Благодаря сделке ОПЕК + по ежесуточному сокращению добычи нефти до 9,7 миллиона баррелей с мая по июнь на рынок «черного золота» вернулась уверенность. Уже в первых числах месяца цены выросли на 100% от минимальных значений в конце апреля. При этом в ходе торгов 6 мая стоимость барреля Brent превышала $32 – впервые с 14 апреля. Еще одним позитивным сигналом для рынка стало постепенное восстановление спроса на нефть из-за снятия карантинных ограничений в ряде стран. Например, в США автомобильный трафик вырос до 85% от докризисных показателей, отметили аналитики S&P Global Platts. По словам замминистра энергетики России Павла Сорокина, если в апреле падение спроса составило 30 миллионов баррелей, то сейчас потребность в нефти выросла на 2,5-3,5 миллиона «бочек» относительно низшей точки прошлого месяца. Об этом он рассказал в интервью на онлайн-ресурсах «Росконгрессу» в среду, 6 мая. Чиновник также выразил уверенность в том, что условия сделки преимущественно будут выполняться, поскольку на нынешнем рыночном витке интересы всех участвующих в ней сторон совпадают. «Главный фактор, который влияет на поведение сторон и на их дисциплину, — это понимание неминуемого наказания за отсутствие действий. Наказание в данной ситуации — это новый коллапс рынка. В нём не заинтересован никто», – заявил Сорокин. При этом российские нефтяные компании стремятся выполнить условия сделки как можно быстрее, а в случае необходимости нарастить добычу до прежнего уровня можно будет в течение нескольких недель, максимум – месяца. Одним из главных эффектов от падения нефтяных цен стала очистка рынка от неэффективных проектов по добыче нефти, уверен Сорокин. Именно поэтому продлять предыдущее соглашение с ОПЕК, которое перестало существовать в начале марта, не было смысла – мировой рынок нефти в любом случае столкнулся с кризисом перепроизводства. И вне зависимости от объема перепроизводства — будь то 30, 20 или 15 миллионов баррелей в сутки, мы бы все равно пришли к нынешним ценам на нефть, просто немного позже. «Удерживая фактическую цену выше цены равновесия мы давали возможность запустить множество проектов, которых не должно быть на рынке: это и глубоководные проекты, и ряд проектов в Африке, Америке», – рассказал чиновник Минэнерго. Особенно это касается американских сланцевиков, о неминуемом банкротстве которых эксперты предупреждали давно. Еще в начале апреля заявление о банкротстве подала Whiting Petroleum – некогда один из лидеров индустрии. Вслед за ней в начале мая агентство Reuters со ссылкой на информированный источник рассказало, что аналогичную процедуру готовится пройти один из старейших сланцевиков – Chesapeake Energy. Но пока еще не все нефтедобытчики готовы перейти к снижению объемов добычи. Так, 5 мая стало известно, что Железнодорожная комиссия Техаса, курирующая вопросы по энергоносителям, отказалась вводить соответствующие ограничения на территории штата, хотя он является главным нефтедобывающим регионом страны. В целом ситуация в американской нефтяной промышленности соответствует общемировому тренду на снижение добычи. По словам главного аналитика трейдера Avatrade Наима Аслама, к концу апреля количество действующих вышек в США сократилось на 40%, упав до четырехлетнего минимума. У крупнейших российских компаний ситуация иная. Например, для «Газпром нефти» добыча рентабельна даже при $20 за баррель, цитирует «РИА Новости» замдиректора компании по экономике и финансам Алексея Янкевича. Но сокращать инвестпрограмму руководству компании все же придется: по словам Янкевича, объем средств, который планируется направить на расширение и модернизацию нефтедобычи, в этом году может снизиться на 20%. Если спрос на энергоносители продолжит расти, а сделка ОПЕК+ останется в силе, товарные запасы нефти в мире могут начать сокращаться уже в третьем квартале этого года, уверен Сорокин. Сейчас в большинстве стран они дошли до предела: южнокорейские и сингапурские нефтехранилища переполнены, в Индии аналогичные мощности задействованы на 95%. Те же показатели видны по всей Европе, а в США крупнейший нефтяной хаб в Кушинге заполнен на 81%. Дошло до того, что сейчас около 350 супертанкеров в мире используются как плавучие нефтехранилища: саудовская нефтяная компания Saudi Aramco подсчитала, что так поступают с каждым десятым судном, способным перевозить до двух миллионов баррелей нефти. Но когда ведущие мировые экономики начнут восстанавливаться, спрос на нефть вырастет еще больше и товарные запасы начнут сокращаться. Впрочем, ожидать, что из-за этого цены на нефть вернутся к докризисному уровню, не стоит. Во-первых, высокие цены на нефть снизят шансы энергозависимых экономик на быстрое и относительно дешевое восстановление, считает Сорокин.. Во-вторых, если цены будут резко расти, высока вероятность того, что многие компании по всему миру станут наращивать объемы нефтедобычи, что снова приведет к перепроизводству «черного золота» и откатит цены назад. Поэтому одним из самых реалистичных выглядит прогноз швейцарского финансового холдинга UBS. Его аналитики полагают, что нефтяные цены стабилизируются к лету, а к концу года Brent будет стоить около $40 за баррель. Российские чиновники более консервативны: в интервью «Ведомостям» глава Минфина Антон Силуанов рассказал, что среднегодовая цена нефти с учетом высоких показателей в первом квартале составит около $30 за «бочку». Прогноз «Газпром нефти» гораздо шире: в компании ожидают, что в 2020-м году ее котировки будут колебаться в диапазоне $15-40, а в долгосрочной перспективе вернутся на уровень $50. Впрочем, далеко не все эксперты верят в то, что на нынешний рост котировок повлиял дополнительный спрос на нефть. Директор группы корпоративных рейтингов АКРА Василий Танурков рассказал ТАСС , что видит в этом игру спекулянтов, восстанавливающих свои позиции после падения цен. Аналитик «Финама» Алексей Калачев и вовсе считает, что даже $30 за баррель – слишком оптимистичная цена. Но если экономика будет постепенно оживляться, $40 за баррель к концу года, по словам эксперта, – «очень вероятная цена».
После вступления в силу сделки ОПЕК+ в начале мая нефтяные котировки пошли вверх. Днем 6 мая июньские фьючерсы WTI на бирже ICE подорожали до $25,4 за баррель, а июльские Brent – до $31,5. Эксперты уверены, что на ценах сказалось не только снижение добычи у крупнейших мировых поставщиков, но и рост спроса, наметившийся из-за ослабления карантинных мер в ряде стран.