О том, что сегодня происходит в банковском секторе страны, рассказал Марат Каирленов     Банковская система страны в конце прошлого года стала центром жарких обсуждений. Сразу два игрока оказались на скамье запасных после приостановления на три месяца лицензии на прием депозитов физических лиц — Казинвестбанк и Дельта банк. В первый финансовый институт вошла временная администрация, второму в конце декабря было вновь разрешено принимать депозиты и открывать банковские счета физических лиц. Что сегодня происходит в банковском секторе страны, мы обсудили с Маратом Каирленовым, директором консалтинговой компании Ulagat Consulting Group.     — Марат, в конце прошлого года на банковском рынке зазвучали тревожные сигналы. Как вы могли бы оценить сегодняшнюю ситуацию в банковском секторе Казахстана?     — Это начало банковского кризиса. В этом плане показательна ситуация с Казинвестбанком, у которого отозвали лицензию. На мой взгляд, это показатель того, что текущие акционеры не готовы вливать деньги в капитал. Это первое. Вторым моментом является портфель неработающих займов. По официальным данным НБ РК, этот показатель не вызывает обеспокоенности и даже снижался на протяжении прошлого года. Но статистические индикаторы Нацбанка об уровне неработающих займов (NPL) не отражают реальную картину. Поскольку если оценивать показатели банков по МСФО, то недополученные проценты составляют 20−50%. И это реально, поскольку экономика в рецессии, цены на недвижимость, составляющую большую долю залоговой базы, снижаются и т. д. На этом фоне статистические индикаторы Нацбанка не только не отражают глубину проблемы, но даже неправильно определяют тенденции, которые происходят на кредитном рынке.     — Почему, по вашему мнению, информация Национального банка отражает несколько иную картину по NPL?     — Сложно сказать однозначно. Полагаю, тут есть и объективная, и субъективная составляющие. Самое важное, что сегодня Нацбанку пора сменить стратегию «в Багдаде все спокойно» на более реальную. Да, у системы накопились проблемы, но их нужно решать. У нас неплохая банковская система, но реального видения, как будут решаться накопившиеся проблемы и какой будет банковская и в целом финансовая система в будущем, нет. И когда нет этого понимания, акционеры не готовы вливать собственные деньги.     — Каков дальнейший сценарий развития ситуации, по вашему мнению?     — Я думаю, наиболее вероятным вариантом будут сделки по слиянию и поглощению. Здесь я солидарен с главой Народного банка Умут Шаяхметовой. Вероятно, только такие сделки смогут купировать проблемы, накопившиеся в банковском секторе.     — Затронет ли этот процесс крупные банки?     — Вполне возможно. Хотя, конечно, у нас будут пытаться отодвинуть проблемы с крупными банками. Понятно, что у любого крупного финансового института миллионы счетов юридических и физических лиц, это и депозиты, кредиты, и другое, плюс это мощные IT-системы, и очевидно, что слить их в единый институт непросто.     Здесь есть как свои аргументы за, так и против. Например, вспомним, когда в конце года в Bloomberg просочилась информация о том, что Казкому было выделено нетто 600 млрд тенге в течение 10 дней. По сути, это порядка двух капиталов банка, или 1,5% ВВП. Эта история с так называемыми декабрьскими кредитами, по сути, показатель того, что сегодня желающих принимать на себя ответственность за такие решения не так много и они сливают эту информацию вовне, чтобы предупредить, что их склоняют к таким решениям.     — Имеются ли какие-то инструменты для того, чтобы преодолеть этот кризис?     — Готового решения нет. На мой взгляд, сегодня стоило бы возродить тот опыт, когда в прошлый кризис создавали Антикризисный совет. Это была дискуссионная площадка, которая включала исследования и анализ рынка, а также проводились открытые обсуждения, где могли бы совместно с игроками, экспертами, госорганами выработать программу по выходу банковского сектора из трудностей. Сейчас, объективно, никакой конструктивной дискуссии не происходит. Есть отдельные эксперты со своим мнением или видением, но тут должны работать целые команды. Сегодня ситуация напоминает некий «банковский междусобойчик», где банкиры встречаются, что-то решают между собой, но в итоге опять потребуется вливание госденег. И это продолжается на протяжении уже порядка 10 лет.   Сегодня у нас достаточно развитая банковская система. Депозиты и кредиты исчисляется десятками процентов к ВВП. Это значит, что к сектору есть доверие со стороны вкладчиков и это нужно сохранить. Нельзя потерять с таким трудом завоеванное доверие со стороны населения и бизнеса. Уверен, что судьба банковской системы стоит того, чтобы затратить время и ресурсы, на работу различных аналитических групп, чтобы выработать адекватный план по выходу из кризиса и дальнейшему развитию.     — План по поддержке сектора должен был быть представлен в конце прошлого года, но пока о нем ничего не слышно. Что должен включать этот план, по вашему мнению?     — Адекватный анализ глубины проблемы, план по их преодолению (условия государственно-частного партнерства) и в целом видение будущей банковской и финансовой системы страны в будущем.     Думаю, стоит подумать о постепенном переносе с банкоцентричной системы к инструментам фондового рынка (в части, долговых инструментов). Соответственно, там должно быть особое место по развитию инструментов по перемещению рисков (рынку деривативов), секьюритизации, организациям, выполняющим отдельные банковские операции, и т. д.     — Должно ли государство вообще поддерживать фининституты госсредствами?     — Конечно, без вливания госсредств этот кризис будет сложно преодолеть, но тут важно смотреть, на каких условиях предоставляются эти деньги. Должна быть четкая программа, например, государство может влить госсредства, но при условии, что текущие акционеры должны вложить такую же сумму за счет собственных средств, продажи доли или партнеров. Собственники должны принимать какие-то реальные меры, а не пассивно наблюдать за ситуацией. Главное, что госсредства должны стимулировать частные инвестиции.     — Возможна ли национализация банков, как это было в 2008 году?     — Любое огосударствление финансового сектора — это всегда плохо, мы уже проходили это с БТА, и эта ситуация до сих пор не решена. Да, можно национализировать, но с учетом нашей коррупции и незрелости институтов, отсутствия рыночных механизмов — это создаст еще большие проблемы. С учетом той борьбы с коррупцией, которая сейчас ведется, многие побоятся отвечать за эти институты даже при наличии политического влияния и умений.     — Как вы считаете, как скоро банковская система выйдет из кризиса и при каких условиях?     — Боюсь, это может занять от года-двух до 3−5 лет при условии, что будет достигнут межэлитный консенсус о том, что нам нужна здоровая банковская система.   По сообщению сайта Banker.kz 