«Насколько планы Китая согласуются с планами реиндустриализации Казахстана в формате ЕАЭС, а главное – как расширять экономическое сотрудничество с Китаем, не вступая в конфликт с Россией, которая уже сейчас достаточно ревниво воспринимает сопряжение ЭПШП и «Нурлы жол», — анализу последних договоренностей между Казахстаном и Китаем посвящен материал профессора Константина Сыроежкина, специально для CABAR.asia.   В настоящее время двустороннее сотрудничество между Казахстаном и Китаем развивается в рамках сопряжения китайской идеи формирования экономического пояса на Шелковом пути (ЭПШП) и казахстанской национальной программы «Нурлы жол». Именно на это нацелены все последние договоренности между Казахстаном и Китаем.   Хотя имеет место большое число проблем, связанных как с практической реализаций ЭПШП в Центральной Азии, так и с сопряжением ЭПШП с ЕАЭС и национальными программами развития, тем не менее, нельзя не признать того факта, что Казахстан дальше всех государств Центральной Азии продвинулся в этом вопросе.   Причина вполне объяснима – во-первых, ЭПШП и программа «Нурлы жол» почти идеально совпадают. Во всяком случае, в тех аспектах, которые касаются транзита через территорию Казахстана грузов из Китая, а также развития транспортной и логистической инфраструктуры на территории Казахстана. Во-вторых, Китай предоставляет щедрые кредиты и готов финансировать не только проекты в рамках ЭПШП, но и проекты, которые намечено реализовать в рамках программы «Нурлы жол».   Скорее всего, именно этим и объясняется тот факт, что, несмотря на озабоченность Казахстана проблемой сопряжения ЭПШП и ЕАЭС, одной из особенностей его участия в практической реализации ЭПШП является то, что происходит оно не в треугольнике ЕАЭС – ЭПШП – национальные программы, а с ЕАЭС и ЭПШП в отдельности. Причем, судя по последним документам, подписанным с китайской стороной, руководством Казахстана вопрос о сопряжении всех трех концепций даже не ставится. Главный акцент во всех этих документах сделан на сопряжении ЭПШП и «Нурлы жол».   На сегодняшний день сформирована «дорожная карта» расширения сотрудничества между Казахстаном и Китаем практически во всех сферах экономики, а также создана совместная рабочая группа по сопряжению ЭПШП и «Нурлы жол». Расширять и углублять сотрудничество планируется в нескольких направлениях.   Специфика процесса сопряжения: инфраструктура и логистика   Первое направление развитие транзитного транспортного коридора, создание логистических центров на территории Казахстана и упрощение процедур (таможенных, налоговых, финансовых и т.д.) в целях расширения объемов взаимной торговли. Цель забрать часть потока товарооборота между Китаем и Европой.   В настоящее время активно реализуются проекты, связанные с созданием инфраструктуры.   Самый крупный проект – завершение в 2016 г. строительства международного транзитного автомобильного коридора «Западная Европа Западный Китай (берет начало в Санкт-Петербурге, конечная точка Ляньюньган). Правда, на сегодняшний день стало очевидно, что этот срок будет сорван. Проблема в том, что 49 фрагментов дороги не соответствуют нормам утвержденных ТЭО, а на ряде участков работы даже не начинались, не говоря уже о серьезном превышении сметной стоимости строительства. Но главная проблема – отсутствие российского участка дороги, без которого весь проект теряет смысл.   Второе — железнодорожный транспорт. Завершение строительства железной дороги Хоргос – Алматы – Тараз – Шымкент – Кызылорда – Актау и ветки Боржакты Ерсай, являющейся инфраструктурной основой паромного комплекса Курык мощностью 4 млн. тонн грузов в год на берегу Каспийского моря.   Конечная цель создания железнодорожной инфраструктуры — увеличение объемов транзитных грузоперевозок через Казахстан до 35 млн. тонн ежегодно. Кроме того, планируется до 2020 г. обновить 650 локомотивов, порядка 20 тыс. грузовых и 1138 пассажирских вагонов и капитально отремонтировать 302 железнодорожных вокзала.   Третье модернизация морского порта Актау, расположенного на Каспии. Сейчас в Актау осуществляется ряд проектов по модернизации и расширению перевалочных мощностей, чтобы к 2020 г. увеличить пропускную способность порта до 19 млн. тонн.   К сожалению, пока практически ничего не делается для создания логистических центров на территории Казахстана, а главное – в плане упрощения таможенных и визовых процедур, что не требует больших финансовых затрат, но формирует условия для снижения стоимости экспортно-импортных операций и увеличения объемов двусторонней торговли.   Одна из проблем сегодняшних казахстанско-китайских отношений заключается в том, что, несмотря на динамичное развитие экономических контактов между двумя странами, объемы двусторонней торговли в последние годы сократились вдвое. Причем, как по импорту китайских товаров, так и по экспорту казахстанских товаров (см. Таблицу 1). А это означает, что заявленное на высшем уровне увеличение объемов двусторонней торговли к 2020 г. (ранее планировалось к 2015 г.) до 40 млрд. долл., по-видимому, невыполнимая задача.      