Недавнее заседание правительственного совета по кинематографии под личным руководством Дмитрия Медведев а стало своего рода кульминацией развития примитивного понимания законов экономики и общества — от просто глупости до абсолютного абсурда. Медведев вздыхал, что вот давали-давали деньги и льготы мастерам, а толку нет, кино деградирует, и народ на него не ходит. Экономические льготы, говорил председатель правительства, надо отменить или модернизировать. Ну и так далее. В тысячу первый раз жизнь доказала, что государева помощь и дарованные финансовые льготы никогда не приводят к расцвету компании или территории. Но про другие способы создания стимулов члены власти, судя по всему, не слышали. Знают два: либо пряник (льготы, деньги, ресурсы или доступ к золотым жилам). Либо кнут ( прокуратура , этап, зона). К киношникам кнут не применишь, а пряники они быстро сжевывают и еще просят. Что делать? Есть идея. Отчего бы не снять сатирическую комедию про американцев — ведь не отрабатывается в кино очевидный запрос народа. Сюжет прост, и он гарантирует здоровый хохот от радости, какие же там уроды. На экране мрачный Вашингтон. Мрачный Обама проводит заседание правительственного совета по вопросам кинематографии (хохот в зале пошел) и грозит отнять льготы по налогу с продаж, если никак не получается обеспечить в прокате хотя бы 18-процентную долю отечественного кино. Звучит тревожная музыка. Тамошний аналог нашего Мединского глубокомысленно хмурится и предлагает так и сделать, только для своего кино льготу не снимать, а вот для иностранного — ввести в полной мере. Местные блумберги на полном серьезе дают на ленты и в эфиры репортажи о заседании. В общем, безумие охватывает Белый дом. Но находится какой-нибудь Брюс Уиллис , который набирается смелости и решается вызвать тамошнюю службу скорой психиатрической помощи. Ему пытаются помешать, следуют перестрелки, гонки, женщины (русские, они Брюса по заданию ФСБ и спасают по очереди) и хэппи-энд. Под торжественную музыку в кадре видно отрубленную мохнатую руку государства, которая чуть не задушила творчество. Новый президент принимает поздравления (в том числе от оказавшего неоценимую помощь в наведении порядка российского коллеги) и клянется на коробке с лентой «Броненосца Потемкина» (подаренной российским коллегой), что впредь такого кошмара не допустит… Глядишь, такая лента сняла бы кассу, и дела пошли бы в гору так, что про отмену льгот больше не пришлось наяву вспоминать. Такой фильм не снимут. Незачем — у нас на глазах, в прямом эфире, разворачивается действие, которое никакие кауфманы-спилберги не придумают. Примерно в одно и то же время, в одной стране, с участием одних и тех же персонажей идут взаимоисключающие представления. В Москве и Сочи — бюджетные бои и споры по доходам-расходам. В то же время в Москве, Сочи и во всех других городах и весях все трезвые и не очень начальники ведут позиционные действия с целью ухватить часть раздаваемых льгот. В Сочи президент проклинает бюджет-2013 за то, что в нем не учтены его указания (майские преимущественно) по раздуванию разных расходов (прежде всего военных, о которых говорить не любит, напирая на социалку, хоть она им в подметки не годится). И требует от председателя правительства наказать некоторых министров, в том числе почему-то министра образования, но только не автора бюджета, который сидит в Минфине. То есть абсурд пошел. На возможные упреки в том, что его майские обещания исполнить нет сил и денег, президент грозно упреждает: вы, мол, голубчики, являетесь соавторами тех указов, так что не рыпаться! А главное, что удивляет неопытных в наших делах наблюдателей: ведь президент имел и имеет возможность выбрать один из предлагаемых ему вариантов бюджетирования. Но не в том он видит суть власти, чтобы самому делать выбор и, соответственно, брать на себя риски. Это будет абсурд, по его разумению. А суть власти — проводить совещания и шкурить подчиненных, но не решать. Наполнение же власти — право даровать свою милость, в том числе и в виде льгот. Смена