Переход постоянно ведущегося торгового спора с Украиной из умеренной фазы в фазу, так сказать, неумеренную, состоялся в конце июля, сразу же после поездки туда Владимира Путина. Повестка визита главы России совмещала мероприятия духовного и военно-патриотического характера (празднование 1025-летия Крещения Руси, а также Дней ВМФ обеих держав) и сугубо деловые переговоры с Виктором Януковичем. Уже тогда знатоки, специализирующиеся на анализе хронометража встреч, выражений лиц, интонаций и прочих нюансов, высказали гипотезу, что хозяйственные собеседования двух президентов потерпели полную неудачу. Эта гипотеза начала сбываться уже на следующий день, когда Роспотребнадзор запретил поставки в Россию продукции компании Roshen , крупнейшего в этой стране производителя кондитерских изделий. Среди многочисленных «выявленных нарушений», перечисленных Геннадием Онищенко , фигурировало и будто бы обнаружение в украинском молочном шоколаде бензопирена — сильного и чрезвычайно опасного канцерогена. Это тяжелейшее (если брать его всерьез) обвинение как-то отодвинулось затем на задний план после того, как в нескольких странах продукция Roshen подверглась проверке и ничего подобного выявлено не было. Украинской фирме подобрали другие провинности — неправильную маркировку продукции и прочие разности. Впрочем, еще через несколько дней, видимо, было сочтено, что запретительный инструментарий Роспотребнадзора чересчур изощрен, сложен и недостаточно мощен, чтобы оперативно ответить на потребности ситуации. На первую линию вышла таможенная служба. 14 августа Федерация работодателей Украины выступила с заявлением, что уже не отдельно взятые, а все украинские импортеры подвергаются на границе с Россией специальной, чрезвычайно скрупулезной таможенной проверке, фактически блокирующей их поставки. Внятного ответа с российской стороны на это не последовало. Из расплывчатых полуофициальных заявлений следовало, что некоторая сложность контроля — обычная практика в отношении товаров из стран, не входящих в Таможенный союз России, Белоруссии и Казахстана, что никаких указаний сверху таможня на этот счет не получала и что выискивать в этом политический подтекст совершенно незачем. Иными словами, война против украинского экспорта вроде как и идет, но ее никто не берется напрямую объявить. Отдельно взятые украинские товары то ли смертельно ядовиты, то ли неаккуратно упакованы. У нашей таможни непростой нрав. Вот и все проблемы. Ни Кремль, ни Белый дом вроде бы и не собираются ответить по существу ни на один из возникающих вопросов. Украина — самая большая после России страна постсоветского пространства и самый крупный наш торговый партнер в СНГ. В 2012 году Украина была третьим по значимости импортером товаров в Россию, втрое уступив Китаю и вдвое Германии, но при этом ввезя к нам товаров столько же , сколько члены Таможенного союза Белоруссия и Казахстан, вместе взятые. Статьи украинского ввоза в Россию — продукция черной металлургии, локомотивы, кондитерские изделия, картон, силовые трансформаторы и многое прочее. Хотя по отдельным позициям российские производители были бы рады избавиться от украинской конкуренции, но в целом выгодность взаимной торговли для экономик и народов обеих стран не вызывает никаких сомнений. Прекращение или резкое сокращение импорта из Украины приведет к тому, что российский потребитель будет получать примерно такие же товары от других производителей, но по более высоким ценам. А для Украины вред от этого бойкота, если он продлится, будет, конечно, куда больше. Ведь на Россию приходится четверть украинского экспорта. Потеря экспортной выручки в России лишит Украину возможности расплачиваться за российский газ. Вокруг объемов закупаемого Украиной газа и еще больше — вокруг цен на него между Москвой и Киевом кипит перманентный скандал. Ответом на российский торговый бойкот вполне может стать вовсе не капитуляция Украины на «газовом фронте», а как раз наоборот — более радикальное, чем уже и так происходит, сокращение ею закупок российского газа. Еще менее вероятно, что Украина, вкусив прелестей торговой войны на Востоке, откажется от хозяйственного продвижения на Запад. Соглашение об ассоциации Украины с Евросоюзом , подразумевающее создание ими зоны свободной торговли, почти готово и может быть подписано уже в этом году. Экономических причин менять это соглашение на перспективу вступления в руководимый Россией Таможенный союз у Украины нет. Объемы ее торговли с ЕС и с Россией уже и сейчас равны между собой. Но не менее любопытно, что и гнев Кремля по поводу этой внешнеторговой «неверности» Украины сколько-нибудь внятных экономических оснований под собой не имеет. Членство в Таможенном союзе предполагает дорогостоящие привилегии, оплачиваемые из российской казны. Торговать с Украиной на тех же основаниях, что и с членами Евросоюза, почти наверняка будет более выгодным делом. Надо только отучиться воспринимать Украину как государство, случайно возникшее по чьему-то досадному недосмотру, а ее руководителей — как сотрудников кремлевской администрации. А это как раз и не получается. Согласившись на крупные ценовые скидки для Италии и Германии, «Газпром» резко увеличил за последние месяцы поставки газа в эти страны. А вот Украине скидок не дали, ответом на что стало уменьшение ею покупок российского газа в полтора с лишним раза в первом полугодии 2013-го. Ясно, что за этой демонстративной суровостью к ближайшему соседу стоят вовсе не коммерческие расчеты, а сугубые эмоции. А теперь, устроив блокаду украинским товарам, видимо, ждут, что Украина в панике капитулирует по всем пунктам. Но экономические санкции редко где в мире приводили к капитуляциям. Даже и собственный российский опыт многолетнего бойкота Грузии — куда более, чем Украина, зависимой страны — показал, что краха тамошней экономики не произошло. Нет причин рассчитывать, что Украина ответит на перекрытие путей ее импорту чем-то большим, чем сугубо тактические уступки, рассчитанные только на выигрыш времени. А вот вред будет долгосрочным. Украине хотят преподать урок. Но народ этой страны, скорее всего, поймет его совсем не так, как было задумано. До сих пор украинское общественное мнение весьма позитивно относилось к ассоциации с ЕС и почти так же одобрительно — к членству в Таможенном союзе, не совсем осознавая, что и то и другое разом невозможно и между ними придется выбирать. Бойкот поможет сделать этот выбор. Лучше иметь дело с теми, кто играет по более или менее ясным правилам, пусть даже и не всегда выгодным. Шантаж — наихудший способ рекламы экономического сотрудничества. Подлинные экономические интересы России в отношениях с Украиной, как и с любой другой страной, должны отстаиваться не на эмоциональном, а на профессиональном уровне. А шумные скандалы, издевательские обвинения и внезапные подножки смотрятся нормально только в ссорах дворовых пацанов.
Анонимное решение «преподать урок» Украине, заблокировав ее экспорт в Россию, вряд ли отобьет у нее стремление сблизиться с Евросоюзом, но зато выставит официальную Москву как партнера, который руководствуется не деловыми интересами, а обидами и амбициями.