Концертом в клубе «Хлеб» свое десятилетие отметил независимый лейбл «Геометрия» — звукозаписывающая компания, издавшая последние сольные работы Леонида Федорова , альбомы «Аукцыона» и «Вежливого отказа». Кроме этих хедлайнеров на концерте выступили почтенные питерцы «Выход» и молодые самарцы «Контора Кука», а также дочь Леонида Федорова Ксения, за последние годы заявившая о себе как о самостоятельной артистке. Все эти представители музыкального артхауса с трудом поддаются описанию и стилистическому определению; маленькое аудиоиздательство как будто специально собирает и издает именно такую музыку. Глава лейбла Павел Кострикин поговорил с «Парком культуры» о том, стоит ли бояться «цифровой революции», зачем реставрировать осыпающуюся пленку и почему принцип «плати, сколько считаешь нужным» не работает в звукозаписывающим бизнесе. — Издавать CD в момент, когда диски перестали покупать, рынок их продаж упал и лежит, – это не безумие? — На самом деле ситуация меняется каждый день, но она не только ухудшается – она меняется непрерывно, в разные стороны. Мы не знали, когда организовывали «Геометрию», что СD будут вытеснены файлами и потоковым аудио. Но сейчас ясно, что цифры падения продаж все-таки преувеличены: по данным Billboard, в Америке за 2010–2011 годы продажи дисков упали всего на пять процентов в год, со 165 млн копий до 150 миллионов. Смотрите, это гигантские цифры – и это США, которые намного впереди по технологиям. Да, ну и продажи винила выросли намного, где-то на треть. Эти данные, я подчеркиваю, объективные, их легко проверить. Такое несоответствие кажущегося и реального меня удивляет. Падение есть, но мы полетим вниз по продажам дисков, как Америка, лишь после того как дорастем до них: нам пока неоткуда падать, слишком низко. — Чего вы хотели, когда придумывали «Геометрию»? — Издавать музыку, которую никто хорошо не издает. Издавать самую лучшую музыку «не для всех». Причем такой музыки всегда было много. Нашим первым релизом стал сольный альбом Леонида Федорова «Лиловый день». На тот момент он не мог найти издателя, а мы уже тогда жили мыслью, что надо издавать и переиздавать что-нибудь… такое. Мы уже понимали, как найти и издать несуществующие вещи или существующие в очень плохом качестве. Мы понимали, что чем дальше, тем больше такая деятельность будет востребована – в первую очередь музыкантами и такими же фанатиками, как мы сами. С самого первого релиза мы издавали музыку… не сказать чтобы дорого, но хорошо. И уж точно не старались экономить на полиграфии или еще на чем-нибудь. Поначалу это казалось очень неблагодарным занятием, а сейчас я думаю, что это было не только прозорливым, но и единственно возможным решением. Однажды я спорил с одним известным лейблом – убеждал их, что нельзя печатать только дешевые диски. Потому что даже самые дешевые легко перебиваются пиратскими тиражами в регионах. А настоящий коллекционер хорошее дорогое издание всегда купит. Вот эта позиция оказалась провидческой, поэтому нам не пришлось менять это кредо. — Перфекционизм как бизнес-модель? — Да. Мы сразу и по сей день работаем и относимся к музыкальному содержанию очень перфекционистски. Это, мягко говоря, нелегкий путь. — Поэтому вы взялись за весь «Аукцыон»? — Мы взялись переиздать весь бэк-каталог. Конечно, все номерные альбомы у них выходили всегда, но первые записи были изданы тяп-ляп, так часто бывает. И звук, и обложки делались так, как кому-то из производителей дисков на тот момент пришло в голову. Оригинальные записи были только на магнитных лентах, то есть без всяких обложек, поэтому тогда группе было все равно. Но идеи обложек всегда были. Поэтому мы договорились с художником Кириллом Миллером, который был первым оформителем пластинок группы, чтобы он воссоздал свои идеи по поводу обложек самых первых двух альбомов. Например, обложка D'Observer появилась позже, в 90-е годы – ее заказали издатели, а не группа. Мы спросили у Кирилла , как бы он оформил диски, если бы они были уже тогда? Он всегда собирал старые фотографии, старые задники концертов, делал собственные эскизы, а