Жителям и гостям 7-го Ростовского переулка, где находится Хамовнический районный суд Москвы, по всей видимости, придется привыкнуть к блокаде. Переулок, который с двух сторон перекрыли металлическими заграждениями во второй день оглашения приговора Михаилу Ходорковскому и Платону Лебедеву, остается перекрытым. Милиции, правда, возле заграждений меньше, и жильцам окрестных домов вроде бы перестали чинить препятствия для прохода. Тем не менее ни один из постоянных посетителей процесса Ходорковского — Лебедева в зал в среду так и не попал. Журналистов также пускали дозированно: корреспондент «Газеты.Ru», пришедшая почти за час до начала заседания, слышала, как в рациях у приставов прозвучал приказ «пишущих еще не больше четырех человек». Журналисты, освещающие ход процесса по второму делу экс-руководителей ЮКОСа Михаила Ходорковского и Платона Лебедева в Хамовническом суде, направили открытое письмо в адрес главы службы судебных приставов Артура Парфенчикова с жалобой на действия его подчиненных, сообщает РАПСИ. Репортеры жалуются, что приставы мешают им работать: не дают пройти в здание суда, не разрешают выйти из него, не дают вести прямые эфиры, оскорбляют и грубят. «Несмотря на то, что процесс носит открытый характер, попасть не только в зал заседаний, но и в здание суда тот или иной журналист может лишь по персональному решению приставов, которые принимаются на основе одним им известных критериев… Для того чтобы выйти на улицу – либо по заданию редакции, или же по личным надобностям, – нам приходится несколько раз спрашивать разрешения у пристава… Однако выйти в эфир или передать новость при помощи мобильной связи фактически невозможно. Заметив это, приставы начинают немедленно кричать на журналистов, в том числе и на тех, кто работает в прямом эфире, чтобы те немедленно «прекратили болтать»… Все описанные действия сопровождаются грубостью и хамством, а также весьма нелестными оценочными суждениями, затрагивающими личности отдельных представителей СМИ», – говорится в открытом письме. Репортеры считают, что такое поведение приставов негативно сказывается на имидже судебной системы в целом и предполагают, что суд стремится максимально закрыться от СМИ в рамках процесса Ходорковского и Лебедева. «Мы искренне надеемся, что Вы как глава службы вмешаетесь и разрешите сложившуюся конфликтную ситуацию, и это позволит журналистам в дальнейшем освещать данный судебный процесс в нормальных рабочих условиях», – резюмируют репортеры. Открытое письмо подписали более десятка журналистов, в том числе корреспондент «Газеты.Ru». Судья Виктор Данилкин в среду совершенствовал манеру чтения: теперь он максимально невнятно зачитывает только фразы, начинающиеся со слов «суд установил», «по мнению суда» и т. п., которые больше всего интересуют участников процесса и журналистов. В промежутках между этими фразами судью можно расслышать без напряжения. В среду Данилкин оценил показания, данные в суде Лебедевым. Впрочем, эта оценка не отличалась от характеристики, ранее данной судом показаниям Ходорковского. «Суд считает показания Лебедева, данные им в судебном заседании, как противоречивые и оценивает их критически», — объявил судья. Данилкин сосредоточился на эпизоде легализации средств, полученных от продажи нефти, которую суд вслед за обвинением считает похищенной. Основываясь на показаниях бывшего сотрудника МЕНАТЕПа Гитаса Анилиониса, суд пришел к выводу, что прибыль ЮКОС а выводилась за рубеж на счета компаний South Petroleum и Baltic Petroleum, зарегистрированных на острове Мэн и принадлежащих британскому подданному Питеру Бонду. Денежные потоки контолировал Лебедев, считает суд, а средства изымались им вместе с Ходорковским и Леонидом Невзлиным (еще один акционер ЮКОСа, заочно осужденный в России к пожизненному заключению). В общей сложности ЮКОС недополучил $135 млн. Эту сумму недополучили другие акционеры ЮКОСа, «то есть произошло хищение», посчитал суд. Затем суд перешел к рассказу о цепочках компаний, участвовавших в процессе реализации нефти, добытой дочерними предприятиями ЮКОСа. Говорилось о «подставных» компаниях, которые не вели хозяйственной деятельности, а только выступали посредниками. Договорив до фразы о доказанности совершения Ходорковским и Лебедевым легализации на сумму более чем в 7 млрд рублей, Данилкин внезапно остановился, со смыслом посмотрел в сторону прокуроров и сообщил: «Указанный лист оглашен ошибочно». Объяснений о происхождении листа не последовало. «Убери это», — приказал судья секретарю. Это мог быть лист, который должен был быть прочитан раньше или позже, не исключил адвокат Лебедева Константин Ривкин. В целом судья продолжает воспроизводить текст обвинительного заключения, периодически вставляя в него фразы «суд постановил», «суд считает», «по мнению суда», констатировал Ривкин. «Все происходящее оставляет тягостное впечатление», — признался Ривкин журналистам. В ходе прений в октябре от имени суда уже говорил прокурор Валерий Лахтин (он допустил фразу »...это расценивается судом, как...»). Тогда подсудимые и адвокаты высказали предположение, что на самом деле Лахтин оглашал прокурорскую заготовку обвинительного приговора. Теперь Лахтин ходит в суд с толстой пачкой листов, разделенных желтыми стикерами (в среду стопка бумаг была втрое толще, чем накануне), и с озабоченным видом их читает, делая какие-то пометки ручкой. На подсудимых Лахтин почти не смотрит, только иногда на своего главного оппонента — Лебедева. Лебедев и Ходорковский тоже заняты чтением и написанием каких-то документов. Интерес к оглашению приговора они как будто утратили. Подзащитные не сломлены и продолжают работать, заявил журналистам адвокат Ходорковского Вадим Клювгант : «То, что происходит здесь сейчас, вообще не важно. Их не сломали за 7 лет, а уж этим (приговором) их сломать невозможно», — сказал защитник. По некоторым данным, приговор Ходорковскому и Лебедеву насчитывает 800 страниц. 340 из них судья прочитал в течение первых двух дней, подсчитали адвокаты. Если судья сохранит набранную скорость чтения, он, наиболее вероятно, дочитает свое решение вечером 31 декабря. Ранее такой возможности не исключали адвокаты подсудимых.
Третий день оглашения приговора Михаилу Ходорковскому и Платону Лебедеву ознаменовался появлением в тексте приговора случайного листа, «ошибочно оглашенного» судьей Виктором Данилкиным. Появились неофициальные данные об объеме приговора, предположения о намерении суда завершить процедуру под бой курантов кажутся реальными.