В среду Таганский районный суд продлил срок ареста Надежде Толконниковой, Екатерине Самуцевич и Марии Алехиной — предполагаемым участницам панк-группы Pussy Riot, 21 февраля исполнивших в главном кафедральном храме страны панк-молебен «Богородица, Путина прогони». Всех троих обвиняемых в хулиганстве, совершенном организованной группой (ч. 2 ст. 213), оставили под стражей в СИЗО «Печатники» еще на один месяц — до 24 июля 2012 года. К моменту окончания этого срока Толоконникова и Алехина проведут под арестом в общей сложности четыре месяц и 20 суток, Самуцевич — чуть больше четырех месяцев. С раннего утра у здания Таганского суда, что в Марксистском переулке, дежурили журналисты, на них недовольно поглядывали судебные приставы и сотрудники ОМОНа, охраняющие общественный порядок под палящим солнцем. После нападения с топором на судью Елену Иванову в суде усилили охрану. На этот раз на территорию суда не допускали никого, поэтому журналисты и сочувствующие толкались на проезжей части, а приставы, понимая безнадежность уговоров, просто просили их не мешать движению. «Сколько это еще продлится? Отпустили бы уж, из-за них вечно тут бардак», — жаловался один из охранников, стоявших в воротах суда, пока защитники Pussy Riot вешали белые ленточки на забор. К полудню группа сочувствующих арестанткам начала заметно расти в численности. Приехала адвокат Самуцевич Виолета Волкова. Она сообщила, что защита продолжает знакомиться с материалами дела, предварительное расследование по которому было закончено 7 июня. «Думаю, числу к 10 августа материалы дела передадут в суд и начнутся слушания», — сказала Волкова. Она добавила, что если бы арестанткам изменили меру пресечения на домашний арест, ознакомление с материалами дела ускорилось бы. Стор она защиты полагает, что, оставляя обвиняемых под стражей, следствие сознательно затягивает начало судебного процесса до августа в надежде на ослабление общественного внимания к делу. Заседание по продлению ареста было назначено на 12.00, но к этому времени обвиняемых в хулиганстве только доставили в суд. Три автозака с арестантками по очереди въехали на территорию суда и скрылись, так что их сторонникам не удалось увидеть задержанных. Тем временем в Марксистском переулке активисты раздавали красные свистки, предлагая всем свистеть в знак протеста. Но толпа медлила в ожидании обещанного концерта в поддержку Pussy Riot, который так и не состоялся. Поэтому сторонники обвиняемых сосредоточились на нескольких оскорбленных панк-молебном, что стояли с плакатами «мракобесие» и «С «Войной» по-военному». Их окружили и начали оглушающе свистеть. Переполошенные громкими трелями сторудники ОМОНа тут же начали задержания: первым был схвачен средних лет мужчина показавший нецензурный жест в сторону суда, за ним в автозак последовали двое со свистками и один без свистка, но попавшийся под руку правоохранителям. К этому моменту к суду уже приехали супруг Надежды Толоконниковой Петр Верзилов и Евгения Чирикова — эколог исполнила исполнило соло «Богородица, Путина прогони». Также, чтобы выразить возмущение длительным арестом, к суду пришел рок-музыкант Александр Чача Иванов — экс-лидер группы «Наив» — в футболке с надписью «Punk rock is not a crime». Он сообщил, что был оскорблен панк-молебном в ХХС, но считает «наказание несоразмерным». В толпе прохаживался активист «Россия молодая», раздавая приглашения стать донором крови. К 13.30 в небольшую, переполненную журналистами и судебными приставами душную комнату № 309 Таганского суда привели в наручниках Надежду Толоконникову. Она приветствовала собравшихся невеселой улыбкой. «Девочка, народ верит в вас», — ответили ей из зала. Судья Наталья Коновалова начала было заседание, но ее не слушали, слушатели и журналисты продолжали препираться за места поудобней, а Толоконникова в клетке произносила речь: «Мы не враги христианской вере, той, которая истинная». Коновалова пригрозила удалить всех из зала. Заседание началось. Следователь Артем Ранченков представил ходатайство руководителя следственной группы Михаила Харькова. Для всех трех обвиняемых просьба следствия о продлении ареста звучала одинаково. Настаивая на сохранении Толоконниковой ареста, Харьков указал, что расследование дела в настоящее время не завершено: срок следствия продлен до 24 июля для того, чтобы обвиняемые и их адвокаты смогли ознакомиться с материалами дела. Он также считает, что основания для избрания обвиняемой меры пресечения не отпали. Как и раньше, следствие напирало на то, что, оказавшись на свободе, Толоконникова может скрыться от суда и