Председатель Госдумы , единоросс Сергей Нарышкин в среду провел на Охотном Ряду заседание «открытой трибуны», посвященное 20-летию российской Конституции, которое будет отмечаться в 2012 году. На данное мероприятие с участием спикера регулярно приглашаются не только представителей провластных организаций, но и оппозиционеры. Обсуждали вопрос, стоит ли вносить в Конституцию РФ изменения или пока оставить основной закон страны в нынешнем виде. Через неделю в России будет отмечаться официальный государственный праздник — День Конституции России. В тот же день — 12.12.12 — президент Владимир Путин огласит свое ежегодное послание Федеральному собранию. Напомним, на последней встрече 30 ноября с представителями парламентских партий в Ново-Огарево Владимир Путин заявил, что не исключает изменения Конституции ради прямых выборов сенаторов (в соответствие со вступающим в силу с 1 января 2013 года законом о новом порядке формирования верхней палаты парламента). Нарышкин, впрочем, еще в самом начале заседания «открытой трибуны» попытался разрушить главную интригу обсуждаемого вопроса, заявив, что считает предложения по изменению Конституции популизмом и что, по его мнению (а значит, по мнению «Единой России»), менять ее не надо. Настрой спикера тем не менее не остановил лидера КПРФ Геннадия Зюганова , который напомнил собравшимся о «царских» полномочиях Путина, чуть было не сравнив его с фараоном, как это сейчас делают египетские оппозиционеры, протестующие против конституционных поправок своего президента Мурси. — У нас по Конституции у президента больше полномочий, чем у царя или фараона, специалисты администрации президента получают втрое больше депутатов Госдумы. Необходимо создать что-то наподобие госсовета на высшем уровне, чтобы он мог корректировать политику президента, — говорил Зюганов. Корреспондент «Газеты.Ru» в кулуарах мероприятия спросил у Зюганова, как он может одновременно судиться с «Единой Россией» и в то же время выступать на мероприятиях, организуемых представителями этой партии. — Есть два способа ведения политики — война и переговоры. Но война тоже заканчивается переговорами, и я всегда за диалог, — улыбнулся глава коммунистов. Лидер «Справедливой России» Сергей Миронов был более практичен и предложил прописать в Конституции, что лишение депутата мандата возможно только по решению суда, намекая на недавнее скандальное лишение мандата голосованием Госдумы депутата от СР Геннадия Гудкова. Наконец, когда слово предоставили общественникам, критически настроенным к власти , дискуссия повернула на более актуальные рельсы — не гипотетических предложений об изменении действующей Конституции, а её соблюдения. — Вопросы Конституции, безусловно, важны для работы государственной машины, но в повестке дня сейчас другой вопрос. Этот вопрос – абсолютная неэффективность работы этой машины на сегодняшний день. Нет механизмов обратной связи власти и общества, нет институтов исполнительной власти, которые могут обеспечить реагирование государства на эту обратную связь, — взяла слово политик Ирина Хакамада. — Надо не менять Конституцию, а привести в порядок ее исполнение. Но для этого власти надо для начала отойти от философии НТВ с «анатомиями протеста», а также от философии социологического подхода к протестующим: если выходит больше 20 тысяч человек – слушаем их, меньше – не слушаем. Главная проблема не изменения Конституции, а нынешнее все большее отторжение общества от власти. Хакамада задала дискурс на следующий час: тема протестов показалась многим выступающим интереснее темы Конституции. Как раз сегодня, 5 декабря, в России отмечается годовщина протестов против нарушений на думских выборах 2011 года. — Надо слушать и протесты двух-трех человек, и ста тысяч. И в этих протестах сейчас все чаще звучит тема передачи части полномочий от президента к парламенту. Да, сейчас рано это делать, но лет через 5–10 эта тема точно назреет, — говорил полпред правительства России в высших судебных инстанциях Михаил Барщевский. — Если бы власть действовала сейчас в стиле власти в 1993 году, Болотную площадь просто расстреляли бы, — поделился своими мыслями по поводу протестов председатель Демократической партии России Андрей Богданов. Наконец, адвокат Шота Горгадзе хмуро отметил, что считает историю Болотной площади ужасной, так как он не видит ни по одну сторону баррикад положительного героя. — Тем не менее я надеялся, что власть испугается этих протестов и сможет измениться, стать лучше. К сожалению, власть не испугалась, — заключил Горгадзе. Периодически тема Конституции всплывала в дискуссии, так, например, лидер «Яблока» Сергей Митрохин привел примеры ее фактического несоблюдения на практике, в частности нарушения принципов демократического светского государства, в котором граждане имеют право на свободу мирных собраний. Наконец, председатель думского комитета по конституционному законодательству и госстроительству единоросс Владимир Плигин , пользующийся репутацией одного из последних либералов в партии власти, выступил с примирительной речью. — Общественное сознание крайне сложная категория, поэтому все предложения по изменению Конституции нуждаются в широком общественном обсуждении. Оставшийся год до 20-летия Конституции надо использовать для того, чтобы как можно больше граждан ознакомились с ее содержанием. Нам надо ориентироваться на несомненное признание ценности Основного закона, гарантий прав и свобод человека, уважения к каждому гражданину. Если эти ценности станут общими для всех граждан, то уже нельзя будет какие-то действия оправдывать высшими государственными интересами, – сказал Плигин. На этой высокой патетической ноте обсуждение изменений в Конституцию, которую «Единая Россия» менять все равно не хочет, и завершилось. — Вам не кажется, что это мероприятие было несколько бессмысленным? – поинтересовались журналисты у выходящего из зала Богданова. — А где сейчас много смысла? Во власти, в Думе, в оппозиции? – философски ответил он.
Конституцию менять не надо, заявил спикер Госдумы Сергей Нарышкин на «открытой трибуне». Оппозиционеры в ответ напомнили ему о необходимости соблюдать действующую. При этом Геннадий Зюганов заявил, что у Владимира Путина больше полномочий, чем у царя или фараона, Сергей Миронов захотел прописать в Основном законе возможность лишения депутатского мандата только по решению суда, а постпред правительства в судах Михаил Барщевский предложил вернуться к теме передачи полномочий от президента к парламенту через 5–10 лет.