Компания SAP объявила о своих масштабных планах по развитию концепции Интернета вещей и намерена инвестировать в это направление 2 миллиарда евро. Мы уже рассказывали о той позиции, которой в отношении IoT придерживается глобальный офис SAP. А какова позиция компании и планы по развитию Интернета вещей в регионе СНГ? Об этом нам рассказал Андрей Биветски, генеральный директор SAP Labs в СНГ.      — Андрей, расскажите, как компания SAP видит развитие Интернета вещей?   — Интернет вещей — это огромное количество приборов и устройств в городах и на предприятиях, объединенных в единую коммуникационную систему. Очень важно разделять понятия «домашнего» и «промышленного» Интернета вещей, которым в большей степени занимается компания SAP. Промышленный Интернет вещей работает с гораздо большим количеством устройств и данных, здесь совершенно другие требования к безопасности и непрерывности процесса получения и обработки информации.   Интернет вещей для нас — очень перспективное направление бизнеса. SAP, кстати, недавно объявил о намерении инвестировать около 2 млрд евро в развитие технологий Интернета вещей в течение 5 лет. Вложения планируются как в расширение использования «умных» устройств и больших данных, так и в построение новых сценариев, как в частном, так и в государственном секторе.   — Сейчас довольно много говорят о «бытовом» Интернете вещей, а вот о промышленном — не так активно. Не могли бы вы рассказать о нем подробнее?   — Конечно. Если говорить о промышленном Интернете вещей, то он отличается, в первую очередь, тем, что и к устройствам, и к критериям безопасности сценариев требования гораздо более высокие. Оно и понятно: с помощью промышленного Интернета вещей детали общаются со станками, строительные объекты — с кранами, а автопарк управляется через датчики из центральных систем, это совершенно другой масштаб. Поэтому во всем, что касается промышленного Интернета вещей, уровень безопасности — это ключевой момент. Если мы управляем большими и «тяжелыми» объектами, и хакер проникнет в сеть, то, помимо финансового ущерба, это может привести к появлению опасности для людей, трудящихся на объекте. Мы все понимаем, что такой урон может быть невосполнимым.   Именно поэтому компании, которые занимаются промышленным Интернетом вещей, в том числе и SAP, должны думать не только об экономической эффективности, но и, в первую очередь, об обеспечении должного уровня безопасности. Здесь идет речь и о протоколах, передающих данные внутри сети между объектами, и о датчиках, и о сенсорах, и о технологической платформе, которая собирает и обрабатывает данные с устройств.   Если мы говорим о технологической платформе, то главная задача в концепции промышленного Интернета вещей — превратить большие данные в «умные» данные, чтобы на их базе принимать решения в режиме реального времени. И это открывает огромный потенциал для промышленности. Возможные выгоды можно разделить на две большие группы. Первая — работа компании может улучшиться с точки зрения эффективности бизнеса, стать более быстрой, более оперативно и обдуманно принимать решения. Вторая группа — это когда меняется сама модель бизнеса. Речь идет, например, о компании, которая ранее производила какие-то продукты, получала доходы от продажи и обслуживания этих продуктов, а теперь трансформируется в сторону сервисного подхода. Вот простой пример. Есть кейс немецкой компании Kaeser Kompressoren, одного из крупнейших производителей компрессоров в мире. До недавнего времени компания использовала традиционную модель — продавала огромные компрессоры и осуществляла их техническое обслуживание. Что привнес промышленный Интернет вещей в их бизнес-модель? В какой-то момент, опросив своих крупных заказчиков по всему миру, Kaeser Kompressoren поняла, что, по большому счету, клиентам не нужен сам компрессор, а нужен готовый продукт, — сжатый воздух определенного параметра и в определенном объеме. А сколько при этом будет компрессоров и как они будут работать — это не важно. Компания установила у своих заказчиков большое количество сенсоров, которые замеряют объем необходимого воздуха, то есть конечный результат. Также датчики были установлены на сами компрессоры, чтобы определять их техническое состояние, прогнозировать необходимые ремонтные работы и замены. Заказчику хорошо — ему не нужно думать о закупке оборудования, необходимости вкладывать средства в его техническое обслуживание, держать штат механиков и т.д. Теперь покупается только сжатый воздух. Счета выставляются автоматически — все абсолютно прозрачно. Иными словами, Kaeser Kompressoren перешла от продажи тяжелого оборудования и его обслуживания по запросу к продаже самого воздуха, не требующего капиталовложений со стороны заказчика. Кстати, новая бизнес-модель сработала очень хорошо — продажи компании резко возросли.      — Как SAP развивает это направление в нашем регионе?   — В июне этого года на Инновационном форуме для компаний-разработчиков мы официально открыли центр развития Интернета вещей на базе Лаборатории совместных инноваций SAP в Москве. Это пространство для совместной работы и взаимовыгодного сотрудничества между заказчиками и индустриями с одной стороны, и специалистами центра, партнерами, стартапами и независимыми разработчиками — с другой. Мы занимаемся своего рода евангелизацией данной темы в СНГ, в том числе и в Казахстане: проводим форумы, рассказываем о наших решениях, встречаемся с разработчиками, используем возможности Университетского альянса SAP.   Что мы видим в процессе этой работы? С одной стороны, у рынка есть позитивные ожидания от промышленного Интернета вещей. С другой стороны, существуют независимые разработчики, университетские центры, которые стремятся разрабатывать что-то новое в этой области. Со своей стороны, используя возможности центра развития IoT, мы помогаем участникам процесса найти друг друга. У нас есть формат взаимодействия, Лаборатория совместных инноваций, которая предоставляет доступ к облачной платформе SAP HANA Cloud Platform (HCP), являющейся технологическим ядром любого сценария промышленного Интернета вещей. Фактически, как я говорил ранее, данные со множества датчиков поступают на платформу, которая превращает их в полезную для бизнеса информацию. Эта же платформа предоставляет возможности аналитики и машинного обучения, что позволяет обрабатывать данные и давать обратную связь. В качестве наглядного примера можно привести концепцию «умного» трактора, который не только вспахивает землю, но и собирает множество данных о состоянии почвы, ее влажности, химическом составе. Информация обрабатывается в режиме реального времени и на ее базе принимаются решения о внесении дополнительных удобрений или поливе конкретного участка земли. Эти данные можно соединить с системой централизованных закупок и дать сигнал о необходимости дозакупки и доставки удобрения на определенный квадрат.   Есть также конкретные сценарии в логистике и в промышленности, которые мы уже демонстрировали в рамках SAP Forum в Казахстане в июне этого года. Один из реальных кейсов — это компания Harley Davidson, которая существенно увеличила производительность при сборке кастомизированных моделей мотоциклов и, более того, кардинально изменила модель производства. То есть, теперь каждая деталь с помощью Интернета вещей или межмашинного взаимодействия сообщает обрабатывающему станку то, какой и с какими параметрами она должна сойти с конвейера. Эффективность этих трансформаций очень высока: фабрика, о которой идет речь, стала на 25% более производительной. При этом используется на 30% меньше персонала. Но самое интересное: время сборки индивидуального кастомизированного мотоцикла уменьшилось с 3 недель до 6 часов!      — Получается, что кастомизированный мотоцикл по времени сборки приравнялся к серийной модели?   — Да, это так. И при этом сильно сократились трудозатраты.   — Какие планы стоят перед центром по развитию Интернета вещей в регионе? На чем вы будете фокусироваться?   — Во-первых, на том, чтобы адаптировать международный опыт, куда уже входит около 50 сценариев, для СНГ. Вторая задача — делиться интересными проектами региональных заказчиков или проектами, реализованными в нашем центре, в том числе и в Казахстане, с глобальной средой.   В первую очередь имеет смысл рассказывать о существующих проектах, как я уже сказах, в логистике, в сельском хозяйстве. И это не только «умный» трактор, но и проекты для животноводческой отрасли. Мы также намерены использовать лучшие практики в железнодорожной отрасли. Это опыт с крупнейшим пассажирским перевозчиком Италии Trenitalia, где с помощью Интернета вещей реализован проект предикативного анализа технического состояния подвижного состава. Это позволяет сократить расходы на техобслуживание на 8—10%, экономя десятки миллионов евро в год. Датчики, установленные на узлах подвижного состава, сообщают об их состоянии в центр управления, благодаря чему прогнозируется поломка. То есть, еще до того, как прибор или узел вышел из строя. Этот сценарий применим практически ко всем производствам и бизнес-процессам.   Кроме вышеуказанных отраслей, есть огромный потенциал для использования концепции Интернета вещей в сталелитейной промышленности, да и вообще в непрерывном производстве. В случае со сталелитейной промышленностью — это контроль качества, который сейчас осуществляется электромеханическим способом. Сценарий прогнозируемого качества, который предлагает SAP, позволяет предсказывать свойства выпускаемой продукции c помощью показаний, собранных с производственных датчиков и оборудования. В качестве пилотного проекта была выбрана линия по изготовлению слябов. Сложность заключается в том, что получаемый сляб покрыт толстым слоем шлака, который не позволяет понять состояние стали. Обычно шлак удаляют частично или очищают полностью в машине огневой зачистки. Каждая такая процедура, конечно, стоит денег. С помощью прогнозных моделей SAP можно избежать до 75% операций по контролю качества. О масштабах экономии говорить, полагаю, не нужно.      