следствия, продолжить заниматься преступной деятельностью, оказать давление на свидетелей и потерпевших, а также иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу. Толоконникова возразила: «Обстоятельства дела изменились, расследование фактически завершено. Таким образом, уничтожить доказательства я не могу, повлиять на свидетелей не могу и не собираюсь, равно как и скрываться от суда». Адвокат Толоконниковой Марк Фейгин отметил в суде, что четырехлетняя дочь его подзащитной Гера уже 108 дней остается без связи с матерью. Он просил суд избрать его подзащитной любую другую меру пресечения, не связанную с лишением свободы. В качестве альтернативы были предложены подписка о невыезде, домашний арест, залог на усмотрение суда, а также личное поручительство членов Общественного совета при ГУВД Москвы. Впоследствии на том же настаивала защита Самуцевич и Алехиной. Но суд не принял доводы Фейгина и арестовал Толоконникову до 24 июля, тем самым полностью поддержав ходатайство следствия. Пока судья Коновалова зачитывала свое решение, у здания суда снова начались задержания. Несколько активистов намазали лица белым кремом и обложили огуречной нарезкой. В таком виде они устроили пляски у здания суда, за что и были препровождены в автозаки. Всего в этот день задержали около 15 человек. Впрочем, всех задержанных вскоре отпустили, и некоторые из них даже успели вернуться в Марксистский переулок. К 16 часам у Таганского суда появилась Чулпан Хаматова. Вся в черном, она с грустью заявила, что впервые ей удалось приехать поддержать арестованных. «Считаю, суд должен вынести соразмерное наказание их поступку», — сказала она и прошла внутрь. Вскоре в зал завели торжествующе улыбающуюся Екатерину Самуцевич. Она изменила прическу, сделав каре, и вовсе не была похожа на человека, проведшего три месяца в СИЗО (ее выдавал разве что бледный цвет лица). В зале суда присутствовал ее отец, они поприветствовали друг друга взглядом и он принялся фотографировать дочь на «мыльницу». В ходатайстве следствия также говорилось, что оскорбленные верующие «требуют жесткого наказания» для девушек. Поэтому, по мнению Харькова, сохранение избранной обвиняемой меры пресечения необходимо для обеспечения ее же безопасности от возмущенных граждан. Это вызвало возмущение защитницы Самуцевич Виолеты Волковой. «От кого вы спасает ее, от потерпевших? — обратилась к Ранченко адвокат. — Тогда почему вы не просите заключить ее в тюрьму пожизненно?! Там вы будете всю жизнь спасать ее». Волкова указала, что большинство оскорбленных действиями девушек также считают чрезмерным длительное содержание под стражей. Сама Самуцевич обратилась к судье, заявив, что никогда не занималась преступной деятельностью и не собирается этого делать. Но судью Коновалову все это не убедило, и она продлила арест еще на месяц. Последним рассматривалось ходатайство следствия в отношении Марии Алехиной. Она вошла в зал суда с Библией и тетрадью, в которой записала свое обращение к суду. Ее адвокат Николай Полозов , настаивая на изменении меры пресечения, упомянул, что для задержанной по следам беспорядков 6 мая на Болотной площади Александры Духанинной суд избрал домашний арест, хотя она подозревается в насильственных действиях в отношении сотрудников правопорядка. » Мария Алехина не совершала насильственных действий», — отметил Полозов. Сама Алехина, как и в прошлый раз, 19 апреля, пыталась повлиять на суд с помощью диссидентов. Она процитировала Буковского: «Несчастна та страна, где честность воспринимается в лучшем случае как героизм, а в худшем — как психическое расстройство». Судья Коновалова быстро продлила ей арест. На этом прокурор, следователь и судья с облегчением вздохнули и поспешили удалиться из душного зала. В Марксистском переулке с нетерпением дожидались новостей сторонники и противники Pussy Riot. Адвокаты заявили, что будет обжаловать решение. Николай Полозов добавил, что 19 июня защита подала в Европейский суд по правам человека жалобу на арест и последующее его продление. И группа поддержки начала понемногу расходиться от увешанного белыми ленточками здания суда.
Таганский суд Москвы продлил арест участницам панк-группы Pussy Riot. Обвиняемым в хулиганстве в храме Христа Спасителя предстоит провести в СИЗО еще один месяц — до 24 июля. Судья согласилась со следствием, что основания для содержания под стражей не отпали. Адвокаты обвиняют следствие в оттягивании начала процесса по делу до августа. Поддержать девушек в суд пришла Чулпан Хаматова, еще около 200 сторонников ожидали решения в переулке, некоторых из них задержали, но ненадолго.