Четверо американских граждан соглашаются поучаствовать в правительственном психологическом исследовании: им было обещано, что за несколько часов, потраченных на нужды государства, заплатят $250. Для начала испытуемых посадят в белую комнату с приколоченными стульями и выдадут увесистую анкету, сплошь состоящую из каверзных вопросов «Кого бы вы спасли: себя или других людей?». Потом добрый доктор Филипс расскажет, что начинается отбор, состоящий из нескольких этапов. Затем последует выстрел, а через минуту из дырки в стене вывалится пистолет. Все происходящее является чем-то вроде собеседования: за подопытными наблюдает потенциальный сотрудник конторы Эмили Рейли (Хлое Совиньи), в глазах которой жалость то и дело сменяется упрямым желанием угодить Филипсу. На уровне задумки «Комната смерти» не лишена остроумия. Фильм лавирует между жанрами, то и дело вводя в заблуждение: хоррор плавно трансформируется в политическую драму и обратно. Антигуманный тест проводит MK-ULTRA (некогда реально существовавшая, но прикрытая скандальная программа ЦРУ по изучению механизмов управления психикой, в рамках которой, в частности, шли испытания LSD) и мучения героев имеют вполне конкретную государственную цель. И уж коли речь зашла об экспериментах, «Комната смерти» явным образом апеллирует к эксперименту Милграма — известному тесту на подчинение, когда подопытного просят помочь в проведении исследования, во время которого ему приходится причинять боль другому человеку, следуя указаниям руководителя. Вшитое в нашу природу преклонение перед авторитетом так велико, что больше половины людей продолжают мучиться, но мучить, не будучи в состоянии противиться приказам. Примерно в такой же ситуации находится и Рейли, действующая под давлением Филипса, только условия задачи ужесточены, и вместо ударов тока жертв ждут более серьезные пытки. Что же касается исполнения, то триллер Джонатана Либесмана («Техасская резня бензопилой: начало») — та же белая комната. Скучное аскетичное пространство с приколоченными к полу героями. У них нет ни прошлого, ни будущего, только несколько часов настоящего на выдавливание из себя хоть каких-то эмоций. Именно такие эмоции сферические люди испытывают в вакууме комнаты, где их, как мышей, ученые в белых халатах тыкают палочками и проверяют на разнообразные раздражители. Ничего великого, да и хотя бы просто занимательного: маленькие нервные срывы, маленькие предательства — и все это во имя большого секрета о причинах эксперимента, который будет открыт лишь в самом финале. В описаниях «Комнаты смерти» естественным образом фигурируют упоминания «Куба» и «Пилы»: замкнутое помещение и туманный тест, во время прохождения которого неправильный ответ на вопрос чреват смертью, — этот сюжетный ход, что и говорить, не нов. Кроме того, в контексте сомнительных с точки зрения этики опытов над людьми уместно также вспомнить немецкий «Эксперимент» Оливера Хиршбигеля , вольную экранизацию истории стэндфордских испытаний по симуляции тюрьмы, призванных выяснить, как ограничение свободы влияет на поведение. Однако все приведенные сравнения не в пользу «Комнаты смерти»: она не дотягивает ни до одного, ни до другого, ни до третьего. Для «Куба» в «Комнате смерти» маловато выдумки. Вместо клеток со смертельными ловушками, которые вынуждают участников «игры» высчитывать стратегии и вспоминать математику, здесь лишь один отсек и пара заданий. Для «Эксперимента» не достает драйва и чувства реальности, ощущения, что то, что ты видишь, отчасти имело место в действительности. Для «Пилы» не хватает садистской жестокости. А зря: если бы исследователи в фильме не скупились на извращенные ловушки в стиле Конструктора Смерти, мысль о зловредности правительства читалась бы еще четче.
Выходит «Комната смерти» Джонатана Либесмана — политический хоррор об особенностях замкнутых белых помещений и правительственных исследований.