтер два с полтин… у меня бюсты корош… настоящие гипсовые… отдайте, синьор, деньга…
Кочергин. Что такое? За Наполеона два двугривенных, за Вольтера два с полтиной? я ничего не понимаю.
Итальянец. Как не понимай! Отсюда бежит молодой человек… закричал: стара дурак…
Кочергин. А! это Сухожилов… он еще ругается.
Итальянец. Я совсем не стара… совсем не дурак… он толкай меня, о… разбил мой Наполеон… мой Вольтер… нога сломай Тальони… ну куда без ноги годитсь Тальони… возьмите себе… Вольтер… Деньга подай, деньга за мой бюсты!
Кочергин. Да мне-то что за дело? Зачем ты сюда пришел, черт возьми!
Итальянец. Как на что! Деньга… он показал мне на вашу дверь… Вот мой статуй. (Снимает и рассматривает.) Ай-ай!
Кочергин. Да не кричи так! Сорок пять и никого!
Итальянец. Се n’est pas bien…[6] обижать так честна итальянца… мой вам ничего не сделай…
Кочергин. Да замолчишь ли ты, дурак… говори, в чем дело, пустая голова.
Итальянец. Что… вы ругай… не карашо, синьор, ругать честна итальянец… Я не дурак! Не пуста голова.
Ma[7] — зачем вы так бранитесь,
Я не глупа человек:
Regardez-vous,[8] осмотритесь, —
Я с умом ношусь весь век.
Был я прежде лазарони,
Да на разум вдруг попал:
Продавать не макароны,
A les grands[9] синьора стал.
У меня карманы пусты,
Так фортуна чтоб нажить,
По домам носить стал бюсты,
Стал чужою слава жить,
У меня есть Шиллер, Гете…
Все, о ком известна я,
Tout ce qu’il у а[10] ума на свете,
Всё на голова моя!
Кочергин. Ха-ха-ха! А всё-таки я ничего не понимаю…
Итальянец. Как не понимай… видит… (Показывая на лоток.) Il a cesse mes statues…[11] разбил… отдайт мне деньга, синьор… нехорошо обижал бедна итальянца…
Кочергин. Ну хорошо, отдам, отдам, только не кричи… Ты, как я вижу, малый горячий.
Итальянец. Будешь горяча малый… когда обижай… что мне теперь делай с моей статуй разбитой… купите, синьор, что-нибудь.
Кочергин. Ну, сколько же тебе надо за разбитые статуйки…
Итальянец. Мой уж сказал ви… за Гете рубль сорок копейка, за Вольтер два рубли пятьдесят копейка, за Талиони три рубль…
Кочергин. Что дорого?.. Ты говори настоящую цену… я у тебя, может быть, и для себя что-нибудь куплю… Итальянец. Нельзя дешевле, синьор, никак нельзя… уж так положено…
Наша брат такой товаром
Карашо вся цена знай,
Можно всё продай задаром,
Только деньга нам давай.
Trois[12] рубль за Шиллер с Гете,
Много ль тут за два синьор?
Матерьял возьми в расчете,
Выйдет вздор, parole d’lioimeur.[13]
За Сенека, за Гораций,
За Сократ и за Платон
По полтина ассигнаций
Можно взять за chaque peisonne.[14]
Нынче древняя персона
Очень дурно сходит с рук,
А вот Эльслер и Тальона
По целкова кажда штук.
За пять рубль отдам Венера
И большой Наполеон;
Два с полтиной за Вольтера,
За Руссо и Аполлон.
Меньше взять нельзя по чести
За такой большой людей,
А гуртом отдам всех вместе
За четырнадцать рублей.
Кочергин. Вот так! Отчего же это за Наполеона-то два двугривенных, а за эту, как ее…
Итальянец. Талиони…
Кочергин. Да, за эту мадам три с полтиной? Что ей за честь такая?
Итальянец (ставя два бюста рядом). Вот что-с! Regardez…[15] та Талиони немножко повыше; а Наполеон пониже… вот разнис.
Кочергин. Понимаю… кто больше, тот и дороже…
Итальянец. Точно так, синьор. Пожалуй же деньга мне… Всего шесть рублей без десять копейка… этот молодой персон, который выбежал отсюда из двери, как il furioso,[16] и скажи мне, что я здесь получит…
Кочергин. На вот, будет с тебя; тут пять рублей; ведь за другого плачу, только жаль тебя… ступай с богом.
Итальянец. Благодарю… А больше, синьор, ничего не купит? Rien?[17]
Кочергин. Нет, ничего не надо… ступай.
Итальянец (уходя). Возьмит, синьор, хоть Сократа; такой тяжелый… голова болит! Prenez…[18]
Кочергин. Ничего не надо, ступай… вперед не таскай таких тяжелых болванов, от которых голову ломит.
Итальянец уходит.
Явление 13
Кочергин, потом Сухожилов.
Кочергин. Вот еще народец! Затем пришли в Россию, чтобы болванами торговать; точно русские не могли бы того же делать… Впрочем, у всякого человека свое пропитание…
Входит Сухожилов.
Ба! Вы зачем пожаловали… я ведь вас просил не посещать нас больше.
Сухожилов. Знаю. Я ушел от вас с твердым намерением исполнить ваше требование; но я пораздумал и воротился к вам… по крайней мере узнать причину вашего гнева… оправдаться…
Кочергин. Оправдаться… ха-ха-ха! Поздно! поздно!
Явление 14
Те же и Лидия.
Кочергин. Ты зачем?
Лидия. Ах, папенька… Я услышала голос моего Валерьяна… он почти плачет…
Кочергин. Нечего нежничать; я уж сказал, что между вами всё кончено… Сорок пять и никого!
Явление 15
Те же и слуга.
Слуга. Письмо от господина Стружкина. (Отдает письмо Кочергину и уходит.)
Кочергин берет письмо. Сухожилов украдкой подходит к Лидии, и они вместе плачут.
Кочергин. От Стружкина?.. (Читает.) «Милостивый государь! Валерьян Андреич нисколько не виноват в том, в чем его сегодня перед вами обвинили… потому что под видом этих обвинителей — татарина, старухи и итальянца — был я…» Что такое? «Он поступил со мною неблагородно, выдав меня перед вами за паяца, так что я подвергался вашим насмешкам. Я хотел отмстить ему тем же. Вы не узнали меня, и я достиг своей цели, но я не хочу продолжать моей мести и открываю вам всё. Валерьян любит вашу дочь; пусть он будет с нею счастлив и научится вперед необдуманнее оценять людей! Прилагаю при сем и ваши пять рублей, взятые мнимым итальянцем».
Сухожилов. Что я слышу? Боже мой!
Кочергин. Ха-ха-ха-ха-ха! Так это был он! И я не узнал его… Вот когда надо было смеяться, а не давеча… Точно, мы его обидели… ха-ха-ха! Молодец!..
Сухожилов. Слава богу! Наконец объяснилось… Я точно виноват перед Стружкиным и сейчас пойду просить прощения… Он благородный малый.
Кочергин. Ха-ха-ха! Вот комедия… не плачьте же… подите ко мне… ничего не бойтесь… ха-ха-ха! (Обнимаются.) Только, чур, пойдем играть на биллиарде: уж я и так сегодня целый день моциону не имел… Ах, как он нас обморочил! Ха-ха-ха!
Ха-ха-ха! Должно признаться,
Он нас очень насмешил,
И от смеха удержаться
Не стает уж наших сил.
(К публике.)
Но для нас всего важнее
Ваш серьезный приговор, —
Так решите поскорее,
Насмешил ли вас актер?