На деревенском кладбище
У косогора за деревней,
Где деды лапотки плетут,
Есть, окружен оградой древней,
Последний праотцев приют.
Там ивы, тощи и горбаты,
Семьею грустной расцвели,
Могилы, временем пожаты.
Не всех жнецов уберегли.
Страдальцы спят, без хмеля пьяны;
Забыты горе и мечты.
Как были серы их кафтаны,
Так ныне серы их кресты.
Душа скорбит, тоской об’ята…
Вдруг- безымянные холмы…
Здесь разве брат отыщет брата,
Как милый образ в царстве тьмы?..
Здесь воздух полн очарований,
И в этой чуткой тишине
Как будто тысячи молчаний
Кипят и плещутся извне.
Да лист сухой, спадая с клена,
Прошелестит, к земле припав,
Да прогудит, как эхо стона,
Пчела-работница из трав.
С весною силою волшебной
Жизнь вызывает теплота…
Вон там пушистой почки вербной
Белеет кокон у креста.
Пригретый — лопнул кокон нежный,
И пестрокрылый мотылек
Вспорхнул, и путь его безбрежный
Так лучезарен, так широк!
Из надмогильного покрова
Не пресмыкаться, а летать.
Он возродился к жизни снова,
Стал вольной волею дышать.
О, если б то же возрожденье
Вам, отошедшим, было вновь…
И сердце плачет от волненья,
Но плачет молча, как любовь…