Во вторник Ленинский районный суд Перми продолжил прения сторон по делу о пожаре в клубе «Хромая лошадь», при котором 5 декабря 2009 года погибли 156 человек. Судебные приставы у входа в здание тщательно досматривали всех желающих присутствовать на процессе, но при этом были вежливы и корректны. Зал оказался переполненным: в суд пришло много потерпевших и журналистов, десяток адвокатов и восемь подсудимых. Под стражей находится лишь один обвиняемый – экс-владелец клуба Анатолий Зак ; остальные под подпиской о невыезде и являются в суд самостоятельно. Заседание началось с небольшой задержкой. В 10.20 по местному времени (8.20 мск) судья вошел в зал. Проверив явку сторон, он предоставил обвиняемым слово. На прошлом заседании перед судом выступал главный фигурант дела Зак. Он настаивал, что был всего лишь инвестором, в работе клуба непосредственного участия не принимал, много и долго жил за границей. Зак также выразил готовность возместить потерпевшим причиненный ущерб из собственных средств. Прокурор, в свою очередь, попросил осудить его на 10 лет колонии. В места лишения свободы могут отправиться также отец и сын Дербеневы — предприниматели-пиротехники, которые устроили огненное шоу. Остальным подсудимым обвинение попросило условные наказания с разными видами отсрочек или лишение свободы в колонии-поселении. Во вторник первой решила выступить бывший исполнительный директор клуба Светлана Ефремова. Ранее она не хотела выступать в прениях, но почему-то передумала. Ее речь была короткой: со слезами на глазах женщина принесла свои извинения потерпевшим, присутствовавшим в зале. Далее слово взял ее адвокат Вадим Маценко, который говорил много и долго. Защитник принялся рассуждать о несовершенстве нашего правосудия, апеллировал к мировым нормам и практике. По его словам, роль Ефремовой в работе клуба была «технической»: все решения принимала «большая тройка реальных хозяев» — Зак, Константин Мрыхин (он полностью признал свою вину и ранее был осужден ранее на 6,5 лет) и погибший совладелец Александр Титлянов. Последнего, по его словам, успели допросить в больнице незадолго до смерти, но из-за процессуальных ошибок его допрос к делу не приобщен. Не менее странным образом исчезли из дела и многочисленные записи видеокамер, сделанные в ту ночь, а оставшиеся записи обрываются именно за несколько минут до самого пожара. Сама же Ефремова, отметил он, ни одного серьезного решения принять не могла: она реально распоряжалась лишь 2% от доходов клуба и была вынуждена согласовывать свои действия с тремя учредителями. Такими вопросами, как перепланировка или пожарная безопасность, она не занималась. Маценко заявил, что ее пятипроцентное вознаграждение от выручки существенно занижалось, и в итоге Ефремова осталась с одними кредитами, а все разговоры о недвижимости и дачах нагнетаются с целью «опорочить ее в глазах потерпевших». Обвинение просило для нее два года колонии-поселения. Маценко отметил, что юридически никакого клуба «Хромая лошадь» не существовало: весь документооборот и деньги шли через ИП Дробочевская и ООО «Пышка», а приказы, подписываемые учредителями по клубу, были не более чем их пожеланиями, но обязательными к выполнению. Следующим выступил арт-директор клуба Олег Феткулов , который при пожаре в «Хромой лошади» сам потерял жену и остался с двумя детьми на руках. Обвиняемый коротко попросил прощения у потерпевших. «Приношу соболезнования всем потерпевшим. Понимаю вашу боль, так как трагедия не обошла стороной и мою семью. Когда я вижу родителей жены, я понимаю, что пройдет сколько угодно времени и их боль останется неутешимой», — сказал он. Адвокат Лидия Чиркова отметила, что ее подзащитный, похоже, и сам не очень понимал, за что получал деньги в клубе. Музыкант в прошлом, он сам неоднократно выступал на вечерах в клубе и был приглашен знакомыми ребятами арт-директором. По ее словам, он работал «без оформления на работу, без четкой служебной инструкции, с очень туманными полномочиями». Чиркова заявила, что Феткулов, по сути, ничего не решал в клубе и был вынужден все согласовывать с исполнительным директором или учредителями. Для него гособвинение попросило 4 года и 10 месяцев колонии-поселения с отсрочкой отбывания наказания до достижения его несовершеннолетней дочкой 14-летия. Далее настала очередь бывшего главы пермского краевого Госпожнадзора Владимира Мухутдинова. На стадии предварительного расследования он провел почти два года в СИЗО , гособвинение в прениях предложило освободить его от дальнейшего наказания. Первым взял слово его адвокат Михаил Постаногов. Защитник, блестяще выступивший в начале, под конец речи взял бумаги и погрузился в перечисление СНИПов и приказов МЧС. Он заявил, что телефонные переговоры Мухутдинова с Заком были очень короткими, до 20 секунд. По его словам, это говорит о «шапочном знакомстве» подсудимых. Тот факт, что Ефремова лично носила в приемную Мухутдинова документы на получение заключения о противопожарной безопасности, им также рассматривается как вполне обычное дело для любого предпринимателя. После этой речи выступил сам Мухутдинов. Выразив соболезнования потерпевшим, он в спокойном тоне и достаточно убедительно изложил свою позицию. Он отметил, что на начальном этапе следствия, до своего ареста, был привлечен в качестве эксперта и в дальнейшем обнаружил, что часть документов, с которыми он ознакомился тогда, впоследствии из дела исчезла. Мухутдинов пояснил, что появился в клубе в качестве посетителя и «знакомого» уже после того, как прошли все перепланировки, в результате которых изоляционные материалы были смонтированы с нарушением, что и привело при очаге огня в 10 кв. м к таким катастрофическим последствиям. «Простите. Не знаю за что, но простите», — закончил подсудимый. В один из коротких перерывов в зале появился мужчина в черном пуховике и шапочке, с какими-то бумагами. Подсудимый Дербенев громко на весь зал объявил, что принесли некие документы о том, что «Хромую лошадь» подожгли. Однако участники процесса никак на это не отреагировали, а судья объявил перерыв до среды, где продолжат выступать оставшиеся обвиняемые.
Суд в Перми продолжил прения по делу о пожаре в клубе «Хромая лошадь», жертвами которого в декабре 2009 года стали 156 человек. В суде выступили бывший исполнительный директор клуба Светлана Ефремова, арт-директор Олег Феткулов и бывший глава пермского краевого Госпожнадзора Владимир Мухутдинов. Все они принесли соболезнования потерпевшим. Работники клуба настаивали, что «не принимали никаких решений», а все действия вынуждены были согласовывать с учредителями.