Интересные кейсы есть и в энергетике. Например, энергетическая компания в Нидерландах с помощью датчиков отслеживает уровень потребления электроэнергии у крупных заказчиков. Одна из интересных возможностей тут — моделирование потребления электроэнергии аналитическими методами. Кроме того, предикативный анализ может выявлять слабые места в системе электроснабжения и минимизировать риски, связанные с ними.   Еще один интересный проект реализован в порту Гамбурга, где система связала 400 объектов логистической сети. Причем, просматривается не только состояние на территории порта, но и прилегающие улицы. Данные обрабатываются и грузовикам сообщается как лучше подъехать на загрузку. Это изменило модель управления портом в корне. Были выявлены узкие места и, как выяснилось, критически важным было даже не количество контейнеров и кранов, а подъездные пути для грузовиков и время их простоя. В итоге были изменены маршруты, светофоры, увеличено количество полос и т.д.   Очень важным направлением для Интернета вещей является здоровье сотрудников, безопасность труда, производственная медицина. Есть сценарий, позволяющий оптимизировать предсменный осмотр сотрудников на предприятиях. У нас уже есть пилотный проект с одной крупной нефтегазовой компанией. Каждую смену к работе приступают несколько сотен сотрудников, и ранее их осматривали десятки врачей. Мы предложили сценарий, основанный на инновационной разработке медицинского кресла, которое замеряет пульс, температуру, давление, состояние зрения и т.д. И эти данные могут отправляться для обработки в центральную базу. Этот процесс можно автоматизировать: если в центральной системе установлен предельный параметр, то «доктор-робот» будет сообщать на турникет о запрете пропуска конкретного сотрудника. Этот подход позволит сократить производственные риски, связанные с человеческим фактором, а также позаботиться о здоровье и безопасности самих сотрудников. Кроме того, можно связать подобные сценарии с ИТ-системой HR, вводить данные о прогулах, недопусках к работе, а далее делать автоматический расчет заработной платы к выдаче.      — Какие наиболее частые опасения заказчиков, связанные с IoT, вы наблюдаете? Как вы их преодолеваете?   — В промышленном Интернете вещей заказчиков больше всего волнует безопасность. Можно, как в случае с Harley Davidson, увеличить производительность, но заказчики опасаются, насколько это надежно. Ведь теперь, если злоумышленник получит доступ к системам, то можно манипулировать технологическим процессом или получить какую-то информацию для передачи третьим лицам.   Здесь мы работаем сразу в нескольких направлениях. Во-первых, наша передовая платформа SAP HANA Cloud Platform позволяет делать грамотные и безопасные сценарии. Мы постоянно инвестируем в улучшение HCP, тестируем ее, тиражируем. На данный момент она уже работает по всему миру. Вторая особенность заключается в необходимости масштабирования технологической цепочки. Что я имею ввиду? Домашний Интернет рассчитан на работу с небольшим количеством устройств и данных, но задача промышленного Интернета вещей — справляться с гигантскими объемами. Задумайтесь, ведь объем данных, которые передает локомотив Trenitalia за один рейс, — это гигабайты и терабайты данных. Для работы с такими объемами нужна мощная технологическая платформа. То есть, безопасность и масштабируемость платформ — это именно то, что волнует наших заказчиков. И мы готовы ответить на эти животрепещущие вопросы.   — Расскажите, пожалуйста, какие активности проводятся SAP на данный момент в рамках развития концепции IoT в Казахстане.   — У SAP большой и растущий бизнес в Казахстане. Мы работаем с такими компаниями, как Kaspi Bank, «Технодом» и т.д. Мы помогаем им внедрять решения для оптимизации бизнес-процессов. Через Центр развития Интернета вещей, о котором я сказал ранее, мы не только ведем диалог с партнерами и предлагаем решения в этом ключе, но и предлагаем доступ к нашей платформе, делимся экспертизой нашего Центра инноваций в Москве. Более того, если нужна глубокая и глобальная экспертиза, то мы предоставляем доступ к ней. И еще наша задача в том, чтобы разрабатывать новые бизнес-модели на территории СНГ и «приземлять» существующие.   В Казахстане мы инвестируем еще и в образование. Одна из таких инициатив — Университетский альянс SAP. Мы сотрудничаем с ведущими ВУЗами в вашей стране.   — На ваш взгляд, готов ли в целом бизнес нашего региона к концепции Интернета вещей?   — Мы видим большой интерес и большой потенциал. Но, тем не менее, есть и проблемы. Например, до сих пор нет общепринятых стандартов в этой отрасли. Многообразие, которое существует сейчас, к сожалению, не идет на пользу. Это не очень хорошо, так как мы должны сопрягать все эти протоколы и решать множество сопутствующих задач. Впрочем, это вопрос не только для Казахстана. Мы сейчас много говорим об этом с регуляторами и общественными организациями.   Но, в общем и целом мы видим, что Казахстан готов к работе с большими данными, готов к концепции Интернета вещей.   По сообщению сайта Profit.kz 