Официальная стратегия, сулящая тамошним землям скорый расцвет, споткнулась о житейскую стратегию рядовых людей, пытающихся отделиться друг от друга. Опубликована доработанная «Стратегия социально-экономического развития Северо-Кавказского федерального округа» , рисующая картины волшебного преображения этого округа в ближайшие 15 лет. Случайно или нет, это совпало с началом всероссийского сбора подписей через интернет в поддержку выхода Ставропольского края из СКФО. «По прошествии нескольких месяцев со дня включения Ставропольского края в СКФО можно утверждать, что худшие опасения… подтвердились», — говорится в воззвании, обосновывающем эту идею. «Три крупных теракта… Жителям края пришлось вспомнить уже позабытое было… чувство страха за свою жизнь и за жизни своих близких… Это может привести к еще большему оттоку русского и другого христианского населения из Ставропольского края…» За несколько дней количество собранных подписей приблизилось к десяти тысячам. Почти половина подписантов — ставропольцы, остальные — жители прочих российских регионов. Не каждый интернет-опрос стоит брать всерьез, но к этому голосованию властям следует отнестись со всей серьезностью. СКФО был выкроен из Южного федерального округа в начале этого года. Вытаскивать Северный Кавказ из тупика Дмитрий Медведев и Владимир Путин поручили полпреду Александру Хлопонину , наделив его вице-премьерским статусом и возлагая большие надежды на его репутацию сильного менеджера. Наряду с шестью этническими автономиями в новом округе остался один регион с русским большинством — Ставрополье. Его доля в населении округа около 30% , и она устойчиво снижается в пользу Дагестана, Чечни и Ингушетии — чемпионов России по рождаемости. Организуя этот симбиоз, федеральные власти стремились реализовать две несовместимые идеи. Одну новую для себя — взяться за кавказские проблемы отдельным порядком. Другую старую и привычную — пытаться растворить кавказские автономии среди прочих регионов. Просто объединить местные этнические автономии в отдельный округ центральным властям было морально трудно. Это смотрелось бы как шаг к отделению Северного Кавказа от России. Поэтому сделали полушаг — оставили с ними Ставрополье. Но рядовые обитатели Ставропольского края не чувствуют начальственных психологических проблем, а если и чувствуют, то не разделяют. Какими бы словами они это ни обозначали, они видят, что между их краем и автономиями проходит очень и очень реальная этнокультурная граница, и хотят эту границу узаконить административно. Отделиться. Считают, что так им будет спокойнее и безопаснее. Потенциальный ущерб для целостности государства заботит их мало, жертвовать ради этой целостности собой и своим житейским укладом они не хотят. Такие настроения по периметру кавказских автономий являются объективным фактом. Все, что на идейном уровне центральная власть готова этому факту противопоставить, как раз и изложено на ста страницах «Стратегии социально-экономического развития СКФО до 2025 года». Чиновник — персонаж фильма «Кавказская пленница» авторитетно разъяснял гостю, что Кавказ — «это и всесоюзная кузница, и житница, и здравница». Прошло почти полвека, и примерно те же соображения излагаются в «Стратегии» в качестве идеала, который будет достигнут через 15 лет. Тут и «туристический кластер», и «особые экономические зоны», и поставки «экологически чистой продовольственной продукции» для всей России. Обещано щедро финансировать все инструменты и рычаги расцвета, которые известны нашим властям: институт развития СКФО на базе Внешэкономбанка , целую обойму инвестфондов, центры обучения фермеров и пр. и пр. Ничто, кажется, не забыто, даже специальная бюрократическая контора для борьбы с бюрократизмом — «комиссия по административным барьерам». Даже если оставить в стороне обоснованные сомнения насчет способности федеральной казны и федеральной управленческой машины выполнить столь грандиозные обещания, остается вопрос: верят ли во все это сами федеральные власти? В то, что эти сугубо технократические методы способны «отменить» те огромные различия в образе жизни, те различия в самой картине мира, которые разделяют обитателей кавказских автономий и регионов и русское большинство? Кстати, в «Стратегию» заложено возвращение в автономии русских жителей, почти поголовно покинувших их за последние двадцать лет. Чрезвычайно интересно в связи с этим мнение самого высокопоставленного русского жителя СКФО, ненароком высказанное пару недель назад. Услыхав, что его прочат в московские мэры, полпред Хлопонин, оговорившись, что и на нынешнем посту ему «есть чем заниматься аж до 2025 года», сказал просто и откровенно: «Если об этом скажет президент РФ, то я готов».
Рождается новая разновидность кавказского сепаратизма — движение за выход населенного в основном русскими Ставрополья из Северо-Кавказского федерального округа.