Падение наблюдается уже с начала года. В октябре показатель усредненного объема промышленного производства упал на полпроцента по отношению к сентябрю. Оптимизма это, конечно, не прибавляет, поскольку свидетельствует об ослаблении спроса внутри страны, а также о снижении экспорта. Однако если с экспортом все более-менее понятно – торговые войны вносят свою лепту в общую картину, характерную, впрочем, для многих стран. То внутреннее потребление продукции промышленных предприятий обусловлено прежде всего снижением инвестиционной активности. Банки до сих пор с большой осторожностью выдают кредиты представителям реального сектора экономики, несмотря на прилагаемые Центробанком усилия, стимулирующие доступность финансовых ресурсов. Отсюда отсутствие более-менее заметных проектов в обрабатывающих отраслях, позволяющих предприятиям развиваться. Как следствие, экономика стагнирует. Любопытно, что данные Росстата входят в противоречие с показателями деловой активности, что объясняется различиями в методиках расчетов, которые в случае статистического ведомства учитывают весь производимый объем продукции, в том числе опережающий спрос. В этом плане показательны данные грузоперевозок различными видами транспорта по отдельным категориям грузов. Они помогают увидеть не только, в каких конкретно отраслях наблюдается снижение спроса, но и понять, с чем оно связано. В частности, региональные перевозки в и без того ограниченную навигацию на внутренних водных путях за 10 месяцев этого года упали на 6,7%, что объясняется в основном неурожаем зерновых и падением их экспорта. Погрузка на сети РЖД цемента в ноябре сократилась на 11,1% по сравнению с аналогичным периодом 2018 года, составив 1,6 миллиона тонн. Вместе с тем наблюдалось снижение активности на рынке строительства жилья, что связано в том числе с изменениями в законодательстве, заставившими представителей отрасли сосредоточиться на завершении долгостроев и отложить новые объекты до лучших времен. Еще больше снизилась перевозка лесозаготовок – почти на 19,5%, что обусловлено падением спроса, как со стороны внешних рынков, так и на внутреннем, а также введением квот на вывоз древесины с Дальнего Востока. Погрузку на сети РЖД вообще можно рассматривать как некий маркер состояния экономики. Мы помним, например, как крутой спад грузоперевозок в конце 2012 года стал предвестником стагнации экономики, а в 2008 году – кризиса. Данные за этот год так же рисуют тревожную картину. За прошедший месяц показатель погрузки составил 105,5 миллионов тонн, а это почти на 2% меньше, чем в ноябре 2018 года. Если смотреть в динамике, то с начала января снижение по сравнению с прошлогодним аналогичным периодом составило около процента. Аналогичная ситуация характерна для всех видов транспорта. Коммерческие перевозки грузов на протяжении всего года демонстрируют отрицательную динамику: тот же Росстат зафиксировал в сентябре падение на 5,4%. Грузоперевозки воздушным транспортом за 10 месяцев года также сократились – на 4,1%. Даже, на первый взгляд, благополучный сектор автомобильного транспорта, год от года наращивавший объемы транспортируемых грузов, показал снижение роста более чем на процент. Все это явное свидетельство наблюдаемого спада производства в стране. Кроме того, как бы ни влияли западные санкции на изолированность России и ориентированность на внутренний рынок, настроение экономики национальной в той или иной степени зависит от самочувствия мировой. А она тоже не в лучшем положении. Так, согласно опросу о состоянии мировой экономики GECS, в третьем квартале этого года уровень экономической уверенности достиг самой низкой за последние 8 лет отметки. PMI в промышленности Европы и США так же демонстрируют отсутствие роста. Безусловно, у каждой страны свои особенности, но есть и общие факторы, негативно влияющие на уровень деловой активности, такие как уже упомянутые торговые войны, главным образом между США и Китаем. Есть уверенность, о чем говорят в деловых кругах разных стран, что ситуация стабилизируется, когда обе державы смогут договориться и экономика потребления вновь запустит инвестиционный механизм экономики производства. Пока же рынки замерли в ожидании перемен, в том числе и российский рынок нефти, а его состояние пока остается главным индикатором для реального сектора экономики России. За прошлый месяц экспорт нефти упал на 4,2% по отношению к ноябрю 2018-го, также сократилось производство нефтепродуктов, в частности бензина. Соответственно снизились железнодорожные перевозки сырья. Впрочем, чем бы не закончились переговоры США и Китая, российским властям следует продолжать работать в направлении улучшения инвестиционного климата, стимулирования промышленности в плане предоставления налоговых и иных льгот, вовлечения банковского сектора в реализацию бизнес-проектов. Уже сейчас можно говорить о предпосылках для улучшения ситуации, связанных с ростом финансирования национальных проектов, что должно положительно отразиться на обрабатывающей промышленности. В целом же важно разработать меры не просто по исправлению ситуации, а по ее предупреждению, для чего, как представляется, иногда достаточно наладить продуктивное взаимодействие между всеми заинтересованными сторонами. Автор — профессор Высшей школы экономики
Наметилась тенденция к экономическому спаду. Индекс деловой активности PMI обрабатывающих отраслей от Markit опустился за месяц на 1,6 балла – с 47,2 до 45,6 пункта – и показал худший результат за десять лет. Сфера услуг, к слову, тоже демонстрирует снижение – на 0,2 пункта – по отношению к октябрю, но там в отличие от обрабатывающего сектора PMI превышает 55 пунктов (значение ниже планки в 50 пунктов – замедление, выше – рост).