Торговые операции КНР с Казахстаном в 2013-2015 годах (по данным таможни КНР и РК) (млн. долл.)   Скорее всего, это объясняется социально-экономическими проблемами как в Казахстане, так и в Китае, снижением покупательной способности казахстанцев и сокращением объемов производства продукции, экспортируемой из Казахстана в КНР. Однако, свою «лепту» вносят и те проблемы, о которых говорилось выше.   Тем не менее, Китай остается крупнейшим торговым партнером Казахстана, занимая первую строчку в импорте из Казахстана и вторую позицию по экспорту в Казахстан. И именно отсюда возникает одна из проблем в двусторонних отношениях, связанная с доминированием на рынках Казахстана китайских товаров.   Здесь есть несколько взаимосвязанных вопросов. Во-первых, это существенно снижает возможности Казахстана по реанимации собственного производства. Во-вторых, казахстанско-китайские торговые отношения имеют очень высокую коррупционную составляющую (данные между китайской и казахстанской статистикой по объемам двусторонней торговли расходятся на 4-6 млрд. долл. ежегодно). В-третьих, несмотря на некоторое снижение доли СУАР КНР во внешней торговле между Казахстаном и Китаем, она остается внушительной, особенно в отношении импорта из Китая. И это вполне объяснимо, поскольку именно это направление внешнеторговой деятельности отдано на откуп частнику и «челнокам».   В ближайшей и среднесрочной перспективе что-то изменить в этих вопросах вряд ли возможно. Вне сырьевых отраслей Казахстан, в сравнении с КНР, абсолютно неконкурентоспособен. Следовательно – мы обречены на китайский товарный бум, а потому можно говорить о том, что китайская товарная экспансия в Казахстане фактически состоялась. Как фактом является и то, что экономика Казахстана превратилась в сырьевой придаток экономики КНР.   Специфика процесса сопряжения: индустриальные проекты   Второе направление в рамках «дорожной карты» сопряжения ЭПШП и «Нурлы жол» — совместные индустриальные проекты. В первую группу входят около 45 проектов, по 25 из них уже подписаны соглашения на общую сумму в 23 млрд. долларов. По словам вице-министра по инвестициям и развитию РК Е. Хаирова, общая программа сотрудничества в индустриально-инвестиционной сфере предусматривает реализацию 51 проекта с согласованным объемом китайских инвестиций в 26 млрд. долл.   По данным Е. Хаирова, все эти проекты «представляют собой уникальные производства с использованием современных технологий» и позволят создать порядка 15 тыс. рабочих мест, а также существенно повысить квалификацию казахстанских специалистов. Они будут реализованы в обрабатывающем секторе и в сфере инфраструктуры, а именно в металлургии, переработке нефти и газа, химической промышленности, машиностроении, энергетике, легкой промышленности, переработке сельскохозяйственной продукции, транспорте и логистике, новых технологиях и производстве товаров народного потребления.   Звучит это привлекательно и действительно актуально для Казахстана и созвучно с программой «Нурлы жол». Однако, было бы лучше, если бы Министерство по инвестициям и развитию РК опубликовало полный список этих предприятий, а еще лучше – программу индустриально-инвестиционного сотрудничества Казахстана с Китаем. Во всяком случае, это не только сняло бы массу вопросов, но и предупредило бы возникновение новой волны синофобии.   Пока, к сожалению, понятно лишь одно – Казахстан является безусловным лидером по привлечению китайских инвестиций. По итогам визита Н. Назарбаева в Китай в мае 2014 г. оговоренная сумма китайских инвестиций в экономику Казахстана составила 10 млрд. долл. Во время визита премьера Госсовета Ли Кэцяна в Казахстан в декабре 2014 г. были подписаны контракты на сумму 14 млрд. долларов. Во время визита Н. Назарбаева в Китай в сентябре 2015 г. сумма подписанных контрактов составила 24 млрд. долл. Во время визита К. Масимова в декабре 2015 г. сумма подписанных контрактов составила 10 млрд. долл. Другими словами, только за два последних года Казахстан подписал с Китаем контрактов на 48 млрд. долларов, а общий объем китайских инвестиций в экономику Казахстана превысил 70,6 млрд. долларов.   Плохо это или хорошо, судить не берусь. Главное – эффективно использовать эти кредиты. Не менее значимо и понимание того, что в основе ЭПШП лежит отнюдь не забота о развитии промышленного потенциала стран, через которые он будет проходить, а прежде всего – интенсивное развитие западных регионов Китая и их превращение в транспортно-логистический, внешнеэкономический, а в перспективе и финансовый хаб «Большой Центральной Азии».   Выводя излишние производственные мощности за пределы своей территории, Китай тем самым реализует свою политику «выхода за пределы», а потому по каждому конкретному проекту нужно внимательно смотреть, насколько он отвечает национальным интересам Казахстана. Например, Китай заинтересован в вынесении за рубеж экологически грязных производств. Вопрос, насколько выгодно Казахстану размещение таких производств на его территории.   