В « Российской газете » обнародованы предварительные итоги Всероссийской переписи населения , проводившейся с 14 по 25 октября 2010 года. Хотя конкретные цифры еще могут уточняться, они вряд ли претерпят кардинальные изменения. В России продолжается как общая депопуляция, так и более резкое сокращение численности мужчин по сравнению с женщинами за счет существенно меньшей средней продолжительности жизни «сильного пола». По сравнению с переписью 2002 года, население России сократилось с 145 млн 166,7 тысячи человек до 142 млн 905,2 тысячи человек, или на 2,2 миллиона человек (на 1,6%). Сохранилось и даже несколько увеличилось характерное для населения России и более значительное, чем в развитых странах, превышение численности женщин над численностью мужчин: разница составила 10 млн 515 тысяч человек (в 2002 году — 9 млн 956 тысяч человек). Согласно этим данным, 46,3% населения страны — мужчины и 53,7% — женщины (в 2002 году 46,6% и 53,4% соответственно). Позитив в этих вроде бы неутешительных данных есть. Он главным образом заключается в том, что российская власть не стала приукрашивать или откровенно фальсифицировать данные переписи. Именно такая практика постоянно применялась в советские времена, особенно при Сталине, когда в ходе переписей власти необходимо было скрыть масштаб военных потерь и число жертв массовых репрессий. Нельзя говорить и о том, что демографическая политика государства с его широко разрекламированными национальными проектами однозначно провалилась. В России в последние годы наблюдается устойчивый рост рождаемости и в некоторые периоды даже превышение рождаемости над смертностью. В конце 90-х – начале 2000-х годов население России уменьшалось почти на 1 млн человек в год. Сейчас из предварительных данных переписи видно, что темпы депопуляции упали в среднем до 250–270 тысяч человек в год. Пусть медленное, но повышение уровня жизни, стимулирующие меры по повышению рождаемости (в частности, материнский капитал) дали положительные результаты. При этом Россия уже давно находится в объективном затяжном демографическом кризисе. По оценкам директора Института демографии ГУ ВШЭ Анатолия Вишневского , пожалуй самого известного российского демографа, уже более 40 лет население страны «недовоспроизводит» себя (за исключением короткого периода 1986–1988 годов, когда под влиянием мер демографической политики 80-х годов, антиалкогольной кампании, а возможно, и оптимистических социальных ожиданий первых лет перестройки рождаемость повысилась). Впервые рождаемость в России стала меньше смертности еще в 1992 году, и сейчас этот процесс во многом носит циклический характер: потенциальных матерей просто не хватает, чтобы обеспечить рост населения страны. В этом смысле относительно скромная задача российских властей – к 2015 году «стабилизировать численность населения на уровне 142 млн человек» — выглядит вполне адекватной обстоятельствам. Особенно на фоне прогноза ООН , согласно которому численность россиян к 2050 году уменьшится до 100 миллионов человек. При этом демографическая политика российских властей не может исчерпываться мерами по стимулированию рождаемости. Есть острейшая проблема старения населения, уменьшения количества занятых по отношению к количеству пенсионеров. Демографы очень понятно и наглядно показывают, почему в России по объективным причинам нельзя повышать пенсионный возраст. Возраст выхода на пенсию должен быть таким, чтобы дожитие до него было массовым, а продолжительность жизни в пенсионном возрасте была достаточно долгой (не менее 15 лет). Причем только при условии достаточно длительного роста этих показателей возможно повышение пенсионного возраста. В России условий для повышения пенсионного возраста нет, поскольку средняя продолжительность жизни по-прежнему очень низка: 40% мужчин, доживших до 20 лет, не доживут до 60. Если повысить пенсионный возраст до 65 лет, до него доживут менее половины ныне живущих мужчин младше 50 лет. Старение населения порождает ухудшение качества трудовых ресурсов. В связи с этим важнейшей составляющей демографической политики становится отношение к трудовым мигрантам из ближнего и дальнего зарубежья: без них государству не обойтись. Кроме того, в России предстоит настраивать и «лифты» внутренней миграции. До сих пор лишь около 2% россиян с целью поиска работы переезжают внутри страны. В развитых государствах доля таких переселенцев превышает 40%. В частности, предстоит продумывать программы переселения (разумеется, добровольного, а не принудительного) из трудоизбыточных регионов туда, где явная нехватка рабочих рук. Трудоизбыточными остаются прежде всего кавказские республики, где и рождаемость выше, чем в среднем по стране, и население моложе. Качество жизни российского населения — важнейшая цель государственной политики. Если уровень жизни и образования населения повышается, если не деградируют в массовом порядке населенные пункты — это верный признак того, что и само государство развивается в правильном направлении. Всероссийская перепись-2010 поставила диагноз болезни, лечить которую можно только последовательной, точечной, выверенной, долгосрочной и комплексной политикой. В конце концов, весь смысл любой ответственной политики сводится к тому, чтобы в государстве было как можно больше людей и чтобы жили они как можно дольше и счастливее.
Чтобы стабилизировать численность населения хотя бы на нынешнем уровне, от государства требуется долгосрочная политика не только по стимулированию рождаемости, но и по улучшению качества жизни и увеличению ее продолжительности.