кадра. Те же борцы за применение бюджетного правила без отказа от экономической политики, основанной не на четких правилах, а на стихийных решениях главного начальника, раздувают расходы. В самый разгар бюджетных споров принимается решение помочь казенными деньгами РЖД , которые летом провели демонстративные снятия пригородных электричек и выбили-таки казенные деньги, как ни противился Аркадий Дворкович. Мы видим, как мрачнеют лица власти, когда становится совсем очевидно, что совсем не сходятся предполагаемые доходы с обещанными расходами. Как раз в этот момент и идут кинодебаты. Но заседание заканчивается не тем, что рубанут участники: отменить подаяния. Нет, многоточием: участники процесса начинают думать, как бы так отменить, чтобы и не отменить вовсе… Общий план. Из регионов тянутся ходоки за льготами (на подходах к центрам раздачи среди них особенно заметны изящные газпромовцы, которые тоже, как железнодорожники, пугают концом света, если им не помогут в налоговой политике). Слышится нарастающий ропот из-за Урала: где, мол, обещанная госкорпорация с мешком денег и преференций? Во Владивостоке глава министерства по развитию региона Виктор Ишаев говорит, что введение серьезных налоговых льгот привлекло бы к нему инвесторов… Самое абсурдное во всем этом то, что и Ишаев, и весь хор просителей вообще говорят все это часто искренне. Верят Ишаев и хористы в «пряник», раз кнут пока где-то прячут. Ладно, не читали Гэри Беккера , но августовский «Мониторинг использования в 2011 году и первом полугодии 2012 года мер государственной поддержки, направленных на создание и функционирование особых экономических зон с целью перевода российской экономики на инновационный путь развития» Счетной палаты РФ могли бы и просмотреть. В мониторинге нет ничего удивительного. Констатируется, что экономического эффекта от ОЭЗ нет, приводятся увлекательные цифры про недострои и прочее привычное родное. Нет недостатка в профессиональных комментариях к этому мониторингу, с адаптированными изложениями которых помощники начальников могли бы шефов ознакомить. Ведь все эксперты говорят, что в России слишком переоценивают значение налоговых льгот, хотя, по всем опросам международных компаний, эти льготы не попадают даже в тройку факторов, важных при вложении инвестиций. Например, председатель правления Российско-Германской внешнеторговой палаты (ВТП) Михаэль Хармс рассказывал недавно «Интерфаксу» про опросы, которые проводит ВТП. Проблемы для немецких компаний в РФ те же, что и пять, и пятнадцать лет назад. «На первом месте излишняя бюрократизация всех процессов в России. На втором — и это даже несколько позитивная проблема — уже нехватка квалифицированных кадров. И третья проблема — это коррупция. Далее идет таможенное администрирование, технические нормы, вопросы миграционной и визовой политики», — говорил Хармс, ни словом не поминая налоги. Большая часть российских бизнесменов, конечно, не против снижения налогов. Но главное видит в другом — чтобы правила игры были едиными, а не одними — в налоговых заповедниках, другими — в иных местах. Это рушит конкуренцию. Но власть ничему другому, кроме раздела льгот, учиться не хочет или не способна. Вот уже мечется она в панике перед призраком еврокризиса и на публичные крики срывается, когда осознает очевидную нехватку денег. Вот уже пусть невнятно, пусть устами премьера, но признается бесполезность льгот и вообще руководящей роли власти в экономике. Однако никак не может начальство отказаться от традиционной модели. Понятно. Даже если чудом получится выговорить и начать соблюдать единые для всех игроков правила, то это может привести к отвратительным явлениям. Кто-то разбогатеет, наполнится важностью, но при этом никак не будет чувствовать себя обязанным личным счастьем власти вообще и конкретным товарищам в частности. И как тогда, да и зачем власти вообще циркулировать?
Пока торговля льготами остается главным, если не единственным, экономическим инструментом, которым научилась пользоваться наша власть, не стоит ждать хорошего.