Во-вторых, насколько эти планы Китая согласуются с планами реиндустриализации Казахстана в формате ЕАЭС, а главное – как расширять экономическое сотрудничество с Китаем, не вступая в конфликт с Россией, которая уже сейчас достаточно ревниво воспринимает сопряжение ЭПШП и «Нурлы жол».   В-третьих, насколько Казахстан готов к реализации этой программы с точки зрения ее кадрового и технологического обеспечения. Необходимых и профессионально подготовленных для подобного производства трудовых ресурсов в Казахстане нет, как недостаточно знаний и технологий.   Однако, главное опасение связано с тем, что вслед за китайскими инвестициями приходят китайские рабочие руки, что вовсе не играет на пользу региону с избыточной собственной рабочей силой, каковым является Центральная Азия. Во всяком случае, уже в первом полугодии 2015 г. разрешений на работу в Казахстане получили 12,36 тыс. граждан КНР (в 2014 г. их было 6,5 тыс.). Вполне очевидно, что с началом масштабной реализации проекта по переносу избыточных китайских мощностей в Казахстан численность китайской трудовой миграции возрастет многократно, а как член ВТО, в ограничении потока китайской трудовой миграции Казахстан сможет лишь уповать на добрую волю Китая.   Специфика процесса сопряжения: наука и высокие технологии   Третье направление «дорожной карты» сопряжения ЭПШП и «Нурлы жол» сотрудничество в области наукоемких отраслей и секторов высоких технологий. Здесь с Китаем обсуждается вопрос о выборе одного-двух направлений, по которым Казахстан и Китай будут проводить кооперацию как на уровне научных институтов, вузов, так и в области создания совместных производств.   Пока конкретные проекты, которые предполагается реализовать на данном направлении, не согласованы. Во всяком случае, информации по ним нет. Скорее всего, они будут касаться тех приоритетных направлений, которые определены Китаем на 13-ю пятилетку и, несомненно, интересны Казахстану. Главный вопрос – обеспеченность будущих предприятий кадрами.   Специфика процесса сопряжения: аграрный сектор   Четвертое направление «дорожной карты» сопряжения ЭПШП и «Нурлы жол» – сотрудничество в агросекторе. Несмотря на протесты национал-патриотов, уже сегодня в агросекторе Казахстана Китай реализует 19 проектов на 1,7 млрд. долларов. Кроме того, в последнее время согласованы проекты создания еще нескольких крупных совместных проектов в сфере сельского хозяйства.   Компания Rifa Holding Group будет инвестировать средства на строительство в восточно-казахстанской области (ВКО) мясокомбината с годовой мощностью 17 тыс. тонн баранины и говядины, и возведение откормочных площадок на 50 тыс. голов МРС и 1000 голов КРС. 80% продукции предприятия ориентировано на экспорт в Китай. Стоимость проекта оценивается в 7,9 млрд. тенге.   Корпорация CITIC подписала соглашение с холдингом «Байтерек» по реализации проектов касающихся создания откормочных площадок и бройлерных птицефабрик.   Промышленная группа AIJIU совместно с Total Impex будет реализовывать в СКО проект по глубинной переработке масленичных и зерновых культур на сумму 58 млн. долларов. Проектная мощность завода составит 80 тыс. тонн растительного масла, 200 тыс. тонн муки и 200 тыс. тонн кормов в год.   Производство и переработка томатов в Казахстане стало приоритетным направлением сотрудничества для компании COFCO, которая совместно с «Евразия Агрохолдинг» намерена инвестировать в создание кластеров по выращиванию помидоров и производство томатной пасты сразу в нескольких регионах республики – Кызылординской области, ВКО и ЗКО. Стоимость этих проектов оценивается в сумму более чем 80 млн. долларов. Производственная мощность – 120 тыс. тонн продукции в год.   Финансовая группа из Гонконга Oriental Patron собирается вложить средства в развитие казахстанской компании «Казэкспортастык» для развития в РК глубокой переработки сельхозпродукции для дальнейшей ее поставки на рынки Китая. Общая сумма инвестиций около 500 млн. долл.   И хотя мораторий на внесение поправок в «Земельный кодекс РК» продлен до 31 декабря 2021 г., думается, это мало повлияет на расширение сотрудничества между Казахстаном и Китаем в аграрной сфере. Тем более, эта сфера сотрудничества является весьма перспективной и взаимовыгодной, конечно, если грамотно составлять контракты и следовать в них не интересам отдельных чиновников, а интересам государства.   Все сказанное выше свидетельствует о том, что направления сопряжения ЭПШП и «Нурлы жол» не только найдены, но обрели реальные очертания в виде конкретных проектов, но главное – они уже обеспечены финансово. Дело за малым – постараться как можно более эффективно использовать выделенные финансовые ресурсы и полностью учесть при этом государственные интересы Казахстана.                                 