В контексте прогрессивных идей       Анастасия Прилепская       Законопроект «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты РК по вопросам информации и коммуникаций», разработанный в профильном ведомстве, представлен для общественного обсуждения. О том, как поправки могут повлиять на взаимодействие между СМИ, государством и обществом, и какие из положений законопроекта вызовут полемику, нам рассказал председатель правления АО «Казконтент» Чингиз ШАРАПИЕВ.        — Чингиз Баймухаметович, сейчас обсуждение законопроекта только начинается в рамках рабочей группы, в которую входят представители СМИ и медиахолдингов, юристы, депутаты Парламента и общественные деятели. Как бы вы прокомментировали поправки в целом?    — В первую очередь важно то, что законопроект представлен в открытом доступе. Здесь необходимо отметить большую работу, проделанную новым Министерством информации и коммуникаций по организации общественного обсуждения поправок. Кроме того, думаю, это уникальный случай, когда рабочая группа по проекту нормативно-правового акта включает более 50 человек. В нее входят эксперты во многих областях, и уверен, что до представления в Парламент законопроект будет усовершенствован.   Что касается отдельных положений, то действительно есть прогрессивные предложения, и есть те, которые требуют более тщательной проработки.        — К каким из них можно отнести включение в обязанности журналиста проверки достоверности информации?    — По моему мнению, именно так изложенная правовая норма не будет работать в полной мере и вызовет трудности в правоприменительной практике. Ее необходимо в законе прописать более подробно, четко и конкретно.   Здесь важно понимать, что достоверность публикуемой в СМИ информации — актуальный вопрос, тем более сейчас, в век развития информационных технологий. Нельзя забывать, что достоверность — это, прежде всего, вопрос этики. В целом я поддерживаю эту идею в законопроекте, но считаю, что ключевым является вопрос нахождения правильных юридических формулировок.        — Одним из позитивных изменений эксперты называют дополнение 18-й статьи Закона «О СМИ», согласно которому компании квазигосударственного сектора обязываются предоставлять прессе информацию. Как повлияет принятие такой поправки на взаимоотношения СМИ и госхолдингов?    — Здесь опять-таки нельзя не отметить, что сама идея очень хороша. Начну с того, что на уровне профильного министерства, иных государственных органов ведется системная работа по позиционированию государственных органов в масс-медиа. В моем понимании всю эту работу можно укрупнить и сосредоточить в одном месте, или, скажем так, расставить акценты, назовем это PR-планом министерств, ведомств и акиматов. И в эту систему предлагается встроить и квазигосударственные компании. Позитивная, прогрессивная идея — формировать у читателей четкое представление о том, чем занимаются государственные органы, и чем — квазигоссектор.   Правильный, грамотный PR здесь, на мой взгляд, намного важнее, чем просто доступность информации о деятельности. Вопрос в том, что информация госорганов на самом деле довольно специфична сама по себе, и, получив доступ к ней, далеко не каждый в ней разберется. Получается, если просто раскрывать данные, ситуация в корне не изменится.   То есть идея хорошая, но сама постановка вопроса требует переосмысления. Квазигосударственный сектор однозначно должен быть открыт и максимально прозрачен. Как пример, все знают, что «КазМунайГаз» работает с нефтью и газом, а «КТЖ» — компания, связанная с перевозками по железной дороге. Но важно понимать, как ведется эта работа, как осваиваются средства, куда направляются, какие планы у компаний по развитию, по инвестициям. Есть другие компании и госхолдинги. Например, «Байтерек», «КазАгро», «Даму». Если просто открыть их данные, там будут сухие колонки цифр и чертежей, которые рядовым гражданам в основном непонятны и не интересны. Они могут заинтересовать только специализированные издания и экономических аналитиков.   Думаю, введение в законодательство обязанности предоставлять информацию — только начало работы, часть большого «пазла», итогом которого будет открытость квазигосударственного сектора.   Учитывая, что в казахстанской экономике по-прежнему высокая доля участия государства, в дальнейшем госхолдинги, которые осваивают бюджетные средства, должны будут объяснять свою деятельность в СМИ и на своих интернет-ресурсах понятно, кратко и доступно, тогда, думаю, многие вопросы об их закрытости будут сняты.        — Вопрос, который сегодня волнует многих журналистов и руководителей СМИ, — опровержения. Одной из поправок предлагается закрепить параметры опровержений и сделать акцент на досудебном решении этого вопроса.    — Это очень хорошая идея, поскольку здесь создаются понятные правила игры для обеих сторон. Но и здесь необходимо проанализировать, как норма работала все это время на практике. И еще важный момент, о котором нельзя забывать: СМИ — это инструмент, который сейчас меняется, как по названию, так и по содержанию. Допустим, переписка в социальных сетях двух людей, если это публичные, популярные персоны, имеющие большое количество подписчиков, одновременно является и инструментом воздействия на аудиторию. И здесь опровержение — достаточно острый вопрос, но законопроект пока не дает ответа, как в этом случае процесс будет регулироваться. Это, мне кажется, начало большой дискуссии, в центре которой будет вопрос, что сегодня является СМИ?   Люди давно уже проводят время в социальных сетях и там получают информацию. Фейсбук по закону является интернет-ресурсом, но это просто фиксация очевидного факта. А является ли он СМИ? Как в нем будет работать норма об опровержении? Это уже вопросы будущего, над которыми должно думать не только государство, но и общество.   Есть общепринятые человеческие принципы, они как маяки, которые нельзя сдвинуть в угоду чьим-то интересам. Вопрос корректного общения, вопрос опровержения необходимо рассматривать именно в этой плоскости, сквозь призму базовых общечеловеческих ценностей. И на их основе необходимо строить коммуникации, вырабатывая законодательные меры регулирования, если они в конкретном случае необходимы.        — Если мы заговорили об интернет-ресурсах и социальных сетях, то остается открытым вопрос законодательных рамок для деятельности блогеров…    — Да, в этом законопроекте нет норм и правил для блогеров. Но этот вопрос был поднят в концепции к законопроекту. Такие прогрессивные идеи должны пройти определенный путь, прежде чем станут законодательными нормами. Они требуют серьезной доработки в части юридической техники и процедур. Можно, допустим, просто вписать в понятийный аппарат закона, кто такой блогер. Можно ввести требование ставить их на учет в министерстве. Но это позволит получить только данные о количестве блогеров, а их деятельность закон никак не будет регулировать.   Есть мнение, что эта норма нужна больше для административных процедур, для формализации отношений между блогерами, исполняющими заказ, и заказчиками. Не секрет, что для блогеров это достаточно хороший инструмент монетизации своей популярности.   В целом я согласен с тем, что для социальных сетей необходимо правовое поле. Раньше звучали предложения о принятии отдельного закона об Интернете. Но ведь Интернет это в большей степени технический инструмент. А то, что внутри, то, чем наполняются социальные сети и ресурсы, — контент, которому сейчас стоит уделять особое внимание, независимо от инструмента. Необходимы правила и рамки именно для контента в социальных сетях. И этот вопрос, думаю, нам еще предстоит обсуждать в будущем.        — Каких еще изменений в сфере информации и коммуникаций в Казахстане следует ожидать, на ваш взгляд?    — Этот законопроект, думаю, является одним из первых шагов в предстоящей большой работе. В современном мире все меняется очень быстро, изменения сейчас происходят с невероятной скоростью, сложно предсказать, что будет через 10 лет, на каком уровне будет интеграция Интернета в нашу жизнь. Основой, на которую можно и нужно опираться, должны стать контент и коммуникации. И вот этими поправками как раз апробируются идеи социальных коммуникаций, правила обмена информацией между госорганами и СМИ, между СМИ и гражданами.   Также следует обратить внимание на интеграцию информационных систем.   Как пример, поисковик Google является информационной системой, в основе которой сложный алгоритм, и множество людей ежедневно работает над улучшениями. Как результат, пользоваться этой системой просто и удобно. Кроме того, сейчас в мире широко применяются такие алгоритмы, как Big data — обработка больших объемов данных, есть немало других трендов.   Считаю, что все информационные системы, существующие на средства государства, должны быть интегрированы между собой, доступны и полезны. Могу отметить, что новое Министерство информации и коммуникаций сейчас делает ставку на клиентоориентированность, объединяя информацию и коммуникации как инструмент ее распространения. И в этом направлении в ближайшем будущем нам всем предстоит большая работа.       По сообщению сайта Zakon.kz 