В Брюсселе завершился совет Россия — НАТО на уровне министров иностранных дел. Совет — последнее крупное мероприятие, на котором стороны могли попытаться найти какой-то выход из проблемы ПРО. В течение следующего полугода переговоры по этой проблеме фактически будут заморожены, их сведут к консультациям технических и военных специалистов. Москва намерена дожидаться итогов выборов в США. Об этом ранее прямо заявил президент Дмитрий Медведев. ЕвроПРО можно было обсудить на майском саммите НАТО в Чикаго, но от участия в нем, сославшись на занятость, заранее отказался избранный президент Владимир Путин. Встреча в Брюсселе началась с бодрого заявления генсека НАТО Андерса Фог Расмуссена об успешном развитии отношений России и НАТО, о чем свидетельствует сотрудничество в Афганистане. Говоря о ПРО, Расмуссен заметил, что эта система «не направлена ни против России, ни против какой-либо другой страны». После чего стороны удалились на закрытое совещание, длившееся почти два часа. По его итогам стало ясно, что претензии друг к другу у Москвы и НАТО, несмотря на слова об успешном развитии отношений, лишь накапливаются. Расмуссен сообщил, что на саммите в Чикаго НАТО готова сделать специальное заявление, де-факто означающее, что система ПРО не направлена против России. Речь идет о подтверждении Основополагающего акта России — НАТО , принятого 15 лет назад, где РФ и Организация североатлантического договора заявили, что не являются противниками. «Это может быть сказано в общем коммюнике или отдельным документом», — уточнил «Газете.Ru» источник в альянсе. Как и следовало ожидать, подобное заявление не устроило российскую сторону. «Слова — это хорошо, но доверяй, но проверяй. Просто сказать, что мы в 1997 году договорились, что мы не противники, явно недостаточно», — заявил, в свою очередь, российский министр иностранных дел Сергей Лавров. «Если четырехэтапный адаптивный подход ПРО будет реализовываться, то на завершающих стадиях этого процесса возникнут потенциалы, которые будут создавать силы сдерживания для наших ракет», — напомнил российскую аргументацию дипломат. Он заметил, что гарантии должны быть технически прописаны так, чтобы обеспечить нейтрализацию ракетных целей НАТО только за пределами Евроатлантики. Источник «Газеты.Ru» в НАТО заметил, что альянс «никогда не даст юридических гарантий». По его мнению, такие гарантии просто не будут одобрены парламентами стран НАТО, в первую очередь прибалтийскими. «Все, что за их пределами, возможно», — добавил он. Таким образом, ситуация по ПРО окончательно зашла в тупик. Но и по другим вопросам разногласия оказались существенны. Расмуссен рассказал журналистам, что в качестве позитивного жеста альянс хотел бы пригласить Россию к участию в мероприятиях саммита Чикаго, посвященных Афганистану. Лавров на это приглашение отреагировал скептически. Он напомнил, что НАТО упорно не приглашает Москву на регулярные встречи стран — участниц операции, несмотря на всю важность роли России в транзите. «Это одноразовое приглашение поучаствовать в торжествах по случаю успехов в Афганистане. Это тоже важно, но помимо мероприятия, где каждая страна будет иметь возможность по три минуты выступить, нужна конкретная содержательная работа», — заметил Лавров. По его словам, Россия будет рассматривать приглашение Расмуссена с учетом того, что на регулярные встречи по Афганистану ее по-прежнему не зовут. На закрытых переговорах, как рассказал источник в НАТО, поднимались и другие болезненные проблемы. В частности, некоторые страны Восточной Европы выразили обеспокоенность по поводу вероятного размещения комплексов «Искандер» в Калининградской области. Россия же проявила озабоченность тем, что в натовских документах Грузия по-прежнему числится кандидатом, который гипотетически может стать членом блока. «Процесс ремилитаризации Грузии идет очень быстро, Саакашвили по итогам поездки в Вашингтон заявил, что добился обещания принятия в НАТО, в Грузию возобновлены военные поставки в полном объеме, у нас это все вызывает тревогу, мы бы не хотели дестабилизации обстановки на Южном Кавказе», — сообщил по итогам переговоров глава российского МИДа. Следующие крупные переговоры России с альянсом, судя по всему, состоятся не раньше середины осени. А в начале мая Минобороны России на конференции военных экспертов, куда приглашены и представители НАТО, собирается доказать с помощью компьютерной инфографики и карт, как именно ПРО угрожает России. Наибольшую обеспокоенность Москвы вызывают перехватчики морского базирования Aegis, которые, по плану НАТО, должны базироваться в Средиземном море поближе к потенциально опасным государствам — Ирану и Пакистану. Но российские военные возражают, что ничто не мешает кораблям перебазироваться в регион Балтийского и Северного морей, откуда легко накрывается российская территория еще на стадии пусков ракет. Генсек НАТО Расмуссен не стал отвечать на вопрос журналистов, есть ли гарантии, что Aegis не переплывет в бассейн Балтики, заметив лишь, что, если бы Москва согласилась на создание совместного центра по контролю над пусками, у нее была бы возможность отслеживать все происходящее. Накануне совета высокопоставленные собеседники в НАТО в разговоре с «Газетой.Ru» давали понять, что считают позицию Москвы односторонней, а опасения необоснованными. «Эти комплексы могут перехватить одну-две ракеты, но никак не полторы тысячи, которые есть у Москвы. Они рассчитаны на простые боеголовки», — отметил один из близких к руководству НАТО источников. Считается, что в нынешнем виде строящаяся система ПРО практически бесполезна против сложных российских ракет, многие из которых имеют расщепляющиеся боеголовки с обманными целями. Но в Минобороны и МИДе ранее прогнозировали, что в течение 10—15 лет ПРО значительно усовершенствуется.
Совет Россия — НАТО не решил ни одного из спорных вопросов между сторонами. Готовность руководства альянса сделать на саммите блока в Чикаго политическое заявление о ненаправленности систем ПРО против России была критически воспринята российской делегацией. Не менее скептически глава МИД РФ Сергей Лавров отреагировал на приглашение генсека НАТО Андерса Фог Расмуссена участвовать в специальном заседании по Афганистану в рамках чикагской встречи.