Удивительная способность людей наслаждаться негативными переживаниями известна на протяжении тысячелетий. Некоторые любят снова и снова слушать грустные музыкальные композиции, связанные с воспоминаниями. Даже незнакомая печальная инструментальная музыка порой вызывает парадоксальное чувство удовольствия. Ученые из Великобритании и Финляндии представили совместное исследование, по-новому объясняющее этот феномен. Результаты опубликованы в журнале Frontiers in Psychology. Эмоциональное состояние людей до и после прослушивания образца определялось с помощью специального опросника. У участников узнали, вызвала ли музыка у них эмоциональный отклик, и если да, то насколько сильный. Затем им выдали два набора прилагательных. В первом случае нужно было определить, насколько предложенный эпитет соответствует прослушанному отрывку музыкального произведения, а во втором — насколько он описывает чувства испытуемого. Этот метод был дополнен непрямыми измерениями. Участникам показали 25 картинок, где изображены люди с неопределенными выражениями лица, и попросили отметить, какие эмоции они видят. Исследователи предполагали, что люди, чувствующие грусть в данный момент, более расположены указывать, что на картинках грустные лица. Во время прослушивания музыки также были проведены физиологические измерения: определялась частота сердечных сокращений и электрическая активность кожи. Также были учтены личные особенности испытуемых, например музыкальные предпочтения, склонность к сосредоточенности и ностальгии. Склонность к переживанию грусти-сочувствия оказалась сильно связанной с эмпатией и впечатлительностью, обыкновением «принимать все близко к сердцу», а не с сосредоточенностью и подверженностью ностальгии, как предполагалось ранее. Другие два типа грустных ощущений было трудно предсказать, основываясь на особенностях личности и индивидуальных различиях. Тест с картинками показал, что люди, испытывавшие нервную грусть, были сильно предубеждены по отношению к изображенным эмоциям: они гораздо реже выбирали определения, связанные со счастьем. Очевидно, их собственные переживания в этот момент были негативными. Люди, у которых преобладала грусть, связанная с расслаблением, не продемонстрировали никаких предпочтений в выборе. Те же, кто испытывал грусть-сочувствие, определенно ощущали себя грустными, но эта эмоция была для них не отрицательной, а скорее приятной. Ученые назвали представителей группы, склонных к грусти-сочувствию, Sadness enjoyers — буквально «те, кто наслаждается грустью». Еще признаки этого типа людей — развитая фантазия и умение принять точку зрения другого человека, а вот для двух других типов одним из немногих определяющих факторов оказалось качество жизни. Важным пунктом в интерпретации результатов был пол испытуемого, поскольку предсказания, к какому типу относится участник эксперимента, оказались для женщин более достоверны. Возможно, это связано с тем, что мужчины реже (или по крайней мере не так сильно) сопереживают выдуманным ситуациям. Кроме того, мужчины, движимые гендерными стереотипами, что им полагается проявлять твердость характера, подсознательно отвечали на вопросы не совсем честно. С другой стороны, тот же эффект мог проявляться и у женщин: они также могли описывать свои чувства неточно, преувеличивая свои эмоции в соответствии с гендерной моделью поведения. Конечно, в жизни на людей влияет гораздо больше сторонних факторов, чем учитывалось в этом исследовании. Большую важность имеет эмоциональное состояние в момент прослушивания музыки и сам выбор трека, связанные с ним воспоминания и ассоциации. Однако работа объясняет, в чем причина головокружительной популярности печальных мелодий: определенному типу людей они позволяют почувствовать сопереживание, в котором для них есть оттенок удовольствия.
В чем причина любви многих людей к грустной музыке и как это связано со способностью к сопереживанию, выяснили британские ученые.