В Санкт-Петербурге стартовал процесс по делу судьи Невского райсуда в отставке Надежды Думшенковой, которую обвиняют в аферах с муниципальным жильем. Первое заседание прошло накануне в городском суде Петербурга. Думшенкова, невысокая энергичная брюнетка лет 45, пришла в суд в фиолетовом платье в сопровождении адвоката Геннадия Тюрина и нескольких сочувствующих ей граждан. Обвинение представлял прокурор Александр Мельников. Председательствует на процессе судья Графова. Перед началом заседания возник небольшой конфликт. Думшенкова, узнав, что в зале находится пресса, запротестовала: «Я категорически против присутствия журналистов. Данное дело не может слушаться в их присутствии, потому что будут выясняться обстоятельства, имеющие отношение к моей личной жизни. Достоянием публики я не собираюсь их делать». Гособвинитель Мельников на это возразил: «У нас заседание открытое, могут присутствовать журналисты. Ходатайство незаконно и необоснованно». В итоге судья Графова решила оставить представителей СМИ в зале. «Вы должны сослаться на процессуальную норму. Сегодня я вам отказываю; если к следующему заседанию вы подготовите ходатайство о закрытии заседания со ссылкой на законы, мы его обсудим», — заявила она. После этого судья удовлетворила ходатайство о вызове свидетеля со стороны Думшенковой. По словам подсудимой, этот свидетель «подтвердит обстоятельства, исключающие те действия», которые ей вменяются в обвинительном заключении. Представитель потерпевшей стороны – районной администрации города – в суд не пришел. Стороны согласились начать слушания в его отсутствие, и представитель прокуратуры зачитал обвинительное заключение. «Надежда Думшенкова обвиняется в совершении мошенничества путем обмана группой лиц по предварительному сговору», — начал гособвинитель. По версии следствия, в 2003 году умер некий Владимир Бессонов , наниматель двухкомнатной неприватизированной квартиры на улице Шергунова. Думшенкова и ее знакомый Силантьев, узнав об этом, «вступили в преступный сговор», решив завладеть освободившейся квартирой. Для этого, по данным следствия, они привлекли бывшего замначальника 32-го отдела милиции УВД Невского района Клюшкина, а также граждан Кочнева и Малыгину. Следственные органы считают, что в декабре 2003 года Клюшкин, используя свое служебное положение, получил свидетельство о смерти Бессонова и снял с него копию. Для этого он вместе с Думшенковой встретился с гражданской женой умершего, которая заявила, что не будет претендовать на освободившуюся жилплощадь, и рассказала об отсутствии наследников у Бессонова. По указанию Силантьева и Думшенковой Кочнев передал в агентство по приватизации необходимые документы, выступая от имени умершего Бессонова. При этом в документах была указана дата, когда Бессонов был еще жив. «После этого соучастники мошенническим путем внесли в паспорт Малыгиной заведомо ложную запись о регистрации брака с умершим нанимателем квартиры, приобрели поддельное свидетельство о заключении между ними брака», — читал прокурор. По данным следствия, 10 марта 2004 года Думшенкова представила в Невский райсуд, где ранее работала судьей, исковое заявление, составленное и подписанное ею от имени Малыгиной. В нем за последней признавалось право собственности на квартиру, к иску прилагалось поддельное свидетельство. Через неделю Малыгина в присутствии Силантьева и Думшенковой оформила доверенность, на основании которой Думшенкова могла вести дела в суде. В тот же день судом было вынесено решение о признании за Малыгиной права собственности на квартиру. 8 апреля 2004 года квартира была зарегистрирована на имя Малыгиной. Она, в свою очередь, оформила доверенность, дающую право распоряжаться квартирой, на Кочнева. По версии прокурора, 26 апреля 2004 года Кочнев продал квартиру добросовестным покупателям за 44 200 долларов США, а деньги передал Силантьеву и Думшенковой. Остальные участники аферы, по данным следствия, получили свои комиссионные (например, Малыгиной досталось 29 тыс. рублей). «Данное имущество незаконно было выведено из государственной собственности, государству в лице администрации Невского района нанесен ущерб», — закончил прокурор чтение обвинительного заключения. «Обвинение мне понятно, вину не признаю, — отреагировала Думшенкова. — Обвинение является вымыслом, дело сфальсифицировано». По окончании заседания судья в отставке согласилась пообщаться только с корреспондентом «Газеты.Ru». «Поверьте, я готова рассказать сенсационные вещи о том, как, зачем и кем это дело было сфальсифицировано, — сказала она. — Но я не буду об этом говорить по простой причине – опасаюсь за судьбу своих детей. Дело не в том, что я не люблю журналистов. Я согласна рассказать все, предоставить прессе все доказательства и документы, но только после приговора, каким бы он ни был». Расследование этого дела длилось почти 8 лет, сроки давности по нему уже истекли. Однако Думшенкова не соглашается на прекращение уголовного дела на этом основании. «Сроки прошли, но у меня принцип: я хочу правды, — говорит судья в отставке. — После публикаций обо мне в СМИ со мной многие перестали общаться, вылили на меня столько грязи. Восемь лет дело возвращали на доследование, восемь лет меня держат на подписке, я не могу никуда уехать. Мне говорят: соглашайся на прекращение по срокам давности. Но на это я не пойду. Это будет негласное признание моей вины». Думшенкова говорит, что ушла из суда в конце 90-х годов. «Меня обвиняют, что я в Невском суде оформляла документы, — да посчитайте, сколько лет прошло, там к тому времени я никого не знала, состав судей два раза сменился», — возмущается она. Замначальника УВД Невского района Клюшкин был приговорен по этому делу к условному сроку 15 ноября 2007, а уголовное дело в отношении Кочнева и Малыгиной было прекращено судом за истечением сроков давности. Силантьев погиб в 2005 году.
В Санкт-Петербурге начались слушания по делу федеральной судьи в отставке Надежды Думшенковой, которую обвиняют в мошенничестве с жильем. Экс-судья с обвинением не согласна и называет его вымыслом. При этом она рискует лишь репутацией и судейским денежным содержанием: сроки давности по делу уже истекли, и наказание в случае признания вины Думшенковой не грозит.