сейчас вспомнил и восстановил. Например, у «Птицы» была обложка в двух вариантах: одна обложка была скомпилирована из огромного количества рисунков. Мы нашли все исходные картинки и постараемся, чтобы они не пропали. Ведь все, что не издано, пропадает. Другой пример – известный клип «Моя любовь». Этот клип когда-то снимал молодой Федор Бондарчук. Так как группе тот клип сильно не понравился, они взяли монтажные материалы Бондарчука и разбавили своими идеями (там в кадре остались Федоров-клоун и Гаркуша-гимназистка). Так вот, выяснилось, что первый вариант сохранился. Нам непросто было выйти на Бондарчука из-за его занятости, но, когда мы, наконец, увиделись, он отнесся очень позитивно, дал нам своих режиссеров и операторов, которые и нашли эту запись. Мы ее оцифровали, первоначальный клип войдет в наш бэк-каталог. Еще пример нашей трудоемкой деятельности – восстановление студийной (исходной, ленточной) записи «Птицы». Надеемся извлечь пятиканальный звук, несмотря на осыпание пленки. Большинство современных аппаратов отказывается читать такую ленту, но мы нашли отечественный прибор и оцифровали все шесть каналов. Будет совершенно новая по звуку «Птица». Так что идея в том, чтобы спасти такие вот важные для нашей современной культуры звуки, сохранить картинки. Сплошь и рядом теряется это все, поэтому находим фотографов: у них на антресолях и дачах сохранились уникальные негативы. — Кем, кроме «Аукцыона», интересуетесь? Кого издали и кого хотели бы издать? — Направления, на самом деле, два. Первое – это издание новых записей молодых и не очень групп. Вот, например, выпускаем новый альбом «Телевизора», будем издавать замечательную группу «Контора Кука» из Самары, пластинку группы «Хроноп». Второе направление – переиздание с улучшенным, по возможности, звуком и оформлением. Мы подписали договоры на весь бэк-каталог «Аукцыона», весь бэк-каталог «Вежливого отказа», весь «Телевизор». С «Аукцыоном» особенно трепетно все происходит – выходит роскошный диск «Жопа» с аж двумя бонусными дисками, то есть тройной, с легендарным концертом «Рок чистой воды». — Кого из молодых отметите? — Да почти всех, с кем мы имеем дело… Ксению Федорову , которая играет такой очень оригинальный фортепианный джаз: она предоставила нам запись концерта, очень сыроватую такую запись, и у нас мнения разделились. Кто-то говорит – интересно, но сыро, а другие настояли на издании. Потому что там слышится шуршание клавиш — это хорошо для джаза. Это не очень продаваемо, но нам такое надо. — А будете выкладывать свои релизы в интернет в формате «заплати сколько хочешь»? — Я в эту модель – кто сколько даст – не очень верю, но не особо и сопротивляюсь. Кое-чего на такие сайты мы даем: денег с этого не получишь, но промоушн определенно будет. Я знаю, что, если человеку нравится музыка, он всегда купит диск, даже если сто раз скачал бесплатно. Мы не производим mp3 — и никогда не будем. Без полиграфии нет альбома. Да, диск в эпоху цифровых плееров превращается в сувенир, но оформление этого сувенира – часть общей художественной концепции. Без оформления альбома он просто совокупность песен. — Вы чем-то занимаетесь помимо «Геометрии»? — Я все эти десять лет совмещаю свою музыкальную должность с чтением лекций в МИСИ. Кроме того, я занимался и занимаюсь организацией строительства, строительным бизнесом. Причем не могу сказать, что занимаюсь этим только для денег, просто мне это тоже очень интересно. Хотя, конечно, строительство и издание звукозаписей по прибыли, конечно, несопоставимы. Может, это и хорошо, и красиво – быть меценатом, но я считаю что такое «покровительство» унизительно, прежде всего для артиста. Неправильно, что надо давать деньги для тех вещей, которые не могут хорошо продаваться на рынке, не могут себя окупить. Талантливую вещь надо издавать и доносить до публики — тогда все окупится: артист получит свое, а я не останусь в убытке.
Глава аудиолейбла «Геометрия» Павел Кострикин рассказал «Парку культуры» о том, зачем он выпускает «Аукцыон» и «Вежливый отказ», почему не верит в mp3 и считает меценатство недостойным артиста.