Дискуссия по этому недешевому для потребителей вопросу развивается по анекдотичному сценарию: в ответ на расчеты и аргументацию отраслевых ассоциаций и промышленных энергетиков, Минэнерго рассказывает о резервах, которых нет, и о вчерашней (5-10-летней давности) неэффективности инвестиционных решений электросетевых компаний. Суть спорных вопросов заключается в том, что потребителей электроэнергии хотят обязать оплачивать теоретически зарезервированные в сетях, но не используемые мощности. Кроме того, предлагается существенно увеличить тариф на передачу электроэнергии для потребителей, подключенных к магистральным сетям, чтобы закрывать неэффективность региональных сетей. Что же произойдет, если все это реализовать? Во-первых, нагрузка на российскую промышленность увеличится на 140 млрд рублей в год, а расходы на электроэнергию для пятой части всех промышленных предприятий страны увеличатся на 300%. Во-вторых, и это особенно критично при  реализации нацпроектов, рост затрат приведет к росту тарифов в социальной и бюджетной сфере, заметному сокращению объёмов производства, особенно в энергопотребляющих производствах и так далее по цепочке. По самым пессимистичным сценариям Минэкономики , совокупные потери экономики страны могут составить порядка 700 млрд рублей за 5 лет. Как и многие другие компании из разных отраслей экономики, самостоятельно или в рамках отраслевых организаций мы обращались в Правительство с просьбой не поддерживать эти инициативы, давали конкретные и аргументированные предложения по их доработке. Полученные от Минэнерго ответы не вызывают ничего, кроме роста нашей обеспокоенности. И мы, и другие компании разных отраслей хотели бы вести содержательную дискуссию, а получаем повторение одних и тех же заученных клише. Так, Минэнерго начинает с того, что «На этапе подключения к сетям потребители заявляют излишние объемы сетевой мощности... Далее такие потребители используют лишь половину или меньше [заявленных] объемов сетевой мощности… [в итоге] Поддержание резервов оплачивается за счет всех потребителей». Такое положение вещей действительно вызывает вопросы. Но ведь именно Минэнерго согласует и контролирует инвестиционные программы сетевых компаний по строительству новых сетей и в состоянии оценивать и верифицировать хотя бы крупные и капиталоемкие присоединения. Иными словами не Минэнерго и не сетевые компании расплачиваются за неэффективность собственных инвестпрограмм, а потребитель. Но мы же не хотим платим в магазине двойную цену за продукт, просто потому, что продавец испортил часть товара на складе из-за нерасторопности? Да и не интересует нас, сколько товара он положил на склад, не расcчитав скорость его потребления. А если это не реальный товар на складе, а бумажный, то есть, на самом деле нет этих понастроенных «чудесным образом» мощностей? Инициатива Минэнерго предполагает, что за каждым потребителем зарезервирован свой, обособленный объем мощности. По факту такого отдельного резерва нет. Энергосистема спроектирована так, что одной и той же мощностью пользуются разные потребители в зависимости от графика их энергопотребления. Например, уличное освещение потребляет больше энергии ночью, а офисные помещения – днем. Именно поэтому сумма максимальной мощности всех потребителей, которая указана в документах, всегда больше суммарной мощности всех распределяющих подстанций. То есть «персонального» резерва для каждого потребителя по факту не существует. Он исключительно «бумажный». Но платить за него персонально деньгами каждому. На бытовом уровне это выглядит так, что вам предлагают платить не за потребляемую электроэнергию на вашем счётчике, а за трансформаторную подстанцию с излишними запасами и неоправданным размером, и еще объясняют, что подстанцию построили по просьбе вашего соседа. Минэнерго уверяет, что текущая ситуация «приводит к росту объемов строительства объектов электросетевого хозяйства для энергоснабжения новых потребителей вместо использования незагруженных сетевых мощностей». Если это так, то министерству стоит задуматься об эффективности курируемых компаний. Действующие правила позволяют сетям распоряжаться свободной мощностью по своему усмотрению, невзирая на наличие или отсутствие «бумажного» резерва. Ассоциация «Сообщество потребителей энергии» изучила ситуацию на 336 подстанциях 50-ти промышленных предприятий и обнаружила, что только к 41 подстанции нельзя подключить новых пользователей из-за высокой фактической загрузки. На всех остальных почти трех сотнях подстанций никаких ограничений нет. Минэнерго считает недопустимым, когда за «резерв» сетевой инфраструктуры для тех потребителей, у кого есть собственные электростанции, платят другие потребители: «максимальная мощность для них содержится, но оплачивают содержание сетевой инфраструктуры только те, у кого своей генерации нет». Иначе говоря, вы вложили средства в собственное производство электроэнергии (жидкотопливный или газовый генератор, купили солнечные батареи и т.п.), а вам говорят «это несправедливо, заплатите за линию электропередач в соседнем доме, а лучше в соседнем городе». Предприятия и крупной, и средней промышленности, развивающие собственное  производство электроэнергии, в том числе на вторичных энергоресурсах, в случае принятия предлагаемого решения, оказываются в странной ситуации. В отличие от классических ТЭЦ они самостоятельно финансируют строительство своих электростанций, несут затраты на эксплуатацию, в конце концов идут по пути ресурсосбережения, и не просят никакие преференции в виде резерва мощности, специальных тарифов и т.п. Электроэнергия, вырабатываемая на собственных электростанциях промышленных компаний, потребляется внутри промплощадок и не выходит за их «периметр». А им предлагается оплатить несуществующую услугу в несуществующей внешней сети, да и заодно оплатить чьи-то «очень эффективные» инвестиции. Важно отметить, что разработчики соответствующего нормативного акта даже не предоставили потребителям возможность отказаться от этой навязанной услуги. По факту, в большинстве случаев никакого простаивающего резерва под объекты потребителей на подстанциях нет. Плата за резерв – это, по сути, штраф за развитие, за переработку вторичных ресурсов и за усилия промышленности по снижению воздействия на окружающую среду. Минэнерго содержательно не отреагировало на наши вопросы о нецелесообразности устанавливать разные тарифы для разных групп потребителей магистральных сетей, и вообще не хочет возвращаться к обсуждению перекрёстного субсидирования. Если не знать, что в министерстве работают профессиональные специалисты, искренне радеющие за страну и ее развитие, может создаться впечатление, что цель разработчиков – примитивный денежный оброк, а о последствиях не надо думать. Об этом пусть голова болит у Минфина , Минэкономики, Минпромторга , которые ясно высказали негативное отношение к этим инициативам. Это пусть они думают об инфляции, издержках, социальной сфере, бюджетных организациях. Экономическую целесообразность никто не отменял, и если надо найти деньги на очередные проекты, то ответ  на поверхности: если эти проекты эффективны, если энергетические компании прибыльны, значит они самостоятельно примут правильные инвестиционные решения и заработают. А если нет, то, видимо, снова услышим, что вот вчера-то нерационально понастроили мощностей, но завтра уже точно всё будет по-другому. Автор — вице-президент по энергетике Группы НЛМК.
В последнее время активизировалось обсуждение двух инициатив Министерства энергетики. Речь идет о введении платы за так называемый резерв сетевой мощности и дифференциации тарифов на передачу электроэнергии по магистральным сетям.  Представители многих отраслей экономики уже несколько лет противостоят попыткам повышения этих расходов.