Ликориса
Ко пастуху въ тѣни древъ сѣдша на колѣни,
Пастушка дѣлала возлюбленному пѣни:
Съ другими говоритъ играешь часто ты;
Не нравятся ль тебѣ другія ужь цвѣты?
Не хочешь ли меня ты вѣчно обезславить,
И лилію сорвавъ поруганъ стебль оставить?
Любовница моя измѣны не найдетъ,
Съ небесъ доколѣ Фебъ отъ насъ не отойдетъ,
Доколѣ освѣщать меня лучъ солнца будетъ.
Такъ Ликорису въ сей любовникъ день забулетъ,
Вить солнце въ сей же день сойдетъ во глубину;
Я ночью въ небеса на солнце не взгляну;
Но солнце укатясь изъ моря возвратится,
А Клеоменовъ жаръ ужъ вѣчно укатится.
Свидѣтельствуйте вы цвѣты, я кои зрю,
Что я измѣны ей по смерть не сотворю.
Свидѣтельствуйте вы сіе потоки рѣчны,
Что всѣ сіи слова мои чистосердечны!
Клянусь предъ вами здѣсь и моремъ и землей,
Что буду вѣренъ я до самой смерти ей.
Свидѣтели твои цвѣты сіи увянутъ,
А токи сихъ минутъ здѣсь больте течь не станутъ;
Мнѣ знаки вѣрности не едакъ докажи.
Я здѣлаю то все, лишъ только ты скажи.
Хоть вѣтръ и встрѣтится, плыви одной дорогой.
Я и быти не хочу ревнивою и строгой
Но естьли ставишь ты меня своей драгой;
Такъ меньше ты играй съ пастушкою другой.
Тучнѣйшая не льститъ меня чужая нива:
И толь я въ етомъ правъ, колико ты ревнива.
Когда съ другими я пастушками шучу;
Ты думаешь, я ихъ уже любить хочу.
Обманываешься; не то любви примѣты:
То яблонны цвѣты, а ето пустоцвѣты,
И яблокъ никогда они не принесутъ;
Такъ ложна мысль твоя, не праведенъ твой судъ.
Пастушка пастуха цѣлуетъ обнимая,
Багрѣя, нѣжася, какъ роза среди Мая.
Въ очахъ любовника прекрасняй всѣхь она:
Блистаетъ между звѣздъ на небѣ такъ луна:
И солнечны лучи во жаркомъ самомъ лѣтѣ.
Внушаютъ радости сладчайшія на свѣтѣ.
Вкусивъ дражайщій плодъ любовникъ говоритъ:
Ахъ! Мало человѣкъ судьбу благодаритъ,
Имѣя таковы во младости забавы,
Важнѣйшія сто кратъ величія и славы.
Коль я въ моей любви не буду зрѣть измѣнъ,
Пастушка говоритъ: любезный Клеоменъ!
Коль буду я всегда довольна такъ какъ нынѣ;
Не можетъ щастія быть больше и богинѣ.