Уже!
Уже голодище
            берет в костяные путы.
Уже
        и на сытых
        наступают посты.
Уже
        под вывесками
            «Milch und Butter»
выхващиваются хвосты.
Уже
    на Kurfürstendamm’е
*
            ночью
перешептываются выжиги:
«Слыхали?!
        Засада у Рабиновича…
Отобрали
    «шведки
*
» и «рыжики
*
».
Уже
        воскресли
              бывшие бурши
*
.
Показывают
         буржуйный норов.
Уже
        разговаривают
           языком пушек
Носке
*
и Людендорф
*
.
Уже
       заборы
       стали ломаться.
Рвет
    бумажки
        ветра дых.
Сжимая кулак,
        у коммунистических прокламаций
толпы
    голодных и худых.
Уже
        валюта
         стала Луна-парком
*
—
не догонишь
          и четырежды скор —
так
      летит,
    летит
        германская марка
с долларных
         американских гор.
Уже
        чехардят
*
            Штреземаны и Куны.
И сытый,
    и тот, кто голодом глодан,
знают —
    это
          пришли кануны
нашего
    семнадцатого года.