Прошло меньше недели между окончанием таможенной блокады Украины и началом дерзкой кампании шантажа российского руководства, предпринятой правителем Белоруссии. Бойкот украинских товаров на российской границе длился с 14 по 20 августа, а захват в Минске гендиректора «Уралкалия» Владислава Баумгертнера , поданный широкой публике как показательная операция местного КГБ, состоялся 26 августа. О какой-либо связи между российским наказанием Украины и белорусско-российским конфликтом никто из официальных лиц не сказал ни слова. Но эта связь просматривается довольно ясно. Москва преподносила краткосрочный приграничный бойкот как боевые учения, долженствующие показать Украине, что будет после подписания ею соглашения о свободной торговле с ЕС. Это был как бы последний сигнал Киеву одуматься и влиться-таки в российско-белорусско-казахстанский Таможенный союз. «Второй фронт» против России, внезапно открытый Минском, стал полным сюрпризом. В Кремле, возможно, позабыли, что наша страна — главный, но не единственный член ТС и карательные мероприятия против кого бы то ни было нуждаются в согласовании с прочими партнерами. И уж особенно с Александром Лукашенко , для которого неограниченная власть над собственной страной — главный и почти единственный пункт политической программы. Роспотребнадзор мог запретить импорт в Россию украинских сладостей, якобы обнаружив в них канцерогены. Но в Белоруссию продукция компании Roshen идет беспрепятственно. Тамошние эксперты ядов в ней не находят. Да и в целом украино-белорусская торговля не прерывалась ни на день. Бойкот как бы от лица Таможенного союза был предпринят одной только Россией и Белоруссией не поддерживался. Трудно сомневаться, что Лукашенко был выведен из себя тем, что Москва наказывает Украину словно бы и от его имени тоже. Следовательно, надо было предпринять нечто эффектное, чтобы все увидели, что он сам себе хозяин. И задуманный эффект явно достигнут. Правда, взять в заложники человека по-настоящему известного не удалось. Подлинных тяжеловесов, связанных с «Уралкалием», миллиардера Сулеймана Керимова и Александра Волошина , заманить в Минск не смогли. Хотя для Баумгертнера роль приманки исполнил лично белорусский премьер Мясникович, пригласивший российских друзей по Таможенному союзу якобы на деловые переговоры. Но в остальном все получилось как было задумано. Пропагандистское оформление захвата бедолаги Баумгертнера напоминает по своему показному размаху вовсе не «спор хозяйствующих субъектов», а скорее разоблачение очередного американского шпиона в Москве. Робкие попытки российских дипломатов замолвить слово за соотечественника пресекаются в самой унизительной форме. С Россией разговаривают как с недружественным и при этом зависимым государством. Минск открыто издевается над старшим партнером по Таможенному союзу, считая, видимо, что это самый подходящий способ сделать его более пластичным и уступчивым. Чтобы сравнить нравы внутри и снаружи нашего Таможенного союза, достаточно попытаться вообразить себе взятие в заложники российского политика или бизнесмена властями, скажем, «отпавшей» Украины. Такое там просто немыслимо. Может быть, даже и хотелось бы, но ведь в Европе не поймут. В той самой Европе, от ужасов свободной торговли с которой Украину пытается спасти идеолог торгового бойкота , советник российского президента академик Глазьев, постоянно приводя украинцам в пример процветающую в партнерстве с Россией Белоруссию. А теперь о перечне уступок, которые предположительно ждет от Москвы наш минский партнер и союзник. Во-первых, это возмещение потерь от конфликта «Уралкалия» с «Беларуськалием». Происшедший недавно разрыв картельных отношений между этими двумя крупнейшими мировыми экспортерами калийных удобрений обещает белорусской казне огромные убытки, измеряемые, возможно, миллиардами долларов ежегодно. Именно сейчас, видимо, настал подходящий момент искать выгодные для Минска варианты решения спора. Главный акционер «Уралкалия» — миллиардер Сулейман Керимов, по слухам, не имеет сегодня прежней монолитной поддержки в Кремле. Внезапное заявление его пресс-службы о том, что он не оппозиционер и никогда оппозицию не финансировал, само по себе говорит о многом. Вполне вероятно, что Лукашенко предполагает сыграть на раздорах внутри российского руководства, которое только с виду кажется единым и неделимым. Но это, видимо, совмещается и с более широкими целями. Неудачная попытка остановить движение Украины к Европе, ставшая довольно очевидной именно после бойкота торговли с ней, позволяет Белоруссии по-новому поставить вопрос о собственной роли в Таможенном союзе. Предмет шантажа явно шире, чем судьба заложника и даже чем судьба выгоднейшего калийного бизнеса. Без Белоруссии Таможенный союз невозможен. Учитывая загадочную привязанность Кремля к этому объединению, экономически для России не слишком выгодному, Лукашенко, видимо, надеется, что у старшего партнера теперь уже просто нет выбора и он согласится отступить по всему проблемному фронту. Личное свое отношение к Таможенному союзу Александр Лукашенко высказал однажды в беседе с журналистами со всей присущей ему прямотой : «Фактически нас обманули… Я не знаю, что у нас будет с этим Таможенным союзом, но пока аплодисментов с нашей стороны нет… Дайте возможность нам на равных конкурировать… Вы же мощные, чего вы боитесь? Помните — «сахарная война», «молочная война»? Главный в России идеолог и торговый представитель — Онищенко. Он главный специалист и по молдавским винам, и по грузинским водам, и по нашему мясу-молоку-сахару…» Такова, видимо, и сегодня стартовая переговорная позиция Минска. Две огосударствленные экономики, каждая под своим ручным управлением, не могут взаимодействовать друг с другом естественным рыночным порядком. Одна из них должна подчиниться другой. Вопреки плачевному для Белоруссии соотношению сил, Лукашенко до сих пор почти всегда удавалось брать верх, эксплуатируя ностальгические мифы российских партнеров, их ставку на возрождение хотя бы призрака прежней державы ценой любых уступок и даже унижений. Он явно надеется, что эта карта сыграет и сейчас. И не обязательно ошибается. Первый ответ Москвы на минскую пощечину — растерянность. Владимир Путин ситуацию пока вообще не комментирует. Что и понятно. Ведь в ответ запросто могут посыпаться оскорбления, выслушивать которые он не привык. Роспотребнадзор заводит старую песню о качестве белорусских продуктов. Интересно, рискнет ли господин Онищенко съездить в союзный Минск, чтобы по-дружески высказать свои претензии в лицо? В изоляторах белорусского КГБ полно свободных мест, а тормозов у гостеприимных хозяев по мере углубления интеграции почему-то все меньше и меньше. Вице-премьер Дворкович осторожно намекает на возможность полноформатной экономической войны. Правда, такая война между братскими участниками ТС, происходящая синхронно с экономической войной против страны, не захотевшей войти в ТС, будет выглядеть как-то комично. По-настоящему убедительного ответа режиму Лукашенко у Кремля нет и на сегодня быть не может. Порочны сами основы, на которых строится экономическая политика на постсоветском пространстве. Реализация российских хозяйственных интересов подменена конструированием идеологических объединений вроде ТС, в которые загоняют угрозами и удерживают подкупом. А в такой игре главным выгодополучателем оказывается самый лихой и самый безответственный участник.
Шестидневная экономическая война с Киевом должна была показать всем, кто хозяин на постсоветском пространстве. Александр Лукашенко посчитал именно нынешний момент самым подходящим, чтобы преподать урок старшему партнеру. В результате на общее обозрение была выставлена вся внутренняя слабость Таможенного союза и запутанность внешнеэкономической стратегии Кремля.